Япония зовет.
Нацуя
Четыре года.
Четыре сраных, кровавых, безумных года.
Прошло, будто миг — и в то же время будто целая жизнь.
Каждый день был на грани.
Каждое утро начиналось с запаха пота, стали и пороха.
Каждая ночь — с прикосновений, в которых было всё:
боль, жажда, слияние, любовь.
Горячая, неотступная любовь.
Без слов. Без обещаний. Без пути назад.
Бакуго был моим — в бою, в постели, в шепоте, в ярости, в затяжных ночах.
Я — его. Без остатка. Без попытки сбежать.
Пламя и хаос.
Мы не поглощали друг друга — мы становились единым.
Наши миссии стали меняться.
Нас перестали использовать только внутри тюрьмы — стали присылать задания извне.
Устранение. Захват. Допрос.
Политические цели, грязные схемы, имена, которые никогда не звучали вслух.
Мы перестали быть учениками.
Нас сделали оружием.
Я не жаловалась.
Мне это нравилось.
Потому что рядом был он.
Когда мы дрались вместе — мы были как чёртово заклинание.
Словно два осколка мира, что наконец нашли друг друга.
Я могла понять его по дыханию. Он — по моим движениям.
И мы выносили всё.
Мы стали легендой внутри этой чёртовой системы.
Тени шептали наши имена.
Нас боялись.
И уважали.
Но ничто не подготовило меня к этому дню.
⸻
Мы шли по коридору.
Металл стен отражал неон и гул наших шагов.
Внутри что-то щёлкнуло, как только я увидела табличку.
"СЭНА РЕЙТО"
— ...Да ладно... — я остановилась как вкопанная. — Не может же быть...
Бакуго бросил на меня быстрый взгляд.
Я не ответила. Просто уставилась на эту табличку.
В голове всплыло — лето.
Парк.
Скамейка.
Он.
Этот грёбаный незнакомец, что так нагло со мной болтал, когда я колотила грушу до полусмерти.
Дверь открылась.
И я охренела.
— ТЫ?! КАКОГО ХРЕНА?! — вырвалось с криком, прежде чем я вообще успела что-то сообразить.
Он сидел за столом — в чёрной форме, строгий, с тем же пронзительным взглядом, с лёгкой усмешкой на лице.
Тот самый.
Сэна.
— Ну здравствуй, Нацуя, — спокойно сказал он. — Давно не виделись.
Бакуго моментально шагнул вперёд, встав чуть передо мной.
В нём заиграло то, что я хорошо знала — ревность. Ярость. Готовность рвать.
— Это тот? — голос у него был тихий, но голосовые связки на шее выдали напряжение.
— Да, — прошипела я. — Тот самый. Из Японии. Из парка. Из грёбаной скамейки.
— Хрен, который знал, кто ты, но не сказал ни слова?
Сэна встал.
Спокойный. Рассчитанный. Уверенный, как будто вся сцена — его спектакль.
— Не просто знал, — сказал он. — Я следил за вами ещё до того, как вас завербовали.
— ЧТО? — Бакуго сделал шаг вперёд, но я схватила его за руку.
Я горела. В прямом смысле — кровь в жилах кипела.
— Ты сидел там. Ты болтал, как ни в чём не бывало. Ты наблюдал за мной, как за... за объектом?!
— Я хотел понять, насколько далеко ты зайдёшь, если тебе дать свободу. — Он скрестил руки. — И ты зашла. Дальше, чем я ожидал.
— Мы не игрушки, — сквозь зубы сказал Бакуго.
— Нет, вы — актив. Самые сильные, какие у нас есть. Именно поэтому вы здесь.
— Нам плевать на твои игры, — я шагнула вперёд. — Если ты думал, что мы будем подчиняться, ты ошибся.
Сэна медленно улыбнулся.
— Вы оба слишком опасны, чтобы оставить вас без дела. И у меня для вас новое предложение.
— Нам плевать. — Бакуго бросил.
— Это не просьба. — Глаза Сэны вспыхнули холодным светом. — Это... приказ.
Я резко повернулась к Бакуго.
— Я его прибью.
— В очередь, — прорычал он, сжав мою ладонь.
И всё, что я чувствовала — не страх.
А вкус начала.
Как будто мы снова были в самом начале пути.
И, чёрт подери, я знала — этот путь снова будет в огне.
— Поздравляю, бойцы, — Сэна говорил спокойно, выверенно, словно озвучивал погодный прогноз. — Вам уже сколько там... по двадцать два?
Он кивнул сам себе.
— Замечательно. Вы — достигли зрелости. Готовы быть переданными Якудзе.
— Да не уже ли. Теперь нужно подтирать зад этим мафиозникам.. — фыркнула я. — я надеялась, что это затянется лет на 10 и Якудза передумает.
— Да хрен там. Они по любому видели, кем нас вырастили и наша цена поднялась в десять раз.
