Грозовая птица

Прежде чем стать частью шелковой компании, Стелла послала письмо тетушке Эстер в Италию, пригласив ее на несколько дней в Лондон. Оливер, Терри и Эва занялись съемкой компании, поэтому теперь они с утра до ночи проводили в «Шелковом королевстве». Диана любезно пригласила Эллен в гости. Вскоре девушка с радостью посетила  поместье Бареттов, где совершенно не случайно завела разговор со старшей сестрой Бейкер о ее свадьбе с Юджином. Дабы развеяться в жаркий солнечный день, они отправились на прогулку, в ходе которой заглянули в дорогой магазин, на витринах которого Диана просто не могла не остановить взгляд. Прикупив атласную тесьму белого цвета, ткань для пошива будущего платья и кружева, которые выбрала Эллен, девушки вернулись в поместье, где миссис Бейкер стала свидетельницей свадебных покупок дочери. Кажется, постепенно все начинало налаживаться, а счастливая картинка была практически собрана. Оставалось только взять в руки иголку с ниткой, швейную машинку и немного воображения, чтобы создать самое прекрасное платье на свете. Именно этим и делом и занялась женская половина, а Юджину было предложено присоединиться к команде, что не расставалась с фотоаппаратом, чтобы он случайно не увидел невесту раньше времени. Эва настолько сильно увлеклась историей «Шелкового королевства», что едва не позабыла о Ковент-Гардене. К счастью, письмо, адресованное ей мистером Харрисом, вернуло все на свои места. Вернее, почти вернуло... Приехав домой после долгого рабочего дня, Эванжелина остановилась на ночлег у миссис Купер, а на следующее утро отправилась прямиком в театр. Афиши с оперой «Габриэль», что исполняла Эмма, на удивление пропали, хотя раньше всегда бросались Эве в глаза при входе в театр. Как всегда мистер Харрис уже находился на рабочем месте, в своем кабинете. Прежде чем войти, Эванжелина предварительно постучала дважды в дверь, улыбнувшись и вспомнив о том, как впервые появилась здесь и отстаивала свое право работать в Ковент-Гардене.

— Мисс Бейкер? — удивился мужчина, сняв свои очки и положив их рядом с собой.

— Я получила ваше письмо, благодарю, — ответила она, проходя в кабинет.

— Признаться, Ковент-Гарден заскучал без вашего присутствия.

— Зато газеты никогда не скучают, — улыбнулась Эва, заметив на столе мистера Харриса свежий выпуск очередной газеты со своим именем.

— Когда вы собираетесь вернуться, мисс Бейкер? Или, быть может, вы тоже решили покинуть стены этого театра? — поинтересовался мужчина.

— Тоже? — переспросила Эванжелина, не понимая, о ком говорит мистер Харрис.

— Мисс Флеминг предпочла завершить свою блестящую карьеру. На днях она покинет Лондон, — пояснил мужчина. — Честно говоря, для меня эта новость стала большой неожиданностью, однако у каждого человека есть право выбора, и я искренне надеюсь, что ее выбор был правильным.

— Я не знала об этом, — дослушав, с удивлением произнесла Эванжелина.

— Скоро газеты в унисон начнут об этом твердить. Ну что ж, а теперь о вас, мисс Бейкер, — возвращаясь к Эванжелине, перевел тему он. — Мне кажется, что вам есть, о чем мне рассказать.

— Я люблю Ковент-Гарден... Мне нравится то, что делаю, и я горжусь тем, что сумела создать, — подняв взгляд, ответила Эва.

— Полагаю, в этом все же есть небольшое «но»...

— Мне кажется, что я стою на пороге чего-то нового, совершенно удивительного открытия. Время неизбежно идет вперед, и я хочу следовать за ним. Однако я не могу оставить то, что было частью моей жизни.

— Следуя за новыми открытиями вы не оставляете того, что позади. Это бесценный опыт, в который вложено много труда и сил, и он обязательно поможет вам в будущем. Не бойтесь что-то оставить, просто следуйте за...

— Своим сердцем, — закончила его фразу Эванжелина. — Отец говорил мне об этом...

— Просто знайте, мисс Бейкер, что если вдруг будущее не оправдает ваших ожиданий, вы всегда сможете вернуться. Двери этого театра будут открыты для вас.

