Супостат

- Проснись, крошка.

Ласковый шёпот обдул мне ухо, вырывая меня из тумана задумчивости. Отпрянув в сторону, я посмотрела на Марину, чьи глаза пытались смотреть на меня с полной серьёзностью, но проблеск хмели делал этот взгляд озорнее и мягче.

- Почему ты не веселишься? - её брови комично сложились домиком, а губы наиграно надулись. - Ты даже не пьешь, - кивком указала на почти наполненную бутылку пива, теплившуюся в моей руке. - Я думала, ты хочешь пойти.

И я хотела. Но не для того, чтобы повеселиться. На самом деле, место, в которое звала меня с утра Вебер, не вызывало особого желания прийти, но это было лучше, чем идти домой, где я остаток вечера ела бы себя поедом, вспоминая вчерашний день.

Меня продинамили

Я не понимала, должна ли я испытывать стыд от того, что едва ли не на блюде предложила себя ему, или от того, что меня отвергли. Преимущественно, во мне боролись и другие эмоции, имеющие отрицательные оттенки, это: гнев, смятение, замешательство и смущение. Мне было невдомёк, почему Елизар прервал наш поцелуй, после которого ещё короткое время обнимал меня, вгоняя ещё больше в состояние растерянности. Он вообще мало что говорил потом, лишь сказав, что сам подвезёт меня до дома. От досады мне хотелось кричать на него, но я сдерживалась, ожидая, что поездка до моего адреса заставит его разговориться. Однако этот недомерок предпочитал молчать, выводя меня из равновесия. Я была слишком близка к тому, чтобы начать выяснять отношения, но отголосок гордости дал о себе знать, вынуждая меня заткнуться. Едва не прикусив язык, я слезла с мотоцикла и, прибавив шагу, пустилась к подъездной двери, лишь бросив короткое "пока" напоследок.

- У тебя всё хорошо? - в её голосе добавились нотки беспокойства, что ещё больше усилило мою эмоциональность.

- Всё в порядке, - быстро ответила, чтобы не дать дрогнуть на полуслове. - Я пока только начинаю, - приподняв бутылку, покачала ею в воздухе, выдавив из себя самую искреннюю, по моему мнению, улыбку.

Кажется, мой ответ удовлетворил мою одногруппницу, отчего та улыбнулась в ответ, кивая и подмигивая мне.

- Я за тобой слежу, - игриво сощурилась указывая двумя пальцами сначала на себя, потом на меня, после чего, повернувшись, помахала кому-то из знакомых. Как оказалось, их у нее было много. Я не пыталась следить за теми, с кем она общалась, не прилагая усилий даже запоминать имена, которые Вебер мне называла. Я не была удивлена её общительности, и даже рада этому, потому что так она уделяла меньше времени мне. Встав с дивана, на котором сидела, я побрела в глубь дома, наполненного незнакомыми мне людьми. Это был загородный коттедж, в котором проходила вечеринка кого-то из друзей Марины. Я подозревала, что круг её знакомых обширен, но не думала, что среди них имеются настолько богатые люди.

Выйдя во двор, я увидела огромный бассейн, возле которого собралась небольшая толпа. Кто-то сидел на шезлонгах, расставленных рядом, кто-то стоял у мангала, а кто-то в сторонке, сверкая огоньками сигарет. Не смотря на прохладу сентябрьского вечера, люди умудрялись купаться, весело крича и ныряя в воду. Видимо, бассейн был с подогревом, что ничуть не удивляло.

Выглядев отдалённо свободный шезлонг, тут же направилась к нему, обходя стоящих кучками людей. Лица некоторых мне знакомы, и я вспоминаю, что видела их в университете, но никто из них не обращал на меня внимания. Путь пролегал почти рядом с краем бассейна и мне пришлось медлить, чтобы аккуратно обходить всех. Пусть прийти сюда было моим собственным желанием, уединение, всё-таки, было мне куда нужнее. Помедлив, я остановилась рядом с бортиком, взглянув на прозрачную воду, подсвечиваемую внутренними лампами. На ум тут же пришло воспоминание, где мы были с Елизаром в доме его родителей. Я не умела плавать, но и особого страха перед водой не испытывала, а сейчас и вовсе, она манила к себе лишь из-за воспоминаний. И снова тех, что были связаны с Бектемировым.

