Глава 31
Damian.
Я не совсем понимал что она делает. Ее руки не попадали на кнопки, она дрожала и шаталась. Выхватываю у Мелл ноутбук.
- Ты простил? Простил меня?! Тогда ты идиот! - Она бьёт меня и неожидав этого, ноут с моих рук падает и на экране разподзается трещина. Я дезориентирован. Я совершенно не понимаю что должен сделать, ведь Мелл становится только хуже.
Мои глаза обожгло, когда я начал понимать сигналы изнутри.
Я вижу то, чего так долго хотел. Ее смерть. Долгую, мучительную, пожирающую и вновь возраждающуюся. Бесконечная боль.
В квартиру внезапно ввалились Наоми и Али, они так и остались стоять не двигаясь.
Мелл осела на пол, доламывая экран ноутбука. Рыдая во всю силу голоса, до исчезновения звуков, до вздутия вен в теле, до громких криков, которые с усилением боли перешли в безмолвие, убивая ее внутри. Яркие глаза покрылись безжизненным пеплом. Хрупкое тело сотрясала дрожь, она дёргалась как невротик, руки рвали грудную клетку в попытках ослабить боль, царапая, щипая. Ее душа сгорала. Крики были настолько сильными, хоть и беззвучными, никто из находящихся не решался подойти к Мелл, наблюдая как она медленно умирает, умирает изнутри.
Боль обвила горло словно змея. Сердце разрывалось на сотни кусочков, ребра трескались, кровь кипятком кипела в венах. Мысли, голоса, картинки прошлого, осознание, смерть. Хотелось биться головой об стены пока она не лопнет. Хотелось отключиться, хотелось не чувствовать.
- Я виновата! Я во всем виновата! - Безумно шептала девушка. - Заслуживаю это... заслуживаю. - Царапая лицо твердила она.
Этого я и хотел? Вот она ненавидит себя, отказывается от себя.
Как вкопанный смотрю, но не чувствую радости. Так долго шел к этому, к ее уничтожению, к такому исходу: она умирает от душевной боли. От самой жестокой боли, из всех возможных. Ее тело впадает в сбой и разум переклинивает. Я хотел довести ее до этого, я довел. Она сходит с ума на моих глазах. И теряя ее, я чувствую как умираю сам.
Мне хочется отмотать время, остановить себя, но мы не в сказке и это последствия моего выбора.
Сажусь рядом, обнимаю ее. Глажу по спине, перебираю пряди волос. Целую в лоб. Только вернись.
- Прости, - вытираю ее слезы. - мне жаль, что позволил им сделать из тебя сосуд своих грехов. Прости меня, что позволил себе поверить в твою виновность, прости что пошел на поводу и отвернулся.
Мелл плакала и плакала. Эти чёртовы слезы не заканчиваются. Я сжал зубы до скрипа, чтобы не завыть от бессилия.
Я знаю, что она никогда бы не отвернулась от меня. Она никогда бы не взяла в руки ружье.
Они ее ломали. Они ее травили и заставляли верить в то, что она монстр. Они настолько сильно давили на нее, что она сама поверила в это. Ее собственный голос потух на фоне ублюдков, которые только и скидывали на нее дерьмо. Она испугалась себя.
И она оставила тех кого любит, потому что недоверяет себе.
Но я доверяю ей и пусть должно было случиться это, чтобы отрезвить себя от ненависти. От зла на котором было сосредоточено все.
Кто-то вызвал врачей. Мелл вкололи успакоительные и она заснула. Я уверен, что она справится. Мы должны справиться.
Я переложил ее голову на свое плечо, устраиваясь рядом. Кровать подмялась под нами, было слышно пение птиц и шорох листвы на ветках прямо у окна. Прекрасная весна, все холода за спиной, впереди цветение.
В 16 лет я попал в дет дом, после смерти родителей. Кристиану забрали практически сразу и новые родители воспитывали ее в Канаде. Я ничего не мог сделать, никак связаться с ней, только достигнув совершеннолетия, когда я вышел с детского дома, мы нашли друг друга. Кристиана не знала в какой точке нахожусь я, она искала меня в интернете, я искал ее тоже. Это был сложный путь, но мы смогли воссоединиться.
Там, в дешёвом приюте меня научили выживать. Жизнь в целом проехалась по мне и сожгла до тла. Я стал жестоким, стал тем, против кого всегда боролся. Сколько избиений и переломов мне стоило пережить, сколько потерь, чтобы позже перестать ощущать. Однажды воспитальница заставляла меня облизывать ее подошву, когда по случайности я пролил на ее туфли чесночный соус. Конечно этого не случилось, я никогда не стал бы этого делать. Напоминание об этих днях замаскированы татуировками, перекрывая мелкие борозды от кожаного ремня.
