поражение.
Пробуждения от назойливых уведомлений телефона входят в привычку. У Наташи проблемы со сном после последнего боя и сотрясения мозга, что без конца мешает спать. Вскакивает несколько раз за ночь от ощущения свободного падения, хотя находится между подругой, Орео и стеной. А ещё шатенку гложет заметное отдаление с Кирой на ментальном уровне, эмоциональном, подсознательном. Дело не в отношениях и человеке, с которым химичка вполне согласна разделить остаток жизни, понятия не имея, сколько отведено. Даже с Хенком они видятся пару раз в неделю. Дело в чём-то внутри, что никак не состыковывается с реальностью и выточенным образом девчонки с красными волосами. План "Чёрная весна" не стоит на месте, для неё, возможно, ощущается больше всех вместе взятых. Но это общее дело, общая пройденная подготовка в течении трёх месяцев, общий итог в конце пути. Зачем скрываться?
Дикая смотрит на экран телефона, хмурясь спросонья от нежеланного имени. На цыпочках пробирается в кухню, будто между совмещёнными комнатами не пару метров.
— Доброе утро! Не разбудил? Ладно, к чему вокруг да около, лучше к делу. Чувствуешь себя как?
— Эм, - мозговой штурм сероглазой сопровождается долгим глубоким вдохом. Особенное беспокойство. — Почти в норме, да... Чт...
— Славно! Сможешь сегодня выйти на бой? Совсем лайтовый соперник, положишь в первом раунде, я уверен.
— Марк, ам...
— Оплата тройная, - перебивает, — сразу с козырей, да. Ну так что?
— Окей. Ладно. Во сколько?
— В семь, как всегда. До встречи, Натусь. Будь сегодня поистине дикой!
Азартный смех прерывается быстрыми гудками на другом конце провода. Спонтанный разговор приводит органы всмятку. Баранова набирает стакан холодной воды, залпом осушая до последней капли. Затем второй наполовину. На часах непривычные восемь утра - позже выточенного пробуждения на полчаса, но расписание больше не приоритет первого места. Соломонова просыпается от знакомого голоса - сама спит чересчур чутко. Хмурится от настораживающего разговора. Смотрит внимательно, мол, расскажи в чём дело. А Дикая секреты от химички держать ненавидит, от них ощущение сотни игл под кожей. Набирает очередной стакан воды, протягивает не менее бодрствующей девчонке на соседней подушке, усаживаясь рядом. Мгновение - выпаливает как на духу слова о запланированном бое, на который минуту назад дала согласие. В глубине души морщится от остаточных постукиваний в висках, стискивая кулаки. В "Святых нет" дела так не делаются, обратного пути никогда нет. Ни малейшего отступного варианта.
Девушки умываются, чистят зубы и переодеваются в спортивную форму для пробежки. Орео радостно виляет хвостом - давно совместных вылазок не было. Играет в песке с камнями, в догонялки поочерёдно с шатенкой и обладательницей волос цвета Каберне, догоняет мяч. Моль не глупая. Видит в каждом наклоне подруги за игрушкой пса зажмуренные глаза от раздражающей в черепной коробке боли. Посему каждый раз ускоряется, чтобы перетянуть инициативу с Орео на себя, ни слова не говоря в оправдание.
Она беспокоится за единственную девчонку, которую сумела подпустить так близко. Хочет уберечь от всего мира, от боёв в подвале, от трио злодеев-психопатов, распространяющих созданный наркотик, увеличивающий смертность зависимых на шестьдесят процентов. Но беспомощность в складывающейся ситуации режет хуже ножей по сердцу. Дикая сама подписалась на ненужную авантюру, смысла в которой не найдётся даже на процент. Сотрясение мозга второй степени мучает практически две недели, та едва ли прождала семь дней. И химичка даёт отчёт, оценивая ситуацию трезвым взглядом, что удержать её в форме и обезболить боль - невозможное дело. А ещё, что как бы все не верили в сероглазую, сотрясение мозга куда коварнее физического состояния. Но она обещает сделать всё возможное, чтобы хоть как-то помочь.
