Порочное влечение

*Доминик*

Каждый удар, каждый ее стон, каждые слёзы....я чувствовал и видел все и не мог ничего сделать. Кармэллу приковали цепями в середине помещения, когда же меня держали в углу. Нас обоих раздели, оголив кожу...ее тело...черт возьми, они уродуют ее. Но моя сестра держится. Не проронила ещё ни одного крика и это их выводит из себя.

— Нравится? — ублюдок потянул ее за волосы на себя, смотря ей в глаза. Я дёрнулся и в спину мне прилетел электрошокер. Тело пронзило болью и дрожью одновременно. — Нам тоже! Где твои крики, сладкая? Или ты только в кровати этих уродов кричишь?

— Кармэлла, — позвал я ее, давая понять, что я рядом, хотя черт возьми, это ей ничем не поможет. Я стою в нескольких метрах от неё и не могу даже пошевелиться. Что я за брат, за защитник такой?

— Заткнись, — я почувствовал удар биты по спине и закрыл глаза, считая до десяти. В голове стоял крик Кармэллы, который она сдерживает в себе.

— Бей! — я резко раскрыл глаза и тут же двинулся вперёд. Черт с тобой, конченный ты ублюдок. В мои ноги, бедра, спину и голову прилетали различные удары.

— Нет! Кармэлла! — удар под колено прилетел резко и неожиданно и я упал на колени, терпя электрошокер.

— Ну все. Давайте дадим милашке передохнуть, — он со злобной улыбкой остановил своих шавок, которые отошли от Кармэллы. Несколько часов вы, твари, били ее безостановочно. Черт возьми, Фальконе, где вас носит?

— Ты уж определись, милашка я или шлюха, — черт возьми, Кармэлла....

— Одно другому не мешает. За свой язык получишь ещё, — ее ударили несколько раз по рёбрам, выталкивая из неё воздух. Я дёрнулся в ее сторону, но все было напрасно. Он как будто только и делает, что смотрит на меня.

— Куда ты рыпаешься? Стой на месте!

— Какие же вы твари, — прошипел я, когда лицо ублюдка появилось передо мной.

— Твари? — самый главный подошёл ко мне, вытирая со своих рук кровь Кармэллы. Ее тело было полностью покрыто кровью, которая сочилась из ран на спине. — С самого начала мы были против тебя, но наш капо никого не слушал. Мы все пытались тебя на чём-то поймать и Аллилуйя! Мы смогли. Чертова вкладка со страничкой твоей сестры сделала все за себя. Надо быть осторожнее, Руссо, — он ударил меня коленом по голове, вызывая неприятное оглушение. — Ещё! Продолжайте! Я не слышу ее криков! — и тут, как по заказу, Кармэлла громко кричит после третьего удара по груди.

— Кармэлла! — выкрикнул я, когда ее повернули ко мне лицом.

— Видишь до чего ты довёл свою сестру? — прошептал мне убогий голос на ухо. — Это ты виноват, Доминик. Ты втянул ее в это, — я почти встал, чтобы побежать в Кармэлле. Я готов был лишиться рук из-за этих чертовых цепей. — Не рыпайся! Бейте сильнее! За каждую твою попытку освободиться, мы будем бить ее сильнее и жёстче, — Кармэлла хмыкнула. Она плачет.

В темноте помещения, я заметил новый силуэт и он явно не был вместе с этими уродами Наряда. Я приготовился, надеясь на то, что это один из Фальконе.

Послышался выстрел.

— Отошли от неё все! — услышав чужой рокот, я воспользовался замешательством ублюдка позади меня и скрутил цепи, сковывающие мои руки, вокруг его шеи, не давая ему вздохнуть.

— Нино Фальконе, — с улыбкой протянул главный.

— Хуже, — Нино схватил одного из них и держал его шею в захвате точно так же, как и я, — он Массимо Фальконе. Отошли от неё! — черт возьми, наконец-то.

— Мои парни слушают только меня.

— Тогда скажи им это.

— На кой мне это надо? — острое лезвие ножа соприкоснулось с кожей мерзавца, когда Алессио подошёл к нему со спины, нацелившись на его шею.

Дерьмо, это Массимо и Алессио. Парни, вы чертовски выросли.

