Весна
Зима была тяжёлой. Ниночка старалась учиться, носила хлеб и воду, а Мария Петровна, чтобы не портить ещё хуже жизнь ребёнку, приносила трупы мышей и собак, иногда поджаривая их и ела, подкармливая остатками Простика. Бывали и голодные дни, когда втроём обходились лишь хлебным изделием, Тогда девочка пропускала школу, а учителя нервничали. Жива она или уже нет?
С приходом марта, конечно, мало что изменилось, но в самом его конце стали проростать подснежники, просыпаться шмели и пчёлы, в принципе стало теплее - ушёл страшный февраль.
К этому времени, Мария Петровна смогла “забинтовать” лапку Простика, чтобы ему было легче. Да и он сам стал резвее и стал себя кормить. Воду тоже не составляло труда добыть. Весной, вместо снега шли дожди и во время них, Нина ставила ведро наполняться. Можно сказать, что им несказанно повезло.
А отец Ниночки во время обстрела, в бункере, познакомился с Михаленко.
-Сыро, слякотно в конце марта - пробормотал под нос Николай.
-Есть такое... А-а-а...
-Николай, а Вас? -
-Коля, моё имя Павел. Или просто - Пашка.
-Так моего папаню звали! Как тут оказался? Добровольно или насильно?
-Конечно добровольно... Добровольно-принудительно... Что ж поделать?
Михаленко и Николай Павлович разговорились. Оказывается, у них было много общего. У Товарища командира тоже росла дочка, но не в Ленинграде, а в Луганске. Самого Михаленко отправили воевать сюда совсем неожиданно. Изначально, он должен был служить у себя, рядом с домом, однако, так не сложилась. Что ж поделать?
Вскоре им пришлось разойтись, ведь обстрел завершился и нужно было идти в окопы. Но они всё равно старались держаться бок о бок - как никак отныне боевые товарищи.