17 Часть
Джеймс
Когда я увидел ее, выходящей из церкви, у меня в голове была только одна мысль: "Нет".
Потом я нашел ее, стоящей рядом с убогой, никудышной матерью, и постарался решить проблему. Мы с Одри наблюдали за тем, как в полдень ее мать уходила от нас, ковыляя, тут же закуривая очередную сигарету и что-то бормоча себе под нос.
Я протянул руку к Одри.
- Ладно, - сказал я. - Прости меня за это.
- Ты, верно, шутишь? - спросила Одри.
- Нет. Это же твоя мать. Мне не следовало разговаривать с ней таким образом.
Она остановилась как вкопанная.
- О, черт возьми, ты имел на это полное право. Она появилась здесь, чтобы испортить свадьбу. Она была в церкви, Джеймс, и собиралась устроить сцену.
- Я до сих пор сожалею.
- Это правда? То, что ты сказал про детектива, которого нанял?
- Нет, - ответил я смущенно. - Но я знаю кое-кого, кто может это сделать. Я просто хотел, чтобы она оставила тебя в покое.
- Спасибо, - сказала она. - Ты слишком добр ко мне.
- Не настолько добр, как ты этого заслуживаешь, - произнес я. - Я должен был просто ей пригрозить с самого начала, тогда бы в ней не проснулась такая жадность.
Я вздохнул и притянул Одри к себе.
- Давай просто забудем сейчас все эту драму. Проблема с твоей матерью решена. Одна уже вне игры. Одна осталась еще в игре. Давай отправимся на прием. Обе наши матери разбудили во мне сильное желание выпить.
- Свадьба уже закончилась?
Она напряженно всматривалась в ворота церкви и как-то сразу упала духом.
- Почти. Я не думаю, что вернуться туда прямо сейчас будет разумно. Давай направимся сразу в "Plaza".
Я набрал Кая, и менее чем через минуту он подъехал.
- Так ты ушел во время церемонии?
- Я отдал кольца моему кузену. Он их передаст, - сказал я, пожимая плечами. - Я думаю, что Тод даже и не заметит.
- А как насчет твоих родителей?
- Я им не докладывал, Одри. Мне плевать.
Она схватила меня за руку.
- Джеймс. То, что мне сказала вчера вечером твоя мама ... тебя это должно волновать.
- Мне плевать на то, чего хочет моя мать, - сказал я. - Меня волнует то, чего хочешь ты. А ты все еще мне об этом не сказала.
Я смотрел на ее профиль, она была такой взволнованной, но по-прежнему идеальной.
- Скажи мне, Одри, чего бы ты хотела?
Она нервно заерзала на месте, и я вздохнул, пока ожидал ее ответ, чувствуя, что ко мне возвращается головная боль. Я положил руку на ее бедро. Я хотел, чтобы она чувствовала меня, вспомнила, что она ощущала, когда мои руки были на ней.
- Что я хочу, и то, что нужно тебе - это две большие разницы, - сказала она и накрыла ладонью мою руку. - Есть смысл говорить об этом сейчас?
- Нет, - сказал я. - Нет, имеет.
Все это не имело смысла, и это вызвало у меня в душе плохо замаскированное разочарование. Моя голова начала пухнуть от мыслей. Мы остановились снаружи здания, и я повел ее внутрь него, ожидая, что там, наконец, смогу с ней спокойно поговорить. Отель "Plaza" был великолепным, украшенным и уже подготовленным для свадебного приема Тода и Иви. Я обратил на это внимание, когда проходил через богато украшенный вестибюль, направляясь прямо в бар, расположенный в бальном зале. Мы оказались здесь первыми среди гостей, поэтому заняли свободные места у бара с пустующими соседними стульями.
- Два мартини, пожалуйста, и смешайте в коктейль "Горячий и грязный" (прим. В состав коктейля входят: лед, водка с перцем, вермут, маринад для оливок и 1 оливка.)
Одри выгнула бровь.
- Я никогда не слышала, чтобы ты заказывал ранее что-то подобное.
- Я только пытаюсь поддержать твою заинтересованность, - сказал я, пытаясь сдерживать свой голос.
Я чувствовал, словно что-то ускользало от меня, а я не привык ничего терять и никому проигрывать. Твою мать. Это не может происходить со мной.
Она одержала надо мной верх, а я не получил ... ничего.
- Конечно, я заинтересована, - сказала она, и ее голос звучал успокаивающе. Актриса вернулась на свое прежнее место, пытаясь заставить меня успокоиться, стараясь направить мои эмоции в другое русло.
- Одри. Не делай этого. Мне необходимо услышать от тебя то, что имеет смысл.
Бармен вручил нам наши напитки, и я сделал большой глоток.
Она откинулась назад к бару и выдохнула так, как будто была чем-то расстроена или разбита, а может, и то и другое вместе. Затем она повернулась и стала играть с моим смокингом, отложив маску актрисы в сторону, и глядя на меня своими огромными, честными глазами Бэмби.
- Мне очень жаль, - сказала она. - Прямо сейчас я только пытаюсь держать себя в руках. Так много всего ... надо обдумать. Это касается не только меня.
Она прижалась ко мне, и я почувствовал, что становлюсь в определенном месте толстым и горячим, каким бывал всегда, стоило ей только ко мне прикоснуться. На этот раз, однако, мое возбуждение было почти болезненным. Я не знал, что она хотела, и эта неизвестность разрывала меня на части. Я наклонился и поцеловал, раздвигая ее губы и углубляя поцелуй, находя ее язык.
