41 день. Вечеринка.
Как же я люблю просыпаться с головной болью. Это прям мое. По ощущениям, я вчера бухал весь вечер. Но я же вчера не пил. Хотя очень хотелось. Да и сейчас хочется. А еще хочется курить и не хочется вставать с кровати. И то, что под кроватью валяется старая пачка сигарет, очень сильно упрощает жизнь. А то, что в квартире я один, вообще делает меня счастливым. Ну, на сколько это сегодня возможно. Достав желанную никотиновую палочку, зажигалку и самодельную пепельницу, я наконец-то закурил. Как же долго я об этом мечтал! После последней затяжки, я достал свой телефон. Включил и меня оглушило оповещениями о сообщениях.
Позик. 23:15.
Тош, не начинай.
Позик. 23:16.
Тоха, мы же за тебя переживали.
Позик. 23:17.
И Арс тоже переживал.
СерГеюга. 23:19.
У Позова закончились деньги, поэтому бесить тебя буду я.
СерГеюга. 23:20.
Если бы ты сразу узнал, что тебе пишет Арс, то устроил бы истерику.
СерГеюга. 23:21.
Хотя ты и так её устроил.
СерГеюга. 23:25.
Надеюсь, ты просто лёг спать.
Арс. 23:30.
Что значит хотел покончить с жизнью?
Арс. 23:31.
Я понимаю, что ты обиделся, но что это значит?
Арс. 23:34.
Ты же это не серьёзно спрашивал?
Арс. 23:35.
Или как?
Арс. 23:36.
Ты просто лёг спать, да? Поэтому не отвечаешь?
Арс. 11:11.
Ты уже проснулся?
Арс. 11:23.
Когда проснёшься, напиши мне, пожалуйста, я волнуюсь.
Арс. 12:02.
Можно я к тебе приеду и мы спокойно поговорим?
Все же решил ответить.
Вы. 12:37.
Я не хочу никого видеть!
Арс. 12:38.
Ты всё-таки ответил!
Арс. 12:38.
Пожалуйста, Антош. Я же хотел тебе помочь. Тебя поддержать.
Вы. 12:48.
И для этого начал врать. Можно же было просто сказать.
Вы. 12:49.
И не обращай внимание на то сообщение. Оно было не тебе.
Арс. 12:50.
Неужели это правда?
Вы. 12:50.
Ты не должен был это знать!
Арс. 12:51.
Но зачем это? Я не понимаю. Объясни.
Вы. 12:52.
Вы и не поймёте, Арсений Сергеевич. Не советую дальше писать. Я не буду даже читать. До свидания.
Из-за нервов голова заболела еще сильнее. Выкурив еще пару сигарет, я встал с кровати. Голова закружилась, но я не упал. Где-то за столом валялась моя старая футболка и, так как дома меня никто не видит, я надел именно ее. И такого же качества шорты. Для кого мне вообще сегодня наряжаться? Для телефона? Он меня видел и в более разбитом виде. А еще кого-то видеть я не хочу.
Я спокойно дошел до кухни. Правда, не понял зачем. Есть вообще не хотелось. Хотелось курить и пить. И все равно на здоровье. Да вообще на все плевать. Я сел на стул и залип на одну точку в обоях. Через несколько минут мне на телефон пришло оповещение из «ВКонтакте». Открыв его, я увидел новое сообщение от Иры.
Ирина.
Привет. Я знаю, что тебе сейчас не до веселья, но тебе надо развеяться.
Вы.
Тебе всё рассказали?
Ирина.
Да. Но пишу я как раз, чтобы ты пришёл в себя.
Вы.
Чё надо?
Ирина.
У меня у друга сегодня вечеринка. Вот я и хочу тебя позвать.
Вы.
Не очень-то хочется.
Ирина.
Да мне плевать. Ты идёшь на эту вечеринку и всё. Встречаемся возле кафе, в котором познакомились.
Вы.
А ты мастер уговаривать.
Ирина.
В 20:00 начало, встречаемся за час.
Вы.
Ладно.
Вот так неожиданно мои планы на день изменились. Может, Ира и права. Мне и правда нужно развеяться. И я смогу набухаться. Этому точно можно радоваться. Я встал со стула, и вернулся к себе в комнату и упал на кровать. Моя энергия закончилась еще когда я нашел свою футболку. Но теперь надо было выбирать одежду, плестись до этого кафе, а потом еще и до дома этого друга Иры. И там еще неизвестно сколько торчать.
Провалялся я до четырех часов, но это было только внешне. Внутри я искал оправдание поступкам друзей и Арсения. И вот когда у меня это успешно получилось, я вспомнил, что они меня обманывали. И тут опять понеслось. После недолгой истерики и, выкурив три сигареты, у меня осталось чувство обиды и разнесенная комната. И это в разы усложнило мои поиски нормальной одежды.
