Глава 2
Все те же 4 месяца назад
Мы уже час сидим в гараже у Лиама, молча, каждый в своих мыслях. День выдался дерьмовый. Мог ли я утром представить, что все так обернется? Черт возьми, нет.
Ребята, как и я, давно осознали, во что мы вляпались. Лиам уже минут двадцать лениво крутит в руках гаечный ключ, Зак уставился в пол, будто там волшебным образом нарисуется решение проблемы. А Майк... Друг сидит в углу, сгорбившись, и раз за разом запускает пальцы в волосы. Он почти не поднимает глаз с тех пор, как мы вытащили его из участка.
Тишина давит. И чем дольше мы сидим, тем отчетливее понимаем: просто так это не закончится.
Отец Зака дал денег. Пять тысяч баксов. Он даже не спросил, зачем. Вероятнее всего, просто доверял сыну. У Зака всегда были отличные отношения с родителями. Теперь нам предстояло вернуть всю сумму, как можно скорее, но даже это было малой частью наших проблем.
Дело Майка не было закрыто и лишь набирало оборот. Чертов Джеймс сделает все, чтобы ситуация стала еще хуже, чем есть сейчас — в этом были уверены мы все: обстоятельства, как один огромный комок дерьма, который катится на нас, и чем дальше, тем больше набирает скорость.
— Я разберусь со всем сам, — Майк, наконец, поднимает голову. Его голос звучит тихо, но твердо. — Не хочу вас впутывать. Зак, я найду деньги и отдам все до последнего цента.
В ответ приятель сжимает челюсть:
— Не неси чушь.
— Нет, не вы тогда впутались во все это, — Майк смотрит на нас, и я вижу, как эти мысли укрепляются в его сознании. — Это я облажался!
— Заткнись, — коротко бросает Лиам. — Не начинай.
Снова тишина. Вздыхаю. Джеймс сделал первый ход, загнал нас в угол, подставил Майка, купил копов. И если мы сейчас просто закроем на это глаза — то в следующий раз все будет хуже.
— Нужен план, — наконец говорю я. — Может нагрянем к нему?
Лиам фыркает.
— Ну да, и скажем: «Эй, бро, хватит нас подставлять, а то нам это не нравится».
— Да пошел ты, — чувствую раздражение и усталость, мы все на взводе.
Зак поднимает голову раньше, чем я успеваю продолжить, и соглашается:
— Если ничего не сделаем, все будет еще отстойнее.
Именно. В конце концов, это не первый раз, когда наша четверка попадает в неприятности. Помню, как однажды Лиам вздумал прокатиться на чужой тачке. Он нашел заброшенный «Мустанг» с открытой дверью у местного супермаркета и решил, что тот давно никому не принадлежит. Ошибся. Хозяином машины оказался какой-то псих, который носился за нами по улицам, пока мы не затерялись во дворах. Копы тогда так и не узнали, кто из нас был за рулем.
В другой раз — Майк. В первую же неделю учебы в универе он подрался с какими-то придурками, которые пытались его задирать. Мы с Заком в тот вечер собирались идти на вечеринку, но, узнав, что друга повязали, вместо этого полетели в участок. Когда офицер спросил: «Вы кто ему такие?», Зак спокойно ответил: «Семья».
И мы, черт возьми, всегда находили выход. Этот раз не должен стать исключением!
— Предлагаю ответить ему тем же, — Зак резко поднимает голову. — Мы заложим его. По полной.
Он шутит? Молча вглядываюсь в лицо друга, но тот серьезен как никогда.
— Вы сами в курсе, что Джеймс не просто мелкий ублюдок, который любит наводить шорох. У него за плечами реальные дела. Куда серьезнее, чем хотят повесить на Майка. Нам просто нужны доказательства.
— Просто, — снова фыркает Лиам. — Если бы это было так просто, то про козла не ходило бы столько слухов. Ребята, которые рядом с ним, верны ему как псы.
— Я знаю парочку, — Майк встает со своего места и подходит ближе. — Но вряд ли они расколются и что-то расскажут. Тем более сейчас, когда на мне могут лицезреть свои будущие проблемы.
Он был прав. Кто угодно из них мог настучать Джеймсу о том, что мы задумали, и тогда наш план пойдет прахом.
— Разве что Тед, — голос Майка становится тише, будто он размышляет вслух. — Он давно хотел уйти от них, возможно, для него это шанс.
Приятель поднимает глаза на нас и ждет реакции. Смотрим друг на друга в надежде, что у кого-то появится гениальная идея. Не появляется.
— Ладно, — приободряюще хлопаю его по плечу. — Это нужно обдумать. В любом случае, правда на нашей стороне, так? Выпутаемся как-нибудь.