— Мой брат сказал отойти от неё, — холодный голос Алессио резанул слух и у меня проснулась гордость за мальчишек. — Чего такой не понятливый?

— Ты сказал, что нас не найдут как минимум три дня, — прошипел главарь на одного из своих и я сильнее сжал гордо ублюдка, отключая его. Массимо поступил с одним из них так же, ударив по голове.

— Кармэлла, — из него вылетело имя мышонка. Он освободил ее от цепей с помощью пушки и поднял на руки. Встретившись со всеми взглядом, он вышел на улицу с моей сестрой на руках.

Век тебя не забуду.

— Развяжите меня, — Нино вырубил своего и освободил меня. Протирая руки, я подхватил биту, идя на главного ублюдка. Алессио отступил от него с жестокой улыбкой на лице.

— Что? Будешь мстить? — тварь. Ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю.

— Поверь, я буду, — первый удар пришёлся ему по челюсти и это только начало.

*Массимо*

Она была в моих руках...моя девочка была вся в крови, царапинах, ранах, синяках. Кармэлла дрожала и пыталась ближе придвинуться к моему телу. Ублюдки оставили ее только в нижнем больше, изуродовав тело глубокими ранами от хлыста. Ее лицо было испачкано кровью, которую слёзы пытались смыть, но лишь только размазали по коже.
Я с девушкой на руках выбежал из здания навстречу нашим ребятам, которые окружили дом и ждали только моего появления. Нельзя было брать дом штурмом пока там Кармэлла. Доминик однозначно справится сам, им сейчас двигает гнев.

— Они там? — после моего кивка люди двинулись в дом, освобождая мне проход к вертолету с нашим медиком.

— Кармэлла, с тобой все будет хорошо, я рядом, — прошептал я, когда положил ее на сидения. Док моментально начал осматривать ее тело. Она схватила меня за руку, слегка потянув на себя из-за недостатка сил.

— Доминик, — вылетело из неё и я тут же прильнул к ней, гладя ее по голове. Она прикрыла свои золотые глаза.

— С ним все будет хорошо.

— Ее надо оперировать, — шепот дока вывел меня из транса и я перевёл на него взгляд.

— Тогда мы едем в ближайшую больницу. Больницу Каморры! — добавил я, когда понял, что они с дуру могут завернуть в Джефферсон.

***

Четыре часа хирурги не выходят со мной на связь, пропав в реанимационной. Кармэллу приняли моментально. Когда я кратко описал ситуацию от момента ее похищения, ей провели быстрое обследование и только после отвезли на операцию.
Я был в белоснежном и раздражающем коридоре один уже несколько часов. Ни одного слова о том, что с Кармэллой все хорошо, что она поправится. Я не мог найти себе места, хотя коридор был абсолютно пуст. В моем распоряжении были все места на неудобных стульях и все стены с полами, но я не мог. Не мог усидеть на одном месте, когда уже четвёртый час идёт операция. Что можно там так долго делать?

— Ну как? — я услышал топот позади себя, а после и голоса Алессио и Доминика. Они подбежали ко мне, запыхаясь. Оба были испачканы кровью.

— Ещё на вышли, — сухо ответил я, не отводя взгляд от чертовых дверей, за которыми пропала Кармэлла.

Из головы не вылетает картинка, как ее выхватывают из моих рук, кладут на кушетку и везут по белому коридору. Ее рука, испачканная кровью, крепко держала мою. Она не хотела меня отпускать точно так же, как и я её.

— Массимо? — тихий шепот отца послышался сбоку от меня и я повернул к нему голову. Я почувствовал его руки на своих плечах. — Все будет хорошо, — прошептал он мне, сжимая руки сильнее.

Пока я не услышу эти слова от хирурга, я никому не поверю.

— Мать твою, Доминик! — прокричал идущий к нам Римо с Невио. Он раскрыл свои руки для объятий. — Ты гребаная кошка! У тебя по несколько жизней, — Доминик слабо улыбнулся. Он потерял много энергии пока выбивал всю дурь из ублюдков, которые мучали их. Все его тело в крови подтвердило это.

Медсестра принесла влажные полотенца моему брату и Дому.

— Их все я сейчас готов отдать Кармэлле, — прошептал он, с ненавистью вытирая свои руки. Я знаю, что он чувствует.

