Девиант

Субботний день двадцать седьмого февраля две тысячи шестнадцатого года начинался для Айрис вполне привычно и обычно.

Подъем, ванная, завтрак, после которого было неизбежное отправление в Темный Лес для занятий в компании Дрейка. Однако одна маленькая детали отличала этот день от прошлой субботу – не было утреннего разговора с Гвендолин по телефону.

Целительница была привыкшей вставать очень рано, потому Айрис сомневалась в том, что Гвен спала. К тому же в Ноттингеме уже была половина третьего дня. Однако девушка на три ее звонка так и не ответила. Это насторожило девианта, потому она решила обсудить свое беспокойство с Рози и Грэмом. Однако маги были удивлены не меньше, ведь и на их звонки Гвендолин не отвечала.

Волнение за подругу мешало Айрис сосредоточиться на занятиях с Киллианом, однако она постаралась отогнать дурные мысли, ведь после завтра Рози и Грэм пообещали наведаться в Нову.

На удивление девианта в прошлое воскресенье она более-менее поговорила с отцом. Они не сблизились, однако девушка была уже менее зла на его слова. В сравнении с этим отношение между Киллианом и Дрейком становились сравнительно хуже. В большой степени это было из-за явного презрения со стороны некроманта. И причиной этому было то, что парень являлся разорителем. Эти маги действительно были основной массой при гонении четыре столетия назад. И лишь из-за желания наладить отношения с дочерью, вывести их хотя бы на приемлемый уровень, Киллиан старался терпеть ее спутника.

На удивление Айрис много разговаривала со своим настоящим отцом во время своих тренировок. Дрейк предпочитал немного в отдалении молча изучать Форда и местами говорить что-то свое, прислушиваясь к их беседам.

— Ты... не могла бы рассказать, что случилось с Эша́нти? – попросил в один момент мужчина словно бы и не своим голосом. – Не знаю, она... сама растила тебя или оставила на попечение знакомых в Нове?

— Сама. Попав в Нову она притворилась человек. Встретилась с моим отцом и, не знаю, может, реально добилась его любви, может, внушила ее магией. Она ведь была мистификатором, верно? Об этом я, правда, не знала до осени. Когда мне было... года три, наверное, или четыре, у меня проявились силы разорителя. Потому мама приняла решение, которое триллион раз спасало меня. Она... договорилась с каким-то старым волшебником, чтобы он наложил на меня чары.

— С седыми длинными волосами и такой же бородой? И огромным перстнем на правой руки?

— Я... не помню.

— Я помню. Да, верно, – проговорил самодовольно Бэсфорд.

— Он сканировал меня. И тоже видел... это воспоминание. Зачем ты его запомнил? – удивилась Айрис.

— Мало ли тебе довелось бы его встретить в жизни? Это было бы полезно.

— Значит это был Э́рикур. Старый пройдоха! Знал про тебя и ничего не рассказал! – с усмешкой проговорил Киллиан, пнув рядом стоявший сугроб.

— Ваш... общий знакомый?

— Да-а-а. Благодаря ему мы... познакомились с твоей мамой. Так... что там за чары он наложил на тебя?

— О, ну, при использовании любых сил, кроме преобразования, я и все, кто мог это заметить, не обращали на это внимание или забывали.

— Она всегда была достаточно умна и хитра, именно это в ней и привлекало... – протянул с улыбкой на лице Киллиан. – Она счастлива с твоим... приемным отцом?

— Боюсь, у тебя нет шансов. Она умерла почти семь месяц назад, – отрезала Айрис. – А была ли?.. Не знаю. Честно. Со стороны казалось, что да, но... она все же была мистификатором. Никто не может так играть на чувствах и восприятии, как они.

— Эша́нти была хорошей матерью? Пока ты не знала, что она скрывала от тебя... меня и твои силы?

— Самой лучшей, – ответила Айрис. – Я бы многое отдала, чтобы ее вернуть, жаль, что даже сил некроманта на это не хватит.

— О, Айрис. Ты должна уже понимать, что для тебя нет ничего невозможного, – сказал мужчина, исподлобья взглянув на девушку, во взгляде его была некая заговорщицкая искорка. – Только есть законы, которые нарушать нельзя. Сделать из мертвеца зомби или духа – это исключение, но если воскресить человека полностью.... Это работа жнецов. Хоть маги и отделены от Объединенного Королевства, неподвластны ему, это не значит, что на нас не распространяются законы Канта́нты.

— То есть формально я могу такое вытворить? – с недоверием уточнила девушка.

