୨ 𓂃 Яɜыᴋ ᴧюбʙи𓂃♪♫♪

Возвращение в корпус прошло на удивление гладко. Когда финальное блестящее детище Ёимии с оглушительным треском рассыпалось в небе, где-то в лагере залаяла собака сторожа, а в окне домика вожатых зажегся свет. Четверка нарушителей, не сговариваясь, бросилась обратно к забору. Каноэ, подсаживая Ёимию, до крови расцарапала ладонь о шершавую доску. Скарамучча порвал свои джинсы о гвоздь в заборе, а Кадзуха, помогая Каноэ перелезть обратно, случайно коснулся её талии и потом ещё час не мог уснуть, глядя в потолок и прокручивая этот момент в голове. Хулиган же, к удивлению всех, подставил плечо Кадзухе, чтобы тот быстрее перелез, хотя и не упустил случая процедить сквозь зубы:

- Шевелись, Молчун, пока нас не спалили. - Кадзуха только сжал челюсть и молча принял помощь.

Они разбежались по корпусам за секунду до того, как луч фонарика мисс Хоши прошелся по кустам смородины. Две подруги, задыхаясь от быстрого бега и сдавленного смеха, нырнули под одеяла, притворяясь спящими. Сердце Каноэ колотилось как сумасшедшее. Она прижимала к груди поцарапанную ладонь и глупо улыбалась в темноту.

Утро, однако, было беспощадным. Подъем в половине восьмого под пронзительную музыку из колонок показался пыткой. Каноэ выползла из кровати с огромным трудом, чувствуя себя так, будто по ней проехался тот самый школьный автобус. Глаза слипались. Ёимия, на удивление, уже бодро прыгала на одной ноге, пытаясь натянуть носки.

Позавтракали быстро. Кадзуха, вопреки обыкновению, сам нашёл подругу в столовой и сел рядом, ещё до того, как появился Скарамучча. Он выглядел уставшим — под глазами залегли тени, но держался бодро. На листочке, который он протянул Каноэ, было написано: «Ты как? Ничего не болит после вчерашнего?»

- Всё хорошо - Каноэ улыбнулась и откусила бутерброд. От темных глаз девушки не ускользнуло несвойственное Каэдахаре изнеможение. - Только спать хочется. А ты чего такой помятый?

Кадзуха пожал плечами, не став уточнять, что провёл полночи, глядя в потолок и думая о ней, о том, что он к ней чувствует, что сам объяснить не может. Скара демонстративно игнорировал обоих, но его порванные штаны говорили сами за себя.

После полудня вожатые объявили поход на речку. Весь отряд оживился: купание было тем самым развлечением, которого все ждали. Дорога до реки заняла около двадцати минут. Узкая тропинка петляла между высоких сосен, воздух был нагрет. Фудзимори, которая успела вздремнуть после завтрака, теперь была бодра и полна сил. Она шла впереди, болтая с Ёимией и размахивая надувным кругом в форме фламинго. Кадзуха еле поспевал, уже умирая от палящей жары, стараясь идти в ногу с остальными. Его янтарные глаза то и дело следили за макушкой девушки.

Скарамучча отошел подальше от основной группы, туда, где река делала изгиб и берег усеивали крупные валуны. Здесь его уже ждали трое: Хиро, его неизменный приятель с вечно сонным лицом, и еще двое парней из параллельного класса - Такеши и Рю. Шайка расселась на камнях, как стая воронов.

- Ну и видок у тебя, Скар, - хмыкнул Такеши, кивая на порванные штаны. - Где это ты так?

- Не важно, - отмахнулся парень и сплюнул в воду. Настроение у него было паршивее некуда. То, что он сейчас чувствовал нельзя было описать цензурными словами. - Вчера опять этот молчун вокруг Кано крутился. Бесит до скрежета зубов.

- Кадзуха что ли? С твоего класса который? - лениво протянул Хиро, устраиваясь на теплых камнях. - А что он тебе сделал? Он же немой, сидит себе молча, никого не трогает.