На плите закипает чайник, свист которого отдаётся в голове Барановой ударами молотком по затылку, вискам, темечку. Раздражает. Красноволосая заваривает в кастрюле засушенную липу, накрывая, чтобы настоялась. Включает тёплую воду в ванной, насыпает жменю морской соли и процеженный отвар липы. Подруга должна поспать перед боем. Просто должна поспать.
Расслабляющая ванна и чай с мятой - лучше любого лекарства. Замедляет работу нервной системы, успокаивает, рассеивает в воздухе сонливость. Через пятнадцать минут, укладываясь на диван с собакой, Наташа засыпает в объятиях одеяла.
К шести вечера девочки подходят к заднему входу ночного клуба. В подвале пусто, лишь несколько камер периодически мигают красными датчиками, оповещая о записи. Кира по привычке заплетает плотные колоски на каштановых волосах с медным оттенком, забинтовывает руки, проверяет местную аптечку на наличие всех необходимых лекарств. Потом надевает боксёрскую лапу, помогая вспомнить отточенные удары, которые Баранова давно не тренировала. Несколько резких движений, наклоны, постоянные скачки. Сероглазая кивает, мол, чувствует себя гораздо лучше и от души благодарит за проявленную заботу. Но правда беззвучно читается во взгляде. Будто всё тепло взаимоотношений с лучшей подругой они прячут подальше от мира. Тем более от камер, записи с которых постоянно просматривают создатели "кактуса".
От панической атаки тонкая дорожка между раздевалкой и рингом.
— Можно? - в приоткрытом дверном проёме показываются глаза цвета полыни. Обе узнают из тысячи. — Принёс воды.
Рауль ставит три бутылки объёмом 0,7 литра на скамейку, в другой руке держа упаковку из шести для второй раздевалки. Перед каждым поединком они приносили воду заранее, не входя в помещения, где готовятся бойцы. Боксёров никогда не сбивают.
— Всё будет хорошо, не дрейфь!
Парень улыбается, Дикая отвечает взаимностью. Глупо привлекательность бармена отрицать, это с первого взгляда каждый подметит, однако подростки иначе относятся к нему. Не только потому, что знают куда больше, чем остальное окружение, но и из-за его статьи. Соломонова взгляд с зеленоглазого брюнета не сводит. Не доверяет ни на один процент, искренне не понимая смысла и сути происходящего здесь и сейчас. Заботливо касается плеча лучшей подруги, выдавливая улыбку спиной к камере видеонаблюдения, чтобы никто больше искренность не видел. Чтобы ни одного шанса на слабость.
В коридоре слышатся знакомые голоса. Кира прислоняется ухом к двери, пытаясь уловить происходящее в пяти сантиметрах. "Выходи, есть, что обсудить" - шёпот прямо возле. Ощущение, словно вчерашний вечер не заканчивался, и прежние удушающие слова оказываются вокруг шеи с сильнейший натиском, оставляя сиренево-вишнёвые отметины. Девушка с глазами-хамелеонами делает несколько аккуратных шагов назад, глубокий вдох, выдох. Обожаемый зип-худи размера оверсайз натягивает на разрисованное чернилами под кожей тело, ни на секунду не прогибаясь под напущенными чувствами, будто из хоррора.
Русые слегка вьющиеся волосы, улыбка до ушей, очи с крошкой изумруда.
— Рад видеть, - Стас опирается рукой о стену. — Я тут думал обо всём, ну, что мы обсуждали. Мне по душе твои попытки защищать близких людей, тщательный анализ всего вокруг, поразительный склад ума... Ну лиса, лиса... Ход с другом торчком хороший, правда, но ведь к Кисе внутри ничего. Взгляд всё выдаёт, знаешь? Всё выдают глаза. Пришла с ним - да, танцевала, выпила, позволила подойти достаточно близко. Однако... - паузы в монологе откровенно раздражают. Красноволосая не подаёт вида, смотря с отточенным безразличием. — Не его любишь. Взгляд не тот, в отличии от взгляда на Хенка. Мне ли не знать, в конце концов, что такое влюблённые глаза. Раскроешь интригу?
