Шестикрылый

Дин крепко сжимал руками руль, поглядывал на наручные часы и ехал с огромной скоростью на Импале, вжимая педаль в пол. Сэм, сидящий на переднем пассажирском, краем глаза поглядывал на напряжённо смотрящего в окно Каса, чей галстук и воротник рубашки заметно растрепались, словно он их постоянно растягивал.

Ехали в гробовом молчании, даже без музыки. Джек и мама остались в бункере для того, чтобы «быть всегда на связи», цитируя Дина. Вот только Сэм был уверенным, - да и не только он, - в том, что Дин просто хотел этих двоих уберечь от возможной опасности, которую будет раскрывать им то место, куда они ехали. Да и если бы у него была возможность, то он оставил бы и Каса, и Сэма вместе с ними в бункере.

Это желание было у каждого из них, просто изредка нужно было довериться напарнику в деле, иначе прогоришь. Насмерть.

Детройт встречал их своим пасмурным рассветом. Тучи каруселью кружились по небу и выдыхали свой холод на землю. Деревья мелькали за окнами и провожали Ималу взмахами своих чёрных ветвей, словно благословляли её. Сэм покусывал щеку изнутри, читая названия вывесок и смотря на отзеркаливающие улицу окна домов.

Сегодняшнее утро было до больного нормальным, если не считать напряжение, когтями раздирающее их груди. Сэм переплёл пальцы и впился взглядом в колени.

Если бы сейчас увидел Гейб... Если бы он увидел, то удивился бы.

Твёрдый и уверенный Сэм не был сейчас твёрдым и уверенным. Это были его люди. Люди, ни один из которых не ответил на звонок. Сэму хотелось кому-то вмазать, чтобы растормошить своё напряжение. Аж ладонь зачесалась.

Шины проехались по шуршащему под колёсами гравию и Импала замерла в тот самый момент, когда на карте в телефоне Дина стоящая на одном месте красная точка слилась с постоянно двигающейся тёмно-синей, указывающей на них. Именно в этот момент Сэму на телефон пришло уведомление.

«Вы приехали?»

Сэм перечитал его. И посмотрел за окно. Да, они определённо приехали.

Отправив Джеку короткое «Да», Сэм наблюдал, как ветер перекатывает обёртку от купленной кем-то из забегаловки выпечки. Бумажка исчезла из поля его зрения в тот самый момент, когда довольно близко подобралась к украшенному прорастающими сквозь камни и пыль отростками порогу. Слилась с тенью.

И Сэм поднял голову, смотря на возвышающееся над машиной здание с заколоченными окнами и побитыми временем деревянными стенами. Над домом сгруппировались тёмные тучи, - по мнению охотника, тут не хватало только вспышек молнии и звучного грома для того, чтобы всё в точности было, как в «Скуби-Ду».

- Если Бил Смит живёт тут, я разочаруюсь в его вкусе. - бросил Дин, открывая дверь и вылазя наружу.

Сэм и Кас последовали за ним. Три двери с хлопком и одновременно закрылись за ними и Дин, подбросив в руках ключи от Импалы, спрятал их в карман. Его волосы растрепались на ветру, а вид стал ещё более хмурым.

- Бил в не самом трезвом состоянии говорил мне, что хочет жить в замке с позолоченными потолками и хрустальными окнами. - молвил Сэм. - Ты думаешь, что этот человек выбрал бы это место как одно из своих жилищ даже на некоторое время?

- Я не знаю, Сэм. Очень надеюсь.

- Надеемся все мы. - негромко молвил Кас за их спинами, с рукава вытаскивая острый клинок голубоватого отлива.

Сэм положил руку на металлическую и оттого холодящую руку рукоятку короткого охотничьего клинка в своём кармане, за которым покоился уже вечность как ведущий Сэмом на всех охотах Taurus PT92. Дин перед ним со свистящим вдохом вобрал воздух и выставил готовый к атаке пистолет. И Сэм на миг представил, как тот привычно им двоим дымится после огнестрельного залпа.

Дверь не просто не выдержала негромкого стука, она от их ног, которые поднимались по ступеням, с усталым вздохом рухнула вниз. Петли покачивались перед глазами Сэма и туча пыли поднялась с земли к самому потолку, который местами уже окончательно осыпался. Весь дом был мертвецом, которого ещё не снесли каким-то чудным образом.

- На Скуби-Ду определённо не похоже. - пробормотал себе под нос Сэм. - Там дома выглядят более уютно.