— Да. Ты некромант, хоть и на часть, но все же. Как отнять жизнь, ты также можешь ее и вернуть. Но вытащить душу из Озера Душ непросто, к тому же, все те же жнецы просто так их не отпускают. Потому лучше просто забудь, что я тебе рассказал об этом. Есть те моменты, которые, даже при возможности, лучше не исправлять. Как сильно бы того не хотелось.

Айрис не нашла ничего, чтобы сказать в ответ, потому она просто продолжила дальше тренироваться в единственном заклинании некромантии, о котором она раньше хотя бы слышала – призыв огненного демона.

***

День пролетел для Айрис незаметно, как то бывало всегда. Каждому знакомо это чувство, когда ты просто не замечаешь, как пролетает время, занимаясь чем-то, что тебе по-настоящему нравится. Магия для Айрис была почти всем. Она не могла представить себя без нее, потому даже не пыталась это сделать. Особенно сильно это проявилось после смерти матери. Именно в магических занятиях она нашла свое утешение и успокоение.

Когда в Коллегии была Гвендолин, Айрис просила ее о помощи. Лекарь всячески прикрывала подругу. Иногда Розалин внушала проверяющим, что девушка в комнате с помощью своих сил. Теперь же вся надежда была лишь на вторую, ибо Айрис не планировала возвращаться в Коллегию раньше полуночи, хоть ей и не нравилось так поздно проходить по Темному Лесу.

Факт позднего возвращения также сильно не нравился и отцу Айрис. Как бы он не скрывал этого факта, отцовская тревога в нем зарождалась и разгоралась сильнее с каждым часом, что ему доводилось проводить с девушкой. К тому же Киллиану самому хотелось, чтобы она осталась – слишком сильно Айрис напоминала ему Эша́нти, от того на душе было тепло.

— Вы... вполне можете остаться на ночь здесь, – сказал мужчина, скрестив руки на груди, когда они уже добрались до поселения некромантов. – Переночуйте здесь. Все равно придется завтра возвращаться. Это немного не целесообразно. И не экономно касательно времени. К тому же если вас поймают... то завтра уже не вернетесь.

— О-о. Неожиданно. Спасибо, за предложение, Киллиан... – начала осторожно Айрис, чтобы не показаться неблагодарной.

— Но мы вас боимся, – отрезал Дрейк, за что получил дозу злобного взгляда от девушки. – Ну, серьезно! Чего скрывать? Некроманты. Все время обучения я только и слышал о том, какие вы плохие, злые, неприятные личности. Лично мне страшновато оставаться в Темном Лесу на ночь, в доме некроманта. Даже если это дом главного среди некромантов.

— Да, куда прекраснее шастать по Королевству Магов после полуночи, – начал возмущаться Киллиан, чей негатив с каждым предложением все нарастал и нарастал. – Не стоит забывать, что под землей находится Подземелье Орков, а также о гарпиях, горгульях и грифонах, что прихватят когтями и унесут на корм деткам. Ах, да, совсем забыл! Еще же за горами находится пастбище ледяных драконов! Всего-то! Куда опаснее довериться некромантам, чем после полуночи возвращаться в Коллегию. Верно.

— Давайте не будем. Не нагнетай, Киллиан.

— Мы – два разорителя. Уж точно сможем постоять за себя, не так ли, Айрис? – возмутился Дрейк.

— Все, что вы можете, это только хвастаться собой и своими силами, не больше! Вечно хвалитесь, словно вы – достояние всего магического народа! Ничего в вас больше нет, пустышки.... Уж лучше контактировать с трупами, чем быть таким самовлюбленным... идиотом.

— Хватит! Чего вы тут вообще устроили за мерку силами?! Поверьте мне, каждый тип магии – уникален и не менее сложен, чем разорение или некромантия. И к слову, я согласна с тобой, Киллиан, разорители такие – любят похвалиться, но это лишь издержки воспитания. Посмотрела бы я на тебя, если бы тебе с семи лет вбивали в голову, что ты самый лучший, что круче некромантов нет никого на свете. Но поверь, Дрейк не такой, как многие из них, в нем еще осталось капля адекватности, которая позволила сделать его важным для меня человеком. Так что я тебе не позволю издеваться над ним.

Айрис попросила Дрейка пойти вперед, а сама осталась поговорить с Киллианом наедине. Айрис не питала надежд уговорить некроманта относиться к парню дружелюбно, однако хотела склонить к большей терпеливости.

— Честно, Айрис, я стараюсь. Понимаю, что между вами есть некоторые отношения, которые заставляют его заботиться о тебе и присутствовать на наших занятиях. Но он может хотя бы молчать? Неужели многого прошу? Вообще не понимаю, как тебя угораздило начать общаться с ним.

