Избавься от меня

Глава 28
«Я хочу сделать заявление!»

Хадсон

Неделю спустя...

- Мальчик мой, белая рубаха — это классика. В суде ты должен быть как с иголочки. – бубнит дедушка, сидя позади меня на банкетке кремового цвета.
- Я думал мы закрыли тему с одеждой. – устало усмехаюсь я, пока личный стилист нашей семьи поправляет мне воротник голубой рубахи или, как бы этот цвет назвала мама – васильковой.

Обычно я стараюсь не спорить со стариком, потому что я действительно люблю его и уважаю его мнение. Раньше бы я беспрекословно отправился переодеваться, но я уже вырос из того возраста, когда ты стараешься угодить семье, лишь бы они были довольны тобой. Теперь компания Ларсонов под моим полным руководством. Сейчас мне предстоит отправиться в зал суда, где меня будут обвинять в убийстве, а вся моя семья будет сидеть как на иголках, ожидая вердикта. Так что цвет рубахи мне безразличен, как и замечания Ларсона старшего.

Вчера меня выписали из больницы и суд сразу же назначил слушанье, ведь из-за моего отсутствия разбирательство пришлось отложить. Поправив TAG HEUER CARRERA на запястье, я вышел из своей бывшей спальни в доме и пошел вниз, по лестнице, поправляя манжеты. Дед сразу же поспешил за мной.

В гостиной уже сидел Чед, практически в таком же костюме, как у меня, только в чёрных оттенках.
- Кто-то умер? – ухмыляюсь я, проходя мимо него в кухню, выпить воды.
- Извини, тюремной робы не нашлось в моем брендовом гардеробе. – отшутился Хастингс, следуя попятам. – Давно на воду перешел?
Парень кивком указывает на мой наполняющийся стакан.
- Я, конечно, мог бы завалиться в суд пьяным, но боюсь это снизит мои и без того нулевые шансы выйти оттуда оправданным. – говорю я и делаю несколько глотков.
- Что за ущербное настроение? – Чед хмурится. – Забыл кто ты такой?
Мое лицо корчится в ироничном удивлении от начала мотивационной речи Хастингса.

- Ты – Хадсон Кристофер Ларсон, наследник Larson's Atlantic ship company, самый популярный парень города, молодой миллиардер, капитан баскетбольной школьной команды в прошлом и мой лучший друг. А еще красивый, умный, богатый, спортивный, сильный и... - Чед начал задыхаться от собственных эмоций. – Да был бы на месте этой судьи я, то мечтал бы тебе отс...

В кухню вошла Грейс.
- Ну ты понял. – сразу же успокоился Хастингс, похлопал меня по плечу и покинул помещение.

- Даже знать не хочу. – сразу же выставила руку перед собой Грейс, заткнув меня.
Ей и не нужно было делать этого, потому что я уже потерял всякий дар речи, увидев её. На ней такая же рубашка, как на мне, хотя мы вовсе не обговаривали в чем пойдем, молочный джемпер от Ralph Lauren с фирменной эмблемой, белоснежная плиссированная юбка и чёрные лоферы. Она выглядит, как моя женская версия и это только больше топит мое сердце.

Легкий розовый румянец говорит о том, что она волнуется, от солнца на её лице проступили едва заметные веснушки, под глазами бледные синяки, которые она усердно маскировала. Пухлые губы намазаны бальзамом. Я до сих пор помню его на вкус. Не могу оторвать взгляд от неё.

- Отлично выглядишь, папа сказал, что внешний вид тоже играет важную роль в суде. – старается сменить свою напряженность Грейс.
Я расставляю руки, призывая ее к себе для утешительных объятий.
- Тональник может отпечататься на пиджаке. – возражает она.
- Да плевать мне на этот пиджак, мне важно то, что чувствуешь ты. Это моя обязанность поддерживать тебя. – настаиваю я. – К тому же, теперь я могу себе позволить сотню таких пиджаков. – из груди вырывается самодовольные смешок.