Стоило мне сделать пару шагов, услышала, как в моём кармане пиликнул телефон. Любопытство было сильнее выдержки, поэтому я тут же достала его, с замершим дыханием глянув на экран.

Сатанинское отродье: Чем занимаешься, выскочка?

Я не смогла контролировать бесконтрольную вспышку радости, вспыхнувшую в груди при виде сообщения от Елизара, как и чувство облегчения. Я не знала, что оно могло означать, но и не пыталась понять, глядя на уведомление, которое не решалась открыть. Усмешка вырвалась наружу. Это было бы иронично, читать сообщение от него, если бы я вспомнила о нём только сейчас. Но этот тип не выходил из моей головы ни на минуту, поэтому речи о совпадении быть не могло.

За короткую долю времени мои ладони успели вспотеть, пока я держала телефон в руке, не замечая проходящих мимо людей. Будучи настолько отвлечённой от окружающего мира, не заметила, как кто-то подошёл ко мне слишком близко, ощутив лишь едва уловимое движение за спиной, после которого последовал грубый толчок в спину.

Я не успеваю вскрикнуть, или даже вздохнуть, прежде чем оказываюсь под водой. Паника захлёстывает меня тут же, и все рациональные мысли вылетают из головы кроме одной: нужно выбраться. Что я и пытаюсь, ускоренно размахивая руками в попытке выплыть. Где-то, на глубине подсознания я пытаюсь вспомнить, что говорил мне Елизар, когда учил меня, и что вообще тогда я делала, потому что у меня получалось плыть самостоятельно. Но сейчас ледяной страх окутал с ног до головы, мешая рациональности взять верх.

Я утону

Леденящим холодом эта фраза просачивалась под кожу, вынуждая работать руками еще интенсивнее, но тяжесть тела вела меня вниз. Вода вытесняла воздух из моих лёгких, отчего дышать становилось невозможно.

Я утону

Крик застрял в горле вместе с отчаянием, и именно в тот момент, когда сознание ослабевало, я ощутила, как чьи-то руки подхватывают меня, унося на самый верх. Свет фонарей было первое, что ослепило мне глаза. Не смотря на то, что всё было так же, до того, как я упала, их свет казался мне намного ярче. Сплевывая воду, я жадно вбирала в себя кислород, не осознавая, что до сих пор дрыгаю руками, в попытке выплыть.

- Тише, тише, всё нормально, - голос того, кто держал меня, всё громче проникал в мой слуховой канал, и, стараясь контролировать яростную панику, прислушивалась к этому голосу. Постепенно, он приобретал знакомые интонации, а спаситель, державший меня и успокаивающий, становился всё чётче в моих глазах. – Если не хочешь потопить нас обоих, тебе лучше прекратить сопротивляться.

Его слова подействовали не сразу, но они были эффективнее любых успокаивающих фраз. Перестав дёргать конечностями, я ухватилась за плечи парня.

- Вот так гораздо лучше, мышка, - одобрительно произнёс Никита, которого я совсем не ожидала увидеть в качестве своего спасителя. За считанные секунды мы добрались до лестницы, где я выползла на землю, ни сколько не заботясь о том, как выгляжу. Кто-то начал хлопать, выкрикивая комплименты Никите, называя его героем, спасшего девушку. Вот только он даже не обратил внимания на это, склонившись ко мне.

- Эй, как ты? – подождав, пока я откашляюсь, он участливо похлопал по спине, после чего взял меня за руку, помогая встать.

- Спасибо, - попыталась улыбнуться, глядя на него сквозь слёзы.

- Кажется, ты забыла научиться плавать, прежде чем купаться, - он хмыкнул, иронично вздёргивая бровь.

- Серьёзно? – повторила его жест. – Ты считаешь, мне приспичило поплавать в одежде?

Кивком указала на себя, отчего парень усмехнулся.

- Я считаю, что ты из тех, кто любит удивлять, - ухмылка его лице стала шире. – И плюс ко всему, у тебя в руках было пиво. Кто знает, на что ты способна, когда под шафе.