- Что? - переспросил Дин.

- Ничего. Идём.

Сэм подтолкнул своего брата вперёд и шагнул одновременно с ним.

Кас последовал за ними. Сэм услышал, как серафим втянул сырой воздух и кашлянул. Конец его ангельского клинка с визгом проехался по какой-то трубе, которая вряд-ли продержится на стене хотя бы год.

- Я бы не советовал глубоко дышать. - мягко кинул ему через плечо Сэм.

Кас явно посмотрел на его спину и после минутного молчания, залёгшего среди них, произнёс:

- Этот дом населяли раньше. По крайней мере, век назад тут жили люди, несколько семей. А дому более чем четыре века. Он рухнет очень и очень скоро.

- И, правда, с чего ты взял? - саркастически буркнул впереди них Дин.

- С того, что этот дом достаточно хорош для прикрытия.

Спереди понеслось краткое хмыканье, на которое Сэм даже не среагировал, привыкнув к подколкам и резким фразам своего брата.

- В особенности с обваленными в нескольких местах потолками.

Вроде бы, должен был привыкнуть и Кас, что не подавал на такое виду, – но все они знали, насколько сильно его задевают слова Дина всякий раз.

Серафим замолк позади него, а Сэм лишь поджал губы.

- Бил? Бил! Это Винчестеры! Ты тут, парень?

Ответом Винчестеру была тишина, глубокая и тяжёлая, спутанная лианами с напряжением. Дин свернул за угол, выкинув перед собой пистолет, крепко сжатый в руках.

По потолкам расползалась дряхлая паутина, на которой изредка замечались чернеющие пятнами пауки. Сэм отмахнулся от одного, упавшего ему на плечо, но даже не задержался, - не впервой. И он не удивился, когда за углом их встретил только длинный, запутанный коридор с обваленными потолками. Кое-где проглядывало пасмурное небо Детройта.

- Бил! - снова позвал Дин. - Билли, чёрт тебя дери, мы отследили твой блядский телефон, чувак, ты должен был быть тут, ясно тебе?!

Они все теряли терпение, но мгновение безответной паузы спустя словно негласно согласились больше не звать Смита. Это было лишним.

Дин подкинул в руке телефон, который взял из Импалы и перед входом в дом сунул себе в карман. Красная и синяя точки, лежащие друг на друге на карте, всё так же хладнокровно подмигивали им, без всяких изменений.

- Вы надеетесь, что он всё ещё тут? - негромко спросил нагнавший его Кас. Голубые глаза вонзились в лицо Сэма похлеще, чем кинжал в плоть.

- Я думаю телефоны были некачественными и нерабочими. Вот на что я надеюсь.

Кас мрачно кивнул.

Тишина сопровождала их, но в этот раз она не была красной. Это была напряжённая, но не сдавленная воспоминаниями и паникой тишина. Паника, естественно, была, куда уж без неё, но она не являлась пропитанной старыми картинками в голове. И от этого становилось лучше. На маленькую долю. И когда Дин, с тяжёлым, срывающимся с самой глотки дыханием выдохнул горькое: «Зараза.», – Сэм понял, что тишина больше не имеет значения в их небольшой компании.

Дин замер перед очередным поворотом и смотрел куда-то себе под ноги. И Сэм, подойдя на два шага ближе, заметил на его лице написанный ужас, покрытый всеми десятками эмоций, на которые Дин был способен. И когда он оказался по левую от брата сторону, то замер в ничуть не менее шокированном состоянии.

- О боже. - выдохнул позади их спин Кас.

Старший Винчестер стоял, практически касаясь носком своего ботинка лежащей на неправильно вывернутой ноге подошвы лёгких, не свойственных зимней погоде кроссовок. А далее к обуви прилагалось и само тело, - искромсанное, израненное, убитое, словно кто-то долго, лоскуток за лоскутком, срывал с него кожу. Бывшая Билом Смитом когда-то фигура лежала в своей же луже крови и блевотины, в груди которой торчал металлический кол, чей тупой конец был сейчас направлен конкретно на Дина. Руки и ноги... Они были связаны толстыми верёвками над его головой так, что покрылись от активных, но уже прошедших попыток Смита вырваться волдырями; тогда как ноги, будучи лежащими на продолговатой из дерева доске, которых было в этом доме огромное количество, были прибитыми к ней гвоздями.

