46 Часть: Мой сын - моё сокровище.
–Раз вы закончили, начну я.
Антон скрутил в руке скакалку, перед этим на пробу ударив ею себе по руке, хм, довольно ощутимо, – годно.
–Эм... Андтон Андреевич, вы... Ну...
Замялся физрук, бросая короткие взгляды на скакалку в руках мужчины, продолжая натянуто улыбаться, чтобы не подпортить свою репутацию, хотя, – он её окончательно испортил, перейдя Антону дорогу, не стоило ему геройство своё показывать на его сына, – за это поплатится своей же шкурой, Юрий, так звали физрука, очень уж напрягала преподавателя эта ситуация, вся эта пугающая таинственность и эта демоническая улыбка на его устах.
–Что-что? Я вас не слышу, говорите со мной так же, как разговаривали с Олегом утром, избивая его скакалкой.
Притворно миловидным тоном проговорил мужчина, пытаясь натянуть на себя беззаботную улыбку, словно между ними нет всей этой напрягающей и натянутой обстановки.
–Антон Андреевич, вы не так поняли...
Мямлит мужчина, тут же вставая со скамейки, отходя от Шастуна на один шаг, сглотнув противный ком в горле, физрук с неким опасением смотрит на Антона, боясь за свою безопасность.
–Не так понял? Хорошо, раз я не так понял, объясните мне, пожалуйста, раз я такой непонятливый.
Антон осторожно поднимается со скамейки, сжимая в руке детскую скакалку, пытаясь подавить в себе ощутимую ярость, смотря на физрука с явным предупреждением в глазах, мужчина сделал уверенный шаг в его сторону.
–Понимаете, они они сломали мои часы, и поэтому...
Не успел физрук договорить, как Антон сказал металлическим тоном, прервав его:
–Поэтому вы решили, что можно избить детей скакалкой? Восьмилетних детей...
Последнее словно было сказано с особым холодом, Антон бы солгал, если бы сказал, что у него нет желания задушить его этой же скакалкой, он еле сдерживал себя, оставаясь приветливым и спокойным, но его спокойствие было напускным. Антон, будучи его отцом никогда не доводил Олега до такого, чтобы его тело покрылось синяками, да, мог выдать пару шлепков, когда он совсем обозрел в край, но ни разу не было, чтобы из-за него мальчик не мог сидеть.
–Я лишь хотел, чтобы они поняли, что нужно вести себя адекватно.
Попытался объяснить мужчина, он натянуто улыбнулся, пытаясь скрыть от Антона свой страх, но каждый раз его взгляд цеплялся за скакалку, он каждый раз бросал взгляды на это самое «орудие», а живот скоучивало от страха перед неизвестностью, он не хотел верить в то, – что разъярённый родитель собирается хорошенько отходить его скакалкой.
–Хотите сказать, что мой сын неадекватный?
Антон вопросительно изогнул бровь, в его глазах словно сверкнули разряды молний, Юрий аж почувствовал, как собственноручно довёл свою ситуацию до плачевного состояния, так как не ладил со своим же языком, как говорится, язык мой – враг мой, может, ему нужно было по другому выразиться.
–Нет, я совсем так не считаю!
***
«И сколько интересно они будут там разговаривать?» – пронеслось в голове мальчика, он сдавленно вздохнул, прошла только половина мультика, но ему уже надоело, он сидел около кабинета, на синеньком, мягком диванчике, закинув ногу на ногу, просматривая серию «Вспыша и супер машинок», он любил этот мультсериал, а он еще и был развивающим, что Антон одобрял, мультфильмы, где используются мат, так как не хотел, чтобы со столь раннего возраста тн начинал использовать подобные слова.
–Кися!
Мальчик увидел кота, который сидел и облизывал свои лапки, это был здешний кот, он часто гулял по школе, многие его подкармливали, из-за чего он и остался здесь жить.
–Киська!
Кот поднял голову и посмотрел на него, но не успел он среагировать, как мальчишка уже схватил его на хвостик и подхватил его на руки, начиная его обнимать, тискать, целовать, прижимать к себе крепко-крепко.
***
–Я его отец и если я не позволяю себе поднимать руку на Олега, то это не дозволено никому.
Антон замахнулся этой самой скакалкой и тут же опустил её, мужчина громко вскрикнул и взялся за плечо, куда попал жгучий удар, какой по счёту? Кто знает, возможно, где-то третий, четвёртый.
–Вы могли бы сказать мне, я бы купил вам точно такие же часы, но нет, вы решили, что вам спустят с рук то, что вы творили с восьмилетними детьми!
Еще один удар, который приземлился на спину Юрия, из-за чего мужчина скривился и болезненно простонал, пытаясь укрыться своими руками, но в ответ – он лишь получал и по ним тоже.
–Ну, что ж вы кричите? Это же по вашему воспитание, доводить ребёнка до синяков и отметин, ведь так? Так получите же его сполна!
Рявкнул на него Антон, поднимая и опуская скакалку снова, снова и снова, попадая по разным частям тела, руки, ноги, бёдра, спина, – везде, Антон не щадил его, он представлял в голове, как его ребёнок корчится от боли под ударами физрука и это злило его всё больше – и больше.
–Пожалуйста, перестаньте, я больше не буду трогать вашего сына!