— Правда? — дабы удостовериться, тихо спросила Эва.

— Разумеется, — немного улыбнувшись, ответил мистер Харрис. — Вы слишком настойчивы, чтобы получать отказ, а я всего лишь простой театральный постановщик, который совсем не умеет драться на шпагах, — вспомнив первый разговор с Эванжелиной, добавил он.

— Спасибо, мистер Харрис, — поднимаясь со стула, с улыбкой поблагодарила она.

— Спасибо вам, мисс Бейкер, — напоследок произнес мужчина, надевая свои очки и провожая взглядом Эванжелину, которую он навсегда запомнил как леди с цилиндром на голове, ставшую примером для тех, кто боялся заявить о своих идеях. Она не боялась. И никогда не будет, что бы не ждало ее впереди.

Ну а пока впереди Эву Бейкер ждала встреча с мисс Флеминг, которая перед своим отъездом решила прогуляться по территории театра, мысленно прощаясь с этим местом, некогда заменившим ей дом.

— Мисс Бейкер... — увидев выходящую из театра Эванжелину, произнесла Эмма.

— Я слышала о том, что вы собираетесь покинуть Лондон, — спустившись и поприветствовав мисс Флеминг, ответила Эва.

— Решила напоследок заглянуть сюда, — не отводя взгляда от фасада здания, сказала Эмма.

— Куда вы отправитесь? — спросила Эванжелина, дабы утолить жажду интереса.

— Туда, где жизнь намного спокойнее, нежели в Лондоне. Где я смогу наконец обрести душевное равновесие, и, возможно, научусь улыбаться, — улыбнувшись, добавила она.

— Первый дом на улице «Дарлингтон», — произнесла Эванжелина, переводя взгляд на Эмму, которая вмиг сменила выражение лица, и теперь она выглядела даже немного озадаченно.

— Простите? — переспросила она.

— Заходите в гости, мисс Флеминг. Правда, лосося мы готовим гораздо реже, чем миссис Купер... Но тем не менее, мы все равно будем вас ждать.

— В таком случае, до встречи в Бибури, Эва Бейкер, — сняв свою шляпу и сев в экипаж, произнесла Эмма.

Вечером того же дня Эванжелина стала свидетельницей пошива свадебного платья, над поясом которого работала Эллен, украшая его маленькими жемчужинами.

— Кажется, кто-то готовится вот-вот выйти замуж? — сев рядом с сестрой, произнесла Эванжелина.

— Недавно я размышляла о том, чтобы перенести нашу свадьбу на осень... Но после подумала, что прошло достаточно времени, да и разосланные приглашения... Жаль, что его не будет на моей свадьбе, — понижая интонацию, говорила Диана, параллельно откладывая в сторону швейные принадлежности.

— Он будет, Ди, — приобняв сестру, поддержала ее Эва. — Обязательно будет.

— Разумеется, я буду на твоей свадьбе, леди Мальберн, — неожиданно произнес Терри, вошедший в комнату.

— Терри, ну конечно, — поприветствовав его, улыбнулась Диана. — Как идут дела в «Шелковом королевстве»?

— Стелле полюбилось новое место работы, ну а мы продолжаем снимать историю, — переводя взгляд на Эванжелину, добавил Терри.

— Надеюсь, что занимаясь историей шелковой компании вы не забудете написать и свою, — аккуратно намекнула Диана, стараясь скрыть выступающую улыбку.

— О чем ты говоришь, Ди? — слегка нахмурив брови, спросила Эванжелина, переводя взгляд на маму, которая появилась в комнате следом за Терри и стала свидетельницей начавшегося разговора.

— О рождественской елке, которую вы однажды сможете нарядить вместе. Помнишь, милая? — сев рядом с Дианой, сказала женщина.

— Мне начинает нравиться этот разговор все больше и больше, — устраиваясь на диване, задумчиво произнес Терри, потянувшись за печеньем.

— Ладно, я собираюсь немного прогуляться, — быстро отрезала Эванжелина, направляясь к выходу.

— Эва? — приподнимаясь, позвал ее Терри.

— Эва Бейкер уходит от разговора... — попыталась вернуть ее Диана, однако попытка не увенчалась успехом.