От одной картины мёртвого тела Сэма едва не вырвало. Да, на охотах они даже рылись в трупах, откапывали их, ныряли руками внутрь неживой плоти, - но от этого картина, открывшаяся им, не могла вызывать чего-то, кроме горечи и отвращения.

- Мы нашли Била. - сдавленно произнёс Дин, не в силах отвести взгляд от тела. 

Конкретно, от его ног.

Вдруг Кас со свистом вобрал в себя воздух и нервно сжал плечо Сэма и Дина. Его пальцы с такой силой впились им в кожу сквозь слои тканей, что Сэм поморщился.

- Мы нашли не только Била. - на дрожащем выдохе молвил он, сжимая плечи Сэма и Дина ещё сильнее, словно желая в один миг улететь с ними как можно дальше от этого места. Словно вновь захотел почувствовать силу своих слабых крыльев и убежать, убежать, убежать, убежать...

И когда, после этих слов Винчестеры оторвали болезненный взгляд от тела Смита и понесли его дальше по длинному коридору, с которого отходило пару прямоугольных отверстий с развалившимися уже дверными косяками, то Сэм почувствовал, как земля невольно ушла из-под его ног. Охотник ухватился за ближайшую стену, опираясь на неё. 

И всё ещё чувствовалась хватка на плече. Всё ещё чувствовался гнилой запах, исходящий ото всех сторон. Всё ещё чувствовался привкус желчи на языке.

- Нет... Нет, не так... - Сэм ощутил, как неистово задрожали его губы. - Не так всё должно было... Не так... Должно было... Всё... Закончиться...

Он сорвался на тяжёлый кашель, буквально сдирая в нём глотку до выступающих на глазах слёз. 

А перед ними ковром простилались тела. Не только Бил, а и все те, до кого они так и не смогли дозвониться. Десятки их, - а если быть более точным, то ровно три, если считать всместе с выпотрошенными детьми, на лице которых были выжжены, выдавлены, вырезаны (да какая нахер уже была разница?!) глаза. Как и у всех остальных. Как и у Била. Даже если сейчас подобное зрелище и могло что-то, да напоминать Сэму, то он попросту не мог сконцентрироваться.

Дети, взрослые, все, взятые под один манер, лежали с лицами, повёрнутыми к потолку. Словно могли ещё увидеть покрывающую того зловещую трещину, с которой сыпалась бледная штукатурка прямиком на тела. И каждое из лиц было знакомым, даже под слоем высохшей и уже свернувшейся крови, даже под слоем укращающей эти лица пылью и грязью, которой в доме, на удивление, не было. Одежда была разодрана. Клинок, одиноко лежащий рядом с тем, в лицо которому Сэм не мог посмотреть теперь точно, был разбит.

Столько тел... Столько смертей... Столько жнецов смерти в один миг тут побывало.

Стена Сэма больше не удерживала. Как и рука Каса. Колени невольно подогнулись и с тихим «пуфф» столкнулись с пыльной землёй. Каждая мышца подёргивалась, всякий страх, который преследовал этих людей, врезался в Сэма стократным ударом.

Кто-то промолвил его имя, но Винчестер не слышал. Он чувствовал жжение в глазах и невольно задумался, – когда он плакал как малое дитя в последний раз?

Отец всегда говорил, что слёзы – это девчачья работа.

Сэм крепко сжал зубы, вспоминая, как после... возвращения в их мир скатилось несколько солёных капель тогда, когда он сидел на чердаке, в полном одиночестве. Пустой взгляд упёрся в пол под собой. Нет, реветь он как девчонка точно не будет. Он ощутил, как Дин опустился на колени рядом с ним и склонил свою голову. Как на колени позади него стал Кас.

Каждый из них отдавал дань погибшему. Каждый.

- Мы всех их спасли. Чтобы привести на смерть. - краткая фраза уничтожила хрупкую тишину и только натянула ту струну напряжения.

- Мы дали им надежду, Сэмми. Мы дали им то, в чём они нуждались больше всего. - хрипло ответил Дин позади него. - Мы выполнили своё обещание. Мы открыли им дверь в наш мир. Вот только забыли, что и наш мир не безопасен. Не уберегли от него.

- Мы найдём того, кто это сделал. - мягко заверил его Кас.

Его голос струился... Их голоса струились словно из другого измерения. Сэм не слышал их. Не после того, как мельком увидел кое-что на стене. Он словно в замедленной съёмке поднялся с колен, даже не стряхивая со штанов пыль, побрёл вперёд.

- Сэм? - окликнул его Дин.

Сэм не услышал.

