Вария Ажур

Глава 21.

Когда-то на детской площадке, поглощенною туманом.

Каникулы прошли как по щелчку пальца, обогнав все мысли, витающие в облаке сознания. Время вообще стало идти слишком быстро. Чем старше становится Ева, тем больше суток утекало зря. Казалось, жизнь забыла о её существовании. Она шла дальше, а Ева оставалась позади. Вокруг было лишь «ничто». А все яркие моменты, в которых она действительно чувствовала себя живой, исчезали так, будто их никогда и не было. Стирались из памяти и оставляли после себя лишь пепел, намокший от вечернего дождя и утренней росы, разбросанной по сухим травинкам средь непроглядного тумана.

Ноябрь. Уже ноябрь. Что будет после него? Декабрь. А дальше? Потом январь, февраль, ещё весна, экзамены и снова лето. И... И что дальше? Не было вообще никакого представления о том, что случится потом. А будет ли это «потом» вообще? Настанет ли? Не пройдет ли мимо, вместе с оборванным желанием продолжать борьбу за жизнь и счастье.

Всё вышеперечисленное уже повторялось. Изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год. Одно и тоже. Все краски смешались в сознании Евы и создали сплошное серое, или даже коричневое пятно. Жирное, броское, а самое главное – бессмысленное.

***

Стало почти тихо. В Агурзк-Йай тишина означала отсутствие туристов. Почти все приезжие уехали; яркие, увядшие листья опали вместе с осенью, оголяя сухие деревья. Ева была готова поклясться, что настроение Варии сейчас где-то под ногами. Её любимое время года уходило на нет, оставляя после себя лишь хмурость. И на улице, и на лице и так вечно равнодушной к миру подруги.

С Артёмом Ева должна была встретиться в Красном парке, у самого входа. Вария пойдёт в школу отдельно от них. План был незамысловатым, но самое главное, отводил лишние подозрения. Разворачивал ситуацию так, якобы Артём хочет вступить в Банду лишь из мести и по собственной инициативе. Для этого было необходимо условие. А для условия – гарантия, которую даст бандитам именно Ева.

Находить слишком секретное место для передачи предмета необходимости не было. Город пуст, и это играло им на руку. Хватало лишь организовать не официальную встречу в Красном парке и безмолвно договориться о начале миссии.

Ева и Артём поприветствовали друг друга вялыми взглядами. Долго копошиться девушка не стала и, засунув руку в карман пальто, почувствовала холодный метал между пальцев. Нечто круглое, пережившее многие годы в засорах и ящиках дома Евы. Иногда на её одежде, иногда в карманах и руках Подонков, а когда-то ранее, на рубашках Старой Банды.

Она положила предмет в вытянутую руку Сворова, решив сохранять молчаливую таинственность. Тот лишь кивнул, сжимая ладонь, тем самым давая понять, что пора расходиться. Артём ушёл первым, а Ева, не изменяя своей традиции приходить в последний момент, села на ближайшую лавку и, в ожидании времени, стала вдыхать табачный дым. Губы и пальца, сжимающие сигарету, то и дело подрагивали. То ли от холода и непроглядного тумана, то ли от вновь нахлынувших мыслей о будущем

Ажур

Зима приближалась, и уличные фонари начинали светить всё раньше, а переставать – всё позже. Ажур топталась на одном месте у школы в семь утра, дожидаясь одноклассников. По наблюдениям Подонков, Клопчатый приходил в школу не позже семи тридцати, и Артёму нужно будет успеть прибыть на пару минут позже. Лишь на пару, чтобы Ян и его Банда не успели войти в школу.

Ажур надоело проверять время каждые пять минут, поэтому, спустя какое-то время, она даже не нарочно уснула, спустившись спиной по стене. Крики Банды разбудили её.

На следующий день после того, как Ажур позвала Тоню на разговор о Банде и, ничего не добившись, молча удалилась, Имбирова написала ей в личные сообщения. Извинившись, она растолковала ей целое ЭССЕ о семье Клопчатого, тем самым положив начало плану, о котором даже не подозревала. Надо сказать, Тоня далеко не так глупа, как может порой показаться. Вероятно, она могла догадываться о намереньях подонков, даже не имея тому точного подтверждения, но, побоявшись последствий недавнего неловкого разговора с Ажур, решила отгородить себя от проблем. Какая же эгоистка...