— Диана, продолжай заниматься платьем, — повернувшись к ним, напоследок произнесла Эванжелина настойчивым голосом. — Терри, помоги моей сестре с кружевами, в конце концов! — прежде чем закрыть дверь, быстро дала указание она.

— Терри, в самом деле! — возмутилась Диана, повернув голову.

— В самом деле помочь тебе с кружевами? — удивившись и едва не рассмеявшись, спросил он.

— Да нет же! — улыбнувшись, ответила Диана. — Когда ты уже наконец сделаешь моей сестре предложение?

— На самом деле...

— На самом деле я искренне надеюсь, что она все-таки выйдет замуж, и не дай бог не за тебя! — потянувшись за нитками, сделала акцент Диана.

— Этого я точно не допущу, — ответил он, переводя взгляд на миссис Бейкер, которая улыбнулась и тихо покинула пределы комнаты.

— В таком случае не теряй драгоценные минуты времени, Терри Колтрейн, — сказала Диана, глядя на то, как его глаза забегали по швейным принадлежностям в поисках то ли ниток, то ли лент, то ли кружев.

— Будущая миссис Баретт, с твоего позволения теперь на одну атласную ленту у тебя будет меньше, — разглядывая белую ленточку, уверенно произнес Терри.

— Я ничуть не расстроюсь, — одобрительно кивнув, ответила она.

Прогуливаясь по Лондону, сама того не замечая, Эванжелина оказалась в английском порту, где останавливались корабли. Прямо за их мачтами виднелся алый закат, и проходя мимо этих кораблей, Эва вспомнила о «Лазурной мечте». С момента ее путешествия на этом судне прошло уже много лет, однако стоя здесь, ей казалось, что буквально вчера они с Терри поднимались на палубу, думая о том, какое приключение их ждет впереди. Оглянувшись по сторонам, Эванжелина решилась подняться на один из кораблей, желая при том остаться совершенно незамеченной. Однако замечена она все же была... Проезжая мимо порта в поисках леди с цилиндром, Терри выглянул в окно, приковав взгляд на девушке, которая то и делала, что перебегала из стороны в сторону и искала любую возможность подняться на палубу.

— Остановитесь здесь, пожалуйста, — попросил Терри, практически выпрыгивая из экипажа. Следуя за Эвой, он нашел лазейку, что вела прямо на палубу. Терри тихо пробрался наверх, где спрятался за парой бочек, наблюдая за тем, как Эванжелина молча любовалась закатом, отряхнув свои брюки от пыли. Она смотрела вдаль, и как будто следила за птицами, что пролетали над ее головой. Распустив прическу и отложив заколку Дианы, Эванжелина продолжала провожать взглядом уходящее солнце, совершенно не услышав шагов, что постепенно приближались все ближе к ней.

— Следите за кем-то? — тихо произнес Терри.

— О мой Бог! — вырвалось у испуганной Эвы, которая едва не оказалась за бортом от такой неожиданности. — Терри, ты напугал меня!

— Я не хотел, правда, — попытавшись оправдать свои действия, улыбнулся он.

— Как давно ты здесь? — не переставая удивляться, спросила Эванжелина.

— Сложно не заметить издалека девушку, которая изо всех сил пытается пробраться на корабль.

Переводя взгляд на море, Эва улыбнулась в ответ.

— Я вспоминала о «Лазурной мечте», — тихо произнесла она.

— Это было прекрасное время, — задумался Терри. — Бон Нувель, театры, Дублин, Лиссабон... — поправив волосы, что растрепал теплый летний ветер, перечислял он.

— Моя ленточка, — заметив голубую атласную ленту, взяла его за руку Эванжелина. — Терри, прошло...

— Достаточно лет, поэтому она немного износилась, — убрав пару ниток, сказал он.

— Ну зато теперь я могу быть полностью уверена в том, что если мои вещи у тебя, значит они никогда не пропадут, — затянув покрепче узелок, сказала Эванжелина.

— Здесь есть две шпаги, ты не заметила? — пробежав взглядом по палубе корабля, заметил Терри.

— Вы проиграете, мистер Персиваль, — уверенно произнесла Эва, на что Терри с решимостью ответил, передав ей одну шпагу: — Посмотрим, Эва Бейкер.