- Я не пьяна, - отрезала, но тут же смягчилась, однако через секунду снова выругалась. – Чёрт, мой телефон.

Повернувшись к бассейну, принялась искать его на глубине, вспоминая, что Елизар прислал мне сообщение, перед тем как я упала. И я на него не ответила. До глупости странно было осознавать, что этот момент беспокоил меня сейчас больше, чем факт того, что сейчас я стою полностью мокрая или то, что кто-то столкнул меня.

Кто-то столкнул меня

- Не это ли ищешь? – обернувшись, увидела, как Никита размахивает моим айфоном. – Похоже, я дважды помог тебе.

Он не стал уворачиваться, когда я потянулась за телефоном, позволяя мне забрать его. Вздох облегчения вырвался из груди, когда увидела, что он работает. Сообщение всё еще висело в уведомлениях, но сейчас был не тот момент, когда можно было ответить на него.

- Спасибо, - снова поблагодарила его, нисколько не кривясь душой. Пусть я не испытывала к этому парню симпатии, но благодарность была искренней, как и улыбка, которую адресовала ему.

Казалось, он не был впечатлен ни тем, ни другим, задумчиво глядя на меня.

- Большое спасибо, - повторила, сжимая сотовый в руке и ежась. Адреналин стал отступать и вечерняя прохлада ощущалась более чем.

- А если бы... - вдруг начал он и внутри у меня зародилось странное предчувствие. – Если бы я попросил у тебя награду... - он не закончил, давая мне возможность сделать это самой, но я была не в том настроении, чтобы играть с ним в угадывания, молча ожидая, когда он продолжит.

- Что ты хочешь? – вздохнула, взглядом окидывая окружающую толпу, которая уже потеряла к нам интерес, продолжая каждый заниматься своими делами. Мне хотелось уйти отсюда как можно скорее.

- А что ты готова дать, Соня? – Никита шагнул ко мне, преодолевая и без того короткое расстояние между нами. Как бы я не относилась к нему до этого, я сосредотачивалась на том, что он сделал недавно, решая простить ему эту бестактность.

- Я могу накормить тебя обедом, - пожала плечами.

- Такова твоя цена за спасение жизнь? – уголок его губ приподнялся в полуухмылке.

- Ты спросил, что я могу дать. Это единственное, что пришло мне в голову. Ты упростишь мне задачу, если скажешь, что тебе нужно?

Новый сигнал подает мой телефон, отчего волнение в груди поднимается, как и любопытство. Разговор с Никитой начинает терять для меня интерес и единственное, о чём я думаю, это то, как бы поскорее уйти домой.

- Говори скорее и я пойду, я замёрз...

- Поцелуй меня.

Он говорит одновременно со мной и на мгновение я забываю вообще о чём хотела сказать, осекаясь на полуслове.

- Что? – не веря ушам, в удивлении уставилась на парня, который внезапно нагнулся ко мне, став ещё ближе.

- Я сказал, - он понизил тон, безотрывно глядя мне в глаза. – Я хочу поцелуй.

Он спас меня. Эта мысль удерживает мой порыв сказать ему, куда он может идти со своими желаниями. И я всё ещё ошарашена тем, что он сказал.

- Разве не поцелуй получают герои, спасшие даму? – Он улыбается, шутя, но я не смеюсь.

- Окей, - попыталась сделать так, чтобы моя улыбка не походила на оскал. Потянувшись к нему, я быстро чмокнула его в щеку. – Спасибо, - повторилась, собираясь отступить, чтобы побыстрее улизнуть, но тяжёлая рука, упавшая мне на плечо, не дала этого сделать.

- Не так, мышка, - шепнул парень, теряя всю насмешливость с лица. – Совсем не так.

Я застываю, чувствуя, как его губы накрывают мои, а в голове бьётся только одна мысль:

Какого хрена?

