Глава 1
Плевать, где ты, где я
Давай же сблизимся
Как я хочу с тобой увидеться
Просто прими меня
Давай сконнектимся
Как я хочу с тобой увидеться
Эмма
У меня шизофрения.
Меня зовут Эмма. Эмма Хьюс и я болею шизофренией. Бывает что мне слишком хорошо. Я активная,но при эти периоды у меня может случиться не контролируемая агрессия. В другие периоды у меня апатия,тревожность.
Мне сейчас шестнадцать лет. Я уже третий год болею шизофрении. Лежала в психбольнице. От этой болезни избавиться нельзя. Можно только изменить восприятие.
Во время этой болезни ты можешь слышать, видеть, ощущать человека, которого на самом деле нет. У меня есть такой человек. Я полностью создала его внешность и характер.
Его зовут Даниэль Эванс. Ему семнадцать лет. Он учиться в одиннадцатой классе. Имеет блондинестые волосы и голубые глаза. Дан носит круглые очки на постоянной основе, так как в пять лет у него упало зрение. Ходит Даниэль постоянно в голубых рубашках. Его любимый вид спорта футбол. Заниматься он им с детства. Знакома я с ним с тринадцати лет.
Я гуляла по улице и встретила его. Я сидела на стадионе, а Даниэль не откуда взялся.
Так и началось, то что все посчитали странным
***
Дома было все плохо. Отец недавно умер. У моей мамы Джулии началась депрессия. Она всегда лежала на кровати и ничего не делала. Ответственность пала на моего брата Мейсона. После школы он всегда работал до десяти часов, потом готовился к экзаменам и проверял мои уроки. Я училась всегда хорошо и стала еще лучше, но в последнее время стала забывчивой, что раздражало меня.
Я не могла находиться с пьяной мамой, которая постоянно говорила: «Вы с Мейсоном такие неблагодарные, я вам всё, а вы такие».
Я пришла на стадион, села на трибуны. Внизу мальчишки играли в футбол. Они были из моей школы.
— Привет, — ко мне подошел блондин.
Я его никогда не видела. Он был красивым. Его голубые глаза слишком светились. Меня это зацепило в нем.
— Привет, а ты откуда?
— Меня родители бросили, скитаюсь где попало, — он опустил голову вниз. — Меня, кстати, зовут Даниэль. Даниэль Эванс. А тебя?
Он протянул мне руку.
— Меня зовут Эмма Хьюз, — я пожала руку.
— Приятно познакомиться, — он улыбнулся, но с ней было что-то не так. Она как будто не настоящая.
— Мне тоже, — ответила я. — А где в основном находишься?
— Учусь в школе и скрываю, что у меня нет родителей. Ночую, где придется. А я могу у тебя жить?
— Не знаю. Нет, наверное.
— Не бойся, меня никто не увидит.
Даниэля никто и не увидел. Он находился в доме, но его никто не видел, кроме меня. Меня это не напрягало, я думала, так и надо.
Через год моему брату исполнилось восемнадцать. Моя мать умерла. Она покончила с собой. Мы остались одни. Точнее, был еще Дан, но его видела только я.
У Мейсона был друг, которого зовут Адриан Ривера. Он родился в Испании. Рыжеволосый, зеленоглазый, с веснушками на лице. Он такой милашка, но я всегда воспринимала его как друга брата. С ним я была знакома с детства. Чувств он у меня не вызывал. Мне нравился Дан, наверное, потому что с ним я проводила больше времени, чем с Адрианом.
Спустя какое-то время Мейсон стал замечать странности в моем поведении: я разговариваю сама с собой, перемены в настроении и чрезмерная забывчивость. Он отвел меня к психологу. Через несколько сеансов мне поставили диагноз.
— Эмма, у тебя такая болезнь. Называется она шизофрения. Человека, которого зовут Даниэль Эванс, никогда не было в твоей жизни. Это галлюцинации.
В тот момент мои чувства были неоднозначны. Я не могла в это поверить. Сложно было поверить, что такое возможно. Я верила, что он существует.
— Но я его ощущаю? Как его может не быть? — не понимала я.
— Такое бывает. При этой болезни возможно, что ты будешь слышать, ощущать, видеть и так далее. Но его нет. Ты говоришь, что он живет с вами, но твой брат никогда его не видел.
Дальше по решению врача было желательно лечь в психиатрическую больницу. Моему брату сказали, что это лучший вариант, сделать восприятие моего мозга, так сказать, нормальным. От шизофрении нельзя вылечиться. Мейсон дал свое согласие.
В психиатрической больнице лежать было полный ад. Я считала себя нормальной. Устраивала бунты. Хотела очень сильно домой и думала, это поможет, но я делала только хуже. Когда поняла, перестала. Через пять месяцев меня наконец выпустили. Это было прекрасное чувство. За время там обычные вещи казались мне удивительными.
Мне прописали таблетки, которые я должна была пить каждый день.
Когда я лежала в больнице, Даниэль не появлялся. Мне было скучно без него. Я очень сильно хотела его увидеть, скучала. Он был частью меня, без которой мне было плохо.
Когда я первый раз пришла в школу, все уже знали, что я там лежала. Ко мне подошли одноклассники и стали расспрашивать. Я им отвечала: «Ляжете и узнаете». Меня раздражали их разные вопросы. Это было странно такое спрашивать.
Не спрашивала лишь моя подруга Оливия. Оливия Брук. Она вела себя как обычно, то есть как и раньше. Оливия никогда не спрашивала про Даниэля. Я сама про него не говорила, только то, что он пропал и не появлялся или только на мгновения.
Моя обычная жизнь продолжилась дальше. Я училась, ходила на консультации и стала заниматься вокалом. Стала даже забывать про Дана как часть своей жизни. Я знала, что он был, но я уже привыкла быть без него. Я не так сильно в нем стала нуждаться, как раньше.
Вот мне и пятнадцать. Сейчас апрель. Уже почти конец года. А Дана все нет и нет. Иногда я скучаю. Хочется все же с ним иногда поговорить. Скучаю по нему.
Уже лето. Каникулы. Я просто лежала со своей подругой Лив на кровати, как слышу:
— Привет, Эм, — раздавался до глубины души знакомый голос. Голос Дана.
Меня затрясло. Я испугалась.
— Эмми, что-то случилось? — обеспокоено спросила Лив.
— Дан в этой комнате.
— Опять? Мне, наверное, лучше выйти, чтобы вас не отвлекать.
Оливия вышла из комнаты, оставив меня с ним наедине. Точнее, оставила меня одну. Дана же только я вижу.
— Ты не рада меня видеть? — спросил Дан.
— Какая разница, тебя все равно нет.
— Я есть. Смотри, — он взял меня за руку. — Чувствуешь?
— Такое бывает при шизофрении, поэтому нет смысла. Ты можешь и дальше быть со мной, но мне будет плевать. Я уже привыкла, что тебя нет.
— Но я есть. Я существую. Просто не время меня видеть остальным.
— Раз не время, значит уходи.
Даниэль действительно ушел.
— Лив! Можешь идти обратно.
Оливия вошла обратно в комнату.
— Все хорошо? — спросила она.
— Наверное, только спать хочу и голова болит.
— Ложись, сон тебе сейчас как раз нужен.
Я легла на кровать. Лив выключила свет и ушла, оставив меня одну. Я прикрыла глаза, сразу же отрубившись.