Собрав волосы, Эванжелина приготовилась к бою, в то время как Терри быстро скинул свой пиджак. Вместе они закружились в настоящей битве, правда Эва то и делала, что смеялась, но от новых ударов ей каждый раз удавалось с легкостью увернуться. Обрубив веревку, благодаря которой паруса были опущены и собраны, Терри позволил белому полотну раскрыться и поймать лучи уходящего солнца. По другую сторону паруса Эва продолжила эту начавшуюся битву, отбрасывая тень.

— Где вы брали уроки фехтования, мисс Бейкер?

— У меня был хороший учитель, — взмахнув шпагой, ответила она.

Еще несколько минут борьбы на палубе корабля, и Эва уже выдохлась в край, однако своего уставшего вида показывать не смела. Взмахнув шпагой вновь, она оступилась, и вместе с Терри, стараясь ухватиться за белоснежный парус, они упали рядом с бочками, которые повалились на бок.

Отбросив шпаги, Терри и Эва рассмеялись, лежа на палубе и глядя на прекрасное небо.

— Как бы тяжело мне не было это признавать, но вы выиграли, мистер Персиваль, — сказала Эванжелина, подав Терри руку, который любезно помог ей подняться.

— Однако у меня все же есть для тебя подарок, — потянувшись за своим пиджаком и достав из его кармана белую атласную ленточку, произнес он.

— Интересно, — подходя к Терри и на ходу поправляя растрепавшиеся волосы, ответила Эванжелина.

— На будущее, чтобы вы никогда не проигрывали, — сказал Терри, повязав на запястье Эвы белую ленту и вспомнив, как Эванжелина отдала ему свою после его проигрыша в Эбботсфорде.

— Полагаю, теперь удача всегда будет со мной, — посмотрев на ленточку и затянув на ней узелок, улыбнулась Эва.

— Разумеется, это так, — ответил Терри, переводя взгляд на голубые глаза Эванжелины, в которых отражался блеск волшебного заката. — Вернемся домой вместе? — с надеждой в голосе произнес он.

— Дом всегда там, где родные, любимые и близкие. Где бы мы не находились, Терри, я всегда буду дома, пока рядом будет тот, кто случайно уронит вазу и не упустит возможности неожиданно появиться, — улыбаясь, рассуждала Эва. — И если бы ты спросил меня об этом иначе, я бы ответила «да». И ничуть бы не пожалела об этом, — уверенно добавила она.

— И брак не станет помехой для пути к успеху? — дабы удостовериться, спросил Терри.

— Не станет, — улыбнулась Эва. — Ты ведь герой моих пьес, мистер Персиваль...

— И пропавшие перчатки... — поцеловав Эванжелину, добавил он.

Шум, который Эва и Терри подняли на корабле во время устроенного боя привлек смотрителей, немедленно поспешивших выяснить, что происходит. Поднявшись на палубу, один из них засвистел в свисток, заставив Эванжелину обернуться и в ту же секунду броситься бежать.

— Что здесь происходит?! — нахмурив густые темные брови, крикнул второй мужчина.

— Скорее, бежим отсюда, — взяв Эву за руку, Терри помог ей спуститься. Вскоре они покинули корабль, несясь по вечернему Лондону, над которым недавно село солнце.

— С годами совершенно ничего не меняется, — оборачиваясь, на бегу произнес Терри.

— И я буду рада, если так будет всегда, — остановилась Эва, поняв, что их больше никто не преследует.

— На свадьбе ты будешь в брюках, Эва Бейкер, — отпустив ее руку, уверенно произнес Терри.

— Даже не спрашивай меня о том, за что я так сильно тебя люблю, мистер Персиваль! — улыбнувшись, обняла его Эванжелина.

***

— Какая красота, — с восторгом произнес я, любуясь красотами Бибури с верхушек холмов, которые Эванжелина Бейкер называла своим убежищем.

— Да, это волшебное место, Генри, — ответила женщина, поправив на шее шелковый шарф, что развивался на осеннем ветру. — Когда мне было пятнадцать лет, в самую волшебную ночь я загадала желание, как это делала всегда... — улыбнулась рассказчица, переводя на меня взгляд, в котором читалась доброта и искренность.

— Оно исполнилось? Ваше желание? — решил удостовериться я.