Эта сцена не осталась незамеченной, поскольку я могу услышать, как кто-то снова начал аплодировать, крича какие-то глупости о том, что парень не промах. С этим, увы, не поспоришь, поскольку Никита был действительно наглым ублюдком, пользовавшимся моей изумленной дезориентированностью. Какая-то доля садизма во мне не решалась его остановить, решаясь воспользоваться случаям и сравнить его с Елизаром, но ответ получился тотчас же, когда моё тело не выразило ничего, кроме рефлексов отторжения. С Бектемировым такого не случалось даже на начале нашего знакомства. Мои руки упёрлись в его грудь, но этот тип был не из тех, кого легко сдвинуть. Его огромные ладони обхватили моё лицо, а моя попытка что-то сказать увенчалась жестоким поражением, ибо я не только не была услышана, но и дала возможность его языку скользнуть внутрь.

Этот поцелуй нельзя было назвать тем, что вызывает отвращение. Его губы были тёплыми и мягкими, источавшие слабый привкус алкоголя и чего-то сладкого, похожего на мятную жвачку. И, возможно, не знай я того, как сильно мне нравится целоваться с Елизаром, то могла бы по достоинству оценить умения рыжего недомерка. Вот только вместо трепета я ощущаю лишь негодование и желание откусить его наглый язык. Что я и делаю, но лишь слегка.

- Эй, - он тут же отпрял. – Кусаешься, - кажется, этот факт его только развеселил.

- Какого чёрта? –прорычала, отталкиваясь от него и, едва ли, не отпрыгивая на пару шагов назад. – С ума сошёл?

Улыбка искрилась не только на его лице, но и в глазах, пока он неотрывно смотрел на меня. Он хотел было что-то сказать, но что-то за моей спиной отвлекло, убрав веселье с его выражения. В следующую секунду тепло окутало мои плечи. Не сразу сознала, что это была чья-то кофта, пока мягкая ткань не коснулась голой кожи, а ноздрей не коснулся знакомый запах.

Запах мыла.

- А я-то гадал, почему ты не отвечаешь на мои сообщения, - горячее дыхание обдало висок. – Неужели тебя нельзя оставить одну даже на один вечер?

Шутливый тон не мог обмануть меня, как равнодушие, которым он всегда скрывал свои эмоции.

- Зар, привет, слушай...

- Кажется, я предупреждал тебя, Ник, - Бектемиров перебил его, ступая вперёд и становясь перед Никитой. – Не думал, что с тобой мне придётся повторяться.

- Она не твоя собственность, - Никита выпрямился, сжав челюсти. – Поэтому здесь твои запреты не действуют на меня.

Воцарилось молчание, в котором мне не было слышно даже гул от окружающих людей. Стоявшие неподалёку компании начали с любопытством посматривать в нашу сторону, как и те, что находились вдали.

- Оказывается, - медленно произнес Бектемиров. – Ты еще глупее, чем я мог себе представить.

Лишь доля секунды потребовалась Елизару, чтобы замахнуться и нанести удар, и вторая её половина, чтобы сделать второй. Толпа ахнула, расступаясь, я же оставалась на месте. Перед глазами тут же всплыла картинка вчерашнего боя, где Елизар с лёгкостью отправил противника в нокаут. Здесь же был иного уровня противник, и эта разница была очевидна.

- Что ты наделал? – выдохнула, когда Бектемиров потянул меня за руку, увлекая из толпы. – Зачем ударил его?

Конечно, этот недоумок не посчитал нужным ответить мне. Он молча шёл с уверенностью танка, не останавливающегося даже для того, чтобы поздороваться с людьми, которые тянули ему руки, радостно улыбаясь при виде его так, словно он был какой-то звездой. Хотя, кто знает, возможно, в своих кругах он был более популярен, чем я могла себе представить. Вчерашний день показал мне, что я действительно мало что о нём знаю.

- Эй, - окликнула его, упершись в пол. – Ты меня слышал?

- Тебя невозможно не услышать, выскочка, - оборонил он, наконец остановившись и повернувшись ко мне. Секундное замешательство не дало мне сразу отреагировать на его выпад и, в следующее мгновение, я уже висела головой вниз на его плече.

Окружающие весело заулюкали, перекрывая звук музыки. Кто-то начал подбадривать Елизара, крича похабные шуточки и создавая всеобщий смех. Приподняв голову, я взглядом зацепила Марину, но та, вместо того, чтобы помочь мне, подняла вверх два больших пальца, подмигивая и играя бровями.

Она считает, что поддержала меня, дав своё невербальное благословение.

