21 глава.
На самом деле происходящее сразу вызвало у всех людей в зале шок. Каролина и Меган чуть ли не бились в истерике, умоляя незнакомую девушку выбросить нож, после чего блондинка не выдержала и прокричала, что она Стефани Зингл, лучшая из лучших. А также, что ей очень обидно, что мистер Ликер не позвал её на такую вечеринку, ведь благодаря деньгам её родителей этот пансионат стоял в тройке лидеров штата Калифорния. Всегда ухоженная Стеф выглядела совершенно по-другому – короткие, жесткие волосы, бледное лицо, не излучающее свет, платье, совсем не вписывающееся в её стиль, но Оливия решила, что блондинке оно подойдёт. Поэтому большинство учеников попросту не узнали когда-то популярную Зингл младшую. Она утеряла свою красоту в лечебнице Блэйк за счет издевательств на протяжении семи месяцев. И это было ужасно.
Карл тем временем даже сейчас держался сам и держал свою уверенность, пока по шее Дакоты по прежнему стекала кровь, которая в некоторых местах уже засохла.
– Стеф, отпусти её, зачем тебе это, – мягко проговорил блондин, подходя ближе.
– Потому что ты только мой! Я делала для тебя всё, а сейчас я хочу изолировать эту дрянь от общества, которая с первого же дня удосужилась, чтобы ты назвал её красоткой. Почему, любимый? Почему же она? Чем я хуже? Я ведь что угодно для тебя сделаю, а она воротила нос даже во Флоренции! Почему?!
Голос срывался на крик, а её рука сильнее начала сжимать плечо брюнетки, отчего та тихо зашипела.
– Хочешь знать? Дакота удивительная девушка. Нет, даже не так, лучше этой, я уверен, никогда не встречу. Серьезная, милая, грубая, ангельская, обаятельная и словно заноза у тебя в заднице, только есть желание не вытащить её, а затащить вглубь кожи. Вокруг неё летает огромный шарм, она притягивает. А что представляешь из себя ты, Стеф? Ты просто раненый ребенок, у которого затаилась обида за родителей и которой некуда деть свою великую любовь, поэтому ты прицепилась ко мне, чтобы удовлетворить свое израненое, болезненно колющее, сердце. Но это у тебя тоже не вышло. Ты слабая, а сейчас пытаешься казаться всемогущей, держа у шеи моей любимой девушки нож у горла. Браво.
– Заткнись! Заткнись, заткнись, заткнись! Ты ни черта не понимаешь!
Рука Стеф дрогнула, отчего лезвие вошло в кожу бледной брюнетки чересчур глубоко, вызывая её истощенный крик. Боль была нестерпимой, а прикрытые глаза от боли были словно красной тряпкой для быка. В ту же секунду парень подлетел к отвлеченной Стеф, выворачивая руки ей за спину, отбирая нож и затем откидывая его подальше. В то время вбежала группка полицейских, которые направляли оружие на сцену, где Камбелл держал обозленную Стеф. Голова Дакоты медленно обернулась в сторону Карла, а после тело отказалось её слушать и брюнетка с шумом упала на пол, пока красное пятно под ней увеличивалось. Крики и визги заполнили зал, а блондин отшвырнул Стеф в сторону, падая на колени рядом с лежавшей девушкой, истекавшей кровью. Разум был затуманен, а испуг заполнил всю его голову.
– Вызовите скорую!
* * *
Жизнь способна преподносить нам испытания, но некоторые из них могут быть слишком невыполнимыми и ужасно сложными.
Проведя по выпирающим костяшкам на руке брюнетки, Карл перевёл злобный взгляд на Клина, сидящего рядом.
– Ты же сказал, что всё под контролем! Сказал, что она больше не навредит ей! – блондин старался говорить как можно тише, но с бурлящими эмоциями внутри было сложно справиться.
– Я и понятия не имел, что Оливия выкинет подобное! Мы с ней договаривались совсем не об этом, – сухо ответил Клин, иногда кидая взволнованные взгляды на Дакоту, которая всё ещё была не в сознании.