- Вот именно! - Скара резко повернулся к нему. Взгляд у парня был бешеный, раздражённый. Он всегда таким был, хотя в этот раз что-то было по-другому. - Сидит и молчит! Строит из себя не пойми кого. Глазками хлопает, а она вокруг него скачет, смотрит как на котенка какого-то. Что она в нем нашла?

- Ну, может, ей нравится, что он... ну, спокойный? - предположил Рю, кидая камешки в воду от скуки и бесконечных монологов друга.

- Спокойный? - парень зло усмехнулся. Это было даже забавно, что он уступает такому как Каэдахара. В голосе было больше чем раздражение, это была чистая обида. - Да он просто пустое место! Двух слов связать не может. Буквально. Я рядом с ним чувствую себя... дураком каким-то. Ору, шучу, стараюсь, а она смотрит на меня как на пустое место, а ему улыбается, как будто он ей звезды с неба достает.

Он схватил подвернувшийся под руку плоский камень и швырнул его в воду. Камень запрыгал по поверхности - раз, два, три, четыре, и утонул. - Четыре, - машинально отметил Хиро, а после сразу закрыл рот, увидев этот убийственный взгляд от лидера их шайки.

- Может, ей просто жалко его? - предположил Такеши, пытаясь утешить. - Ну, типа, благотворительность. Девочки любят таких... несчастненьких, глупеньких, бедненьких.

- Или он ей просто удобный, - хмыкнул Рё, поддерживая мысль. - Он же не спорит, не перечит. Как ты и сказал, котенок.

Парень уже даже не хотел их слушать. Он лишь махнул рукой, будто останавливая их маленькое собрание и сосредоточился на прохладной воде в реке.

Кадзуха сидел у песчаного берега, свесив ноги в воду, не имея желания вовсю нырять, как это сейчас делала Ёимия, ей явно нравилась каждая мелочь в этом лагере. Остальные школьники резвились под горячими лучами. Каэдахара же мог только отмахиваться веером и мечтать о его любимом мороженом.

- Кадзу! - голос Каноэ вырвал его из оцепенения. Она бежала к нему от воды, мокрая и сияющая. Темно бордовые волосы волнами прилипли к коже, напоминая щупальца осьминога. - Ты чего тут сидишь? Идём купаться!

Она схватила его за руку и потянула к реке. И все мрачные мысли, весь этот разговор, все сомнения, всё на время исчезло. Потому что её пальцы были прохладными от речной воды, а улыбка самой теплой на свете. Кадзуха кивнул и пошёл за ней.

День на речке пролетел как одно мгновение. Уставшие, но довольные, они вернулись в лагерь. Однако вожатые приготовили еще один сюрприз. После ужина мисс Хоши объявила. - А теперь, внимание! Сегодня вечером у нас дискотека! На сборы у вас есть час. Встречаемся на главной площадке, когда стемнеет. Будет музыка, танцы и, обещаю, никаких комаров, мы все обработали!

Новость вызвала бурю эмоций. Девочки с хихиканьем побежали в корпус. Каноэ и Ёимия переглянулись. - Дискотека! - выдохнула Ёимия. В ее глазах будто плясали звезды. - У меня есть блестки! И лак для волос с золотыми искрами!

Их комната превратилась в салон красоты. Ёимия, проявив неожиданные таланты визажиста, ловко подвела Каноэ глаза, сделав стрелки такими ровными, будто по линейке. Сама она вплела в свои светлые волосы оранжевые ленты и наклеила на щёки крошечные блестки в виде звезд. Кано же решила одеть белое короткое платье, которое ей подарила мама почти год назад, но она так и не осмелилась выйти в нем куда-то.

- Ты как принцесса из мультиков! — восхищенно выдохнула Ёимия. Девушка улыбнулась в ответ. - Кадзуха дар речи потеряет. Ну, в переносном смысле, конечно.

После последней фразы Кано чуть не подпрыгнула, подозрительно сильно отрицая слова подруги. - Я одеваюсь для себя, а не для Каэдахары.

