Часть 28. Марат узнал.
Утром выдалось тяжелым. Глаза совершенно не хотели открываться, а тело будто было припечатано к кровати. Увы, нужно было встать и собираться в школу, не смотря на свой опухший вид. Утренняя рутина началась с ванной, голову мыть было совершенно лень и я всего лишь умылась.
– Иди ешь, – с кухни послышался нежный голос мамы, которая звала меня завтракать. Она видела моё тяжелое состояние, но пыталась не лезть, хотя и её заботы мне сейчас не хватало.
– Иду, – ответила я, выходя с ванной комнаты и направляясь на кухню, где уже красовались вкусные бутерброды. Над чаем полыхал пар, а сахарницу протянула мама в своих руках.
– Все хорошо? – спросила мама, вытирая руки об кухонное полотенце. Взгляд у нее был взволнованным и брови подняты,
от не понимания.
– Да, – тихим голосом ответила я, беря в руки один бутерброд. Откусив, я поняла, что кушать совершенно не хочется, – мам, я не буду.
– Поешь немного, – мама подвинула обратно тарелку, которую я отодвинула от себя,
после укуса. Я отрицательно покивала головой, вставая со стула и уходя с комнаты. Мама проводила меня расстроенным взглядом.
Время уже подходило, брат уже был одет, чтобы довезти меня. Поэтому, понимая, что времени мало я быстро оделась и подхватила в руки ранец. В коридоре брат уже одевался, а я за ним.
– Пошли, – открыл Раджа дверь, предварительно выйдя в подъезд. Я медленно ступила за ним, спускаясь вниз.
Выйдя с подъезда, в нос сразу же ударил морозный воздух, которого не хватало этим душным утром.
В кабинете меня встретила учительница, которая приглашала на то же место, что и тогда. Марат сидел всё там же и его взгляд был направлен в окно, даже на мое появление он никак не отреагировал. Я прошла по классу и села на место, от Марата так и не послышалось, ни привет, ни пока.
Звонок прозвенел, моя усталость уже сияла на лице и чувствовалась в мышцах. Почему я так
слабею?
Взяв руки в ранец, я вышла с кабинета и пошла по коридору, смотря себе под ноги. Так я и шла прямо, пока не наткнулась на чью-то грудь. Марат?
– Постой, – стоял мальчишка на месте, пока я протирала ладонью лоб от удара, – ты с Турбо поссорилась?
– Нет, – холодно ответила я, пытаясь избежать разговора про него.
– Я же знаю, что да, – ответил тот, не давая мне пройти, что я и пыталась сделать после своего ответа.
– Чего тебе? – подняла я глаза на брюнета, разглядывая его эмоции на лице. Он, по моему, был в полном недоумении.
– Почему вы поссорились? – он посмотрел на меня внимательно, не давая себя обмануть, он не давал опустить глаза или обойти стороной,
он намерен стоять до последнего, как и тогда... В первый раз.
– Мы не ссорились, – сглотнула ком я, – просто разошлись по разным сторонам, – в голосе появилась дрожь, внутри меня была целая буря эмоций. Отчаяние переполняло моё нутро.
– Почему? – нервно бросил тот.
– Потому что мой брат Радик Галиакберов, – кинула я и прорвалась вперед, задев плечо Марата. Я понимала, что сейчас буду реветь вновь навзрыд, вспоминая наш расход. Рукавом я заткнула свой рот, чтобы не заорать на всё учебное заведение. Ну зачем он напомнил? Зачем вынудил это ему сказать?
Марат стоял, как окаменевший. Он совершенно не ожидал такого услышать. Неужели мы все это время держали под крылом хадишевскую? Эта мысль пронеслась у него в голове. Как так? Слухи распространяются очень быстро, а тут... Она так тщательно это скрывала.
Забегая в туалет, я тут же упала попой на пол, слёзы уже не держались, а вновь текли.
Теперь, узнав об этом Марат, узнает и Универсам. В этом я была уверенна.