В её глазах блеснул маленький огонек радости, и она сразу же подошла ближе. Я прижал её к себе, уткнулся носом в её русые волосы, пахнущие пионами, и забылся. Слышу, как бьется её сердце, чувствую его ребрами. Оно принадлежит мне, только мне. Значит я буду делать всё, буду буквально расшибаться, но это сердце, сердце моей любимой, будет быстро биться лишь от счастья и любви.

- Нам пора ехать. – стуча в стену сообщает Джордан и тут же скрывается за углом.
- Джордан, Остин, Чед, мама, ты, дед. Да у меня целая команда поддержки. Надеюсь взяли с собой помпоны? – смеюсь я
- Я бы с радостью соблазнила адвоката Лиама или же судью в костюме чирлидершы если бы тебе это помогло. – наигранно грустит Грейс.
- Прибереги костюм до вечера, дорогая. – ухмыляюсь я, беру ее за руку, и мы идем на улицу, в машину.

К зданию суда машина с Джорданом, дедушкой и мамой подъехала раньше, поэтому они уже вошли туда, когда приехали мы с Чедом, Остином и Грейс. На лестнице, возле здания из белоснежных колон и мрамора, собралась целая толпа журналистов, полиции, которая их разгоняла, обычных граждан, жаждущих новостей и сплетен.

Сначала вылез Чед, затем Остин. Они навели достаточно шума, толпа уже была готова растерзать их. Следом вышел я, поправил лацкан пиджака. Всё происходило как в замедленной съемке, потому что, по правде говоря, я жутко нервничал. И не из-за себя, а из-за того, что близким мне людям сейчас придется выслушивать какой я урод. Журналисты без конца делали фотографии, но от вспышек камер спасали черные очки, которые мы все надели. Я протянул руку в машину, чтобы помочь Грейс выйти.

- Мистер Ларсон, как вы считаете, есть ли у вас шанс выиграть дело?

- Мистер Ларсон, почему вашей сестры нет здесь сегодня?

- Почему с вашей компанией продолжают сотрудничать, учитывая вашу репутацию?

- Мисс Коуэн, почему вы продолжаете отношения с убийцей? Вы действовали сообща?

Вопросы стали слышаться со всех сторон, но Мэнли предупреждал, что нельзя отвечать ни на один из них, пока судья не вынесет приговор. Мы молча поднимаемся друг за другом в узком коридорчике из людей, который нам смогли проделать охрана и полиция. Во мне бушует агрессия, я готов каждому из них лично устроить самый настоящий ад, но держусь из последних сил. Жалкие никчемные журналистишки пожалеют, что сунулись сюда. До конца своих дней будут печатать колонку прогноза погоды в газете, которую используют как упаковку или туалетную бумагу.

Но рука Грейс скользит вдоль моей, касается локтя, и я мигом успокаиваюсь. Как же я благодарен, что она сейчас рядом, но мне бесконечно жаль, что ей приходится переживать все это вместе со мной.

Только мы собираемся зайти внутрь, как Чед разворачивается и идет к журналистам. Остин мчится за ним. Мы с Грейс будто тут единственные взрослые.

- Чтоб вы все знали! – обращается к ним криком Чед. – Моё самолюбие изранено, ведь вы не задали мне ни одного вопроса! А раз вы меня расстроили, я закрою компанию Global texts, которые вас сюда и отправили. Всем хорошего последнего рабочего дня!

Чед дружелюбно помахал рукой на прощанье ошарашенным, грустным и растерянным журналистам, а затем вернулся к нам. По дороге они с Остином громко смеялись давали друг другу кулаки.

- Серьезно? – фыркает Грейс.
- Лучше я их лишу работы, чем Хадсон побьет каждого от злости. – Хастингс указывает на мое лицо.
- Заткнись! – Грейс с Остином одновременно шикают и Чед поднимает руки вверх, как будто сдается.
- Не надо говорить ни о какой агрессии в суде. – говорит Грейс и заходит в здание. Остин идет следом за ней.
- Прости, Хад. – неловко говорит Чед.
- Все нормально, я реально был готов накинуться на них, но ты сделал лучше. Мне нужно идти к адвокату. – я хлопаю друга по плечу.
- Да, иди. Я присмотрю за Грейс. И если тебя посадят тоже. – кивает мне Чед.
- Держи свой член в штанах. – рычу я. – За ней присмотрит её отец.
- Да шучу я. – вздыхает Хастингс.
- Я все сказал. – говорю я и ухожу.