Он ступал в застывшие лужи крови и смотрел на израненные тела, находя в каждом из выражений, преисполненных муками, отражение в собственных глазах. В каждом из них Сэм невольно вспоминал те глаза миндальных оттенков, что так само упирались мёртвым взглядом в небо с раскинутыми по земле тенями крыльев.

Он проходил между ними, всеми теми людьми, и чувствовал, как сворачиваются внутренности. Он на миг замер перед раздробленным клинком, чьё сияние отражалось в глазах Сэма. И он наконец-то взглянул в лицо тому, кто лежал рядом с клинком.

- Бобби... - прохрипел Сэм, прикрывая глаза.

Он почувствовал, как внутри него всё обрушилось. На миг его исказившееся лицо оторвалось от пола и повернулось в сторону каменной стены, про которую он и забыл, с одним осознанием: только что он потерял человека, который заменял им двоим с Дином отца всю их жизнь, во второй раз.

И глаза провели десятки трещин на стене, которые он узрел до этого лишь краем глаза. Он даже не заметил, как позади него вновь поднялись на ноги Дин и Кас, чтобы увидеть то, что увидел он. Заскользил по полу лёгкий плащ и, мягко перекатываясь, прошлась по полу подошва, подминая под себя камни и сухие отростки растительности, – которые не понять как прижились между камнями.

Первым, кто подал голос, был до этого молчаливо созерцающий тело Бобби Сингера Дин. И только он, – потому что Сэм потерял дар речи.

- Какого... чёрта?

- Что за... приятель? - тихо вопросил Кас, склоняя свою голову в привычном жесте к плечу, – пускай Сэм этого и не видел, он мог прекрасно это представить.

А на стене крупными буквами на трещинах... блестящей, алой кровью...  было легко выведено:

БОЛЬШОЙ ПОКЛОН ОТ СТАРОГО ПРИЯТЕЛЯ.

ПОМНИТЕ МЕНЯ?

***

Щёлкнула зажигалка. Она редко щёлкала после камеры на телефоне, но в этот раз было исключение.

Дневные тучи наплывали на небо и заслоняли редкую голубизну, чтобы скоро собраться и хлынуть на землю бесконтрольным дождём. Ветер беспощадно раздувал пыль в доме и вокруг него, срывал сухие остатки листьев на деревьях и раскидывал их в разные стороны. Он завывал и прятался по углам, забирался под щели одежды и потрошил сохранившееся там тепло.

Его холодные пальцы касались лица Сэма и пробирались под кожу, легко оглаживали нежные губы и врезались беспощадным ударом по покрасневшим щекам, на которых собралась недельная щетина. Но Сэм не обращал на это никакого внимания.

Он только что потерял всех тех, кто возложил на него хоть малейшие свои надежды. Он просто вынул из грудей уже мертвецов сердце и растоптал о землю вместе с обещанием, что «в их мире они обретут покой и довольство, – потому что у них будет право выбора, будет возможность решить, хотят ли они посвятить себя обычной жизни или решат продолжить жить охотой». Много кто отправился и ступил на простую человеческую дорожку спокойствия, – в особенности те, у кого были дети.

И Сэм не смел их тогда судить. Теперь же он вспоминал повторяемые Дином сотни, а то и тысячи раз слова, что от охоты и тварей из темноты скрыться невозможно. Он сам познал это на своём примере, вспоминая его скудные попытки начать новую жизнь.

Сначала была Джессика, прекрасная в свечении луны и великолепная в своём смехе. Она могла вызвать ласковую улыбку у Сэма только своим нахождением рядом с ним, – пускай это нахождение и было пропитанное ложью с его стороны.

После свои объятия раскрыла для него Амелия. Резкая, но нежная Амелия, которая стала выходом для Сэма, когда Дин исчез в чистилище. Они оба были для друг друга выходом из их лабиринтов боли. А после всё пошло к чертям собачьим (словно с чертей собачьих оно и не началось, хотя сбитая собака его машиной тут ни к чему). Снова. Так само, как и с Джессикой.

А уже позже Сэм познакомился с Эйлин Лихи. Он хотел потянуться к ней, хотел протянуть руку и (без лжы и недоговорок) отвести в нормальную жизнь, когда все проблемы уйдут. Он смотрел ей в лицо, заглядывал в глаза и слушал всё, что она говорит, следя за мягкими движениями рук у груди, что рассказывали ту же самую историю, слетающую с её губ, только на другом языке. Он же ради неё и изучил чужой для его понимания язык.