Беспомощность и жалость. Он не смог защитить Кармэллу так же, как не смог и я. Она пострадала из-за нас. Из-за моего чертового разрешения поехать на выступление. Если бы я знал, то приковал бы ее наручниками и не выпускал, пока весь кошмар не прошёл бы.

— Не надо все, оставь хотя бы одну для себя. Дома тебя кое-кто ждёт, — Доминик снова слабо улыбнулся, посмотрев на меня. Он сел рядом со мной и протянул мне руку, с мягкостью в глазах. Кармэлла смотрела на меня точно так же, когда просила разрешения.

Я пожал его ладонь и мы обнялись, хлопая друг друга по спине.

— Где она? — я раскрыл глаза, когда по коридору раздался голос мамы. Она бежала вместе с Авророй и Лоттой к нашей группе. На их лицах был испуг, глаза мамы угрожали атакой слез.

— Вы почему здесь? — ее поймал отец, держа за плечи. Мамин взгляд прожигал его лицо.

— Моя невестка на грани жизнь и смерти, а ты спрашиваешь, что я здесь делаю? — тело Доминика напряглось рядом со мной и я тут же повернул голову в другую сторону.

— Лотта? — дошёл до меня голос брата.

— Я не останусь в стороне, когда происходит такое. Тем более с ней.

— Аврора, они знают, — послышалось с другой стороны.

— Ты сделал это, чтобы вразумить их. Я рада, что теперь все знают, — я готов был разорвать себя в клочья.

Однажды Кармэлла спросила меня, не хотелось ли мне когда-нибудь любить кого-то чужого? Начать отношения? Сейчас я как никогда готов отдать все, чтобы она была рядом со мной. Я готов был отдать душу дьяволу, сделать все, чтобы моя девочка вернулась ко мне. Я не хочу даже думать о плохом исходе событий. Я не могу. Не хочу. Моя Кармэлла выживет, у нас будет крепкая семья. Моя девочка сильная, она справится. Я отдал бы ей все силы, чтобы она осталась жива.

Кармэлла заслуживает быть счастливой, она как никто другой заслужила этого. Жизнь будет чертовой сукой, если лишит ее этой возможности.

— Нам надо вытерпеть ещё бунт твоего отца, — продолжил Невио, давя на меня.

Я прекрасно понимаю, что я не в праве приказывать им всем заткнуться и не вести себя, как милые парочки, когда Кармэлла на грани жизни и смерти. Я не мог им такое сказать, но и терпеть я это не в силах.

Моя любимая может отказаться бороться в любую секунду.

Нет. Она этого не сделает.

Кармэлла, мы так близки к спокойной жизни, о которой ты мечтала. Прошу тебя, побудь сильной ещё чуть-чуть, ради нашего будущего. Обещаю, с тобой больше ничего не случится. Я больше не допущу такого. Не оставляй меня.

— Вытерпим, — слова Авроры вывели меня из равновесия и я встал со своего места направляясь к дверям. Я не хотел слышать больше никого. Я хотел увидеть Кармэллу, обнять ее, почувствовать ее рядом. Присутствие всех парочек лишь подталкивают меня к срыву, я не могу так. Я ходил от стены к стене и все так же отчетливо слышал разговоры ребят.

— Невестка? — Доминик сейчас либо разнесёт это место, либо разнесёт его.

— Дом, спокойно, — мама подошла к нему, когда я повернул голову в их сторону.

Мне стоит вмешаться или же остаться на своём месте и пожить ещё пару минут?

— Киара, Кармэлла твоя невестка? — Доминик возвышался над моей матерью, когда я начал приближаться к ним.

Это я сделал предложение Кармэлле, пусть все претензии высказывает мне.

— Она невеста Массимо, — ответила она. Я не успел подойти к ним вплотную. Между нами оставался шаг, когда Доминик медленно повернул голову в мою сторону.

Я сейчас, мать вашу, сдохну.

— Так это ты, — я не понял высказывание Доминика и нахмурил брови. Со стороны операционной послышались движения и, повернувшись, я увидел два хирурга. Один из них направился к нам. Он был испачкан кровью. Кровью Кармэллы.

— Вы, наверно, превратились в верующих и молились каждую секунду Богу, когда она пропала. Иначе это объяснить я не могу. Это просто чудо, что она выжила, — мы все подбежали к нему.