Ёимия хотела добавить что-то еще, но их идиллию прервал ледяной голос и наигранный высокий голос. Юки стояла в дверях, прислонившись к косяку. Она была в облегающем темно-синем платье, которое выгодно подчеркивало ее до ужаса идеальную фигуру. Волосы были уложены в высокий хвост, а на лице красовался красивый макияж. Она выглядела безупречно, как кукла. Юки всегда затмевала ее. Это раздражало, но нельзя было отрицать. - Готовитесь покорять местных принцев? - она окинула соседок оценивающим взглядом, который не предвещал ничего хорошего. - Особенно того, белобрысого, немого? Твой уровень, Фудзимори.

Кано хотела съязвить в ответ. Юки лишь усмехнулась, и эта усмешка была полна такого превосходства, что у девушки мурашки побежали по спине. Бывшая подруга ничего не ответила, грациозно развернулась и вышла, показывая, что пришла лишь чтобы унизить.

- Фух, аж холодом повеяло, — поежилась Кано. - А я ведь раньше с ней дружила. Пойдем, я уже слышу музыку с колонок.

Главная площадка лагеря преобразилась. Деревья были увиты гирляндами из теплых желтых лампочек, которые мягко мерцали в сумерках. В центре установили небольшую сцену с колонками, и местный диджей, один из старшеклассников, уже ставил какую-то песню.

Кадзуха стоял у края двора, нервно теребя манжету своей единственной нарядной атласной рубашки красного цвета. Он не ходил в ней в школу, поскольку привлекать внимание было совсем не то, что он хотел. Парень аккуратно заплел волосы в более высокий хвост, чем обычно, походя на принца. Он чувствовал себя не в своей тарелке. Громкая музыка давила на уши, а обилие нарядных людей заставляло его чувствовать себя еще более невидимым. Но он ждал Каноэ.

И увидел ее. Каноэ вышла из корпуса вместе с подругой, и у Кадзу перехватило дыхание. Волнистые волосы, легкая улыбка, платье, которые она обычно не носила, делало ее похожей на кого-то волшебного. Он хотел подойти, сказать что-нибудь - написать, поправил сам себя Кадзуха, но робость сковала ноги.

Скарамучча тоже её заметил. И он, в отличие от Каэдахары, медлить не стал. Он появился перед Каноэ буквально из ниоткуда, в тёмной рубашке, с закатанными рукавами, волосы небрежно зачёсаны назад. - Выглядишь неплохо, Фудзимори, - сказал он, лениво улыбаясь. - Потанцуем? Такой шанс выпадает только раз в жизни.

- Перебьёшься, - фыркнула Кано, обходя его, слегка усмехаясь. Скара хмыкнул, но не стал настаивать. Он был уверен, что его время ещё придёт.

Дискотека набирала обороты. Играли быстрые песни, школьники веселились. Ёимия тащила Каноэ в самую гущу, и та, забыв о смущении, отрывалась по полной. Кадзуха смотрел на неё издалека, улыбаясь. Но тут свет приглушили. Зазвучала медленная, тягучая мелодия. Фудзимори, тяжело дыша после быстрых танцев, отошла в сторону, поправила вишневые волосы. Она поискала глазами одноклассника. Он стоял у края площади, нервно теребя край своего рукава с рюшами. Он тоже смотрел на неё. Их взгляды встретились, и Кано почувствовала, как сердце забилось быстрее. Может, он пригласит её? Ну, не словами, конечно. Просто подойдёт и протянет руку. Она бы согласилась. Конечно, согласилась бы. Или она могла бы пригласить его, что-то подсказывало, что он бы тоже согласился.

Парень сделал шаг вперед, но в ту же секунду между ними возникла Юки. Она двигалась увереннее обычного. Кадзуха инстинктивно и растерянно отшатнулся, ожидая всего на свете, но не этого.

Девушка замолкла, словно вспоминая фамилию одноклассника. - Каэхара, да? - Юки слегка наклонилась к лицу, вводя парня в еще большее замешательство. - Знаешь, я тут недавно думала, ты сегодня такой... Эм, милый. Потанцуешь со старостой класса?