Опустив голову и открыв свою сумочку, женщина недолго покопалась в ней, как будто что-то искала. Вскоре она достала маленькую пленочную фотографию черно-белого цвета. Она была старой, однако запечатленные на ней лица людей сохранились отлично, и взяв снимок в руки, я узнал каждого из них.

— Удивительно, — разглядывая фото, произнес я. — Диана, — сказал я, указав на девушку в свадебном платье. — Терри, Оливер, Стелла, Эллен, Эмма, Юджин... — продолжал перечислять я, временами поднимая взгляд на рассказчицу, которая улыбалась и кивала мне в ответ. — Тетушка Станн, миссис Бейкер... А это вы, конечно! Ничуть не изменились, правда! — указал я на девушку в брюках, стоящую рядом с мистером Персивалем, голову которого украшал ее цилиндр.

— Разве что, немного постарела, — улыбнулась рассказчица, переводя взгляд на огненный закат, что виднелся вдали и окрашивал пушистые облака своим светом.

— Вовсе нет, — решительно возразил я, передавая фотографию женщине.

— Оставьте ее себе, Генри. Если вам хочется, конечно.

— Но ведь это...— попытался подобрать слова я, однако рассказчица заговорила вновь.

— Я слышала о том, что с нами навек остается то, что мы отдали. Сохраните эту фотографию, Генри. И обязательно передайте вашей бабушке, что ее шляпа совсем не закрывает ее лица, — вспоминая, улыбнулась женщина.

— Спасибо, — тихо ответил я, аккуратно сложив снимок в карман своего пиджака.

— Ленточка... — задумавшись, озвучил свои мысли я, поймав на себе взгляд рассказчицы. — Белая атласная ленточка, что подарил вам Терри, я не заметил ее на вашей руке.

— Быть может, однажды вам удастся ее увидеть, — улыбнувшись, произнесла женщина с ноткой таинственности в голосе. — Ну а пока, позвольте мне завершить эту историю, — оглядев еще раз пределы живописных холмов, сказала Эванжелина Бейкер.

— Я бы отдал все на свете, чтобы она никогда не заканчивалась, — немного взгрустнув, в очередной раз произнес я, сделав акцент на своих словах.

— Если поразмышлять, Генри, то многие истории способны становиться вечностью. Поскольку они живут до тех пор, — медленно говорила она, и я решил сразу подхватить эту мысль: — Пока о них помнят.

***

В конце августа наконец произошло долгожданное событие, ожидаемое Дианой многие годы. Да, я больше не смогу назвать ее Дианой Бейкер, ведь будущая миссис Баретт стала уже совсем не будущей, а настоящей. Однако она по-прежнему оставалась для Эванжелины ее любимой сестрой Ди, готовящей самые вкусные булочки на свете. Кстати, об Эве Бейкер. Свадьба Дианы и Юджина просто не могла пройти без неожиданных предложений, и после торжественной церемонии в столице Великобритании было принято единогласное решение навестить Бибури, продолжив торжество там. Несколько экипажей тянулись словно шлейфом за омнибусом мистера и миссис Баретт, и разумеется, я сейчас говорю о своей дорогой сестре. Она была прекрасна в этот волшебный день, а ее платье получилось просто чудесным, воздушным, и при том изысканным, благодаря Эллен и Стелле, которые долго трудились над его созданием. Как и обещала, Эва не стала изменять своим привычкам и выбрала лучший костюм на свадьбу сестры, над которым также поработала мисс Адамс. Ее прическу украшала брошь в виде небольшой птицы, а свой цилиндр она оставила на попечение Терри, в котором вам удастся его увидеть на фотографии в Бибури. Стелла чаще находилась в компании Оливера и временами болтала с Эллен о чудесном Париже, который завладел ее сердцем. По пути в родные места миссис Бейкер проронила слезу счастья, в очередной раз поздравив молодых и пожелав дочери и Юджину самое счастливое будущее. Подъезжая к любимой английской деревне, Эвой завладела мелодия ностальгии, которая заставила ее ненадолго задуматься. Ее прошлое было неразрывно связано с этим местом, и она знала, что в будущем ничего не изменится, что улица «Дарлингтон» навсегда останется здесь, как и первый дом с любимой крышей Эванжелины. Погода за окном была солнечная, несмотря на то, что осень уже вот-вот постучится в двери. Лучи света освещали улыбку миссис Бейкер, которая вела беседу с Терри, и вместе с тем они падали на большую шляпу Стеллы, придавая ей особый шарм. Как только омнибус остановился, Эва выскочила из него, и не раздумывая, предложила отправиться в место, о котором в ту же секунду подумала Диана. Держа в руках небольшой цветочный букет, вместе с сестрой и мужем они зашагали вперед — к верхушкам холмов, что виднелись за крышами домов.

