Эпилог
*Автор*
— Мама! — мальчик бежал, буквально летел, со второго этажа на первый. Маленький Элиа не видел ничего кроме своей мамы, которая через пару минут будет в его поле зрения.
— Элиа, не кричи, пожалуйста, — Кармэлла кинула взгляд на малышку в углу, которая забронировала прекрасный уголок для себя и своих игрушек. Маленькая Фальконе очень любит солнечный свет и падающие лучики только радуют девочку. Ее маленькая фигурка сидит среди разбросанных по коврику игрушек, когда ладони хлопают, привлекая ее внимание. Девочка смотрела на свои руки, которые создавали звук, как на что-то новое, что-то необыкновенное. Она перевела взгляд на свою маму, широко улыбаясь. Малышка встала на ноги и направилась в сторону женщины, протягивая к ней свои маленькие ручки.
Кармэлла мягко улыбнулась, смотря на дочь, но тут перед ней прыгнул сын. Этот непоседа Элиа.
— Мам, я хочу к Роману, Камилле и Джейку.
— А ты сделал, что я тебя просила?
— Я убрал игрушки, — с энтузиазмом ответил сын. Элиа прекрасно знает, что если выполнить все условия, которые ему предлагает мама, то после он может делать, что хочет. С наведением порядка в своей комнате это тоже работает, но мальчику это не особо нравится. Слишком скучно и муторно.
— Хорошо, милый, иди, — стоило мальчику развернуться, как он наткнулся на свою сестру. Девочка уперлась в своего брата и, не удержав равновесие, упала на пол, стукаясь головой о пол.
— Дани! — мальчик навис на сестрой, переживая, что ей может быть больно. Увидев эмоции брата, девочка поняла, что можно и поплакать. Ее лицо сморщилось, а нижняя губа начала дрожать, ещё чуть-чуть и она заплачет, поднимая на уши весь дом. — Нет, не плачь. Прости, — Элиа взял свою сестру за руки и потянул ее наверх, плавно поднимая на ноги. Даниэла смотрела на своего старшего брата глазами неба, думая, довериться ли ему. — Пойдём к ребятам? — Элиа с момента рождения сестры не чувствовал себя ущемлённым или забытым, он с радостью принял пополнение в семье и по сей день готов быть с Даниэлой в любое время суток.
— Ма! Ма! Ма! — девочка потянула руки к маме, уходя от брата. В Элиа что-то щёлкнуло, ему стало обидно, что сестра выбрала маму, а не его. Но Кармэлла часто даёт ему советы не брать в серьез действия Даниэлы, пока она такая маленькая. Пока она совсем кроха, она чаще будет тянуться к ней, а не Элиа. Мальчику, конечно, такой расклад не нравится. Он хочет быть другом и опорой для своей сестры.
— Я здесь, родная, — Даниэла ухватилась за руку мамы, когда та подняла ее на руки. Дочь тут же прильнула к ней с объятиями, успокаиваясь. — Сынок, я справлюсь, иди к ребятам, — мягкая улыбка матери прогнала все плохие мысли из головы мальчика. Позабыв все обиды, он выскочил из дома, направляясь во двор, где уже сидели семья Руссо и Фальконе. — Даниэла, мы пойдём ко всем остальным? — взяв тарелку с овощами, которые Кармэлла нарезала до ЧП сына и дочери, она услышала звонкое согласие малышки.
— Да! — Даниэла снова захлопала в ладоши. Ее фисташкового цвета пачка подчеркивала голубизну ее глаз. Девочка была настоящей куклой. Пухлые щёки, большие и выразительные глаза.
Если Элиа был копией своей матери от характера до черт лица, то Даниэла была дочерью обоих. Такой же тихий, незаметный ребёнок, что и Массимо в детстве. Абсолютно идентичные черты лица, что и у отца.... но вот ее глаза. Глаза девочка взяла по маминой линии, а точнее от своей бабушки. Ее глаза были цвета неба, яркие, насыщенные и невероятно переполненные нежностью. Эта девочка несла в своём маленьком тельце столько любви и добра. Она внесла свою лепту в жизнь каждого, кто ее окружал и окружает по сей день.
— Мои девочки уже здесь? — на лице Массимо появилась улыбка, когда он оторвался от прожарки мяса, поворачиваясь к своим девочкам. Заметив папу, Даниэла протянула к нему свои руки, широко улыбаясь.