— М? - краткие ответы хуже острых лезвий. В моменте тянущаяся пауза и умение сложить кусочки пазла воедино впечатляют и Соломонову.
— Слишком профессиональная работа с химическими препаратами, особенно психотропными. Такое под силу только тем, кто чётко понимает, что делать. На уроках в школе этому не учат. Я знаю. И ты знаешь, что я знаю. В чём смысл? Посмотреть, получилось ли выбить из колеи Марка? Или, может, убить? Ты боишься, что Хенк пошлёт на хрен химичку, работающую когда-то на наркокартель? А... Рассказать собираешься?
— Что рассказать? - родной голос из-за спины окутывает привычным теплом. — Тихий?
— Удачи, чешуекрылая, ведущая ночной и сумеречный образ жизни.
Русоволосый с ехидной улыбкой скрывается в зале, где потихоньку собирается народ для ставок на приближающиеся поединки. На вечер запланировано четыре.
Они не знают о преимуществе подростков. Каждый друг друга наизусть выучил, связь с наркокартелем в Калининграде, убийства, драки в знак мести до комы, распространение наркотиков, кражи. Здесь про стопроцентное доверие, про отпечаток в собственных историях всех девяти. Как девять кругов Ада. К сожалению, осталось только шесть, но они сделают всё, чтобы засосать в этот круговорот боли троих из "Святых нет". На пожизненное.
Ближе к семи часам собирается полный зал. Участники не заостряют внимание на постороннем шуме, разминаясь и разогревая мышцы. Никому о соперниках ничего не рассказали, кроме общих фактов без уточнений. Неизвестность не даёт паранойи задушить чрезмерным самокопанием, но когда дело касается боя, ставящего на кон буквально здоровье и жизни подростков, знать оппонентов хочется до мозга костей. О знаменитых бойцах подпольного клуба известно всем, кто приходит учувствовать. Значительное преимущество.
В обе двери несколько раз стучит рефери, оповещающий о минутной подготовке до выхода. Баранова вскакивает со скамейки, неуверенными шагами подходит к деревянной перегородке и смотрит на ликующую толпу.
— Марк, что за дела? Я ни хрена не знаю о сопернице.
— О, Натусь, знаешь. Не волнуйся, иначе это затуманит твою светлую голову, а мы за красивый бой, верно? - вытаскивает руки из карманов брюк, хватая Моль за запястье. — Для тебя сегодня лучшее место в зале. Идём-ка, милая.
Зеленоглазая оказывается между блондином и стеной на первом ряду. Возле Вишневского русоволосый любитель химии с разбитым сердцем, третьего не хватает. В этом дне всё непривычно, неправильно даже, ведь трио организаторов всегда занимает места на высших сиденьях с обзором на каждый угол помещения с рингом. От выхода рефери толпа начинает верещать в предвкушении ожидаемой мясорубки, учитывая данную тенденцию всякий раз, когда на ринге лучшая девушка "Святых нет". За полгода Дикая обрела кучу фанатов и будоражащую популярность в кругах клубов с элементами бойцовских.
В обоих углах по несколько бутылок воды. Мужчина посередине ринга поднимает руки ладонями к зрителям в знак приветствия. Улыбка натянута до ушей.
— Дамы и господа, я рад приветствовать каждого из вас на поле боя. Сегодняшние противостояния никого не оставят равнодушным, обещаю! - красноволосая бегло проходит взглядом среди присутствующих, на втором ряду у левой стены находя кучерявого парня. На мгновение становится легче. — Итак, об этой встрече мечтал каждый из вас! Даю сто процентов! Главный бой вечера и, возможно, всей истории излюбленного "Святых нет" с самого начала существования эдакой традиции по средам и воскресеньям! Поприветствуем в левом углу девушку, завладевшую частью абсолютно любого сердца, присутствующего хотя бы раз на её поединках. Ди-и-и-ка-а-а-я!
