Страдания возвышают душу
Я листала книгу и пила чай у себя на кровати, когда в комнату буквально ввалилась Исса. Белоснежные, как снег, волосы были растрепаны, а лиловые глаза лихорадочно блестели. Черные кожаные штаны были порваны на колене и заляпаны кровью.
– Мрак Всемогущий! Исса, что случилось? – я взволнованно уставилась на некромантку, которая преспокойно зашла в комнату и села на свою кровать. – Это что, кровь? Где ты была?
Исса изумленно посмотрела на колено, где виднелась засохшая кровь, а потом перевела взгляд на меня.
– А? – растерянно спросила она. – Аа-а, кровь! Это я упала. Мы с Эрнестом пошли в лес, нужно было найти цвет покойника... Я зацепилась за корягу и упала. Вот теперь колено...
Я пару раз кивнула и поднялась, чтобы сделать чай. Какая-то она странная. Раньше я за подругой не замечала такой привычки, как путание в словах. Но сейчас именно это она и делала. Ее рассказ был непоследовательным и каким-то непонятным. Исса путалась и сбивалась. Очень странно.
– А что еще помимо этого случилось? – аккуратно поинтересовалась я. – Ты кажешься какой-то... Растерянной.
Соседка по комнате открыла шкаф и достала из него новые штаны. Пока я готовила чай, она успела переодеться и даже привести себя в порядок. Волосы больше не торчали в стороны, но взгляд был таким же сумасшедшим.
– Ничего не случилось, – Исса отхлебнула чаю. – С чего ты это взяла?
Я пожала плечами, но развивать тему не стала. Не хочет рассказывать, ну и ладно. Некроманты вообще не общительные личности. Исса была хоть и исключением в этом, но порой тоже выбрасывала типичные некромантские финты. Иногда она замыкалась настолько, что лучшим вариантом было просто не лезть и не спрашивать, а просто переждать, когда этот период пройдет. В принципе, понять их можно: они такого насмотрятся на своих кладбищах, что потом не то, что общаться, вообще говорить не хочется.
Поэтому я лишь сочувственно покачала головой и предложила ложиться спать. Час был уже довольно поздний. Когда чашки с чаем опустели, я потушила свет и залезла в постель. Как только голова коснулась подушки, я моментально уснула.
Утро началось с того, что я чуть не проспала. Увидев время, я тут же подорвалась с кровати. Вот черт. Исса уже куда-то ушла, наверное опять с Эрнестом заниматься проектом, поэтому мои метания по комнате никто не видел. И слава первоначальной тьме...
В итоге, я надела первые попавшиеся вещи и толком не расчесалась. Все, что я успела, это умыться и почистить зубы. Так и прибежала на полигон: запыхавшаяся, с встрепанными волосами, да еще и в помятом свитере. Рик уже стоял в центре аудитории, и, судя по взгляду, закипал от злости. Я фыркнула. Как он опаздывает на тридцать минут, так это нормально, а если я пришла на пять минут позже, так все, конец света.
– Где тебя бесы носят? – с ходу накинулся на меня Рик.
Надо же, а я то думала, он сначала мне хоть доброго утра пожелает. От собственной нелепой шутки стало смешно, и я снова фыркнула.
– Проспала, – заявила я и достала из приготовленной еще с вечера сумки мелок и необходимые атрибуты. – Начнем или и дальше будем выяснять отношения? Если ты забыл, то ты должен меня научить призывать демона, чтобы я могла сдать экзамен. А иначе то расписание окажется у твоего отца.
Настал черед Рика фыркать. Я чуть было не послала в него заклятие молчания, чтобы перестал издавать этот отвратительный звук. Настроения и так с самого утра не было, а этот придурок, видимо, решил испортить его еще больше. Адэртад осмотрел меня своим фирменным уничижительным взглядом, подмечая и пятно от зелья на старом помятом свитере, и растрепанные волосы, и синяки под глазами. Так не смотрят даже не дерьмо виверн...
– Да я как-то другого от тебя и не ожидал, Маури, – выплюнул Рик со злостью. От этого тона у меня по коже побежали мурашки. – Ты всегда останешься глупой провинциалкой, которая везде и во всем ищет свою выгоду. Небось украла этот свиток ради того, чтобы потом шантажировать меня за деньги?
Сказать, что я была ошеломлена, ничего не сказать. Рот сам собой открылся, руки сжались в кулаки.
– Тьмой и Мраком, силой моего слова. Да услышит меня Темная Мать, – тихо начала я. – Пусть откроется то, что скрыто, пусть прозреет слепец.
Рик усмехался так, словно именно этого ожидал. Я тоже слегка улыбнулась, так, как могут улыбаться только темные ведьмы: хитро, зло и насмешливо. Думаешь, ты меня понимаешь Рик Адэртад? Такого ты обо мне мнения? Глупая провинциалка, которая во всем ищет выгоду... Вот какая я по твоему?
– Тьма накроет, Мрак раскроет, пусть видно станет нутро! – уже значительно громче закончила я.