— Па! Па! — маленькие отголоски «Папа» радовали слух Массимо. Даниэла, в отличии от Элиа, ещё не сказала ни «мама», ни «папа», зато она сказала «баба». Сказать, что Киара прыгала от счастья, это ничего не сказать. Кареглазая не выпускала из объятий свою внучку, даже думала отказать ее родителям в просьбе вернуть дочь. Киаре не хватает детей и стоит Кармэлле с Массимо или Лотте с Алессио приехать домой, то она тут же расцветает.
Сегодня очередь приезжать всем в дом Массимо и Кармэллы. День рождения Даниэлы важный праздник для всех Фальконе, Руссо и Витиелло.
— Да, мой ангел, папа рядом, — стоило дочери появится на его руках, как все напряжение покинуло его тело. Массимо, казалось, наполнился ватой, ради дочери. Он готов стать чертовым плюшевым единорогом, если того попросит дочь.
— Ааа! — протянула девочка, смотря своими большими глазами на отца. Одной рукой она провела по его лицу, получив нежный поцелуй в ладонь, когда другая ее рука полезла в рот. Маленьким мальчиком, Даниэла испачкала нос отца слюнями, широко улыбаясь. Девочке нравилось играть с отцом.
— Камилла, ты что делаешь! — послышался голос недовольного старшего брата Руссо и девочка в руках отца вздрогнула. Она медленно повернулась лицом к площадке, смотря на своего кузена выпученными глазами. Казалось, что она видит его в первый раз.
— А что? Я же просто переставила его, — шепотом ответила брату девочка, не понимая откуда взялась такая агрессия.
Камилла Руссо, интересующаяся всем миром девочка, копия своего отца, что внешне, что внутренне.
— Она не тут стояла! — воскликнул Элиа, встав на защиту кузена. Они были не разлей вода, и Джейка вовсе не смущала разница в возрасте. Он и Элиа прекрасно ладили.
— Не трогай наши танки, мелкая, — кинул напоследок своей сестре Джейк, за что получил ответный удар от голубоглазой.
— Отстань, дурак!
— Камилла, — предостерегающий взгляд и голос матери быстро остановили атаку агрессии в сторону глупого мальчишки.
— Прости, мам, — девочка повернулась к брату, заметив его довольное лицо. — Джейк показывает мне язык!
— Джейк? — голос отца. Голос знаменитого чуть ли не на весь Лас-Вегас Доминика Руссо. За это время, за время, что он прибывает отцом он выучил две золотые фишки: с парнями - вы друзья, с девчонками - вы их подданные.
— Прости, пап. Прости, Камилла, — без какого-то энтузиазма попросил прощения мальчик, обнимая младшую сестру. Пусть ссорятся хоть каждые пять минут, но промежуточная минута всегда будет минутой перемирия.
— Они такие шумные, — проворчал Массимо, смотря на семью Руссо также, как и дочь. Сейчас они были безумно похожи. Кармэлла не могла сдержать улыбки.
— Они прекрасно дополняют друг друга, — на слова жены мужчина закатили глаза, возвращая своё внимание к прожарке мяса. Дочери это явно не понравилось. Как так? Где это видано, чтобы папа не продолжил любоваться своей дочкой?
— Па! — повысила голос малышка, заставляя своего папу вздрогнуть от неожиданности. С появлением детей Массимо стал более чутким и острым на слух, если такое вообще возможно.
Старший брат, услышав якобы полное восклицание сестры «папа», подбежал к отцу с сестрой, протягиваясь руки к Даниэле.
— А Элиа? Дани, скажи Элиа! Элиа! - все не унимался мальчик. Девочка смотрела на него своими большими голубыми глазами и не понимала, чего от неё хочет брат. Обычно этот большой мальчик подходит к ней для игры, когда надо покушать или когда пора спать. Даниэла не понимает такую энергичную реакцию в ее сторону и потому переводит свой взгляд на маму, тянув к ней руки. Кармэлла забрала дочь с рук мужа и присела на корточки рядом с сыном, судя дочь на ноги так, чтобы она могла видеть и брата и всех остальных.
— Милый, ей ещё трудно так хорошо разговаривать, — мягкая ладонь матери прошлась по щеке сына. Он прижался к руке матери, улыбаясь. Даниэла с усилиями подняла руку Кармэллы, такая ее ладонью себе в лицо. Желание Даниэлы тоже почувствовать ладонь мамы на щеке вызвало у него приступ смеха, а точнее то, как она это выполнила. Лицо девочки сморщилось от недовольства, когда она поняла, что ладонь должна быть точно не на ее носу.
— Аааа, жаль, — успокоившись, ответил он и погладил голову сестры, играя с ее волосами. Младшая сестра ухватилась за руку брата, тянув ее в рот. Это маленькое чудо готово затащить себе в рот все, что угодно. Главное, чтобы зубы перестали чесаться.