Юки никогда не проявляла к нему интереса, скорее наоборот - всегда смотрела с холодным презрением. А теперь стоит, улыбается и протягивает ему руку. Он инстинктивно оглянулся, словно потерянный щенок, ища глазами Кано.

Девушка же застыла на полпути. Она видела, как Юки подошла к Кадзухе, как наклонилась к нему, что-то говоря. Она видела его растерянное лицо. И видела, что он не отстранился. Внутри что-то оборвалось. Нет, не оборвалось, а сжалось в тугой, колючий комок. Она хотела пойти туда, встать между ними, сказать что-нибудь резкое. Но тут же осеклась.

А с чего ты взяла, что имеешь на это право?

Горькая мысль обожгла изнутри. Кадзуха был ее другом. Другом. Не парнем. Она не признавалась ему в чувствах, и он ей тоже. Они просто друзья. А друзья не имеют права ревновать. Не имеют права запрещать друг другу танцевать с кем-то еще. Не имеют права чувствовать эту жгучую, несправедливую обиду.

Фудзимори видела, как Юки взяла Кадзуху за руку, тот дернулся, но не вырвал ладонь, и потянула его в круг танцующих. Каэдахара выглядел как загнанный олень, он явно не хотел этого, но его природная стеснительность и неспособность сказать «нет» сыграли с ним злую шутку. Он просто не знал, как отказать, не обидев. А Юки этим пользовалась.

Она резко развернулась и быстрым шагом направилась прочь от танцпола, к асфальтным дорожкам, ведущим к домикам. Ёимия, не понимая что происходит, схватив со стола два стакана сока, поспешила за ней. Кано присела на траву под ёлкой, не обращая внимания на то, как светит фонарь. Подруга тихо присела рядом, протягивая клубничный сок. - Рассказывай, - мягко сказала она. - Это из-за Кадзухи, да? И этой... Юки?

Девушка вздохнула, смотря на свои колени. Она нервно теребила какую травинку в руках. - Это глупо, Ёимия. Так глупо. Я не имею права злиться. Мы просто друзья. Он мне никто. Ну, то есть... он мне очень важен, но мы не пара. И я не могу подойти и сказать «Не смей с ней танцевать» Это будет по-детски.

- Но тебе плохо, - Ёимия не спрашивала, она утверждала. Ее рука легла на плечо подруги. - Я же вижу, как ты на него смотришь. Ты о нем заботишься, он тебе нравится.

- Да, - Каноэ всхлипнула и уткнулась лицом в колени. Она чувствовала себя безнадежной, хотелось провалиться под землю. - Нравится. И это так тяжело. Я ничего не могу сделать. Он такой... он самый лучший. Он понимает меня без слов. Он рядом, когда мне плохо. А я смотрю, как моя бывшая подруга берет его за руку, и мне хочется провалиться сквозь землю. Но я не могу ему запретить. Он свободный человек. Может танцевать с кем хочет. Может нравиться кому угодно...

Ёимия отставила сок и обняла подругу. Она была взбалмошной и немного легкомысленной, но сейчас проявила неожиданную чуткость. - Знаешь, я мало что понимаю в любви. Я больше по фейерверкам, - она слабо улыбнулась. - Но я точно знаю, что он смотрит только на тебя. Я видела его лицо, когда Юки его тащила. Он был в ужасе! Как кролик перед удавом.

- Но он пошел, - глухо возразила Каноэ, прижимаясь к подруге.

- Потому что он слишком вежливый. И добрый. И не умеет посылать людей. Но это не значит, что он этого хотел. Поверь мне. Хочешь, я запущу свою новую хлопушку под ноги этой Юки? Она будет так визжать, что до конца смены забудет о танцах!

Каноэ невольно рассмеялась, забываясь на мгновение. - Не надо хлопушек. Спасибо, Ёимия.
__________________________________
Теперь Скарамучча залетает в сюжет, в следующей главе будет немного неожиданно и чуть чуть стекла 😰 Опять выпрашиваю звездочки и просмотры 🙏
Хочу дожать эту тему со Скарой, хз вам заходит или как 🥲