— Добро пожаловать в новую жизнь, миссис Баретт! — улыбнувшись, сказала Эванжелина. — Береги мою сестру, Юджин Баретт, — переводя взгляд, добавила она.

— Вы можете на меня положиться, Эва Бейкер, — приобняв Диану, ответил он.

Позади них шли Оливер со Стеллой, любуясь прекрасным видом, что открывался прямо перед ними с каждым шагом. Оставив эти влюбленные сердца наедине, Эллен присоединилась к Терри, который вел беседу с тетушкой Станн, шагающей рядом с миссис Бейкер с воздушным веером руке.

— Мисс Тернер, — отвесив поклон в сторону девушки, с улыбкой произнес Терри.

— Я же говорила, что ленточку снимать не стоит, — заметив торчащую нитку из-под его пиджака, ответила она, при том изобразив реверанс.

— Думаю, я бы ее и не снял, — задумавшись, уверенно сказал Терри.

— Ну разумеется, Терри! — улыбнулась Эллен, переводя взгляд на фигуру девушки, стоявшей вдали в пышном бирюзовом платье, и как будто наблюдающей за всем издалека. — Кто это? — попытавшись приглядеться, поинтересовалась Эллен.

— Кажется, я знаю, кто она... — узнав в незнакомой леди Эмму, ответил Терри.

Добравшись до самой верхушки любимого холма Эвы Бейкер, Диана осталась наедине с мужем, в объятиях которого глядела на любимые места свысока. Терри вернулся к Эванжелине, рассказав ей о том, что случайно заметил мисс Флеминг, которая, кстати говоря, позже все-таки решилась подняться к счастливой компании и выразить свои поздравления Диане и Юджину. Стоя рядом с Терри и опустив голову ему на плечо, Эву снова посетили мысли о будущем, которыми она решила поделиться с мистером Персивалем.

— Полагаю, впереди нас ждет еще одно путешествие, — подняв голову, произнесла она.

— И куда же мы отправимся? Богатая аристократка, на которой я когда-то должен был жениться, — вспомнив слова, некогда сказанные ему Эванжелиной, добавил Терри.

Эва улыбнулась, а после продолжила: — Туда, где нас будут ждать новые открытия, возможности. Сначала завершим начатую историю «Шелкового королевства», а после отправимся за новой, — говорила Эва, смотря на счастливую маму, а затем на Оливера, который настраивал фотоаппарат вместе с Юджином, помогая также прибывшему вместе с ними в Бибури фотографу.

— Я отправлюсь с тобой куда угодно, Эва Бейкер, — надев на свою голову ее цилиндр, сказал Терри.

Ненадолго оставив мистера Персиваля и решив присоединиться к сестре и мисс Флеминг, Эва зашагала прямо к ним, предварительно объявив готовность сделать памятную фотографию в день свадьбы Юджина Баретта и Дианы Бейкер.

— Я очень удивлена, но при том рада, что вы здесь, мисс Флеминг, — улыбнувшись, сказала Диана.

— Думаю, я задержусь в Бибури, поскольку всегда мечтала о жизни в спокойном месте, где на душе только спокойствие. Моя сестра — Габриэль всегда стремилась к чему-то лучшему. Быть может, и у меня получится... — с надеждой в голосе произнесла она.

— Габриэль? — переспросила Диана. — Я не знала, что у вас есть сестра, мисс Флеминг.

— Эмма, пожалуйста, — сказала девушка. — Была, — недолго думая, добавила Эмма. — Жаль, что она не видит меня сейчас. И не знает, что я наконец исполнила свою мечту.

— Она знает, — тихо произнесла Диана, в голосе которой Эмма услышала поддержку и искренность.

— Он тоже, — ответила мисс Флеминг, вспомнив о мистере Бейкере. — Ваш отец знает, что очень вы счастливы, — добавила она, переводя взгляд на приближающуюся к ним Эванжелину.

