Драрри

По длинному коридору прямо к кабинету министра магии шла его заместитель. Невысокая, ухоженная женщина с короткой модной стрижкой. Никто и не вспомнит, что в школьные годы ее волосы сложно было собрать в приемлемую прическу. На ней был строгий брючный костюм, мантия осталась в кабинете.
- Что за срочность, Кингсли? – она вошла в кабинет без стука.
- Ты должна пойти на программу Ли Джордана.
- Серьёзно? – Гермиона Грейнджер-Уизли не скрывала скепсиса, - это очень плохая идея.
- Программа Джордана – сила почище Пророка. Мы отклонили слишком много приглашений, и доверие к Министерству постепенно падает. То, что мы отказываемся все время, только все усложняет. Джордан требует именно тебя, вы же учились вместе.
- Как и Вы я не видела его со дня битвы.
- Через месяц двадцатая годовщина. Мы должны постараться. Ты профессиональная, умная, цепкая. Я на тебя рассчитываю.
Гермиона вернулась в кабинет и швырнула на стол папку, которую забыла отдать министру. Она очень нервничала, так что закурила прямо в кабинете. Она даже не сразу заметила вошедшего мужа.
- Пообедаем? – Рональд Уизли, глава группы быстрого реагирования Аврората, улыбался, но мгновенно стал серьёзным, - Что случилось?
- Да так, иду на программу к Ли.
- Ясно, это должно было случиться. Я уложу детей.
- Ли – провокатор.
- Но ты же знаешь все вопросы, которые он задаст. Ты сможешь подготовиться. Всё будет хорошо, - и он обнял её, забрав и уничтожив её сигарету.
Гермионе было очень уютно в медвежьих объятиях мужа. Она смогла взять себя в руки. На программу она пришла полностью собранной.
- Отлично выглядишь, - приветствовал её Ли, - отлично, что вы наконец решили ответить на вопросы, которые скопились у людей.Я договорился с Кингсли, так что всё будет под запись и результата вы сможете услышать первыми. Не хочу попасть под одну из ваших статей-уловок.
- Уловок?
- Законы, у которых слишком расплывчивые формулировки, которые вы можете трактовать, как угодно.
- Начинаем с домыслов?
- Всё, всё, - Ли поднял руки в притворном ужасе, - Давайте начнём. Спасибо ещё раз, что пришли. Я знаю, что вы заняты подготовкой к 20-ой годовщине. Она снова будет в Министерстве?
- Ежегодный приём на годовщину – благотворительный, мы собираем средства на добрые дела.
- Но главная битва была в Хогвартсе. Неужели вспоминать о павших логичнее на месте их гибели? Или вы не в силах договориться с директором МакГонагалл?
- Хогвартс – это место учёбы, и дети должны получать знания, а не сохранять там ощущения могильника. Я помню свой восьмой год, это был кошмар.
- Ясно...Тогда, что насчёт выпускников Слизерина? Вам не кажется, что политика Министерства по отношению к ним напоминает отношение сторонников Воландеморта по отношению к маглорождённым?
- Это глупости. Мы не притесняем их. Не ограничиваем в правах. Северусу Снэйпу был посмертно присуждён Орден Мерлина, Блейз Забини руководит центральным отделением больницы Св.Мунго. И таких примеров очень много.
- Но в отличии от других, только выпускники Слизерина сдают палочки на проверку, проходят систематические проверки Министерства.
- Это вынужденная мера. Распределяющая шляпа не просто так отправляет на Слизерин, она выявляет особые склонности. Это работает.
- Как скажете. А что насчёт новой системы отбывания наказания в Азкабане?
- Мы отказались от дементоров. И новая система – лучшая альтернатива без всяких рисков.
- Это узаконенная форма Круцио.
- Я знаю, что такое Круцио,- Гермиона терпеть не могла эту тему, - я испытала это на себе. В Азкабане действует ментальное дознание – и оно действует только на преступников, выворачивая наружу их помыслы.
- А что, если я боюсь чего-то, мои кошмары могут усугубить это ваше ментальное дознание.
- На основании чего такое предположение?
- Да так, предположение.
- Это абсолютно безумное предположение.
- Я понял. Что ж... тогда предадимся немного ностальгии? В школьные времена Вас, вашего мужа и небезызвестного Героя войны называли Золотым трио. Сейчас же у всех на слуху другое трио, его называют Изумрудным. Не подскажете как на это реагируют в Министерстве?
- На что конкретно? – Гермиона старалась считать про себя до десяти, тема была невероятно опасной.
Ли в мгновение перестал улыбаться, в глазах появился металлический блеск.
