Реакция персонажей Геншина на Т/И

ПС. ПРИЕМ ИДЕЙ ЗАКРЫТ. КОГДА ОТКРОЮ СТОЛ ЗАКАЗОВ, Я СООБЩУ

Сяо
Т/И привыкла к вечным сумеркам Ли Юэ. Горы, постоялый двор Ваншу, даже собственные руки, всё было пепельным, будто присыпанным пылью. Она задержалась на верхней площадке, вдыхая горьковатый ветер, когда тишину разрезало едва уловимое движение.
Он стоял на перилах, невесомый, как тень. Ромб на лбу, холодное, бесстрастное лицо. Сяо обернулся резко, готовый исчезнуть, но их взгляды столкнулись.
И серый мир взорвался. Впервые девушка увидела, как бирюза его волос переливается на ветру, а глаза светятся тревожным, нечеловеческим светом.
За его спиной вспыхнула зелень бамбука, а небо налилось глубокой синевой. Даже воздух приобрёл вкус.
Сяо замер, в его расширенных зрачках больше не было пустоты. Губы дрогнули. Он смотрел на неё, будто видел впервые в жизни.
— Ты тоже это видишь?
Голос прозвучал глухо, в нём боролись недоверие и что-то похожее на жажду.
Т/И медленно кивнула, боясь спугнуть миг. Её собственный голос оказался цвета расплавленного золота:
— Да. Это ты. Весь мир вдруг стал тобой.
Он отвёл взгляд, но не исчез. Лишь пальцы крепче сжали древко копья.
— Не уходи, - прошептала она.
И он остался.

Горо
На острове Ватацуми постоянно шли затяжные дожди, сливаясь в монохромную стену. Т/И помогала раненым в лагере сопротивления, различая повязки и бинты лишь по оттенкам серого. Всё было глухо, и боль, и усталость, и гул битвы где-то у границ. Она вышла из шатра, когда дождь на миг стих, и нос к носу столкнулась с генералом.
Горо вышел из тумана, встрёпанный, с мокрой шерстью на ушах. Он торопился, сжимая лук, но, заметив её, вдруг застыл как вкопанный.
Влага на его волосах перестала быть просто водой, она засияла серебром. Т/И увидела, как тёплый карамельный оттенок заливает его мех, как на наручах вспыхивает гео-янтарь вставок, а глаза оказываются ярко-голубыми, с лукавыми искрами. Земля под ногами стала цветной, вспыхнули фиолетовые лепестки кровоцвета на склонах.
— Я тебя раньше не видел, - хрипло выдохнул он, и его голос был цвета мёда. — Но сейчас, будто до этого я вообще ничего не видел. Как тебя зовут?
Т/И улыбнулась, и улыбка была розовой, живой, она чувствовала её тепло на своих губах.
— Т/И.
— Т/И, - повторил он, и в этом звуке заплясали золотые искры. — Это имя теперь будет греть даже в самый сильный ливень. Ты чувствуешь? Цвета. Они повсюду.
— Чувствую. Они всегда были где-то здесь, - она шагнула ближе. — Просто ждали тебя.
Горо вдруг по-мальчишески счастливо рассмеялся, и его смех пролился алым закатом.

Странник
Академия Сумеру была лабиринтом одинаковых тусклых коридоров. Т/И несла стопку документов, пробираясь сквозь толпу вечно спешащих студентов. Мир был плоским, как старые чертежи. Вдруг её сильно толкнули в плечо, бумаги взметнулись в воздух белой стаей. Она вскинула голову, готовая рассердиться, и встретилась с ним взглядом.
Странник стоял неподвижно, не пытаясь помочь, но и не проходя мимо. Его шляпа с длинными перьями казалась чёрной дырой, пока он не поднял голову.
Голубое пламя его глаз прорезало действительность. Мир затопил цвет, оторочка циннобера на его одежде, бирюзовые и золотые нити, глубокий индиго шарфа. За окном пальмы стали изумрудными, а небо пронзительно-лазурным. Ветер донёс запах сандала и озона после грозы.
— Смотреть надо под ноги, - пропел он с ленцой, но в голосе дрожал. Т/И не опустила глаз.
— Может, это ты не смотришь, куда идёшь?
Он усмехнулся уголком рта, недобрая, но до дрожи живая ухмылка.
— О, а ты с языком. Интересно, надолго ли тебя хватит в этом сером мире?
— Он больше не серый, - тихо ответила она. — Сейчас, когда ты смотришь, я вижу всё.
Странник чуть склонил голову набок. В глазах мелькнуло что-то давно забытое, почти человеческое.
— Значит, ты тоже это видишь, - протянул он. — Забавно. Я уж думал, что никогда не увижу цвет.
Она наклонилась и подняла одну бумагу. Та была уже не белой, а цвета топлёного молока, с бирюзовыми разводами чернил.
— Ты видишь их везде? - тихо спросил он.
— С того мгновения, как ты в меня врезался, да.

Кинич
Джунгли Натлана встречали Т/И удушливой бесцветной жарой. Огромные листья казались вырезанными из жести, а граффити на скалах блеклыми каракулями. Она забралась на уступ в поисках отряда, и здесь, на высоте, столкнулась с охотником.
Кинич сидел на корточках у обрыва, высматривая добычу в серой дымке. Услышав шаги, он мгновенно развернулся, припадая к земле.
Их глаза встретились на одном уровне. Пиксельный дракончик на его плече пискнул, но девушка его не слышала.
Чёрно-белую пелену разорвало мощным ударом цвета.
Кинич не моргал, в его глазах заплясали оранжевые искры. Он шумно втянул воздух и ухмыльнулся.
— Ты пахнешь иначе. Кто ты?
— Я Т/И, я ищу свой отряд, - выдохнула она, ошеломлённая буйством красок.
— Теперь нашла, - он выпрямился одним текучим движением, всё ещё держа её взглядом. Дракончик на плече застрекотал ярко-голубым. — Цвета вернулись. Такого никогда не было. Ты принесла их, охотница?
— Я не охотница, я просто смотрю.
Кинич шагнул ближе, и краски стали ещё гуще, индиго лиан, пурпур плодов, золотая пыльца в воздухе.
— Смотри дальше, - почти приказал он, и в его ухмылке читался восторг. — Со мной. А отряд твой я найду. Я теперь хоть с закрытыми глазами их увижу, всё горит цветом.
Он вдруг легко коснулся её.
— Только не убегай, - добавил он с внезапной, почти с детской серьёзностью. — Если убежишь, тут опять всё почернеет.
— Не убегу, - ответила Т/И, чувствуя, что она останется здесь надолго.