Этот этап прошел. Начался этап выживания в новом мире где каждый второй - двуличный мерзавец. Приходилось адаптироваться, я никогда не забывал из-за чего оказался в такой ситуации. Никогда не забывал слово данное отцу: я обещал отомстить.
Дамиан Уильямс стал достаточно сильным, чтобы разрушить империю лжи и поглотить ее в точно такой же хаос, заставить пройти точно такой же путь по кругам ада.
- Все слишком зашло далеко и я на дне, - прошептала Мелл. Вздрогнув смотрю на ее покрасневшие глаза. Я что, сказал все это в слух?
- Ты писал о прощении друг друга, но мы оба слишком избиты и слишком озлобленны, ради нас, мы должны отпустить. - Мелл медленно отстранилась и я не удерживал ее.
Моя вина. Я отвернулся от тебя.
Твоя вина. Ты решила все за нас.
Наши последния : оба истощены и теперь мы только добиваем друг друга, чтобы вернуть себе дыхание, идти нужно раздельно.
Я посмотрел на нее в последний раз и ушёл.
***
На 36 этаже город уже был как на ладони. Я сидел в отеле и смотрел на мигающую вдали Эйфелеву башню. Сигарета дымила.
Мелл хотела показать видео. Я видел этот фильм, пересматривал чуть ли не каждый день. Это было перед пожаром. Мой отец сбежал с колонии и устроил покушение на Генриха, за смерть моей мамы Эмилии. Они дрались, тогда Мелл было 12, она сидела в углу и с ужасом наблюдала за дракой. Никто и не думал останавливаться, они не думали о ней. Мелл вытащила пистолет из своей жилетки, отвернулась и выстрелила. Я был так зол и обижен, что и не думал ее оправдывать. Откуда пистолет? Выходит она знала и подготовилась заранее? Возможно именно это она хотела мне сказать, но сейчас меня не запутать. Она боялась своего отца. Эта пуля была предназначена ему.
За мыслями тушу бычок и направляюсь в аэропорт.
В Лондоне меня встречает Крис. Я заказываю глаза, когда девушка подъехала ко мне на красной лошадке. Ее машина была идеально вычещена, в салоне пахло сладкими духами. Я поморщился.
- С каких пор ты стала моим личным водителем? - Открываю окно.
- А предоплату так и не получила, - брюнетка остановилась на светофоре и осуждающе вскинула бровь.
- Езжай молча.
- Все таки в семье не без уродов. - Распахиваю глаза и даю сестре смачный подзатыльник.
Следующим утром приходит оповещение от суда. Моя незаконная работа в GRIFFIN стала известна и передана делу. Чёрт.
Проблема за проблемой навалились как кирпичи. Я потерял доверие в своем лице и находился под присмотром. Ситуацию усложняет отец Коула, - важная шишка, влиятельный прокурор. Не удивлюсь если Герих Бельвинг и Жюльен Де Виль стали объединены ещё одной единой целью под названием «Дамиан Уильямс».
Прошла ещё неделя. Мой адвокат бился как мог, но в действительности я сделал много грязного, что отмыть адвокату навряд ли и удастся. Я принимаю. Локи и Дэл раздражённо перебирали бумаги.
- Да как это возможно?! - Локи отшвырнул от себя папку. - Ты должен что-то делать!
- Я не раскрою GRIFFIN даже под пытками. - Твердо стою на своем.
- Тогда ты проиграешь! - Взбесился Лок.
- Не проиграет, - поднялся со стула Милсон. - Кристиана предложила другой вариант, мне он кажется вполне действующим.
- Мелл Ларсон и Ине́с Ларсон - твое прямое алиби. Если они согласятся помочь тебе, ты имеешь шансы на победу. - Дэл бросил бумаги на стол и вытащил с холодильника лимонную воду. - Генрих тоже обвиняемый, если его дочери признают о его проворотах... Тем более суд помнит о том, как Генрих ударил Мелл, они поверят девушкам, собственно и нам.
- Ты снова предлогаешь втянуть в это болото Мелл? Никогда. - Сжимаю кулаки. Она больше никогда там не окажется.
- Поздно, - пожал плечами Дэл. - Кристиана уже поехала в аэропорт, чтобы встретить ангелочка.
Мат слетает с губ, после того как я достаю телефон и на звонок отвечает автоответчик Кристианы.
Стерва.
Крис: «Сегодня ты все равно с ней не увидишься, даже не пытайся»
От меня: «Позаботься о ней»
Больше всего на свете я хочу чтобы она была в безопасности, даже если и подальше от меня, если это причиняет ей боль.
Мелл не выходила на связь после приезда, а Крис явно недоговаривала. Я не мог появиться в жизни Мелл без ее зова. Дело продолжало оставаться на рассмотрении, адвокат звонил каждый день и просил быть тихим. Чтобы не сотворить чего дурного, а я напивался каждый день, было принято решение жить в горном домике. Как отшельник, я, то собирал дрова для камина, то открывал ещё одну бутылку из запасов в кладовке.