Грейс

Мы все сидим возле дверей в зал суда. Хадсона увел Мэнли, а с ними ушел и Тэрон. Остин переписывается с Рейчел, Меллиса сидит рядом со мной на лавке, вот уже в которые раз поправляет свою укладку. Она точно нервничает. Папа с Чедом стоят напротив нас, сложив руки в карманы. Хастингс не пропускает ни одной юбки даже тут. Папа наблюдает за миссис Ларсон.

- Мелли, что с тобой? Я понимаю, обстоятельства не лучшие, но ты уж слишком нервничаешь. У Хадсона лучший адвокат, не стоит так волноваться. Мы приложили все усилия, чтобы выиграть. – пытается подбодрить её мой отец.
- Слишком многое стоит на кону. – практически шепчет она. Мы всей компанией переглядываемся.
- О чем это вы? – сразу же спрашивает Чед.
- Ты дурак? – не выдерживаю я. – Её сына могут лишить свободы на много лет, разве этого недостаточно?
- Помниться мне сначала она не так тревожилась, даже из дома его выставила. – возражает Чед.
- Вы двое! Замолчите! – рявкает папа.
- Дело не только в этом. – наконец вмешивается в разговор Меллиса. – Хадсон заставил его переписать на него компанию. Если он проиграет наша семья потеряет все, что строила поколениями, а Хадсон лишится права на фамилию и наследство.

- Боже мой... - шепчет от шока себе под нос Остин.
Мы с Чедом переглядываемся, его глаза выражают одержанную победу, ведь он оказался прав, для нее не столько важен сын, сколько компания.
- Меллиса... - папа трет переносицу. – Ты ведь не так глупа! Почему ты допустила это?!
- Потому что я чужая в этой семье и не имею полноценного права управлять компанией. Раз Хадсон настаивал, я была вынуждена уступить, ведь он мог рассказать об этом Тэрону или обратиться к Мэнли и, учитывая кодекс семьи, он бы выиграл и получил желаемое. Это он глуп, раз забрал её себе в самое неподходящее время. – объясняется Меллиса.
- Он просто хотел вашей поддержки, а, зная, что эта компания вам дорога, он прибегнул к крайнем мерам, чтобы вы встали на его сторону! – защищаю Хадсона я.
- Вот именно! – поддерживает меня негодующий Чед.

В это мгновение к нам подходит низкий пухлый мужчина в очках.
- Нужно кое-что сообщить. – говорит Мэнли. – Вы не должны ни при каких обстоятельствах общаться со стороной обвинения. Ясно? Даже просто в коридоре. Никак!
- Ясно. – по очереди отвечаем мы.

Затем нас приглашают в зал суда. По левую сторону от входа рассаживается сторона Хадсона, по правую – сторона Лиама. Мы сидим рядом друг с другом, но сзади нас и другие. Там некоторые сотрудники и партнеры по бизнесу Ларсонов, несколько дальних родственников и друзей семьи.

На стороне Лиама я не знаю практически никого, но Чед говорит, что это в основном ребята от Логана, участвующие в гонках. Также там сидит и сам Логан, сверля нас взглядом. Рядом с ним Скарлет. Он держит её за руку. Как же омерзительно... Позади них сидит миссис Картер, мама Луна, и видимо её новый муж, отец Лиама. Он лысый и похож на какого-то дилера. Весь в татуировках и с противными усами.

Вот только Миссис Картер выглядит совершенно подавленной. Будто это просто опустошённое тело. Она на секунду взглянула в мою сторону и тут же отвернулась. Я заметила, как она смахнула слезинку.