Тьма на мгновенье охватила меня и фигуру Рика, но тут же рассеялась, будто ничего и не было. Я запихнула мел вместе с колбами обратно в сумку и мигом помчала к выходу. Пусть все катится к виверне под хвост! Мне нужно успокоиться, иначе я его до седьмого колена прокляну. Злость подгоняла меня в спину, требовала выхода, но я усилием воли заставила себя выйти из аудитории. Если не уйду - будет намного хуже. А возможно, я просто боялась последствий своей вспыльчивости и неумения держать себя в руках.
– Убегай, Веста Маури, убегай! – крикнул Рик мне вдогонку. – Это все, на что ты способна: проклинать да убегать после этого. Трусиха!
Я хлопнула дверьми и едко улыбнулась самой себе. Посмотрю я, как ты будешь радоваться, Адэртад, когда мое проклятие начнет действовать. Я не спроста выбрала именно это проклятие... Такую форму проклена выбирают крайне редко, ведь и поводы для нее случаются не часто. Но мне, можно сказать, повезло.
Проклятие прозрения, вот как оно называется. Человек, которого прокляли, спустя определенное время начинает видеть все то, что от него скрывают окружающие: плохие мысли, заговоры и прочее. Ведьма, которая придумала этот проклен, была очень мудрой. Порой, правда – самое большое проклятие, а неведение – самое большое благо.
Проходя мимо парка, я так увлеклась своими злобными планами, что не сразу заметила человека, выходящего из-за поворота. Вот и получилось столкновение. Я больно ударилась локтем, а у девушки, в которую я врезалась, похоже, пострадал подбородок. Я не сразу поняла, кто передо мной, потому что подул сильный ветер, волосы перекрыли лицо. Но когда девушка открыла его, мне стало немного не по себе.
– Зайра, – пискнула я и на всякий случай отошла на несколько шагов. Ох, же и везет мне сегодня на неприятных особ.
Зайра Линдэман – официальная девушка Рика Адэртада – в духе своего парня пренебрежительно осмотрела меня и фыркнула. Её потрясающие каштановые волосы трепал ветер, но это совершенно не портило ее. Вот я сейчас, наверняка, выгляжу, как дура, с волосами, которые лезут в глаза... А вот такие, как Зайра, всегда и везде выглядят как богини.
– Понабирают всяких крестьянок, – высокомерно произнесла демонолог и, взмахнув своей роскошной каштановой гривой, удалилась прочь.
Если бы до этого меня не вывел Рик, я бы сдержалась. Но я и так была зла, а тут еще эта швабра разукрашенная со своими «бесценными» замечаниями... Короче, в спину Зайре полетела порча на чесотку. Пусть ходит и чешется, словно вшивая. Я злорадно хихикнула. Даже если пожалуется ректору, мне ничего не будет. Порча подобного рода совершенно безобидная, проходит через несколько часов. Да и магический след оставляет слабый, поэтому и вычислить, кто наслал, будет невозможно. Так что пускай еще докажут, что это я.
Эх, моя темная ведьминская часть души пела и радовалась жизни. А как же, за один день проклясть сразу двух! Чем не счастье... Но вот другая часть души, та которую вырастила моя мама и которую я показывала только близким людям, неспокойно ныла. У меня всегда было словно две личности - плохая и хорошая. Хорошая досталась от светлой ведьмы-травницы, моей мамы, а плохую подарила тьма, доставшаяся в наследство от папы-ведьмака. Это иногда мешало жить, стать полноценной темной ведьмой.
Вот и сейчас, хорошая я взывала к темной мне с просьбами одуматься. Нехорошо это – сразу что людей проклинать.
– Лича мне в супруги! – Исса аж на кровати подпрыгнула, когда дверь нашей комнаты ударилась о стену. – Что опять случилось?
Я шмыгнула носом и закрыла дверь. Отчаянно хотелось плакать, но я до последнего сдерживала этот порыв. Еще слезы лить из-за этого придурка. Еще чего!
– Я его прокляла! – с надрывом выкрикнула я и упала лицом в подушку. – Наверное, опять к ректору пойду.
Исса пересела ко мне на кровать и стала задумчиво гладить меня по голове. В этот раз она тоже была немного странной, сумасшедший взгляд все так и не прошел. Так что удивительно, что она вообще хоть как-то реагирует на внешний мир. Обычно, когда у нее начинается «некромантская лихорадка», как я это люблю называть, она полностью замыкается в себе и не реагирует ни на что.
– А можно подробнее? – как-то незаинтересованно спросила соседка.
Пока я рассказывала, Исса гладила меня по волосам и молчала. Мне уже показалось, что она не слушает, но, когда я закончила рассказ, подруга пафосно заявила:
– Страдания возвышают душу.
Я хихикнула и перекатилась на другой бок. Что ж, если это правда, тогда моя душа за эти два с половиной года, что я тут учусь и вижу этого придурка Рика Адэртада, возвысилась до пределов.