- Может хватит обращаться со мной как пещерный человек? – крикнула, когда мы уже оказались на улице, но Бектемиров продолжал упрямо молчать, неся меня на плече. Лишь дойдя до машины, он открыл ее, едва ли не швырнув меня на сидение. Скрытая злость проявлялась в его жестах, когда он сел за руль, сразу же заводя мотор и срываясь с места.

- Зачем ты ударил его? – я повернулась к нему, не скрывая гнева. – Тебе это нужно было?

- Это нужно было ему, выскочка, - он сжал челюсти, но тут же расслабился, скрывая этот порыв.

- Ты серьёзно? – на секунду опешила, не найдя слов. – Я едва не утонула, если бы не он.

- И ты его уже за это поблагодарила.

- Какого чёрта ты набросился на него?! – от эмоциональности повысила голос, хотя хотелось кричать ещё громче. Горечь обиды от вчерашнего проседала на языке, грозясь вырваться наружу вместе с возмущением.

- Соня, - наконец изрёк он, после минутного молчания. – Тебе достаточно знать лишь то, что Никита осознает, за что получил.

- За то, что поцеловал меня?

Елизар снова промолчал, лишь сжав челюсти и продолжая смотреть на дорогу, в то время как я упорно сверлила его глазами. Мы ехали слишком быстро, но я не замечала этого, видя лишь его профиль, не выражающий никаких эмоций, что еще больше раззадоривало моё негодование.

- Ты обвинял меня в трусости, побуждая к первому шагу к тебе, но как только я его сделала, решил дать заднюю, ничего не объясняя, а теперь врываешься на вечеринку, ведёшь себя как полный сукин сын, и по-прежнему не желаешь отвечать? Зачем ты забрал меня? – с каждым словом ком в горле рос всё сильнее. – Куда ты везёшь меня? Ответь хоть на один грёбанный вопрос, - последнее я уже рычала.

Мы резко затормозили, отчего меня повело вперёд, но в этот раз рефлексы спасли от удара об приборную панель. Елизар вышел из машины, обходя её и открывая дверь с моей стороны. Не дав мне опомниться, потянул на себя, вытаскивая на улицу. Только сейчас я осознала, что мы находились во дворе частного жилого комплекса, и, судя по тому, что Бектемиров открывал дверь ключом, доставшим из кармана, это был его дом.

Сердце в тревоге ускорилось.

- Стой, - я потянула его на себя, чтобы остановить, что было бесполезно. Эта гора мышц тащила меня по подъездному коридору до лифта. – Бектемиров, - яростно окликала его, закипая еще больше. – Какого хрен...

- Помолчи, мать твою, - теперь уже рычал Елизар, прижимая меня к стенке лифта, попутно нажимая на кнопку. – Достаточно сказала? Хочешь ответов? – широкая ладонь легла мне на шею, обхватывая ее и сжимая. – Я был бы очень не против сейчас остаться и продолжить показывать Никите, насколько я серьёзно отношусь к собственным словам. Маленького засранца спасло только то, что он помог тебе, но он слишком оборзел, что, надеюсь, уже осознал, иначе мне придётся вбивать ему информацию о твоей неприкосновенности до тех пор, пока он не усвоит урок. Не будь слишком наивной, полагая, что твоё спасение было актом доброй воли, а не спектаклем, ради получения желаемого, в чем мне ещё предстоит разобраться.

- И это меня ты называл мнительной? – криво усмехнулась. – И с каких пор ты ввел устав на мою неприкосновенность?

- Это не мнительность, а наблюдение, Соня, - сощурил глаза. – Я не вводил никаких уставов, но ему я дал ясное указание не лезть к тебе, которое он нарушал уже не раз. А сегодня он сделал громадную ошибку, решив допустить вольность по отношению к тебе, - Елизар склонился почти вплотную ко мне. – Да, я ударил его за то, что он поцеловал тебя, но ты можешь быть мне благодарна, потому что единственное, что я хотел сделать в тот момент, это убить его.

Лифт открылся, и, Бектемиров, отпустив моё горло, снова ухватил за руку, таща за собой.