В зал заводят Хадсона. Он усаживается рядом с Мэнли. Тэрон заходит следом, но садится рядом со своей дочерью и моим отцом. Хад проходится взглядом по всему залу и замечает свою сестру. Мы с Остином пристально наблюдаем за ними. Он сразу же померкла, опустила глаза, но взгляд Хадсона наполнился разочарованьем.

- Не представлю, что он чувствует, когда его предал самый близкий человек. Наверное мы с тобой бы никогда не простили друг друга за такое. – говорит мой младший брат.
- Я бы простила тебя. – уверенно заявляю я. Остин целует меня в щеку и я на минутку кладу голову на его плечо.
- А меня посюсюкаете? - смеется Хастингс, на что получает средний палец от Остина.

Сидя на первом ряду, я ощущаю себя в самом эпицентре событий. Суд начинается с того, что адвокат Лиама рассказывает присяжным свою версию событий, затем мистер Мэнли рассказывает версию событий Хадсона. Я смотрю парню в затылок, желая сидеть сейчас рядом с ним, подержать его всеми возможными способами, но это невозможно.

- Мы вызываем Мистера Картера в качестве свидетеля. – отвечает судье адвокат Лиама, а я снова все прослушала. В мыслях только Хадсон. Я не могу ни на чем сосредоточиться.

Отец Лиама скармливает очередную ложь всем в зале, рассказывая, как встретился с Хадсоном возле дома, у него были якобы сумасшедшие глаза, по которым он и понял, что Хадсон совершил нечто ужасное. Когда он вошел в дом, обнаружил Мертвую Луну и Лиама, который пытался вернуть девушку к жизни.

У меня сложилось впечатление, что присяжные поверили его версии событий.

Затем сторона защиты – Мистер Мэнли вызвал одну из сотрудниц компании Ларсонов, которая рассказала, что именно во время убийства, Хадсон находился в офисе, подписывая договор о сотрудничестве с очередным партнером. Однако, никто ей явно не верит, ведь у Хадсона достаточно денег, чтобы подкупить жалкую бухгалтершу. Тем не менее, Мэнли предоставляет документ с подписью лично судье, потому что больше никому его нельзя демонстрировать.

Судья принимает доказательство. Но вот под присягу вызывают Логана. Скарлет сидит неподвижно. Ей страшно от того, что Логан ею манипулирует или от того, что она пошла против семьи? Она явно встала на скользкую дорожку.

- Какой же позор... - шипит Тэрон, когда замечает Скарлет на противоположной стороне. На глазах девушки выступают слезы, наверное, его фразу слышал весь зал, ведь судья стучит молотком и делает замечание. Хадсон даже не оборачивается.

- Я лично не присутствовал, когда произошла эта трагедия, но Луна была мне как родная сестра... - Логан поднимает голову, дабы сдержать слезы. Вот же урод, такой актерской игры суд еще не видел. – Но я могу сказать вот что: Хадсон Ларсон и Чедвик Хастингс те еще отморозки.
- Мистер Анивар, не выражайтесь и не впутывайте в дело мистера Хастингса. – делает замечание судья.
- Извините, ваша честь. – шмыгает носом Логан, затем видит, как Чед показывает ему средний палец, нагло улыбаясь. – Хадсон частенько заезжал на гонки, которые я устраивал на территории моего парка с автомастерской. Для него всегда была важна победа любой ценой. Он ставил деньги на машины, сметал все на своем пути, когда был за рулем, а если выигрывал, то своим трофеем считал девчонок, стоящих на финише. Они всегда были для него лишь мясом. Еще он очень агрессивен и, насколько мне известно, сидит на обезболивающих. Так что такая персона, как Хадсон Ларсон, вполне способна убийство. Тем более девушки, которая носила их нежеланного ребенка. А, учитывая, что Хадсон убил своего отца, так и вовсе не сомневаюсь в его виновности.