С левой стороны загорается красная неоновая подсветка. Через пару секунд обладательница каштановых волос появляется из-за угла с улыбкой во все тридцать два. Наигранной, выдавленной, больше кричащей о внутреннем протесте. Находит глазами лучшую подругу, хмурясь составленной ей компании, но на автомате пролазит сквозь канаты вокруг ринга, становясь у красной боксёрской подушки в углу.
— Пару слов, Наташ, настроена на победу?
— Как всегда, - вставляет капу в рот.
— Что ж, прекрасно! А теперь дадим шума и пригласим в правый угол кого-то с блондинистой шевелюрой. Или не совсем блондинистой... - наигранно хмурится, включая игру на публику на полную мощность. — Ну-ну-ну! Лучший из лучших - Хе-е-е-енк!
Сердце уходит в пятки.
Мир останавливается. Внутри всё разом падает вниз, будто девчонка шагает с обрыва прямиком на острые скалы. Боль ощущается по миллиметрам изрисованной татуировками кожи. Тремор бьёт без остановки и поочерёдно.
Наташа не сводит глаз с лучшей подруги, делая несколько глубоких вдохов, пока не начинает кружиться голова. Борис показывается из-за угла едва передвигаясь, словно для каждого всё это не более глюка и пару минут приведут в порядок мысли. Он находит любимую на первом ряду, ища хоть какую-то подсказку в меняющих цвет очах. Но у Соломоновой ничего, кроме страха. Они становятся серыми, бездушными, пустыми. В глубине души та знает, что парень откажется и этот хаос прекратит существование здесь и сейчас. Вот только внутри "Святых нет" никогда не меняют правила. Хенкин смотрит на ринг, стопроцентно решая подойти и ударить дважды о кожаное покрытие, тем самым принимая техническое поражение. Плечо резко обхватывает крепкая рука.
— Откажешься - ей пиздец, - Дымов кивает в сторону Киры в секторе зрителей. — Дикой передай то же самое. И никаких поддавков! Некрасивый бой ставит под удар вашу любимую красноволосую девочку.
Ком в горле перекрывает дыхание. Необоснованное потряхивание каждого органа отдаётся в накаченном теле восемнадцатилетнего. Борис залазит с синей стороны ринга, подходя к центру, где потерянные глаза цвета асфальта с солнечными лучами ищут хоть какой-то ответ.
— Не поддавайся, - шепчет еле слышно. — Они хотят спектакль для и ради Киры. Услышала, Баранова? Бей со всей силы.
Свисток. Подростки расходятся в разные стороны, одновременно выдыхая. Будто порция кислорода сбросит весь тянущий вниз груз. Рефери вытягивает руки вперёд, проговаривая: "Бой". Моль готова поклясться - в эту секунду она перестала быть живой. А потом осознание сваливается на плечи: люди, которых Кира старалась оберегать больше всего, сейчас расплачиваются за провёрнутые ею дела, о которых даже не знают. Удар в солнечное сплетение, чтобы до потери пульса.
Светловолосый не решается начать первым, кивая девушке в знак отмашки. И Наташа бьёт. Сперва в пол силы, затем со всей внутри кипящей. Несмотря на то, что соперник, который отнюдь таким не является, уворачивается, пару синяков на бледной коже Дикая оставляет. Делает несколько глотков воды, во втором раунде готовясь на ответную атаку. Они слишком долго тренировались вместе, слишком много готовили друг друга в спаррингах, чтобы поддаваться банальным попыткам нокаута. Девчонка уворачивается от удара ногами, отвечая аналогичными. Такой уговор - ногами больнее. И хотя этот бой противоречит всем внутренним принципам Хенка, он делает несколько ударов в максимально безопасные точки. Сам себя понять не может, как вместе с гневом и раздражением в душе борется что-то тёплое и заботливое. Второй раунд, третий. Осталось продержаться меньше половины. У одного разбит нос, у другой губа.