Майк опускает голову, но перед этим успевает криво улыбнуться. Знаю, это знак благодарности.
Тренировка в зале должна была помочь: вымотать меня так, чтобы в голове не осталось места ни для чего, кроме усталости, но увы я все так же зациклен на одной и той же мысли, как чертов заевший магнитофон.
Прошло несколько дней, и любое действие сейчас кажется лучше, чем сидеть сложа руки. Однако, у нас до сих пор нет ни плана, ни рычагов давления. Только хреновая идея попробовать заложить Джеймса.
Когда Майк сказал, что продает машину, мне показалось он шутит, но это было не так. Никогда раньше не видел его таким загнанным. Ему было плевать, что эта тачка — его гордость, что он столько времени на нее угрохал. Главное — вернуть долг отцу Зака. Брать деньги от нас он категорически отказался, но Лиам предоставил ему свой гараж, где Майк лично проводил встречи с потенциальными покупателями.
В кармане вибрирует телефон, и я, загнанный мыслями, достаю его, даже не глядя на экран.
— Да?
— Заскочу к тебе, — голос Зака звучит бодро, даже с каким-то азартом.
— Что-то случилось?
— Только хорошее. Будь дома, — приятель сбрасывает звонок, оставляя меня в еще большем недоумении — он не из тех, кто нагнетает интригу без причины.
Оставшееся время решаю провести с пользой — пойти в душ и смыть накопившуюся усталость. Но даже горячая вода, которая обжигает кожу, стекая по плечам, не способно унять это гигантское напряжение. Оно будто въелось в кости, не позволяя мне расслабиться даже на секунду.
Успеваю вытереться насухо и накинуть чистую футболку, когда раздается стук в дверь. Зак. Он проходит внутрь, устраивается в кресле, закидывает ногу на подлокотник и ухмыляется. Приятель всегда был таким: легкий на подъем, любимец девушек, король флирта.
— Ты же знаешь, что я прирожденный дипломат? — он откидывается назад. — Так вот, одна моя хорошая знакомая недавно рассказала очень интересную вещь. Она в хороших отношениях с девушкой Джеймса.
— И? — сажусь напротив.
— А то, что иногда самая слабая точка человека — это вовсе не он сам, — Зак довольно улыбается, явно наслаждаясь моментом. — У Джеймса с девушкой, скажем так, весьма странные отношения. Они вместе со школы, но этот тип явно не из тех, кто привержен традициям. Он может запросто прийти на вечеринку с одной девчонкой, а уйти с другой, и при этом она все равно останется его «официальной» девушкой.
Хмурюсь, переваривая услышанное.
— И ее это устраивает?
— Конечно нет, — Зак качает головой и еще больше оживляется. — Кажется, она созрела, чтобы уйти, но понятное дело боится. Джеймс бережет ее, доверяет ей куда больше, чем остальным... Просто так он ее не отпустит.
— Если боится, то вряд ли согласится нам помочь, — замечаю я.
Приятель довольно щелкает пальцами.
— Вот тут ты ошибаешься. Я уже все продумал, — он делает паузу, ожидая моей реакции, но я молчу. Слишком устал для подобных игр. — Моя подруга предложит ей отличного психолога. Анонимность, конфиденциальность — все как положено. Только вот есть одно «но».
Начинаю догадываться, к чему он ведет, и мышцы на животе неприятно сводит.
— Этим психологом будешь ты.
Несколько секунд смотрю на него в полном недоумении, но Зак явно доволен собой.
— Ты рехнулся?!
— Вовсе нет. Ты же окончил курсы, брал заказы онлайн, знаешь, как разговаривать с людьми. Самое главное — ей действительно нужна помощь. Ты не просто так будешь копаться у нее в голове, а поможешь и заодно получишь информацию.
— Это слишком, — отрицательно мотаю головой.
— Да брось, Райан, — Зак выпрямляется в кресле и подается вперед. — Мы не заставляем ее делать ничего против воли. Просто даем шанс разобраться в себе и случайно узнаем пару полезных деталей.
— Послушай, одно дело — выбить Джеймса из игры, но совсем другое — подставить кого-то самим, — чувствую, как усталость сменяется раздражением.
Друг тяжело вздыхает, но продолжает улыбаться. Он откидывается на спинку кресла и сцепляет пальцы на затылке.
— Я, кстати, уже все устроил. Ей передадут твой номер, так что жди звонка.
— Что?!
— Да ладно тебе, Райан. Это отличный шанс. Возможно, единственный. Если мы его упустим, другого может не быть.
