Глава 23
Понемногу маме становилось лучше. На бледном лице все чаще проявлялся румянец, а со временем ей разрешили вставать с койки и передвигаться по палате.
Каждый день я приходила к маме, а она рассказывала мне о том, что ей нового разрешили делать сегодня. А я делилась тем, что произошло за то время, пока она спала. Конечно без особых деталей о Сэме и нашей коммуникации на балу или о том, что он приезжал к нам домой. Я оправдала это тем, что ей нельзя испытывать сильные эмоции, и не хотела ее чем-то встревожить.
Или себя.
Я показала ей фотографии своего образа с бала, а она еще долго вспоминала мое платье, и то, как я в нем сияла.
В один из дней, ей разрешили пройтись по коридору больницы. Я была рядом и держала ее под руку. Мама передвигалась очень медленно и с особой осторожностью, часто останавливаясь. Иногда у меня поднимался ком к горлу, наблюдая, как взрослая, активная женщина, всегда открытая к миру и всем улыбающаяся, должна была заново научиться жить. Конечно я знала, что бывают случаи намного хуже, но чувство несправедливости часто горчило в моей груди.
Мама быстро уставала. «Прогулка» длиною в пять минут могла быть ее единственной активностью за день. Врачи не всегда разрешали задерживаться до поздна и сами выпроваживали нас из палаты, твердя о том, что пациентке нужен должный отдых для быстрого восстановления. В такие моменты я часто задумывалась о том, каков шанс, что все повториться.
Пускай опасность и миновала, но ведь не всегда все хорошо заканчивается. Я никому не рассказывала об этих мыслях, потому что боялась произнести их вслух.
Однажды я пробыла у мамы дольше, чем положено. Рано утром мы с ней походили по палате, к обеду я читала что-то из подготовки к экзаменам рядышком с ней, а после мы разговорились о прошлом. О том, какой я была в младенчестве, как изменилась, когда подросла. Когда мы обсуждали смешные ситуации из младшей школы, я невзначай вспомнила о том, что хотела спросить ее о Тео. Я долго не решалась и просто сидела рядом, держа маму за руку.
- Ты знаешь, просматривая твои фотографии с друзьями, я вспомнила о том мальчишке, с которым ты дружила еще в самом детстве, - внезапно заговорила мама.
Она слегка улыбалась, а сама смотрела в окно.
- Тео? - удивленно подняла я взгляд на маму.
- Да-да, том самом. Не думала, что ты еще его помнишь.
Конечно я его помнила. Если бы мама только знала, как много я о нем помнила, и как часто о нем думала. Особенно в последнее время. Говорить я ей об этом не стала, только притихла, ожидая от нее продолжения.
- А ты еще помнишь его?
Мама кивнула мне с легкой улыбкой, с такой, которую позволяла ей усталость.
- Как я могу забыть первого лучшего друга своего ребенка. Ты постоянно о нем болтала дома и ждала, когда вы сможете увидеться снова. Рассказывала, что он любит и чем занимается в свободное время. Мне кажется, о нем я знала в какой-то момент больше, чем о тебе. - Я опустила взгляд на свои ноги, чувствуя, как немного смущаюсь.
- Ты знаешь, я совсем не помню, когда и почему он пропал. Кажется, они с семьей переехали.
Мама слегка кивнула головой и посмотрела на меня.
- Его отец тяжело болел. У него начались сильные обострения, и им срочно нужно было сменить климат.
- А откуда ты знала его родителей? Неужели вы тоже перестали общаться после их переезда?
- Мы знали друг друга как соседи. Приблизительно в одно время мы заехали в этот район, будучи почти единственными молодыми семьями в округе, быстро сдружились на фоне общих интересов. После рождения детей сблизились еще больше, как это часто бывает. Никто не хотел намеренно прерывать общение. Видимо, срочность обстоятельств не оставила им возможности оставаться на связи. После их переезда я не получила информации о новом адресе или хотя бы номере телефона. Я знала о болезни мужчины и о том, что им, возможно, нужно будет переехать. Но они исчезли словно за ночь. Никто не прощался и не обещал увидеться снова.