— Как она?

— Жива, что очень шокирует. У неё около семи переломов, ещё бы чуть-чуть и оба ребра проткнули бы ей легкое. Самое главное, что позвоночник поврежден совсем не сильно, конечности не парализованы, ходить она сможет, — я вслушивался в каждое слово мужчины, стараясь не пропустить ни одной детали.

Речь идёт о моей будущей жене.

Мужчина снял маску с шапочкой. На его лице было подобие легкой улыбки.

— Ей нужен покой. Больше сна, когда она сможет ходить, не сидите дома, идите на свежий воздух, пускай пропивает весь курс витаминов, который я пропишу, ей и ребенку нужно скорее восстановиться, иначе это плохо скажется на них обоих.

— Стоять, — остановил я его болтовню и пытался собраться с мыслями. Какой ещё ребёнок, мать вашу. — Какой ребёнок?

— Я так понимаю, ваш, — он указал на меня рукой. — Вы не в курсе? — мужчина обвёл взглядом каждого из нас и я почувствовал напряжение, исходящее от мамы. — Девушка беременна, срок один месяц. Я поэтому так удивлён. Они оба выжили, несмотря на такое количество травм.

Я не мог слушать дальше что-либо. После слов «Девушка беременна, срок один месяц» я перестал вслушиваться в его слова.

Меня парализовало.

Наш ребёнок в теле Кармэллы и уже начал проходить испытания жизни.
Черт возьми, как он выжил после такого.
Как моя девочка выжила после такого.

— Предполагаю, что Кармэлла сама не знала о беременности, — подала голос Лотта, вытащив меня из оцепенения. — Мы как-то с ней разговаривали, и она сказала, что никогда не будет скрывать от отца ее ребёнка свою беременность. Даже если он бросит ее или они будут в ссоре.

Образовалась гробовая тишина.

— Тогда я вас поздравляю, — разрядил обстановку мужчина, чем привлёк к себе внимание. — Вы станете отцом, а вы бабушкой с дедушкой, — он улыбнулся нам и посмотрел на маму. — Мечтам свойственно сбываться, так ведь, Миссис?

— Но не таким же путём, — прошептала мама, шмыгая носом, хирург улыбнулся.

— Советую вам лучше сдерживать плохие эмоции рядом с девушкой. Гормоны дело такое, что неизвестно, как она себя поведёт, увидев ваши слёзы из-за неё. Нервные срывы, стресс, переживания - последнее, что ей нужно, — мужчина обошёл нас, уходя в свой кабинет.
Я стоял полностью оцепенев.

Кармэлла беременна.

Я чувствовал взгляды многих на себе, но не мог ответить им тем же. Мой интерес был прикован к стене до тех пор, пока я не услышал голос Доминика.

— Ты обрюхатил мою сестру? — заметив движение со стороны, мое тело снова начало функционировать. Я начал отходить от него, прекрасно зная, что он сейчас со мной сделает.

Новость, что Кармэлла не просто жива, но ещё и беременна, не только вдохнула в меня жизнь, но и дала стимул не падать духом. Никакой Доминик не остановит меня стать мужем его сестры и отцом его племянника или племянницы.

— Доминик, — позвал его Римо с улыбкой на лице.

— Ты, гаденыш, спал с ней?

— Все было по согласию! — ответил я, когда начал ускоряться. Доминик шёл на меня, мы ходили по кругу, обходя наших.

— Я прикончу тебя! — я побежал. Побежал так, как никогда не бежал.

Я бежал с улыбкой.

— Иди сюда! — крик Доминика не пугал меня.

Я стану отцом!

Я стану, черт возьми, папой!

— Доминик, мы в больнице, — прокричал Римо, когда мы снова завернули в их сторону. Каждый из нас улыбался.

Беременность и безопасность жизни Кармэллы успокоили нас и подарили энергию, которую сейчас Руссо тратит на бег.

— Он трахался с моей сестрой!

— Она моя будущая жена! — ответил я, широко улыбаясь, и Доминик остановился. В его голубых глазах отразилось осознание, он завыл.

— Дерьмо!

— Добро пожаловать в настоящее, Доминик Руссо! — Римо громко рассмеялся. В моей голове стояли мои слова.

Она - моя будущая жена. Она - моя Кармэлла.