— Ты вообще слышал, что я тебе говорил минуту назад? — качаю головой. — Это не просто сомнительно, это...
— Это решает проблему, — друг перебивает меня, наклоняясь ближе. — Если мы хотим помочь Майку, у нас не так уж много вариантов.
Встаю с дивана и упираюсь ладонями в стол, глядя прямо на него.
— Лиам и Майк об этом знают?
— Ну... пока нет.
— Значит, сперва мы говорим с ними, — тихо выдыхаю сквозь сжатые зубы, чтобы окончательно не потерять терпение. — И только потом принимаем решение.
Пару секунд приятель сверлит меня взглядом, но затем пожимает плечами.
— Окей. Давайте обсудим. Но предупреждаю — если ты им все расскажешь, а потом скажешь «нет», будешь тем, кто лишил нас этой возможности.
Не отвечаю. Зак потягивается, довольно хлопает себя по коленям и встает.
— Ты им напишешь или мне?
— Я напишу.
— Отлично, — он идет к выходу, но на пороге оборачивается. — И, Райан... подумай об этом. Реально подумай.
И я думал. Даже спустя несколько часов не мог переключить мысли на что-то иное. Проклятье! Зак делает упор на помощи девушке. Но ведь в какой-то момент эта «помощь» превратится для нее в ловушку.
Она и без того живет на пороховой бочке. Судя по всему, боится Джеймса, но все еще с ним, а это уже говорит о многом. И вот теперь мы хотим использовать ее страх, ее желание сбежать ради собственных целей.
Закрываю глаза и глубоко вдыхаю, мысли не унимаются.
Что, если она скажет что-то, что знала только она? И Джеймс догадается. Он не идиот, вычислит, что инфа пришла от нее, и тогда... Не знаю, что тогда. Именно это страшит больше всего.
Чувствую, как внутри сжимается тугой, мучительный узел, и вместе с ним делаю шаг за порог местного бара, где уже ждут парни.
«Rusty's» — место, которое давно стало для нас привычным. Полутемное помещение, пропитанное запахом крепкого алкоголя и жареной закуски, деревянные столы с облупленными краями, стойка, за которой всегда лениво протирает стаканы один и тот же бармен. Здесь редко бывают чужие. Заведение не настолько популярное, чтобы привлекать толпы, но для местных — самое то.
Смотрю на друзей, пытаясь предугадать общее настроение. Лиам хмурится, барабаня пальцами по столу. Майк сидит, скрестив руки на груди, а Зак, разумеется, выглядит совершенно расслабленным, развалившись на стуле. По тому, как он играет уголком салфетки, становится ясно — ждет вердикта. Значит, уже все рассказал.
Делаю глубокий вдох, подхожу к барной стойке и, перегнувшись через нее, киваю бармену:
— Бутылку пива.
Тот молча ставит ее передо мной и швыряет открывашку.
— Спасибо, — делаю пару глотков и только потом направляюсь к столику, где сидят ребята.
— Ты опоздал, док. Мы уже все обсудили, — на лице Зака снова сияет самодовольная улыбка.
Ставлю бутылку на стол, но садиться не спешу.
— Да ну? И какое же решение приняли без меня?
Лиам тяжело вздыхает:
— Оно не всем нравится.
Перевожу взгляд на Майка. Друг молчит, но даже по тому, как сжаты его кулаки, понятно: он против.
— Чувак, я понимаю, что тебе не хочется этого делать, но у нас нет других вариантов, — Зак подается вперед, опираясь локтями на стол, и, видимо, в очередной раз пытается переубедить Майка.
Я скрещиваю руки на груди, качаю головой, но не вмешиваюсь. Не сейчас. Хочу услышать, куда заведет этот спор.
— Джеймс явно не парится насчет морали. Так почему мы должны?
— Потому что мы не он, — тихо отвечает Майк.
Повисает напряженная пауза.
— Да какого хрена! — Зак откидывается на спинку стула. — Значит, нас можно втоптать в грязь, но мы будем вести себя, как святоши?
— Я не святой, Зак, но и подонком быть не согласен, — медленно отвечаю я.
Приятель закатывает глаза и тянется за своим стаканом.
— Дерьмо.
— Вот именно, — Майк трет лицо, тяжело выдыхая. — Я не хочу, чтобы еще кто-то пострадал из-за меня. Мы не будем пользоваться человеком, который даже не догадывается, что влезает в чужие разборки.
— Ладно, — Лиам разводит руками, призывая всех к примирению. — Значит, этот вариант отпадает. Ищем другой.
Зак закатывает глаза, но не спорит. Беру бутылку и делаю большой глоток, чувствуя, как вместе с холодным пивом внутрь вливается немного облегчения.