— Сынок, если она не говорит твоё имя, это не значит, что она не любит тебя. Твоя сестра безумно любвеобильная, и поверь, ее любовь распространяется и на тебя тоже.
— Я знаю, я тоже люблю Дани, — Элиа улыбнулся своей сестре и наклонился к ней, оставляя поцелуй на щеке. Девочка захихикала, зажмуривая глаза. Но стоило звуку шин машины раздаться неподалёку, как оба ребёнка перевели взгляд на гостей. — Бабушка! Дедушка! — Элиа сорвался с места и побежал к своим родным, которые тут же подхватили его, заключая в объятия. Маленькая Фальконе решила не отставать от брата и последовала по его следам. От помощи матери в виде ее пальца она отказалась. Даниэла медленными шагами приближалась к бабушке и дедушке, видя попой в подгузнике.
— Мой маленький монстрик! — послышался хриплый голос Нино Фальконе, а после и смех ребенка.
— Дедушка, хватит! — Элиа остановил поток щекотки со стороны дедушки и потянулся к Киаре, своей бабушке.
— Привет, мой мальчик, — женщина не смогла проигнорировать любимого внука, зато без проблем проигнорировала наказ мужа, не поднимать детей. Она крепко обняла Элиа и только после Грозного голоса мужа, она опустилась на корточки, ставя мальчика на ноги.
— Бабушка, а ты приготовишь свои кексы? — попросил он ее, небрежно поправляя волосы.
— А мама тебе не готовит кексы? — подходящая к ним Кармэлла уловила нотки вымогательства в голосе сына и нахмурилась. Этот шкет, дай ему только повод, он тут же попросит бабушку приготовить что-нибудь вкусное.
— Они у неё не такие вкусные, — с улыбкой сказал он, а когда почувствовал приближение матери, то спрятался за тело бабушки, хихикая.
— Засранец маленький, — прошептала золотоглазая с улыбкой и обняла свекровь, пока Дани двигалась к деду.
— Даниэла, моя маленькая леди! — воскликнул Нино и подхватил внучку на руки, кружа ее. Звонкий смех раздался по всей территории сада.
— Ба-ба-ба, — девочка захлопала в ладоши стоило ее делу успокоить движение и посадить ее на изгиб руки.
— Нет чтобы Де-де-де, милая, — мужчина дотронулся носом до ее маленького и ему тут же прилетел ответ.
— Аааа!
— Получил? — Киара взорвалась смехом, как только увидела картину: ее внучка кусает нос ее мужа, использую его за место соски.
— Оторвала бы меня от неё, а то без носа останусь, — проворчал он.
Кармэлла улыбнулась, наблюдая за этой картиной. Ее взгляд метнулся за спину свекра, там показалась белокурая копна волос ее подруги.
— Невио, Рора, сюда! — повысила она голос, привлекая внимание друзей. Фальконе с улыбкой двинулись в сторону дома Кармэллы и Массимо, не удержав своих детей.
— Ааааа! — прокричали мальчик, играя на перегонки, кто быстрее добежит до дома.
— Пацаны! — Элиа побежал им на встречу широко улыбаясь. Кристофер и Рафаэль младше Элиа на год, но это им никак не мешает хорошо играть друг с другом. Мальчики отлично ладят, такое ощущение, что они могут читать мысли друг друга. Настолько мальчишки привыкли друг к другу.
— На что мы подписались? — прошептал Массимо, подходя к жене. Его родители пошли вглубь ко всем остальным, держа на руках внучку. Даниэла спокойно сидела на руках деда, тыкая пальцами в его татуировки. Эта любовь детей к его рисункам бесконечна.
— Ты тоже понял, что собрать всех у нас плохая идея? — из Кармэллы вырвался смешок, когда муж притянул ее за талию в объятия. Тепло его тела дарило спокойствие и безопасность. Как всегда.
— Крис! Раф! Адель! — послышался неподалёку голос сына, и оба родителя повернули головы. Они наткнулись на родителей Адель, Грету и Амо, которые вышагивали рядом с маленькой принцессой.
Адель Витиелло, дочь своего отца, дочь своей матери. Воплощение грации Греты и величества Амо.
— Мальчики, вы уже так выросли. Адель, привет, девочка, — каждый из детей попал в объятия своей тети и получил поцелуй в щеку.
— Кармэлла! — воскликнула Грета, обнимая подругу. — Элиа, привет! — мальчик не остался без внимания тети. На его лице расползлась улыбка.