Во вторник в полдень она пришла. Ангел совсем угас. В ней не было энергии, слишком пустая. Из-за меня.
- Ты не должна быть здесь, не должна идти туда, не должна проживать все снова и снова, даже если Крис умоляет, ты не должна жертвовать собой. - Откладывю бутылку. Мелл садится рядом. Она скользит взглядом по грязным окнам, кучи мусора под столом.
Теперь я пьяница. Очаровательно.
- Ты не можешь указывать мне что делать. - Мелл начинает убирать грязную посуду и собирать пустые бутылки.
Я останавливаю ее.
- Не нужно, это не твоя работа.
- Я не прощу себе прошлое и тебя не прощу за сделанное. Расслабься и отдай мне это, иначе я свихнусь от нервов. - Стою как придурок и просто наблюдаю как девушка наводит порядок в зале.
Плеча коснулась рука очаровательной сестры, Крис.
- Иногда бороться нужно вдвое сильнее, даже если все твердят что это конец. - Сестре удалось уговорить меня принять душ и не мешаться под ногами.
Вечером мне разрешили выйти из спальни. Как можно было преобразить дом за один день? Пыли больше нет и окна оказывается все это время были прозрачными...
На столе в гостиной стояли свечи. Запечённые овощи с курицей приятно заполнили пространство аппетитным запахом от которого заурчал живот.
Я прошел вперёд и удивлённо уставился на Ине́с, а дальше и Локи с Дэлом.
- Я что, спился и теперь вижу галлюцинации?
- Ты был близок, но к сожалению ещё в реальности, добро пожаловать, - Крис схватила меня за ухо и потянула к столу. - Садись ты уже!
Что она себе позволяет?
- Мы все здесь ради тебя, поэтому возьми себя уже в руки! - Шипит она, а я вдруг вижу в ее взгляде себя. Дэл увидел тоже самое и хитро ухмыльнулся, за что получил пинок под столом. Какого чёрта этот придурок косится на мою сестру?!
- Поговорим о дальнейшей стратегии, вы знали что Бельвинг зарегистрировал мои данные в клинику душевнобольных? - Начала Мелл, я сразу напрягся.
- Меня пытались обокрасть неделю назад, в дом вломились люди в масках. Думаю это не случайность, наш папа настроен избавиться от нас. - Ине́с сложила руки на столе. - Не повезло нам родиться в таких семьях. Что мы намерены делать?
Чёрт, почему они так спокойны?!
- Я и Ине́с вступимся за тебя, - Мелл посмотрела на меня. - Мы тоже заинтересованы в этом, я умею стрелять. - Я понял что она пытается разрядить обстановку.
- Обещаю, что тебе не придется. И скажите-ка, что за взлом в дом и психиатрическая клиника? Почему я не в курсе?
Пытаюсь сдержать себя, но выходит плохо. Бельвинг уже нанес удар ножом однажды, маловероятно что он не сделает это вновь даже с учётом что это его дочери. Я сделаю все чтобы две девушки из семьи Ларсон Бельвинг были в безопасности и их будущее имело шанс на свет, если мне придётся утонуть и сгнить в черноте.
- Чувствуете это? Ещё чуть чуть и мы станем одной дружной семьей, которая обсуждает не то, как один психбольной человек идёт по головам всего сущего, лишь ради своей мечты быть на троне. - Улыбнулась Ине́с, кажется это нервное. Я нахмурился. Странно, Мелл улыбалась тоже, может между сестрами своя тайна языка?
- У вашего отца очень много денег, это факт. Так же у него есть люди которые помогают ему совершать оферты перед народом, то есть, он не один, вы готовы к тому, что вашего отца может не стать? - Прямо спросил Дэл и я стукнул по столу кулаком.
Мою руку накрыла рука Мелл и я переместил взгляд на нее.
- Дэл, - она смотрела на него, - мы знаем к чему это ведёт, и мы здесь.
Дэл тяжело вздохнул.
Это будет тяжёлый разговор, перед этим я вышел на крыльцо и затянулся. Я не должен вмешивать в это их. Они не должны наживать проблемы из-за меня.
- Если тебе что-то искренне нужно, борись. А если это из темных желаний, отпусти. - Кристиана встала плечом к плечу. Сестра умеет находить подбадривающие слова, оказать опору, пусть мы и ругаемся как кошка и собака.
- Я буду бороться Крис.
За всех. За нас.
- Мы будем бороться, Дамиан. - Дверь приоткрылась и вышел Дэл. - Мы все.
И когда у меня появились такие друзья? В сердце постепенно растекались тепло.