Наташа осушает бутылку воды и борется с сильнейшим головокружением. На секунду горизонт перед глазами теряется, кружа семнадцатилетнюю, как снежинку зимней вьюгой. Несколько раз ударяет запястьем по лбу, заранее понимая, что ни к чему не придёт. И еле стоя на ногах кивает в знак согласия рефери на продолжение боя. Хук с левой, наклон - подростки словно играют.
А потом шатенка пропускает удар, отлетая на метр назад от нокаута.
Красноволосая с кучерявым мгновенно вскакивают с мест, влетая на ринг несмотря на запреты. Химичка знает импульсивного друга лучше, чем все думают. Лучше, чем думает она сама. Прекрасно понимает, что первый под ударом бесконтрольной агрессии её любимый человек.
— Киса, скорую, - толкает дилера, что есть силы.
Единственная попытка остудить чувства. Усаживается на пол у бездыханного тела подруги, проверяя пульс. Щупает запястье, надавливает на шею в поисках сонной артерии, у самой в глазах всё плывёт от страха.
— Кира, я не сильно... Я... Она должна была увернуться...
— Тащите в раздевалку. Быстро.
Хенкин хватает тело девушки на руки, буквально через минуту укладывая на скамейку. Моль сжимает кулаки, распрямляет пальцы, снова и снова надавливая на кожу, чтобы нащупать пульс.
— Сука, ты труп! - кучерявый будто озлобленный пёс. Тяжёлое дыхание, крики с разбрызгивающейся слюной, неконтролируемая агрессия. Минус Кислова во плоти.
— Успокойся, это не он, - Ване дела нет. Видит цель - препятствий не существует. — Отвали от него! - обладательница глаз-хамелеонов становится между парнями, отталкивая мальчишку с тёмно-кофейным взглядом. — От удара о мягкую поверхность Наташа не могла у...
В горле вырастает ком, мгновенно сносящий с ног. Кира падает на кафельный пол раздевалки, осознавая реальность здесь и сейчас. Отрицает до последнего дурацкое стечение событий, пытаясь найти, где оступилась. В какой момент прочесть её стало легче простого? Когда она проиграла? Головокружение - петля на шее. Не хватает воздуха, сил, терпения. Прокручивает несколько раз одни и те же события, ища точку невозврата.
— Вода... - ползёт на четвереньках к бутылкам воды, которые принёс Кудинов перед началом боя. — Вода отравлена.
Сперва Соломонова выливает небольшое количество жидкости на руку. Ощущается мелкая крошка на кончиках пальцев, а на дне едва заметные остатки вещества. Девчонка хватает бутылку, резко вскакивая до звёздочек в глазах. Первые секунды перед собой ничего не видит. Ищет в помещении с рингом Стаса, хватая за руку и таща за собой. Злость вырывается наружу с желанием раскромсать аккуратное личико кулаками.
— Рауль отравил Риту, - пытается уловить эмоции в изумрудных очах напротив. Протягивает бутылку. — Потому что эту воду он принёс Наташе перед боем, отравляя и её... Удар Хенка усугубил ситуацию. Поставил точку. Та на ногах еле держалась.
Сперва русоволосый скептичен. Выхватывает пластиковый сосуд, внимательно рассматривая белые частицы на дне. Бегает глазами между ней и девчонкой, со всей силы швыряя бутылку в стену.
— Твоя подруга мертва? - кивает. В Тихом читается скорбь вперемешку с сочувствием. Вряд ли они сильно разные для отличия. — Ты-то как стоишь? Ты... Моль, клянусь, это не должно было так закончиться... Мы планировали типичное шоу, не более. Чёрт! Я...
Но химичка уходит без ответа, толкая плечом развесивших уши парней. Выбегает из клуба и мчится прямо по проезжей части, не чувствуя усталости, нехватки воздуха, внутренней боли. Чтобы до потери сознания, лишь бы не принимать случившееся полчаса назад. Что угодно, только не смерть Наташи. Её лучшей подруги. Сестры. Соулмейта.
Только, чёрт возьми, не Наташа Баранова.