- Протестую! – тут же кричит Мэнли. Зал перешептывается. – Домыслы! Откуда вдруг появилось какое-то псевдоубийство Норта Ларсона?!
- Стоп. – приказывает судья. – Разбираемся по порядку. Сторона обвинения, у вас есть тест на отцовство, чтобы заявлять, что Хадсон Ларсон отец ребенка убитой?
Адвокат Лиама тут же подрывается с места с белым листком бумаги и несется к судье. Та быстро вчитывается в листок.

- Принимается. Сторона защиты, у вас есть тест на содержание наркотических веществ в крови, чтобы оправдать зависимость обвиняемого? – спрашивает судья.

Мэнли также с листком бежит к судье. Судья соглашается.

- Да у него же просто неприлично много денег! Он мог купить тест! – кричит Лиам.
- Тест делается врачом, заверенным судьей, придурок! – встает на защиту друга Чед.
- Тишина в зале суда! – снова стучит судья. – Мистер Анивар, с чего вы решили, что Норт Ларсон мертв?

И тут я замираю.
- Как же меня бесит этот идиот! – рычит Чед.
- Чед... - я хватаю его за руку. Парень испуганно смотрит на меня. -Это я...Я сказала Логану эту чушь, чтобы подкрасться поближе. Это было в тот день, когда он похитил меня.
- Скажи, что ты шутишь... - шокировано произносит Чед, но я не шучу.

- Так мне сказала Грейс Коуэн. Это девушка Хадсона Ларсона. – заявляет Логан.
Все смотрят на меня, присяжные шепчутся, ведь уверенны, что я стала главной причиной убийства Луны. Из-за ревности. Тэрон смотрит на меня убийственно ледяным взглядом. Даже Хадсон обернулся, чтобы убедится, что он не ослышался. А я испытываю ужасный стыд. И не знаю даже как мне оправдаться...Врать всем, что Логан наговаривает на меня? Обвинить его в похищении?

- Протестую, Ваша честь! – заявляет со смехом Мэнли. Теперь уже мы все таращимся на него. Он из ума выжил? – Логан Анивар абсолютно очевидно врет под присягой.
- Ну конечно... - фыркает Логан.
- Откуда вы знаете? – спрашивает судья.
- Ну а как Норт Ларсон может быть мертв, если он здесь, среди нас? – смеется Мэнли.

Мы все оборачиваемся назад и мое сердце останавливается. Буквально. Потому что я вижу Норта, сидящего на самом заднем ряду зала. Он одет в приличный дорогой костюм, его длинные волосы зачесаны назад, голубые глаза теперь ясные и белые, в отличии от нашей последней встречи. Я словно увидела призрака. Поворачиваюсь, чтобы посмотреть реакцию Хадсона – он такой же бледный и удивленный, как я. Скарлет и вовсе задрожала, Меллиса снова умывается слезами, но Тэрон вовсе не обернулся посмотреть на собственного сына. Что бы это могло значить?

- Норт Ларсон был направлен в рехаб своим сыном Хадсоном. Никто об этом не знал, потому что семья Ларсонов известна в нашей стране, так что проблемы с зависимостью Норта не хотели придавать большой огласке. – уверенно заявляет Мэнли.

Глаза Логана увеличились раза в два. Его подбородок дрожит, каждое движение кричит о страхе. И пока в зале суда вырисовывается картина «Последний день Помпеи», звонкий женский голос дрожащими нотами выкрикивает:

- Я хочу сделать заявление!

Мое тело буквально вздрагивает от испуга, но глаза усердно ищут смельчака. И ею оказывается Миссис Картер.

- С позволения судьи, я бы хотела рассказать правду. – продолжает она. Её свежеиспеченный муженек тянет руку, чуть ли не отрывая и шипит что-то себе под нос.
- Если обе стороны согласны. – заявляет судья. Проходит пару секунд и обе стороны соглашаются, хотя Лиам явно напряжен. Неужели этот кретин правда думает, что она хочет оклеветать Хадсона, как и он с Логаном?

Миссис Картер занимает место Логана, клянется не лгать под присягой и начинает говорить то, чего никто не ожидал услышать...