— Эва Бейкер... — поприветствовав ее, произнесла Эмма.

— Не уколете? — поинтересовалась Эванжелина, решив обняться с ней.

— Попробую, — улыбнувшись, ответила мисс Флеминг.

— Эва, Диана, Эмма! — послышался голос Терри, который позвал их. — Нам не хватает прекрасной миссис Баретт, моей дорогой Эвы Бейкер и леди, из-за которой я едва не упал в обморок однажды в Эбботсфорде! — напоследок выпалил он, заставив сестер переглянуться, а Эмму улыбнуться вновь.

— Терри, Терри...

Собравшись вместе, мисс Флеминг отдельно поприветствовала Терри, который отвесил поклон в ее сторону, и затем поблагодарила Оливера за его слова, которые помогли ей принять правильное решение в Вельморене.

— Мне Флеминги никогда не нравились... — глядя на Эмму, повторила свои слова тетушка Станн, однако тут же улыбнулась и исправилась, глядя в глаза девушке, в которых больше нет боли и обиды прошлых лет. — Но сейчас ты словно стала частью этой семьи, а значит я с гордостью могу тебя назвать моей Эммой. Заходи в гости на чай, дорогая, — взяв ее за руку, предложила тетушка. — А где же прекрасная невеста и милая Эванжелина? — повернувшись, добавила она.

— Собираются сделать памятную фотографию, — указала миссис Бейкер, предложив тетушке Станн присоединиться к ним.

Расставляя всех по местам, Эва продолжала давать указания фотографу. Эллен помогла Диане с ее длинной роскошной фатой, которая уже успела собрать по дороге немного первых опавших листьев. Стелла не переставала переживать по поводу своей шляпы, поскольку боялась, что она будет закрывать ее лицо на снимке.

— Если ты хочешь, я могу ее надеть, — сняв свой пиджак и накинув его на плечи, предложил Оливер. — Вон, Терри в цилиндре Эвы, — указав, добавил он.

— Олли! — рассмеялась в ответ девушка. — Ты не будешь в моей шляпе на этом снимке!

— А я думаю, вышло бы забавно... — произнесла Эмма, которая стояла рядом с ними. — Но если вам так будет угодно, вы можете надеть мою шляпу, а я вашу. Моя немного меньше, и тогда она точно не закроет ваших глаз, — снимая атрибут со своей головы, предложила мисс Флеминг.

— Ох, благодарю, — примерив бирюзовую шляпку, ответила Стелла. — Ну что, как она выглядит теперь? Не закрывает моего лица? — повернувшись к Оливеру, спросила она.

— Ты прекрасна, Стелла, — глядя на нее, улыбнулся Олли.

— Мама, ты встанешь рядом с нашей дорогой миссис Баретт, — указала Эванжелина. — Юджин, улыбайся! — переводя на него взгляд, добавила она. — Тетушка Станн, вам лучше встать немного правее, солнце совсем засвечивает ваше лицо! Терри, поменяйся местами с Эллен. Стелла, перестань поправлять шляпу! — улыбнувшись, продолжала давать указания Эва.

— А где же будете стоять вы, мисс Бейкер? — поинтересовался фотограф.

— Ну а мне всегда место найдется, — улыбнулась Эванжелина, устроившись рядом с Терри, на голове которого по-прежнему был надет ее цилиндр.

Диана и Юджин стояли в самом центре фотографии. Прекрасная леди в белоснежном платье держала в руках букет, в то время как Юджин приобнимал ее за талию. По обе стороны от них стояли их любимые и близкие люди, одной из которых была девочка, некогда носящая старую шляпу отца и по сей день сочиняющая на ходу истории. Некоторые из них уже давно были частью жизни Дианы, с которыми она познакомилась будучи шестнадцатилетней девушкой, живущей в Бибури. Олли, который готовил самые вкусные тосты, Эллен, с которой Диана разучивала новые мелодии на фортепиано... Ну а некоторой из них предстояло стать этой семье немного ближе, и она знала, что больше никогда не будет одна. Любящая и понимающая мама, тетушка, которая всегда могла развлечь беседой и не оставить гостей без ароматного английского чая. Мальчик из Эбботсфорда, музыку которого невозможно было забыть. Путешественник и девушка в шляпе с лилией, чья история только начинается. И все они здесь, в месте, в котором не нужны крылья, чтобы научиться летать.

