Chapter 22
Я не могу сказать, что мне было некомфортно с Максом в тот вечер, скорее просто очень непривычно. Мы никогда не были так близки духовно, да и физически. Весь фильм моя голова покоилась на его плече, но ничего больше. После фильма он обнял меня на ночь и проводил до комнаты. Жалею ли я о том, что он видел это? Нет. Макс и все остальные видели эти царапины, и они свыклись с этим, в какой-то степени. Но он вчера смотрел на это по-особенному, словно его это волнует и заботит. Я не знаю, верить глазам, сердцу, голове или же собственным демонам, но меня устраивают такие отношения с ним. Мне нравятся моменты, когда я не хочу выцарапать ему глаза. Это все только налаживает отношения между нами и не тревожат мою хрупкую психику. Мне нравится. Надеюсь, это ничто не испортит.
Я лежала в объятьях Кита, когда мы смотрели какую-то передачу, сидя в его квартире на диване. Сегодня он забрал меня с института, мы пообедали и просто наслаждаемся обществом друг друга. Время идет, и все ближе то время, когда ему придется уехать на какое-то время, чтобы уладить дела в институте и сдать все свои работы. Он говорит, что у него начнется практика, и, возможно, ему придется ненадолго задержаться там. Я не могу уговаривать его остаться или приехать раньше, потому что это эгоизм, да у меня начнутся экзамены. У нас будет время соскучиться и подготовится к своим делам, хотя я уже скучаю по нему. Впереди выходные, и мы даже не знаем, как собираемся провести их. Мне все же хочется познакомить Кита с Эрикой, и когда я предложила это ему, он согласился, даже не раздумывая, что меня порадовало.
Я рассказала ему про ту ситуацию с Максом, которая произошла пару дней назад. Поначалу, он расстроился, что я не позвонила ему при этом приступе, но затем остыл, когда понял, что я была не одна. Он был рад этому, но в его словах присутствовал не только тон радости.
- Макс устал ближе к тебе, не так ли? – этот вопрос заставил меня на секунду подумать о том, что Кит ревнует, но, к чему?
- Да.
- И тебе нравится это?
- К чему ты клонишь, Кит?
- Сама прекрасно понимаешь, - я думала, что он сейчас встанет и будет психовать, как это бывает в фильмах в сценах ревности, но нет. Он лишь обнял меня. Просто обнял. – Я вижу, что ты ему ближе, чем сестра, Лили.
- Кит...
Он уткнулся носом в мою шею, но я немного отодвинула его, чтобы повернуться и просто смотреть на него. Поймав его взгляд я поняла, сколько много в них нежности, и она вся для меня. И он отдает ее мне.
- Кит, посмотри на меня, - ладонями я обхватила его лицо, слегка прикусывая губы. – Ближе тебя мне никто не станет.
- Правда? – в его словах я почувствовала какую-то слабость. Слабость ко мне и слабость в своих чувствах. – Просто я боюсь потерять тебя. Ты не представляешь, насколько.
- А ты и не теряй, - улыбнувшись, я оставила легкий поцелуй на его сухих губах, а затем уткнулась лицом в его грудь.
Я чувствую жар его сердца сквозь кожу и материю одежды. Сейчас я понимаю, как этот человек дорог мне, и понимаю, что без него я уже не буду такой, как сейчас. Я просто не смогу. Моя депрессия рядом с ним отходит на второй план, и впервые за такое долгое время я могу противостоять им. Они больше не являются частью моей жизни. Не являются.
Но мне действительно нужно что-то сделать с поведением Макса. Глупо отрицать то, что я вижу, как он тянется ко мне, эти прикосновения, взгляды... Слишком нежны и аккуратны.
Мы лежали так еще некоторое время, пока я не почувствовала, что засыпаю. Я дернулась, так как мне нельзя было засыпать, потому что сегодня нужно быть дома, так как мама хотела устроить какой-то семейный разговор, и голос ее не предвещал чего-то радостного. Совершенно нет. Мы кое-как встали, а затем Кит повез меня домой.
- Я бы хотел познакомиться с твоей семьей, - это заставило меня резко повернуть голову в его стороны, когда мы были уже близко к дому. – Я хочу, чтобы они знали, с кем ты. В коне концов, они же знали Коди.
- С Коди я их познакомила не так сразу, - я прикусила губу, снова смотря на дорогу. – Но думаю, что я сделаю это до твоего отъезда.
- Я не хочу заставлять тебя.
У меня не нашлось нужного ответа для этой ситуации, поэтому я просто промолчала, держа его за руку все крепче. Мне так не хотелось расставаться с ним до завтра, но и не стоит забывать о делах, которые существуют вне нашего с ним мира. Маленького мира, который я давно поселила в своем сердце и так полюбила. Который создал он.
- Напишешь мне, что скажет мама, - он разблокировал двери, поцеловав меня в губы. – Я люблю тебя.
Мне все еще очень сложно произносить эти слова. Я словно разучилась делать это, мой язык просто не поворачивается на этих словах. Он не хочет торопить меня, и именно поэтому я жду то время, когда я сама приду к этому. Поцеловав его в ответ, я быстро вышла из машины, так как не люблю долго прощаться с ним, потому что обычно это затягивается надолго, даже слишком.