— Когда я только узнала о своих силах, он случайно подслушал наш разговор с Фордом. Друзьям я не могла ничего рассказать, потому что эта книжка, ох, как умеет запугивать! Получилось, что Дрейк стал первым, кто узнал о моих силах и кто помог мне с самого начала. Именно он учил меня разорению.

— Ладно, понимаю, тренировки. Но... потом-то что вас снова связало, Айрис?! Ты же... он же... вы такие разные!

— Ну-у-у, нам пришлось одного мужика, который похитил мою подругу. Дрейк оказался рядом, и я попросила его о помощи, потому что разорители никогда не будут лишними в таком деле. Он помог. Он всегда был рядом, когда был нужен, когда то требовалось. Да, как и многие разорители, Дрейк зациклен на учебе, уделяет ей много времени, как и совершенствованию своих сил, но это... нормально. Он на самом деле хороший человек. И кстати, напоминаю, если ты запамятовал, кто такой Дрейк Харрисон – его много раз прадед был автором Бэсфорда.

— Милая попытка, – усмехнулся мужчина, скрестив руки на груди, как постоянно делала его дочь. – Ну да, теперь я точно изменю свое отношение к нему. Ведь так круто быть мужиком, который додумался запереть душу другого мужика в книге.

— Кил, я не прошу относиться к нему как-то иначе. Единственная моя просьба: просто перестань его постоянно провоцировать и все будет хорошо. Он тоже не будет ничего такого делать негативного в твой адрес, обещаю.

— Посмотрим, – ответил мужчина, после чего кивнул в сторону, куда ушел Дрейк. – Беги, а то кавалер решит, что я тут тебя тут повязал и насильно удерживаю.

Айрис неловко улыбнулась на прощание, а после поспешила догнать разорителя.

Девушка не обманула Киллиана. Она действительно собиралась поговорить с разорителем, но только не в тот момент. Они оба шли утомленные и уставшие, им было не до таких бесед. Потому до Коллегии они добрались не только в темноте, но и в тишине.

Из-за того, что на улице было темно, Айрис и Дрейк не сразу заметили неладное, да к тому же их уставшее состояние сильно притупило бдительность подростков. Они подошли к Коллегии, совершенно не замечая ничего странного.

Когда наступало одиннадцать часов, свет в комнатах, кабинетах, служебных помещениях выключался до самого утра. Только в коридорах свет оставался гореть, лишь настенные бра через одну, основной источник был также выключен. Это было сделано на случай вынужденного покидания здания, вызванного тревогой во время чрезвычайной ситуации. Сложно было бы покинуть без травм здание, если свет в нем был выключен. Но в ту ночь все было не так. Айрис и Дрейк, которого, как и всех разорителей, учили подмечать странности, не обратили внимания на то, что свет был включен везде. В каждой комнате. В каждом помещении. Через все окна он выливался на улицу.

Пожалуй, приди подростки раньше или наоборот, останься они в Темном Лесу, все могло закончиться весьма плачевно. Если это и можно как-то назвать, то только везением, лишь оно упасло подростков от всего ужаса, который довелось испытать всем тем, кто не нарушал порядки Коллегии.

Айрис и Дрейк поднялись к самой Коллегии и собирались уже обойти вокруг здания, чтобы войти внутрь через задний ход, потому что передний всегда закрывался на ночь, хоть это и не имело особого смысла – мало кто решился бы пробраться в Коллегию, ведь до нее нужно было еще подняться по небезопасной горной тропе, когда парень наконец-то заметил неладное. Он тихо, без лишнего звука, схватил девианта за рукав куртки и указал на окна.

— Свет? Ночью? – прошептала Айрис, озвучивая мысли своего спутника.

Парочка переглянулась. Их смущало, что, не смотря на включенный свет во всей Коллегии, не доносилось никаких звуков. Не было никаких признаков, что внутри кто-то бодрствует. Насторожившись, они отправились осторожно к заднему входу, от которого осталась теперь лишь дыра на стене. Это уже пугало подростков.

— Кто-то так сильно спешил покинуть Коллегию, что аж вынес дверь? – удивилась Айрис, осматривая место крепления двери, но лишь после она поняла, что ошиблась в своем предположении.

— Или же проникнуть. Дверь не выбита, а вбита, – сказал Дрейк, указывая на щепки, что были разбросаны внутри Коллегии. – Там тихо, либо тот, кто пришел сюда с таким негативным настроем, уже ушел, либо все еще там....

— Что мы будем делать?

— Проверим, какое из предположений верно, может, сможем хоть как-то понять, что тут случилось.

И подростки осторожно переступили порог здания, которое было для них почти что домом, а должно было стать в ту ночь ловушкой.