Сэна откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы в замок на животе, и с той самой мерзкой невозмутимостью, за которую хотелось пробить ему стену черепом, продолжил:
— Вас не просто купили. Вас заказали. Под конкретные цели. У синдиката — зачистка верхушки конкурирующей группировки. Им нужны не бойцы. Им нужны легенды.
— А мы, значит, теперь чёртовы призраки из шкафа? — Бакуго подался вперёд, руки в карманах, глаза горят. — Пришли, разнесли, исчезли?
— По сути, да. — Сэна кивнул. — Но с привилегиями. Квартира. Деньги. Личная охрана. Всё, что хотите. Живите как короли. Но — работайте, как инструменты.
— Пиздец. Я угандошу Кодзю за то, что отправил нас сюда 4 года назад.
Бакуго сжал кулаки так, что хрустнули костяшки. Он бросил на меня короткий взгляд — и в нём было всё. Он знал. Знал, насколько глубоко сейчас у меня закипело. Насколько сильнее стала волна ярости, которая поднималась внутри, стоило только услышать это имя.
— Черт с ним. Когда отправляемся? — фыркнула я.
Сэна чуть приподнял бровь, будто не ожидал такой прямоты. Его губы дёрнулись в насмешке, но он быстро снова стал холодным, как айсберг в дерьмовом костюме.
— Вот за это вас и выбрали, — сказал он. — Никакой истерики. Никакого «мы хотим нормальной жизни». Только работа.
— Ты даже не представляешь, какие у нас были истерики, — буркнул Бакуго, не отводя взгляда. — Просто ты их не видел. Потому что вы все смотрите только на результат.
— Когда отправляемся? — повторила я, на шаг подходя к столу. Папка с заданием лежала передо мной, как приговор, но я уже не дрогнула. Мы прошли слишком много, чтобы теперь отступать.
Сэна кивнул.
— Через сорок восемь часов. Вас перебросят в Осаку. Там встретитесь с представителями синдиката. Не местные мальчики — старшие. Те, кто держат в руках кровь этого города. Они передадут координаты цели.
— Целей, — поправил он сам себя.
— А если мы их не впечатлим? — Бакуго прищурился. — Пошлют обратно в клетку?
— Нет, — спокойно сказал Сэна. — Они вас убьют.
Тишина.
Плотная, как гудрон.
Я только усмехнулась. Медленно. Тонко.
— Попробуют.
— Именно, — подтвердил он. — Поэтому вы и нужны. Они не хотят пацанов с улицы. Им нужны два чудовища, которых нельзя контролировать. Только направлять.
Бакуго посмотрел на меня. Я почувствовала его взгляд — обжигал бок.
— Справимся, — бросил он.
— Разумеется, — отозвалась я. — Как всегда.
Я схватила папку и повернулась, направляясь к выходу. Бакуго — за мной. Он даже не оглянулся на Сэну.
— Ах да, — окликнул нас тот, прежде чем мы вышли. — Нацуя.
Я остановилась. Медленно, не оборачиваясь.
— Ты ведь понимаешь, что Кодзю... сделал это не из ненависти. А потому что знал: ты не выживешь иначе.
Я развернулась и посмотрела на него через плечо.
— А ты понимаешь, что если он осмелится показаться мне на глаза — я перережу ему горло? Не из ненависти. Хотя из за нее тоже, потому что я выжила. И теперь могу. И потому что, когда мы были в Японии 4 года назад, я ворвалась к нему в кабинет с пистолетом, думаю ты это помнишь, раз назвал тогда в парке какой магазин у моего пистолета; выстрелила рядом с его башкой пулю, а уходя в догонку сказала, что при следующей встрече он не жилец, а он в свою очередь сказал: «ты мне не дочь - ты - проект».
Сэна молчал.
А потом — кивнул — Честно. Уважительно. Как будто принял это, как факт.
Как новый закон реальности.
Мы вышли.
Коридор встретил нас сухим гулом вентиляции и неоновым светом.
Шаги Бакуго звучали ровно. Уверенно.
Я шла рядом — и вдруг ощутила, как его пальцы переплелись с моими.
Без слов.
Без жеста.
Просто он взял мою руку.
Как будто говорил:
Если снова будет война — я с тобой.
Если снова будет кровь — я за тебя.
Если снова весь мир пойдет по пизде — мы пойдём первыми.
И последними останемся тоже мы.
— Соскучилась по дракам, — выдохнула я, почти смеясь.
— Я по твоим ударам соскучился, — усмехнулся он. — Ты меня давно не кидала через плечо.
— Серьёзно? Хочешь, чтобы я тебя швырнула прям сейчас?
— Попробуй. Только помни, что я тебя потом прижму так, что весь блок услышит.
— А ты думал, он не слышит?
Мы смеялись.
Тихо. Глухо. Почти по-больному.
А внутри — уже шевелилось то самое.
Знакомое.
Чистое.
Пламя и Хаос.
Снова вместе.
Их отпустили на волю.