Она отстранилась.
- Я должна сделать все правильным для тебя. Вот чего я хочу.
Я снова ее поцеловал, деликатно пройдясь своими руками по ее обнаженным плечам. Мне было необходимо показать ей, что значит "правильно" для меня. Я схватил Одри за руку и опустил ее на выпуклость в своих штанах. Мой член пульсировал от ощущения близости к ней.
Возможно, это было грубо, но зато честно. Я нуждался в ней.
- Джеймс.
Она попыталась вырваться, но я продолжал смущать ее пристальным взглядом. Не желая того, я становился тверже от ее прикосновения.
- Не отдаляйся от меня. Никогда.
Я хотел сказать ей об этом не только на словах, но и показать другим способом.
Начали прибывать остальные гости, так что я быстро взял ее за руку и повел обратно в зал. Я нашел гардероб, и так как на улице был июнь, то он, естественно, оказался пуст. Я потянул ее внутрь и прижал к стене. Моя эрекция сейчас, находясь напротив ее тела, была неудержимой и требовательной.
- Ты мне нужна, - сказал я. - Ты это понимаешь?
Глаза на ее раздраженном, открытом и честном лице пристально всматривались в меня.
- Это просто секс? Для тебя? - она задала вопрос хриплым шепотом.
Я сделал от нее шаг назад, уязвленный ее вопросом, и произвел жест между нами в воздухе.
- Это не просто секс. И не был им уже с нашего первого раза, - я сделал паузу для того, чтобы обратить ее внимание на следующие слова. - Для меня.
Что-то смягчилось в ее лице, и она притянула меня к себе, потом быстро, почти отчаянно расстегнула мои брюки.
Мой член выпрыгнул на свободу, и она стала гладить его обеими руками, пока я возился с ее длинным платьем.
- Просто расстегни его, - бросила она.
Одри повернулась ко мне спиной, и я расстегнул ей платье, которое упало на пол тяжелыми волнами. Она вышла из него и встала спиной к стене, расставив для меня ноги.
- Я хочу тебя.
Я встал перед ней на колени, резко расстегивая смокинг, чуть ли не разрывая его. Я подхватил тонкие кружева ее нижнего белья и грубо отвел его в сторону. Затем раздвинул ее ноги немного шире, и поцеловал в ее сердцевину. Она застонала, я прошелся языком по ее складочкам и начал лизать и посасывать ее клитор.
- Ты нужен мне внутри, - сказала она с таким отчаянием в голосе, мучая мое лицо. - Мне нужен твой член.
Я стал сосать сильнее, чувствуя, как напрягаются и сжимаются ее мышцы вокруг меня. Она сжала в кулак мои волосы, и кончила. Жестко и быстро. Крича и дрожа в моих руках. Я встал, мои брюки упали, и я подтолкнул свою длину к ее входу. Она была настолько мокрой, такой готовой для меня, что я почувствовал головокружение от этого.
- Ты хочешь меня? - спросил я, затаив дыхание рядом с ее ухом.
В ответ на мой вопрос она схватила меня и ввела головку моего члена в себя, потом посмотрела на меня.
- Трахни меня, Джеймс. Пожалуйста. Мне нужно почувствовать тебя внутри себя.
Я немного приподнял ее и отрегулировал свои бедра таким образом, чтобы я мог прижать ее к стене. Затем я всей длиной вошел в нее. Ее тугое тело плотно обтягивало меня, и она вскрикнула. В ее голосе звучала смесь боли и облегчения.
- Именно так, детка, - сказала она. - То, что я хотела.
Она наклонилась и страстно поцеловала меня, пока я вбивался в нее. Мои толчки были рваными и резкими, как и эмоции внутри меня.
С каждым разом я входил в нее глубже и жестче. Она выгнула спину назад, и ее нижнее белье, которое я отодвинул в сторону, раздражало мою плоть, делая меня совсем диким. Я оглох и ослеп, находясь в ней, но продолжал вбиваться в нее в поисках своего немедленного освобождения. Я удерживал ее за плечи, вдалбливаясь в нее снова и снова, мои руки скользили по ее груди, находящейся по-прежнему в кружевном бюстгальтере. Я был настолько близок к концу, что потерял над собой контроль.
Я хотел заполнить ее собой.
- Боже мой, - проронила она, и ее тело начало дрожать и сжиматься вокруг меня. - Джеймс.
Она откинула голову назад и громко закричала, разбившись на мелкие кусочки. Это толкнуло меня через край. Я прильнул к ней, и отчаянно ворвался в нее, кончая.
- Одри, - вскрикнул я, прижавшись к ней.
Я осторожно опустил ее. Мы были вялыми и дрожащими. Я посмотрел вниз и увидел ее лицо напротив своей груди.
Ее глаза были плотно закрыты.
- Я люблю тебя, - прошептала она, стоя рядом со мной. - Я просто хочу, чтобы ты знал об этом.
Я чувствовал, как она дрожала. Я прижал ее к себе, просто наслаждаясь теплом ее тела рядом со своим, и радуясь словам, которые она произнесла.
- И, Джеймс.
- Что, детка? - спросил я, глядя вниз на ее прекрасное лицо.
Ее глаза все еще были плотно закрыты.
- Я увольняюсь.