— Запомните себя такими! — глядя на счастливые улыбки, сделал снимок фотограф.

***

— Впереди Эву Бейкер ждала еще одна удивительная жизнь... Открытие, о котором она говорила. Кинематограф... — произнесла рассказчица, лицо которой освещали лучи солнца, что садилось за горизонтом.

— Это было прямо здесь... — тихо произнес я, достав из кармана снимок и взяв его так, словно соединяя фотографию воедино с прекрасным холмом Бибури, на котором она была сделана.

В ответ женщина улыбнулась.

— А что же ждало впереди Оливера? Стеллу? А ваша сестра и Юджин, полагаю, живут в Лондоне? — не став медлить, решил поинтересоваться я.

— Олли и Стелла... Ваши дедушка с бабушкой, мои дорогие шелковые друзья... Думаю, теперь они и сами смогут рассказать о том, в каких странах им удалось побывать, как они путешествовали, — вспоминала женщина. — Диана предпочла остаться с мужем в столице Великобритании, а мой мистер Персиваль уже заждался меня в Париже... — добавила она.

— Значит, вы устроились во Франции? — восхищаясь, произнес я. — В доме с большой библиотекой, полагаю?

— Париж, киноиндустрия... Театры, спектакли, — перечисляла рассказчица. — Уютный дом с большой библиотекой, фортепиано... И ни одной вазы, — немного посмеявшись, добавила она. — Недавно у нас гостила мисс Берч, я очень люблю беседовать с Лилиан. Она всякий раз вспоминает за чаем очередную веселую историю, в которую умудрялся попадать мой Терри.

— А мисс Флеминг? — вспомнив об Эмме, спросил я.

— Эмма... Она по-прежнему здесь, Генри. — Ее внучка, кстати говоря, предпочла пойти в актрисы.

— Вы никогда не задумывались о том, что если бы вам предложили что-то изменить в своей жизни, что бы вы сделали? — подняв взгляд, после недолгой паузы спросил я рассказчицу.

— Ничего, Генри, — задумавшись, уверенно ответила она. — Я ни о чем не жалею, даже о несчастных пауках, — с появившейся улыбкой на лице, договаривала рассказчица.

— Спасибо вам, — поблагодарил я, заметив, как женщина провожала взглядом облака, уходящие прямо в огненный закат. Они выглядели словно воздушные корабли, что покидали порт и отправлялись в новое путешествие. — Ваша удивительная история согрела мне душу в эти осенние дни.

— Прощайте, мистер Персиваль, — сняв свои очки и готовясь покинуть как живописные холмы, так и Бибури, произнесла женщина.

— Мы с вами увидимся вновь? — вслед рассказчице спросил я, глядя на то, как солнечные лучи освещали голубые глаза Эванжелины Бейкер.

— Спасибо, что слушали мою историю, — улыбнувшись мне, напоследок произнесла она.

Эванжелина Бейкер, навсегда запомнившаяся мне прекрасной рассказчицей, покинула Бибури на следующий день, ну а я, в свою очередь, еще долго не мог спуститься к отелю в тот вечер. До последнего любовался этим сказочным закатом, смотрел на облака и размышлял о том, что мне делать дальше. Когда солнце совсем село и на улице значительно похолодало, я все-таки вернулся в отель.

— Добрый вечер, мистер Блайт, — произнесла все та же милая девушка, приветствуя меня у стойки регистрации. — Как прошел ваш день?

— Вы даже не представляете... — задумавшись, произнес я.

— Посетили интересные места?

— Дублин, Лондон, Париж, Лиссабон, «Одилион», Ковент-Гарден, первый дом на улице «Дарлингтон», — перечисляя, поднимался по лестнице я, волоча за собой зонтик, который мне совсем сегодня не пригодился.

Отрыв комнату, я снял пиджак и достал из его кармана фотографию, которую положил на стол рядом с блокнотом. Всю ночь я посвятил работе, не смыкая ни на секунду глаз. Эванжелина Бейкер всегда была сторонницей того, что рожденные идеи нужно воплощать, во что бы это не стало. У меня уже давно родилась одна такая идея, в которую я искренне верил, и вместе с тем надеялся, что однажды не получу по лбу подушкой...