– Конечно-конечно. Вы договорились трахаться, действовать на нервы бывшей твоей девушке, для того чтобы та разочаровалась в тебе, а ещё чтобы у Зингл не было возможности выбраться из психушки, но Оливия сама лично ей всё организовала. Блэйк бы изличиться от безмозглости. Хотя боюсь, не поможет.
– А я не понимаю, почему ты переживаешь так за неё? – Рейхорд кивнул в сторону Дакоты, непонимающе уставившись на парня. Признавать щекотящую душу мысль признавать не хотелось, но голос блондина всё равно это подтвердил.
– Не делай вид, что не знаешь, Клин. Я люблю её. Ты тоже. Но благодаря своей работе ты её теряешь, поздравляю. Я признался ей, а также сказал, что это наша последняя встреча, но... Но если ты не уйдешь из своего гребанного наркоманческого бизнеса, то я заберу эту малышку от тебя подальше, чтобы ты её ни за что не нашёл. Клин, это не та жизнь, которую она заслуживает. Ты и сам должен понимать. Косяк будет твой – а действовать будут через неё.
– Твоя забота очень бесценна, но почему-то убить её дважды пыталась влюбленная по уши в тебя девка! – огрызнулся тот в ответ.
Казалось, они могли бы спорить ещё вечность, но шевеление на больничной койке заставило обоих встревоженно уставиться на Дакоту. Вид был болезненным, усталым и безжизненным. Её сердце билось, хоть и крови она потеряла не мало. Стеф настолько сильно вжала нож ей в горло, что даже слегка задела гортань брюнетки. Сейчас она была в норме, но нужно было время на реабилитацию. Главное, что жить будет.
Зингл же временно поместили в психиатрическую больницу, а Оливии сказали не выезжать из города, так как Стеф рассказала им всё про издевательства над ней в лечебнице, да и к тому же Блэйк взяли как соучастницу, так как Стефани находилась на лечении и стоял запрет на выход за пределы больницы, что она удачно нарушила. Теперь обеим было не до смеха.
Скрипучий звук издал матрас, когда Дакота попыталась сесть. Небольшая усталость, а также острая боль при попытке выпить кипячёной воды, что стояла на тумбочке. Горло болело, но больше её пугали парни, сидящие возле больничной койки. Их вид был несколько раздраженным и взволнованным, что не осталось незамеченным девушкой, а также она не упустила возможности усмехнуться собственной пролетевшей мыслишке.
«Да ладно, раздражаются при виде меня, когда я, уверена, по виду в ужасном состоянии?».
Но эту мысль брюнетка откинула также быстро, как она влетела в её голову. После лёгкого кашля их лица перестали излучать раздражение, а звук, издавший рот девушки, заставил вскочить обеих.
– Всё хорошо? – произнес Карл, бережно хватая её за руку.
– Может позвать врача? – встрепенулся Клин.
Дакота лишь снова усмехнулась, сдерживая смех, потому что боль в шее сразу дала о себе знать, но если она живая, то раны всё равно заживут, а слабость исчезнет.
Отрицательно закачав головой на вопрос Клина, девушка кинула многозначительный взгляд на блондина, держащего её за руку, говорящий о том, что если даже благодаря Стеф у неё была перерезана глотка, то это не значит, будто она всё забыла. То, что было до Зингл. До того недоразумения. Его признание, их трепетный поцелуй, который был на яву, и медленный танец. Это не сон – это чистой воды реальность, которую она не прочь бы и повторить. Сейчас Дакота смотрела на него под другим углом. Карл высокий обаятельный блондин, с красивыми небесно-голубыми глазами с кусочками льда внутри, прямым носом, притягательными губами и накаченными стройными ногами – как она узнала ещё давно, в детстве парень любил заниматься танцами, но когда ему исполнилось пятнадцать, кружок в пансионате закрыли, а выходить за пределы пансионата несколько раз в неделю ему бы не разрешали. Камбелл был для неё сладким карамельным леденцом. И было ужасно стыдно это признавать в обществе бывшего парня Клина, которого ещё недавно она желала вернуть.
– Я хочу домой, – проныла брюнетка, жалобно глядя на двух парней.
Отсиживаться здесь ещё несколько дней ей абсолютно не хотелось, а в этой клинике Малибу должны были дать ещё время, чтобы отлежать себе последние ребра.