В шкафу я нашел черные джинсы с множеством застежек и черную футболку. Нацепив какие-то браслеты, я посмотрел на часы. На все мои заморочки ушло два часа, поэтому я надел куртку и кеды, взял свою сумку (по старой привычке) и пошел в сторону кафе. Я воткнул наушники в уши, включил неизвестную мне песню (как такие появляются у меня в плей-листе?) и пошел прогулочным шагом. По дороге я смотрел на всех прохожих. Было ощущение, что сегодня утро понедельника, а не вечер воскресенья. Все такие недовольные, такие грустные. Или мне просто хочется видеть их такими? Почему все должны быть такими счастливыми, когда у меня горе?
Какое-то чудо сегодня со временем. Я пришел как раз в семь часов и меня уже ждала Ира.
— Привет! — радостно вскрикнула Кузнецова.
— Че так радостно? — ответил я любимым убитым голосом.
— Ну прости. Просто мы идем на вечеринку, а что там делать грустным? — уже по дороге ответила Ира.
— Я не настроен на веселье.
— Там настроишься, — очень громко сказала Ира.
Оставшуюся дорогу мы шли молча, потому что Кузнецова врубила музыку на телефоне. И шли мы примерно час. Я задолбался ходить! Но зайдя в квартиру и взяв в руки стакан с виски, мне стало куда легче. Ну, потому что это же виски, это же бухло. Как раз то, что нужно. На голодный желудок пить что-то содержащие алкоголь, самое ужасное, что может случиться. Меня так заштормило, что я успел только сесть на диван. Пока я приходил в себя, в толпе увидел знакомый силуэт. И это при условии, что у меня в глазах больше, чем двоилось.
Когда меня отпустило, я пошел в поисках еды. Наткнувшись на стол с закусками, я немного перекусил и продолжил набухиваться. После трех стаканов с различными жидкостями, в глазах опять задвоилось. Я пошел сквозь толпу искать Иру, так как это был единственный человек, с которым я был здесь знаком. Но меня кто-то схватил за локоть и потащил дальше от людей. Завернув в какую-то комнату, где музыка не так сильно долбила по ушам, этот неизвестный похититель повернул меня к себе лицом.
— Котик, какими судьбами? — ласково промурлыкал никто иной, как Гоша.
— А ты что тут делаешь? — немного заплетающимся языком спросил я. Если бы не алкоголь, то давно бы сбежал отсюда.
— Ты на моей вечеринке, — Гоша рассмеялся, — А я думал, что твой жалкий учитель не отпускает тебя на такие мероприятия.
— Тебя это не касается, — немного грубовато ответил я.
— А вы поссорились что ли? — Гоша сел на кресло, которое я не сразу заметил. Я промолчал, — Я знал, что он тебе не пара. Слишком уж он правильный для тебя.
— А кто мне подходит, неужели ты? — я ухмыльнулся. Гоша встал с кресла и прижал меня к стене.
— Конечно, котик, — он нагнулся к уху и немного касаясь его губами продолжил, — только я могу так тебя любить.
— Не трогай меня, пожалуйста, — было ощущение, что я тут же протрезвел.
— Ладно, — Гоша отошел от меня, — сегодня я тебя не буду трогать. Но ты же хочешь по-настоящему расслабиться, — он достал какой-то пакетик из кармана, — одна таблетка и тебе будет хорошо, — недолго думая, я подошел ближе к Гоше.
— И что ты за это хочешь?
— Пока ничего. Открой ротик, — я выполнил эту просьбу. Гоша достал из маленького пакетика одну таблетку и, пройдясь пальцами по языку положил ее. Я проглотил и Гоша проговорил мне в самые губы, — Все, веселись, — после этого он вышел из комнаты.
Поняв, что сейчас меня понесет, я быстро все написал в дневнике, который лежал в моей сумке, осознавая, что не смогу это сделать. Дальнейший вечер я не помню. Впрочем, как и все находящиеся в этой квартире.
***
Дорогой Дневник,
Сегодня просто ужасный день. Я окончательно разочаровался в жизни, находясь дома в одиночестве. Можно сказать, послав Арсения, я перестал ему писать, а он мне. А еще теперь он знает про мои планы на жизнь. Но это его не касается.
Провалявшись дома полдня, я начал собираться на вечеринку, на которую меня пригласила Ира. Немного выпив, мне стало хорошо. И оказалось, что эта вечеринка была Гошина. Просто супер. А еще я принял какую-то таблетку и уже не могу даже писать.
41 день. 11 октября. Антон.