Только попробуй, Маури
Голубятня встретила меня хлопаньем крыльев, гуканьем и запахом птичьего помета. Совы, вороны, круки и даже грачи теснились в этом помещении, пока их хозяева старательно грызли гранит науки. Тем, чьими фамильярами были лягушки, крысы или коты, было значительно проще, ведь ректорат разрешал держать их при себе. Обычно эти животные достаточно спокойные и не приносят никаких хлопот, а коты еще и мышей ловят. А вот птицы в качестве фамильяров всегда какие-то нервные и вечно устраивают переполох. То кому-то попытаются глаза выцарапать, то съедят чью-то крысу. Вот и приходится нам с Гарольдом терпеть разлуку, а ему еще и закрытое пространство голубятни.
– Привет, Гарольд, – я подошла к насесту, на котором сидел крупный крук, и погладила птицу указательным пальцем.
Гарольд, который явно без меня скучал, прильнул к моей руке и обижено каркнул. Да, малыш, я знаю, что прихожу редко. Но что поделать, когда времени вообще нет.
– Прости, – виновато пискнула я и подсунула фамильяру под нос парочку жирных червяков, которых откопала специально для него. – Я принесла вкусняшку.
Гарольд тут же накинулся на лакомство, а я лишь поморщилась, наблюдая, как извивающийся червь исчезает в клюве крука.
– Мне нужно, чтобы ты это отправил кое-кому, – заговорщически шепнула я и достала из кармана мантии небольшую записку, свернутую в трубочку.
Гарольд довольно каркнул и расправил свои черные крылья. Он явно был рад размяться. Птиц хоть и выпускают, чтобы они полетали, но не так часто, как им бы того хотелось. Я в деталях представила черты лица нужного мне человека и переслала этот образ своему фамильяру. Связь между нами помогала обмениваться простейшими картинками, вроде лица человека или вида определенного места. Крук понятливо вскрикнул и взлетел. Я открыла окошко, и Гарольд вылетел наружу. Я еще кое-какое время наблюдала за его полетом, пока он не скрылся за высокими деревьями, которые росли вокруг голубятни.
– Посмотрим, что из этого всего выйдет, – я качнула головой и вышла из душного помещения.
***
На следующий день, ровно в два часа я стояла в заброшенной части парка и нервно теребила защитный браслет. Каркас старого фонтана, который давно уже не работает, стал моей лавочкой. Присев на бортик, я нервно дергала ногой и поминутно оглядывалась. А вдруг кто-то сюда забредет и увидит нас? Ветер развевал волосы, бросая мне их в лицо, и я очень быстро пожалела, что не заплела косу.
Со стороны тайной тропы, о которой знает не так уж много людей, послышались осторожные шаги. Человек явно старался идти незаметно, но гравий предательски хрустел под ногами. Я выпрямила спину, готовясь, хотя казалось – куда уже больше. Руки сами собой на всякий случай сложились в защитный жест, а ноги напряглись, готовые к прыжку в любой момент.
– Ламос! – одновременно с Риком выкрикнула я.
Защита сработала, но защищать было не от чего. Ни я, ни Рик нападать не собирались. Но от привычки так легко не избавиться. Наши бесконечные стычки научили меня сначала складывать руки в защитный знак, а уже потом думать. Он, похоже, считал так же.
– Маури, какого демона? – Адэртад хищно прищурился и сделал шаг мне навстречу. – Ты вообще там со своими зельями и проклятиями рехнулась, что ли?
Я на всякий случай отодвинулась подальше, но вставать не стала. Навряд ли ноги сейчас будут крепко меня держать. Надменно приподняв бровь, я хмыкнула.
– Ты мне зубы не заговаривай, – я нахально улыбнулась и приподняла листок, который держала в руках.
Рик тут же попытался выхватить компромат, но я отклонилась и завела руку за спину.
– Э-ээ, нет, так просто ты это не получишь.
Рик сложил руки на груди и зеркально повторил мой жест, приподняв бровь. Его янтарные глаза злобно сверкали, а губы беззвучно шевелились, явно нашептывая ругательства. Эх, ради такого выражения лица не жаль и по мужскому общежитию ночью лазить.
– Откуда ты это взяла, Маури? – Рик окинул меня пренебрежительным взглядом. – Хотя можешь не отвечать. И так ясно, что ты рылась в моих вещах. Чего еще ожидать от провинциальной ведьмы? Родители небось не учили, что воровать плохо.
Я закатила глаза и машинально начала шептать под нос проклятие второго разряда. Только в последний момент опомнилась и не пустила заряд силы, чтобы активировать проклятие. Так он точно мне не поможет.
– Не всем повезло родиться в древней темной семье, болван. Но это не значит, что я чем-то хуже тебя.
Моя щека обиженно дернулась, как и каждый раз, когда Рик упоминал мое происхождение. Да, мой род не древний и не такой известный как род Адэртад. Но чем я хуже-то? Я сильная и умелая ведьма, в принципе, ничем не уступаю этому идиоту. Разве что демонология не дается... Тьфу.
– Значит, – Рик нахально ухмыльнулся и снова потянулся к куску бумаги. Я снова отклонилась. – Отдай по-хорошему, Веста, иначе придется забирать по-плохому.
Я растянула губы в улыбку и картинно развернула бумажку. Рик нервно дернулся, но я качнула головой, и он остался на том же месте, где и стоял.
– Классификация демонов, основы призыва, – стала зачитывать я, – защитные знаки, способы подчинения, практическая демонология, существа и сущности... – я сделала театральную паузу и посмотрела на парня, который аж побледнел. – И основные принципы некромантии. Как думаешь, твой отец обрадуется?
Для непосвященных я просто прочитала расписание Рика. Но для тех, кто хотя бы что-то знает о семье Адэртад, я прочитала личный приговор. Дело в том, что семья Рика очень древняя. Потому и фамилия такая странная. Их семью знает и почитает весь Ва́ридон и не спроста – говорят, их род очень могуществен. Все Адэртады – потомственные демонологи и к соблюдению правила чистоты крови подходят очень ответственно.
Если кто-то из этой семьи ищет себе пару, то выбирает непременно из демонологов, чтобы не мешать кровь. И если родители Рика узнают, что тот занимается таким неподходящим для его семьи ремеслом, как некромантия, то я боюсь представить, что они с ним сделают. Моя ухмылка стала еще шире.
– Даже не смей, Маури, – едва слышно сказал Рик. – Я тебя задушу, если сделаешь это.
Я запихнула бумагу себе под кофту, надежно спрятав прямо у своего сердца. Рик проследил за моим движением и, я могу поклясться, едва удержался, чтобы не отобрать расписание силой. Но он не такой уж идиот, чтобы не понимать, что я наложила на бумагу заклятие. В случае если он отберет ее без моего согласия, мне достаточно произнести одно единственное слово, чтобы эта бумажка оказалась в руках его отца.
– Не сделаю, если поможешь мне, – я встала и подошла к кусту с чёрными ирисами, которые цветут только зимой.
– И что же ты хочешь? – раздраженно поинтересовался Рик.
Я неторопливо сорвала черный бутон и положила в мешочек для трав, который всегда носила с собой. Мне как раз недоставало черных ирисов для зелья. Повернувшись к демонологу лицом, я на выдохе сказала:
– Помоги сдать экзамен по демонологии.