- Я дома, - как только я зашла домой я увидела Макса, дружелюбно помахав ему. Он одарил меня улыбкой, после чего я прошло в гостиную, где сидели все остальные. – Мам?
- Садитесь, - сдержанно сказала она, смотря на нас с братом. – Садитесь, дети мои.
Ее тон меня насторожил, даже слишком. Я всегда готовлюсь к худшему, чтобы потом расстраиваться все меньше.
- Помните. Что мы с Диланом часто отсутствовали дома в последнее время? - мы кивнули, а Дилан просто смотрел на Макса.
- Я скажу сам, ты сейчас начнешь плакать, - я резко выпрямилась после его слов, бегая взглядом от него к маме. – Я долго не понимал, что со мной происходит, но когда пошел в больницу, то меня отправили на срочное обследование в Швейцарию, где поставили диагноз гепатоцеллюлярная карцинома, простыми словами, это рак клеток печени, первоначальный, все лечится, но он распространяется слишком быстро, и...
- Пап..., - я услышала ломающийся голос Макса, тон которого сорвался на шепот. – Как... как так произошло?
- Тише, ты же мужчина, - Дилан в любой ситуации оставался таким, он редко давал волю эмоциям. – Я не умру, если начну лечить все быстро. Этому виной хронические заболевания, на которые наплевал, когда нужно было лечить. Макс. Все хорошо будет.
- Дилан? – я сглотнула огромный ком в горле, а в перегородке носа стало противно щипать. Чертовы эмоции и чувства. Этому всему Кит тебя научил. Разве это красиво? – От нас что-нибудь требуется?
- Хороший вопрос, сокровище, - если раньше меня дергало от его прозвищ, то сейчас я восприняла это все абсолютно адекватно. В этой ситуации я только так должна себя вести. – От вас требуется ваша поддержка и стать самостоятельными. Нам с мамой нужно собрать вещи и лететь в Швейцарию сегодня, дом будет на вас две или три недели. Понимаете?
Мы с Максом одновременно кивнули, а затем Дилан дал себе слабину и взял Макса за руку, когда у того по щекам лились горькие слезы. Наверное, со мной было бы так же, если бы это был мой родной отец. Посмотрев на маму, я увидела слезы и серый цвет лица. Сколько же она нанервничалась.
- Мама приедет к вам через полторы-две недели, а затем уедет за мной. И тогда мы вернемся вместе. Сначала я думал попросить приглядеть за вами, но увидев ваше сближение, я передумал. Вы очень повзрослели за последнее время.
- Мы сделаем все, что от нас требуется, - Макс перевел дух, прежде чем сказать это. Я даже не представляю, насколько ему сейчас тяжело слышать такие новости от родного отца. Но я знаю, что Макс будет сильным парнем. Нет, он будет сильным мужчиной. В его поддержку я кивнула, а потом Дилан и мама встали, обнимая нас по очереди. Я задержалась на маме, чувствуя, как майка в районе плеча немного намокла.
- Твои глаза блестят, Лили, - шепотом сказала она. – От счастья, знаю, потому что ты пахнешь духами любимого мужчины.
- Когда вы приедете, я познакомлю вас, - прижав ее к себе на пару секунд, мы отстранились. – Лили, приготовь, пожалуйста, чай и бутерброды. Пообедаем перед нашим уездом, хорошо?
Положительно кивнув, я пошла на кухню, чтобы выполнить мамину просьбу. Это заняло у меня немного времени, после чего я пошла в комнату Макса, чтобы позвать его. Когда я вошла в комнату, то застала его сидящим на кровати, прикрывшим ладонями лицо. Ему тяжело сейчас.
- Макс..., - подойдя к нему, я села перед ним на корточки, открывая лицо. – Они справятся, я знаю. Соберись, ведь на тебе большая ответственность.
Его лицо было красным, а глаза ярко блестели от слез, когда он смотрел на меня. Его ладони крепко держали мои.
- И я буду ответственным. Мы будем.
- Конечно, - держась за руки, мы поднялись на ноги, улыбнувшись друг другу. Выйдя из комнату я ненадолго задержалась. – Иди, я догоню.
Макс кивнул, а я быстро достала телефон, чтобы написать сообщение моему отцу. Мы вчера почти не общались, так как он весь в делах, и я много времени провожу с Китом, и иногда просто забываю написать ему, а он мне. Он как-то сказал, что видит улучшения в моем настроении. Когда выдастся время. Я расскажу ему про Кита.
«Привет, папочка. Как дела? Как погода? Не болеешь? Очень скучаю, прости, что так редко пишу...»
Ответ пришел не сразу, совсем не сразу. Мы уже успели попить чай, поговорить на счет дел в доме, и за старшего оставили нас обоих. Все будет поровну. Конечно, у Макса будет намного больше ответственности, ведь он мужчина. В последние моменты я совершенно не чувствовала, что он младше меня.
Когда я вернулась в комнату и хотела написать Киту, то на телефон пришел ответ от папы.
«Все хорошо, моя маленькая. Скоро приеду в гости, пока не могу сказать точно, когда, но приеду. Я очень занят, Лили, поэтому сам редко пишу. Поговорим завтра»
После разговора с Диланом и этой ситуацией я долго чувствовала ком в душе. Не представляю, какого сейчас Максу и маме.
А раньше боль других принесла бы тебе только безразличие. Что же с нами стало, Лили Фостер?