Глава 32. Не бойся сцены. Пускай сцена боится тебя.
Городской хакатон проходит в старом здании научного центра.
Высокие потолки, лампы холодного света, стенды, ноутбуки, камеры, жюри.
Толпа. Гул. Давление. Ожидание.
Я сжимаю пальцы, чтобы не дрожать.
Кэмерон рядом.
В джинсах, рубашке и с бейджем, на котором неровно написано:
"Rivers / Chem-Rebel / Project Lead."
— Ты готов? — шепчу я.
Он кивает.
— А ты?
— Нет.
— Но это не важно. Мы идём.
Наша очередь — шестая.
Перед нами выступает команда с дронами, потом — стартап по переработке воды. Все крутые. Все уверенные.
А я в голове только повторяю:
"Это не школа. Это реальность. А мы в ней настоящие."
Нас вызывают.
Мы выходим.
Слайд один.
Логотип проекта: CleanLab: Smart Chemistry Filter.
Кэмерон начинает.
Его голос уверенный, ровный.
Он говорит о мотивации, об идее.
О том, как в школьных лабораториях почти нет фильтрации, а дети дышат парами.
Я продолжаю.
Формулы. Модель. Диаграммы.
Демонстрация — в пробирке, под куполом.
И всё идёт идеально... до щелчка.
Проектор мигает.
Питание проседает.
Система глючит.
Кто-то в зале шумно встаёт.
Я чувствую, как сердце срывается с ритма.
— Не паниковать, — шепчет Кэмерон, встав рядом. — Мы — не техника. Мы — идея.
Он хватает маркер, подбегает к доске и... вручную рисует ключевую схему.
Публика замирает.
— Это не код. Это — формула.
Он смотрит в зал.
— И вы видите не просто прибор.
— Вы видите людей, которых пытались выключить, как проектор. Но мы — не гаснем.
И тогда... кто-то в зале встаёт.
Высокая женщина в тёмном костюме. Бейдж университета. Стэнфорд.
— Простите, — говорит она. — Я просто хотела уточнить.
— Вы — та самая команда из Ironville High, которую исключили с олимпиады?
Я замираю.
Но Кэмерон кивает.
— Да, мэм. Но мы не остановились.
Она улыбается.
— Это видно.
Она садится обратно.
Но это момент.
Как будто кто-то вслух сказал:
«Они — настоящие.»
После выступления мы стоим за кулисами.
Без дыхания. Без слов.
— Мы сделали это, — шепчет он.
— Неважно, что скажут судьи, — говорю я. — Главное: нас услышали.
Он смотрит на меня.
— А теперь скажи честно: ты всё ещё хочешь в Стэнфорд?
— Теперь — только если ты будешь там со мной.
Он улыбается.
— Похоже, придётся ехать в Калифорнию.