— Все за стол! — раздался голос Доминика со двора, где собрались уже все люди. Дети разукрасят этот вечер, наполняя его звонким смехом. С появлением малышей семья Фальконе стала намного больше и энергичней. Внуки и внучки не дают покоя своим дедушкам и бабушкам, когда родители привозят их в особняк. Иногда старшее поколение удивляется, как стены особняка остались чистыми? Обычно дети любят все разрисовывать, а эти стены как были белёсыми, так и остались.
Открою секрет. Они просто не видели стены в домах своих детей.
— Дани, солнце мое, иди ко мне, — Кармэлла позвала дочь, забирая ее с рук деда. Нино с недовольством на лице отдал малышку.
— Ам, ам, ам! — девочка сжимала и разжимала кулачки, смотря на накрытый едой стол. Каково же будет ее разочарование, когда она увидит свою собственную еду. Ведь ей нельзя есть все, что она захочет со стола.
— Да, мы сейчас будем кушать.
***
— Мам, а когда мы будем укладывать Дани спать? — прошептал Элиа своей матери на ушко.
— Милый, ещё очень рано. Посмотри на неё, она как батарейка. Сейчас мы её точно не уложим, — непонятные движения его сестры, которые все называют «танцами» были тому подтверждение. В ближайшие два часа Даниэла Фальконе точно не заснёт.
— Понятно, — с грустью ответил он и опустил глаза.
— Ты так сильно хочешь ее уложить спать? — Массимо погладил сына по голове.
— Мне нравится засыпать с ней. Она такая маленькая, — он ручками показал «размер» сестры и улыбнулся. По сравнению с Элиа Даниэла и правда безумно маленькая. Она больше напоминала куклу, чем живого ребёнка.
— Обещай, что ты всегда будешь на стороне своей сестры, Элиа, — Массимо наклонился к мальчику, шепча эти слова ему на ухо.
— Обещаю.
— Кто ты? — это была их мантра. С самого рождения Массимо видел в своём сыне бойца.
— Боец, пока маленький.
— Но боец, — они стукнулись кулачками, и мальчик убежал к ребятам, пополняя их круг.
— Спасибо, — прошептал Фальконе, утыкаясь лицом в каштановые волосы бывшей Руссо.
— За что?
— Ты подарила мне двух чудесных детей, Кармэлла, — он улыбнулся, переведя беглый взгляд на сына и дочь. Маленькие человечки его жизни играли вместе, громко смеясь. Даниэла не скрывала своей радости, ведь она играла вместе со всеми детьми. Ни Франческа, ни Роман, ни Джейк не чувствовали себя не в своей тарелке. Все дети играли вместе, не обращая внимание на возраст.
— Не без твоей помощи, — она улыбнулась мужу, сверкая золотыми глазами. Они были поглощены разговором, совершенно не замечая, что один очень важный человек наблюдал за ними.
Доминик.
Старший брат. Ее опора, ее сила, ее жизнь. Руссо никак не мог смириться, что он потерял четыре года жизни своей сестры, тем самым совершенно ее не узнавая. Он не видел в ней больше ту стеснительную и робкую Кармэллу, которой было бы приятнее сидеть дома, читать книги и играть на скрипке. Он видел девушку, которая открылась благодаря любви и готов был на коленях благодарить за это Массимо. Без него, его сестра просто бы погибла. Доминик понимает это и благодарит судьбу за Массимо в жизни его сестры.
— Не знаю, что было если бы мы тогда не решились быть вместе.
— Одно я знаю точно: мы оба были бы несчастны, — заключила девушка, повернув голову в сторону детей. Их сын держал за руки их дочь, придерживая ее, чтобы девочка не упала и не ушиблась.
— Я люблю тебя, Кармэлла, — раздался шепот, опаляющий ее ухо. На лице Массимо расползлась улыбка, когда Кармэлла с улыбкой прикрыла глаза, поворачиваясь лицом к нему.
— До конца, Массимо. Я буду любить тебя до конца, — она оставила лёгкий поцелуй на губах мужа, чувствуя сладость вишневого пирога.
За время их брака она многое почувствовала на себе. Какого это быть женой, мамой, невесткой. Кармэлла никогда не забудет тот день, когда она стала официально Фальконе.
А Массимо никогда не забудет тот день, когда он не смог заснуть без неё. Тот день, когда он понял, что не сможет без неё.
Они оба не забудут тот день, когда увидели друг друга на кухне. Тот мимолётный взгляд пробудил истинные чувства ребят, подтолкнув их на правильную тропинку. На тропинку влечения к любви.
А может, порочное влечение вовсе было не порочным?
Может оно было судьбоносным?