- Да, я ждал от тебя первого шага, - продолжал он, открывая железную дверь своей квартиры, в которую тут же затолкнул меня, защелкивая за собой замок. – И пусть ты едва ли не кричала о собственной храбрости, каждое моё резкое движение вызывало у тебя не те рефлексы, которые я хотел бы видеть, - он наступал на меня, оттесняя к стене, и попутно снимая толстовку. Кинув её в сторону, он даже не смотрел, куда та приземлилась, безотрывно глядя на меня. – Однако твоя готовность благодарить других парней таким способом натолкнула меня на мысль, что, возможно, я недопонял характер твоих инстинктов. Зачем забрал тебя? Куда привёл? – уголок губ потянулся вверх, когда я уткнулась спиной в стену. – Думаешь, я стал бы трахать тебя в подсобке подпольного клуба? - рука снова вернулась на горло, вторая же пробралась под мою футболку, сжимая талию. – Ведьма, ты оказалась той, кем я не стану пренебрегать, как бы сильно не хотел тебя, - громко ахнула, когда он вцепился зубами мне в шею. Укус был чувствительным, но не болезненным. – Именно поэтому я привёз тебя к себе домой, - ещё один укус и снова волна дрожи прошла по телу. – Сегодня, - он оторвался от шеи, приблизившись к лицу. – Мы закончим начатое вчера.

Несмотря на мрак, царивший в квартире, мне было ясно видны его глаза. Мрачные, полные тихого гнева, они выражали целый спектр эмоций сейчас, сбивая с колеи меня. В чёрных радужках отчётливо виднелось желание, настолько явное и сильное, что это нельзя было спутать ни с чем другим. От вида этого голода и жажды, в животе зародился трепет, настолько сильный, он отдавался во всех клеточках моего организма.

- Зар, я... - сомнение колебалось во мне, но стоило его губам накрыть мой рот, как оно тут же исчезло. Невольно простонав, потянула руки вверх, обнимая его и целуя в ответ. Ноги инстинктивно обвились вокруг его талии, когда он приподнял меня, углубляя поцелуй.

- Блядь, да, - выдохнул, отрываясь от меня и нападая снова. Мы были настолько поглощены друг другом, что не решались сделать и шага в сторону спальни или другого комфортного расположения. Словно обезумевшие, вцепились друг в друга, жадно шаря руками по телам. Цеплялись языками до клацанья зубов.

Секунда, и моя футболка летит в ту же сторону, куда летела толстовка, а следом за ней футболка Елизара. Бектемиров не стал расстёгивать лифчик, просто стащив его вниз.

- Мхм, - что-то нечленораздельное вырвалось из меня, когда его губы накрыли один из сосков. Он втянул его в себя, покусывая и посасывая, после чего проделал то же самое со вторым, чем вызвал очередной стон. Пальцы впились в его предплечья, а голова откинулась назад, открывая ему больше пространства.

- Чёрт, - выругался он. – Осталось совсем немного до спальни, - говоря это, с силой прижался ко мне, давая мне понять, насколько сильно он возбужден. Это ощущалось сквозь толщу моих джинс и его спортивных штанов.

- К чёрту её, - пробормотала, сжимая на затылке его волосы и кусая его за челюсть. Лизнув место укуса, пробиралась ниже, ощущая, как учащённо бьётся жилка на шее. Это не могло не доставлять удовольствие. Осознание того, что его реакция на меня столь сильна, как и моя на него. В этот миг все колебания и неуверенность исчезли, оставляя только голод, с которым мы оба набрасывались друг на друга. Не было ни грамма сомнения, словно это были самые правильные действия, которые когда-то совершала. Самые нужные, после долгого времени смятения. – Здесь.

Елизару было нужно моё одобрение, после чего он резко поставил меня на ноги, расстёгивая молнию на моих джинсах и снимая их. Слишком быстро, будто опасаясь, что я смогу передумать, что было напрасно, поскольку это было бы последнее, что я сделала бы сейчас.

Приподняв меня, Елизар усадил меня на стоящую поблизости поверхность, захватывая мои губы и, попеременно, избавляя меня и себя от остатков одежды. Помогая ему в этом, руки путались от нетерпения, соприкасаясь с голой кожей, царапая ее ногтями. Ощутив, как его пальцы касаются меня между ног, проникая внутрь, вздрогнула, выдыхая с воздухом стон.