Но теперь это не имело значения.

Теперь, думая лишь об одной возникающей перед его глазами фигуре, он не смел думать о ком-то другом. Фигуре, что за последние недели изменила его чересчур сильно. Фигуре, которая теперь для него значила слишком много. Думая о людях, которых он подвёл, он знал, что не имеет права мечтать о собственном счастье.

Сейчас он смотрел на экран своего телефона. Теперь он снова потерял всех и его окружали лишь люди, которым он доверял даже больше, чем своей собственной матери. И от этого становилось ещё хуже.

Хуже хуже хуже хуже хуже и это «хуже» было ярко, ярко-ярко красного света, что закатом горел перед его глазами.

Фотография в телефоне сохранила изображение кровавых слов, которые резали глаза. И отчего-то Сэм думал, что совершенно случайно телефон сегодня разобьётся. О стену. Прилетит туда на всех своих возможных силах и его осколки разлетятся в разные стороны. И Сэм будет наблюдать за этим с неимоверным удовольствием.

Рядом с ним замерла сваленная Дином и уже опустевшая канистра из-под бензина. Красный её цвет резал глаза, и Сэм умело это игнорировал. Секунду спустя вернулся и хмурый Кас, по лицу которого было трудно прочитать, о чём он думает. В его руках тоже покоилась пустая канистра, что с унылым грюканьем опустилась на подъездную дорожку перед домом.

Зажигалка. Её щелканье Винчестер вряд-ли слышал, пустым взглядом изучая ранее ничего не значащие для него слова «ПОМНИТЕ МЕНЯ?» с экрана телефона. Теперь же от них хлынуло ощущением злобы, ощущением сушащей пустынности, словно Сэм сейчас находился посередине укрытой солнцем Сахары. Эти слова были пропитанны местью, истинной, кровавой местью, которая исходила не от Сэма, а от существа, убившего тридцать людей. 

Сэм тоже ощущал под своей кожей хладнокровную месть. И он умело контролировал её, потому что был приучен к этому. Он учился этому с детства. Он знал, что месть он может выразить в полном обьёме лишь в лицо существа, когда встретит его. Он не будет говорить о ней каждому прохожему или обсуждать с собственной семьёй. Он будет выжидать требующего его действий момента. 

«ПОМНИТЕ МЕНЯ?»

Нет. Сэм понятия не имел, кто именно вновь решил ему испоганить жизнь. Только всё решилось достаточно удачно для них всех, только Михаил с Люцифером (и с Ним, с его чёртовым мёртвым телом) остались там, в другом мире, как новая проблема сваливается на их головы. 

- За всех верящих. Верящих в будущее. - негромко выдохнул Дин, никогда не отличавшийся силой речи и тостов, кинул зажигалку на вылитую лужу из бензина на землю. И в этот раз у него вышло просто прекрасно передать окружающие их троих эмоции.

Но что-то произнести Сэму на этот счёт попросту не хватало силы духа. Дин же после промолвленного выглядел так, словно пробежал несколько киллометров туда и обратно, - и лишь спустя минуту после своих слов одновременно с остальными опустил взгляд вниз. Туда, куда осмелилась опуститься серебряная зажигалка, глухо упавшая на гравий.

- Мы найдём... Как вы говорите, мерзавцев этих и уничтожим их. - негромко молвил Кас в тишину, смотря как огненный хвостик змеи проходит по земле и с кажой секундой оказывается всё ближе и ближе к раскинувшему свои заброшенные стены, окна и выбитые давным давно двери дому.

- Найдём. - прохрипел Сэм, впервые за последнее время подав голос.

Бензином полили и стены внизу. Его хватило и на коридоры, и на оставленные там же тела. Все эти люди будут похоронены как охотники, - они жили охотниками долгое время и погибли как охотники с посленим вдохом на губах. Только Сэму вовсе не хотелось думать, что каждый из них умер в муках и боли (даже дети).

Так они и стояли, наблюдая, как огонь медленно пожирал старую заброшку. Дым пошёл вверх и быстро забил лёгкие Сэма. Охотник закрыл глаза, не в силах больше созерцать открывшую свою пасть перед ним картину.

Так и стояли три фигуры напротив пылающего дома. Три фигуры, которые забыли отписаться или отзвониться тем, кто сидел в бункере на скамье запасных, наблюдали за горящими стенами.

Три фигуры, которые прекрасно знали, что настигнет им пока ещё неведомого врага.