Те, кто выйдут из ада.
Железные двери за спинами 017 и 018 захлопнулись с гулким эхом, отрезая их от зала сектора K. Тишина нависла над ареной, уже покрытой каплями крови и следами ботинок, оставленными в хаотичном, почти хищном танце.
Алехандро стоял у самого края — спина прямая, руки за спиной, взгляд — на тот участок пола, где минуту назад лежала 013. Он не шевелился. Не мигал. В его лице не было сожаления, как не было и торжества.
— Жестоко, — тихо сказала Ребекка.
Он не обернулся.
— Не жестче, чем ты учила своих, — отрезал он.
Ребекка подошла ближе, остановилась на расстоянии пары шагов, облокотившись плечом о бетонную колонну.
— Они сделали то, что ты просил. Без страха. Без колебаний. Особенно она.
— У неё холод внутри, — медленно произнёс Алехандро. — Холод, который не проявляется в истерике. Он проявляется в точности. Это опасно.
— Или идеально, — возразила Ребекка. — Таких надо продвигать. Ты же это понимаешь.
Он на мгновение отвёл взгляд, посмотрел в сторону двери, за которой исчезли 017 и 018.
— Она нестабильна. Но контролирует это лучше, чем большинство. А он... — Алехандро прищурился. — Взрывной. Вечно на грани. И всё же рядом с ней — сдержаннее, чем был раньше.
Ребекка кивнула.
— Они балансируют друг друга.
— Они уничтожат друг друга, если дать повод, — хрипло произнёс Алехандро. — Но пока — работают. А значит, их не трогаем. Слишком ценны.
Ребекка усмехнулась, оттолкнулась от колонны и прошлась вдоль зала, бросая взгляд на окровавленные следы.
— Ты всё ещё думаешь, что они будут лучшими?
— Я не думаю, — он посмотрел ей в спину. — Я это знаю.
— Тогда пора бросить их против 732 и 733. Посмотрим, что скажет псих против холода.
Алехандро приподнял бровь.
— Рановато. Пусть ещё дозреют. Один сорвётся — и ты получишь не бой, а бойню.
Ребекка остановилась, повернулась к нему.
— А разве не этого мы и добиваемся?
Он не ответил сразу. Только сжал руки за спиной сильнее.
— Мы добиваемся того, чтобы из ада вышли не выжившие. А те, кто способен его возглавить.
И в голосе его было не фанатичное желание видеть кровь. В голосе его была усталость. И холодная вера в то, что только чудовища способны выжить среди чудовищ.
Ребекка кивнула. Лёгкая ухмылка дрогнула в уголке губ.
— Тогда наблюдаем. Посмотрим, кто из них окажется королём.