- Да, - выдыхает, - Хочу слышать тебя, - внезапно приподняв, развернулся, шагая в сторону со мной на руках. – Но не здесь.

Мы целуемся до тех пор, пока моя спина не приземляется на мягкое покрывало. Отстранившись, Елизар выпрямляется, глядя на меня сверху вниз. Уличный свет фонарей, проникавший из окон, позволял мне насладиться зрелищем полуголого парня, что откровенно пожирал меня взглядом, не скрывая намерений, и от этого взгляда жар по телу стремительно растекался, скапливаясь в самом интимном месте.

Мягкое касание костяшек пальцев к щеке продолжилось до груди, где легонько сжал один из сосков. Низ живота наполняло приятное томление, когда его руки плавно прошлись по ребрам, избавляясь от лифчика и скользя к единственной вещи, что была на мне. Зацепив края трусиков, Зар посмотрел на меня, оттягивая их вниз, словно безмолвно спрашивая разрешения. Приподнявшись, я позволила ему полностью их снять. Оказавшись полностью обнажённой перед ним, я не ощутила смущения, которое обычно возникло бы в другой ситуации. То, как он смотрел на меня, заставляло отречься от любых сомнений по поводу своей внешности.

- Идеальная, - пробормотал Елизар, становясь между моих ног и разводя их.

Любопытство перебарывало смущение, и я позволила себе подольше разглядеть его. В горле пересохло. Слабый звоночек паники зазвенел в моей голове, а в животе заскользил холод, когда головка его члена коснулась того места, где недавно были пальцы. Инстинктивно бёдра сжались, предчувствуя забытую боль, пережитую опытом. Мне не хотелось портить этот момент возникшими страхами, ведь я понимала, что Елизар не тот человек, который намеренно будет причинять эту самую боль. Именно поэтому я попыталась тут же расслабиться, вверяя ему руководство над собственным телом. В то же время он, как назло, не спешил, останавливаясь, будто считывал мои мысли.

- Посмотри на меня, Соня, - произнесённые твердым голосом слова не звучали как приказ, скорее, как просьба, которую тут же выполнила. Елизар склонился надо мной, давая мне лучше разглядеть его лицо. – Ты же понимаешь, - он наклонился еще ближе, пока полностью не навис надо мной. – Что я не остановлюсь теперь.

Говоря это, медленно начал проникать в меня, не сводя чёрных глаз с меня, и даже не моргая.

- Я н... Не хочу, чтобы ты останавливался, - я вцепилась в его плечи, от слишком чувствительного ощущения того, как он входит в меня, растягивая и наполняя. – Ах...

Бектемиров замер, войдя до конца, этим вырвав непроизвольный вздох из меня. Мы оба застыли на этот моменте, прислушиваясь к собственным ощущениям, к которым, казалось, оба не были готовыми.

- Блядь, - вырвалось у него, когда он дёрнулся назад, выходя из меня, чтобы снова войти. Схватив меня за ногу, он положил ее себе на бедро, сжимая его с силой, от которой потом, я уверена, у меня останутся синяки. Но это было последнее, что волновало меня сейчас. С каждым толчком я держалась за Елизара, забывая о том, чтобы дышать, слишком отвлечённая тем, что творилось во мне при каждом его движении.

- Мх... - вместо слов у меня выходили одни нечленораздельные звуки. Я хваталась за простыни, за Елизара, впиваясь ногтями в его кожу, и нисколько не заботясь о том, что могу делать ему больно. Однако, не было похоже, что это как-то доставляет ему дискомфорт. Напротив. – Мм... - выгнулась от его напора, с которым он яростно терзал мою шею, передвигаясь к груди. Толчки усилились и стали жёстче, но это лишь раззадоривало огонь, что нарастал внутри.