- Это вряд ли пропустят в печать, вы не допустите этого. Но ответь мне, каково это? Охотиться на друга? Хотя это не самое подходящее слово, ведь вы абсолютно ничего не можете ему инкриминировать. Министерство позволяет себе слишком много, и это очевидно. Скажи мне, как вы с Роном до такого докатились?
- Как? – Гермиона усмехнулась и без стеснения закурила, - Спрашиваешь меня как... А это забавно. Ты знаешь. И все это знают. И это бесит больше всего. Всё всегда сводилось и сводится к Малфою.
- О чём ты? – Ли изумился, - Есть же и третий...
- Этот разговор бесполезен, я понимала это с самого начала, - она встала, - делай что хочешь. Можешь всё выдавать в эфир. Надеюсь больше не увидимся.
За 19 лет до этого дня
Гарри смотрел в окно. Он не мог точно описать, что он чувствует. Целый год он жил затворником, учился самостоятельно, штудируя библиотеку Блэков. Он закрылся ото всех, так ему было проще. Друзей увидел лишь на экзамене. А потом узнал обо всех новшествах и всё понял, на душе стало паршиво.
- Гарри... - голос Гермионы звучал твёрдо, - ты не можешь отрицать правильность принятых решений.
- Да ну? – Гарри горько усмехнулся
- Вспомни. Все Слизеринцы были готовы сдать тебя. Ни один не остался. Пожирателями были практически все их родственники. В этом законе есть смысл.
- Герми права, - кивнул Рон, - в тебе говорит твой геройский альтруизм.
- Не за такое будущее я бился, - тихо сказал Гарри, - неужели вы этого не понимаете?
- Мы понимаем, - Гермиона вздохнула, - но война окончена. Никто не будет забыт. Чтобы избежать повторения подобного, нужно пойти на... вынужденные меры.
- Вот как. А бесконечные пытки – это тоже лучшая альтернатива дементорам?
- Ну знаешь ли, - Рон не пытался сдержать возмущения, - какие помыслы – такие...
- Если это заклинание применить на мне, - Гарри перебил, грустно улыбаясь, - меня будет ломать почище пыток от Круцио, с моими-то кошмарами. Дело ведь не только в помыслах, но и в боли, в страхе... Ладно, я вас понял. Я иду один.
- Куда?
- Я попросил аудиенции Кингсли.
- Зачем?
- Не важно, - Гарри направился к камину и через мгновение вышел в кабинете окончательно вступившего в должность Министра Магии.
- Гарри, - он широко улыбался, - давно я тебя не видел. Всё в порядке?
- Ничего не в порядке. Вам ли не знать.
Кингсли нахмурился.
- И что же не так?
- Да всё, - Гарри устало потёр виски, - Я пришёл заключить с вами сделку. Я не собираюсь в Аврорат, я буду учиться на педагогическом и вести Защиту в Хогвартсе. МакГонагалл одобрила, место будет для меня вакантно. И Министерство я поддерживать не буду.
- Это поспешное решение, - Кингсли явно не ожидал подобного поворота.
- Оно обдуманное и окончательное. Но я готов быть лицом ваших программ на время моей учёбы.
- Какое же у вас условие?
- Вы отдаёте мне одного заключённого из Азкабана, сняв с него все обвинения. В качестве возмещения ущерба можете забрать его состояние. Хотя я сомневаюсь, что Министерство вообще собирается что-либо возвращать.
- И кто же тебе нужен?
- Драко Малфой.
- Исключено.
- Только так.
Кингсли выглядел не очень.
-Одумайся!
- Я не стану поддерживать ни одной вашей инициативы, и вы знаете к чему это приведёт.
- Мне нужно подумать.
- Нет. Либо вы соглашаетесь, либо нет, - Гарри прошипел что-то на парселтанге и его руку обвила прозрачно-изумрудная змея, - это надёжнее Непреложного, и не нуждается в свидетеле. У Блэков очень интересная библиотека.
И министр согласился.
Гарри вышел из Министерства, в проулке недалеко его ждал Блейз Забини.
- Ну что? – спросил он.
- Я заберу его завтра.
- Ясно.
- Ты знаешь, что делать. Не ошивайся рядом.
- Я понимаю. Но сознание Драко...
- Понадобится несколько лет. Я знаю его страхи, он не выжил бы там. Думаю, что на это и было расчитано.
- Но прошёл почти год, ты не думаешь...
- Хорёк не настолько слаб.
- Почему ты это делаешь?
- Потому что это правильно?
- Твои друзья...
- Не понимаю о ком ты, – и Забини увидел в глазах героя настоящий изумрудный блеск.