Умоляет его Юрий, чувствуя, какой же болью отдаёт каждый удар, как пульсирует место удара, он чувствовал, что если так продолжится, – то он не сможет сдержать своих слёз, а рыдать перед Антоном ему было до жути стыдно, он был бы готов после этого провалиться об землю.
–Конечно не будете, так как вы больше не будете здесь работать.
Антон ударяет его по животу, по ногам, куда только можно, он не сдерживает себя, не жалеет силы, вкладывается по полной в каждый удар, чтобы Юрий почувствовал, какого это – расплачиваться за свои ошибки. Антон хотел добиться такого же результата, чтобы всё тело физрука было таким же цветным, как у сына, хоть и у сына не так плачевно, но Антон и этого не собирается терпеть, – никто и никогда не смеет и краем пальца трогать его любимого ребёнка.
***
–Кисонька, я буду тебя очень любить!
Олег подошёл и присел на диванчик, прижал его к себе, он хотел уже поцеловать в лоб, но увы, обниматься нравилось исключительно мальчику, кот от такого давления чувствовал себя дискомфортно, надолго его терпения не хватило, поэтому животное вдруг решило действовать, кот мяукнул и молниеносно провёл своим острым коготком по щеке мальчика, оставляя порез, из котрого просочилась алая кровь.
–Аййй!
Мальчик вскрикнул и взялся за щеку, выпуская кота из своих объятий, кот воспользовался моментом и тут же выскользнул, убежав прочь, чтобы до него не докопались, если что.
***
–А?
Антон хотел ударить его вновь, но вдруг услышал плачь своего сына, он тут же откинул скакалку в сторону и бросив режущий взгляд на физрука, мужчина тут же вылетел пулей из спортзала, нараспашку открывая двери.
–Уф...
Юрий так и остался лежать на полу, отходя от произошедшего, он теперь был готов пятки Олегу облизывать, лишь бы с Антоном больше не сталкиваться, ему бы никогда в жизни не хотелось повторения пройденного, всё тело до ужаса болело, словно Антон все его части выдернул по очереди, сил не было элементарно двинуться, оставалось тяжело дышать и лежать пластом...
***
–Олеж!
Антон выбежал и увидел своего сына, который держался за щеку и плакал, роняя слёзы, которые текли и текли по щекам, оставляя за собой солёные дорожки, ручка младшего была в каплях крови, мальчик всё ещё чувствовал чувство жжения.
–Папа!
При виде своего отца, мальчик тут же побежал к нему, слёзы затуманивали его зрение, поэтому мальчик часто потирал свои глаза, пытаясь восстановить зрение, частое всхлипывание срывалось с его губ.
–Мальчик мой, солнышко моё любимое, сокровище моё маленькое, что случилось? Я здесь, слышишь? Я здесь...
Антон подхватил его на руки и прижал к себе, начиная утешать его, шептать слова: «Я здесь» по нескольку раз, успокаивать его, придерживая его одной рукой за спинку, второй под детские ягодицы, целуя в лоб, в обе мягенькие щёчки.
–Ммм...
Мальчик всхлипнул и показал в сторону, но кота уже не было, увы, он лежал на вышине, удобно устроившись на подоконнике, около ваз с цветами, поставив голову на свои маленькие лапки.
–Что такое?
Антон бросает взгляд в место, куда он показывает, но кота он там не видит, там вообще нет ничего подозрительного, он по коридору в даль показывает, не поймёшь, что не так.
–К-Кот поцарапал.
Дрожащим голосом проговорил мальчик, продолжая безудержно плакать, сжимая одежду своего любимого папы, его одежда потихоньку намокала, конечно, рана не такая уж страшная, но продезинфицировать всё же не помешало бы.
–Вот оно что, солнышко ты моё, но ничего, сейчас пойдём в машину и я тебе помогу.
Сказав это, мужчина понёс ребёнка в машину, мальчик опустил голову на плечо своего отца, обхватив его маленькими руками, а ноги пустив по сторонам, вцепившись в него как маленькая коала.
***
–Давай, подними головку, малыш.
Посадив ребёнка на сиденье и взяв уличную аптечку, мужчина достал ватные диски и перекись водорода, накапав немного на ватный диск, отец аккуратно начал обрабатывать ранку своего маленького сына.
–Ай-яй-яй...
Мальчик хотел воспользоваться своей рукой и остановить своего отца, но взгляд старшего заставил мальчика тут же отставить эту идею, поэтому он убрал свою руку, жалобно всхлипнув, но без слёз, они застыли в уголках глаз, сверкая как маленькие алмазы.
–Ручками меня не трогать, кот, ты же это знаешь, верно?
Спросил мужчина мягко, без давления, осторожно, не желая его напугать, но желая напомнить, что нельзя как-либо мешать ему, в моменты, когда он пытается помочь, даже если очень страшно, этим можно принести себе вред.
–Угум...
Мальчик кивнул, отец удовлетворённо улыбнулся и продолжил обрабатывать, это не заняло много времени, уже через минуты две, на щеке мальчика красовался красивый пластырь, с мультяшными героями.
–Вот и хорошо, мы закончили. Едем домой?
Вопрошает отец, на что мальчик кивает головой, улыбаясь, мужчина аккуратно закрывает дверь машины и обойдя её, садится на переднее сиденье, не забыв пристегнуться, следуя правилам безопасности.
–Домой, к маме!