Глава 14.
Чимин от обиды сжимает в кулаках край одеяла, отводит взгляд в сторону и часто моргает, потому что слёзы так и напрашиваются наружу, а сдерживать их становится всё сложней и сложней. Сердце больно сжимается, когда в памяти всплывает тот момент, когда Пак чувствует лёгкие ноты неповторимого счастья, а затем колкую и до жути не приятную боль. И это самое ужасное сочетание чувств.
Flashback.
- Что тебе больше всего нравится? - задумчиво спрашивает брюнет, внимательно вглядываясь вперёд. Чимин украдкой наблюдает за альфой и не сразу слышит заданный вопрос, а когда доходит, то глубоко вдыхает воздух и выдаёт:
- Прогулки. По лесу.
Морской бриз и лесная свежесть. Казалось бы, разные вещи, не совместимые друг с другом, но водопад в глубине зачарованного леса всегда красиво смотрится, да?
На лице Юнги появляется слабая улыбка, из-за чего хрупкое сердечко Пака пропускает несколько ударов.
- Насморк прошёл, значит, - тянет альфа и смотрит на рыжего как-то заботливо, умиротворённо и с нескрываемой влюбленностью, что перерастает в большую и долгую любовь с каждой секундой. Вдруг, Чимин резко останавливается, тянет старшего на себя и, сплетая пальцы, носом утыкается в грудь, вдыхая холодный аромат. Брюнет замирает в одной позе, боясь даже дышать. Тепло разливается по всему телу, оставляя гусиную кожу после себя. До ушей не сразу доносится множественные всхлипы, и только через минуту Юнги понимает, что футболка неприятно прилипает к груди.
- Эй, ты что, плачешь? - тихо спрашивает альфа, сильнее сжав маленькую ладонь в своей. - Что случилось?
Альфе и вправду интересен ответ на этот вопрос, ну, блин, нормально же всё было, что не случилось? Но тот молчит, лишь шмыгает носом и всхлипывает каждые три секунды, которые вводят альфу в ступор окончательно. Мин оглядывается по сторонам, но ближайшей скамейки не находит, да и людей почти не видать. Парень аккуратно отдаляется от омеги и тянет того за руку куда-то в сторону.
- Ну же, не бойся.
И Пак несмело, но садится на траву, рядом с альфой.
- Хён, - шепчет рыжий и больно сжимает ладонь, от чего тот кривится, но палевного звука не издаёт. - Почему так больно?
- Где? Ты ударился?
Вот тут-то брюнет пугается и начинается панически осматривать заплаканного парня, но тот мотает головой в знак отрицания и правую руку прикладывает к сердцу.
- Что? Ты болен? Вызвать скорую? - на одном выдохе произносит Юнги и уже тянется к карману джинс, где лежит сотовый телефон, как его останавливает омега схватив за руку.
- Ты же меня не бросишь? - произносит тот дрожащим голосом, но взгляд вполне серьёзный, с толикой страха, что передаётся только на одном выдохе.
- Почему ты так подумал? - вопросом на вопрос отвечает черноволосый и хмурится, заставляя омегу занервничать.
- Не знаю, - тухло отвечает рыжий, от стыда опуская голову.
- Эм...Давай поскорее поедем в Сеул, ладно? - переводит тему Мин, закусывает нижнюю губу и пытается хоть как-то, да не растеряться на месте. Пак поджимает губы от обиды, но скандал устраивать на одном месте не собирается. Не хочет показаться обидчивым и капризным.
- Хорошо. А когда? - неохотно соглашается омега, отпускает чужую руку и отсаживается чуть подальше. Брюнет сразу чувствует холод, и это, почему-то, его огорчает.
- Давай...
•••
- ...Уже на этой неделе! - восторженно вскрикивает омега и в припрыжку входит в кафе. Затем показывается и Хосок, что сонно потирает глаза, громко зевая. Альфа лениво плетётся за брюнетом, еле переступая с ноги на ногу, и всё это от недосыпа. Новая, но высокооплачиваемая, работа в элитном токийском университете даётся трудно, но это в первое время. Дальше, Хосок надеется, пойдёт легче и будет не так сильно изнурительно.