Сначала я переживать не стала. Было лето, может уехали куда-то на каникулы. Но скорее всего, повод срочного отъезда был намного печальнее. Иногда я задумывалась, не случилось ли что-то с маленьким Тео. Я помню каким милым мальчишкой он был, и как ты всегда расцветала в его присутствии. Он всегда за тобой ухаживал, никогда не дразнил, как это делали другие, а наоборот, от них же и защищал. Я помню, что часто лелеяла внутри себя мысль, что вы сможете дружить так и дальше.
Мама глубоко вздохнула и перевела взгляд назад на окно, словно о чем-то вспоминая, теплая улыбка не сходила с ее лица.
Я долго думала над ее словами и не решалась задать вопрос, который крутился у меня в голове еще задолго до нашего разговора. Не поднимая взгляд, я все-таки начала говорить.
- А как ты думаешь, мы бы смогли с ним встретиться снова во взрослой жизни? Если нам предназначено...
Мою мысль прервало тихое сопение. Я подняла к маме взгляд и заметила, что она заснула.
Ее организм оставался еще слабым, а сегодняшний насыщенный день запросто мог ее утомить.
Подожвав дежурную медсестру, я ушла домой, размышляя об этом разговоре. Так странно, что даже мама видела нашу связь с Тео, которая так резко оборвалась. Пускай мы были только детьми, а как можно говорить о крепкой дружбе двух неосознанных людей. Даже во взрослом возрасте дружба не означает постоянство и привязанность. Но я уверена, что тогда бы давно его отпустила и забыла. Не вспоминала бы о тех счастливых днях с тоской и грустью.
С надеждой встретиться снова.
____________________
Сегодня мама вернулась домой пораньше. Такое редко бывает в последнее время, но когда случается - настоящий праздник. В такие дни мы часто выходим гулять на улицу до самого поздна, а если очень повезет - мама может купить мне какую-то сладость.
Была теплая весенняя погода, темнело поздно и гулять можно было намного дольше. На нашей площадке поставили новые качели, на которые сбегались все детишки в округе, чтобы вдоволь покачаться после школы. Но мне необычайно повезло, площадка была почти пустой, а качели - свободные.
Мне казалось, это лучший день в моей жизни.
Доедая леденец, который мне сегодня купила мама, я уверенным шагом отправилась в сторону качели, на которой еще ни разу не каталась. Я всегда стеснялась попросить у старших ребят или в наглую лезть без очереди, как это делали некоторые мальчишки.
Площадка была засыпана песком и ноги немного грузли в нем, замедляя шаг. Как вдруг я почувствовала толчок в спину. Через секунду я оказалась лежа животом на земле, а леденец выпал из моей руки, когда я хотела на нее приземлиться, и полностью погрузился в песок. В горле сразу поднялся ком, а глаза защипало от злости. Я подняла взгляд и заметила, что качели были заняты теми самыми мальчишками, которые были всего на год старше, но считали себя местной бандой.
Они громко смеялись и тыкали в меня пальцами, а я так и лежала перед ними, вся в песке и грязи. Как вдруг, кто-то опустился рядом и взял меня за руку, помогая встать. Я стряхнула песок с коленок и подняла голову.
Мой самый любимый мальчишка на свете с растрепанными волосами и кофтой наперекосяк. Это был Тео. Всегда веселый и миловидный, тогда он показался слишком серьезным и решительным. Сказав мне не плакать, он развернулся к качелям и, придав себе босячего вида, пошел разбираться.
Я помню, как меня удивило, что он совсем их не боялся. Как бесстрашно стянул одного придиру с качели за ногу, а потом защищался от его кулаков, пока разбираться с ними не пришли их родители. Тео только сказал, что защищал меня, а так называемый обидчик, громко расплакался и его насильно отвели домой.
Это, наверное, был первый раз в моей жизни, когда за меня заступились.
И именно тогда я твердо решила, что Тео - мой самый лучший друг.