- Чёрт, - выругался. Руки его, блуждающие по моему телу, скользнули под спину. Секунда, и я взмываю в воздухе, оказавшись верхом на нём. Его лицо становится на уровне моей груди, чем он тут же воспользовался, беря в рот один из сосков, всасывая его и прикусывая зубами, а после проделывая тоже самое с другим. Тихо вскрикиваю от прокатившейся по спине новой волны желания. Немного дезориентированная новым положением, снова застываю от того, насколько остро я чувствую его во мне. Теперь каждое движение Елизара, каждый толчок кажется мне чувствительнее и от этого напряжение в низу живота усиливается. Начинаю двигаться, пытаясь попадать в такт его движениям. Опустив ладони на мою задницу, Бектемиров сжимает ее, помогая мне двигаться в одном ритме с ним, яростно толкаясь в меня.

- Блядь, да, - рычит, ускоряясь подо мной и сжимая меня еще сильнее, до боли. Я непроизвольно стону ему в шею, прикусывая солоноватую от пота кожу. Мне нравится этот вкус, и я слизываю его с собственных губ. Елизар видит это, улыбаясь мне довольным оскалом. – Чувствуешь это, выскочка? - Собрав одной рукой волосы на затылке, прижимается к моему рту, тут же проникая в него языком. Мы оба стонем, и эти звуки разливаются в тишине комнаты, вместе с пошлым звучанием шлепков наших тел и скрипом кровати. – Как идеально ты подходишь для меня.

- Да, - с придыханием отвечаю ему, даже не осознавая сути вопроса. Я теряюсь в незнакомых ощущениях, растворяясь в руках этого человека, дарящего мне совершенно новые эмоции. Моё тело словно живёт само по себе, следуя низменным инстинктам, двигается синхронно с его.

- Ты только моя, - до боли кусает место над ключицей. Я вскрикиваю от неожиданности, но он не даёт мне опомниться, снова опрокидывая на простыни, и нависая надо мной. Стягивает волосы на затылке, приподняв тем самым мою голову. Глаза, чёрные и голодные смотрят на меня, и я поражаюсь тем спектром эмоций, что кружатся на их дне. Он жадно рассматривает моё лицо, поднося руку к своим губам и облизывая большой палец. – Слышишь, Соня?

Пытаюсь выцепить в голове остатки разума, чтобы осмыслить вопрос, но мысли рассеиваются в прах, когда он надавливает на клитор, продолжая входить в меня. Дрожь пронзает меня, вырывая всхлип из горла. Подняв руку, прикусываю костяшку пальца, но Бектемиров тут же выдирает её, продолжая свою пытку.

- Нет, Соня, - шепчет, целуя меня. – Хочу слышать тебя.

Схватив меня под ноги, согнул их в коленях, меняя своё положение. Звуки шлепков стали громче и чаще, а напор его ещё жёстче. Елизар тихо рычал, озверело вонзаясь меня и усиливая нажим пальцев в том месте, где соединялись наши тела.

- Зар, я... - я задыхалась от напряжения, растущего внутри и требующего выхода. Я не знала, что я хотела сказать или сделать, ибо в этот момент мне было всё равно. Я звала его, потому что мне была необходима его близость.

Дрожь в эту же секунду пронзила каждую клеточку. Ухватив его за плечи, притянула к себе, со стоном впиваясь в губы. В глазах на мгновение помутнело, и я зажмурилась, пытаясь совладать с дыханием. Свои пальцы Елизар убрал, но двигаться не прекращал, растягивая оргазм. Он целовал меня, будто поглощая каждый звук, срывавшийся с моих губ и упиваясь каждым. Я чувствовала его напряжение, и то, что он едва сдерживается, дожидаясь меня.

Прислонившись лбом к моему, он прикрыл глаза. Мои же были раскрыты, и я жадно рассматривала его лицо, нахмуренное и сосредоточенное. Веки приподнялись, открывая чёрные как ночь зрачки. Поддавшись вперёд, он уткнулся в место между шеей и плечом, резко выходя из меня. Его плечи содрогнулись, и я почувствовала, как мне на живот капает теплая жидкость. С шумным дыханием он зарылся в мои волосы, вдыхая в себя воздух. Кожа покрылась мурашками, когда Зар начал покрывать мою скулу и щёку короткими поцелуями. От этого жеста в груди сладостно затрепетало.

- Ты даже не представляешь, насколько ты попала, выскочка, - хрипловато проговорил Елизар, усмехнувшись. Тёплое дыхание коснулось уха, порождая новый рой мурашек. – Мне понравилось.