- Чего так рано-то? - хрипло спрашивает альфа, рукой подпирает щёку и пытается не заснуть, но веки, как назло, будто превратились в свинец.
- Йа! Не спи! - возмущается омега и бьёт того по руке, из-за чего она соскальзывает и рыжеволосый больно ударяется носом о столешницу. - Я поговорю с дядей, и он отпустить тебя на неделю в Сеул, - говорит черноволосый, а когда переводит взгляд с афиши меню на истинного, то натыкается на пару глаз, что зло смотрят на парня. - Что? - недоумевает омега, на что Чон лишь вымучено выдыхает.
- Что ты там говорил о своём дяде? - спрашивает устало альфа, и в этот момент подходит официант с блокнотом и ручкой в руках, с базовой фразой:
- Вы решили с заказом?
МинХо ещё раз обводит взглядом брошюру и отвечает:
- Холодный рамён и сладкий рис, пожалуйста, - делает заказ сразу за двоих, ведь знает предпочтения Чона. Хосок поддерживающе кивает, а бета всё записывает и уходит восвояси.
- Ну, так вот, твой начальник - это мой дядя, милый, - отвечает Ким и лучезарно улыбается, подстать солнцу, что мучает, кажется, только одного Чон Хосока.
- Ты мне не говорил о своих родственниках, - задумчиво проговаривает тот, закусывая верхнюю губу.
Так он делает тогда, когда очень голоден.
- Есть ещё что-то, что я должен знать о твоей семье, перед тем, как с ними знакомится?
Брюнет тепло улыбается, но потом серьёзно задумывается над ответом. За это время, пока МинХо вспоминает всё, к их столику не спеша подходит тот парнишка и аккуратно раскладывает заказанную еду, и, что самое неожиданное, строит глазки Хосоку, переодически касаясь его рук при преподношении лапши и палочек. Омега это замечает, конечно же, не сразу, только тогда, когда тот уже ушёл, но всё равно злится.
- Эй, что он тебе сделал, а? - щурится парень, наблюдая как официант скрывается за какой-то дверью.
- Просто твой парень красавчик, - самодовольно проговаривает Чон и играет бровями. - И только твой, только твой, - спохватившись, дополняет он и широко улыбается. МинХо цокает, что-то там ещё бурчит про ужасный персонал и агрессивно тычет палочками по кружечку риса, из-за чего тот рассыпается по тарелке.
- Только попробуй с ним заговорить, - зло грозит парень, не поднимая голову. Хосок отвлекается от трапезы и непонимающе пялится на омегу, но когда разбирает сказанное, то улыбка сама появляется на сонном лице.
- А если заговорю? - дерзит рыжеволосый, складывает руки у груди и с ухмылкой на губах глядит на МинХо. Тот поднимает наконец взгляд, но эти глаза заставляют Чона незаметно вздрогнуть и, даже, испугаться.
- То я тебя кастрирую, - быстро отвечает тот и кулаком бьёт по деревянной столешнице. Рыжий вскидывает брови, но всё также ухмыляется, медленно встаёт с места, а черноволосый уже начинает беспокоится, что альфа сейчас и вправду пойдёт к этому смазливому официанту, но у того даже такой мысли не было. Он всего лишь обходит стол и садится рядом с МинХо, завлекая того в нежный поцелуй, что у брюнета аж дыхание сбилось.
- Я же шучу. Я люблю только тебя.
•••
Если в Токио царит любовная идиллия, то в это время Чимин задыхается в слезах от обиды и волнения. Но если первое понятно, то второе вводит в ступор.
Одно короткое сообщение от неизвестного контакта, что подписался в конце, как "Знакомый Мин Юнги", проясняет всю ситуацию, от "А" до "Я".
Тэхён на грани нервного срыва.
Едем в Сеул завтра же.