Первым на территорию школы порвался извращенец Арсений, как выяснилось, правая рука Яна. За ним ещё несколько ребят, сам Ян и, наконец, Максим Руденко. Своров, как и должен был, появился примерно через две минуты, расслабленной походкой и с непоколебимым выражением лица ступая прямиком к Банде.

– Эй, Руденко! – крикнул издалека Артём, прерывая смех всей компании. Банда остановилась и кинула на Сворова вопросительный взгляд. Не хотел нагнетать, но в своей манере напомню о Хеллоуине. Мы с тобой тогда так и разобрались, – скалив зубы, напомнил Артем.

Банда начала поочередную переглядку. Кто-то стал хмуриться, а кто-то злобно улыбаться и фыркать, не видя в подонке угрозы. Банде бояться действительно было нечего. Если Артем вновь и достанет кого, так это тех, кто не станет его игнорировать под шельфом гордости за свой статус, а сможет спокойно ввязаться с ним в спор или драку. Лишь изредка ему удавалось вывести Яна на конфликт, однако тот, снова увидев в перепалке выгоду, подобно Сворову, получал от спора удовольствие. Это, очевидно, крайне не нравилось главному подонку. В последствии, вместо действительной помехи, бандиты стали видеть в Артеме некую потеху, веселясь от его очередных выходок как от сцены спектакля с дорогими билетами.

Пожав плечами после обмена взглядами, ребята напротив уставились на Яна, а тот с мягкой улыбкой на губах вышел вперёд, не отводя глаз от настырного подонка.

– Тёма, ты же помнишь, я за своих людей горой. Не боишься делать такие заявления при мне?

– Я принёс и тебе подарочек, клоп, – уже тише, но также уверенно заявил Артём, подходя к Яну почти вплотную.

Клопчатый по-доброму усмехнулся и, изобразив заинтересованность, изумился.

– Ты хочешь предложить мне сделку?

Ян верно догадался. Своров не стал медлить и, все также ухмыляясь, объявил условия:

– Я хочу поставить Руденко на место. И в этом даже есть выгода для тебя. Драка между бандитом и главным подонком? Не плохо, правда?

– Интересно, – подтвердил Ян. Он неуверенно хмыкнул, но также спокойно позволил Артему продолжить. – Хорошо, что дальше?

– Побеждаю я – занимаю место Макса и, опять же твоя выгода, вручаю Банде «подарочек», который, с большой вероятностью, представит для тебя ценность. Побеждает Руденко – и вы будете в праве делать со мной что захотите. Я стану вашей игрушкой, – выдал Артём. Стоило довольной улыбке распалась по лицу Клопчатого, как она тут же потухла. Он обернулся и взглянул на Руденко, нахмурив брови. Тот в свою очередь оставался неподвижен и бесстрашен, словно его сейчас не хотели вызвать на драку и подвергнуть риску пинком вылететь из Банды. Его спокойствию могла позавидовать даже Ажур, осознавая, что, окажись она на месте парня, с безразличия ее лицо наверняка бы исказилось в гримасе раздражения и недовольства, а взгляд сделался бы убийственным и враждебным. Максим же, будто и вовсе потеряв связь с внешним миром, оставался непоколебим до конца.

Такие условия, очевидно, устраивали Яна, и даже вызывали внутри него бурю нестерпимых эмоций. Но Банда Клопчатого – не организация, в которую набирают людей по их опыту и умениям. Каждый из бандитов так или иначе представлял для Яна некую ценность. Среди них были его близкие друзья и хорошие приятели. Чего нельзя было сказать о Максиме, который ранее с Клопчатым почти не пересекался и обрел место в Банде лишь из-за сложившихся обстоятельств. Потерять Руденко не было проблемой, так как времени прошло крайне мало, и сблизиться с бандитами Макс бы точно не успел. Не было сомнений, что, окажись на месте парня кто-то другой, и на предложение Артема точно бы последовал отказ.

Однако сейчас Ян с едва подавленным восторгом обернулся к Максиму и наскоро обменялся с ним жестами.

– Условие драки предлагает Макс – и я согласен, – снова посмотрел на Артёма довольный Ян.

– У нас есть полчаса до начала уроков. Нужно выйти за территорию школы.

– Не хочешь проблем, Тёма? А я думал, проблемы – твоё второе я, – сказал Клопчатый.

– Это всё слухи. Так же, как и то, что в Банде не существует правил, – на этих словах другие школьники, которые уже успели заинтересоваться ситуацией, заахали и удивленно позакрывали рты ладонями. По двору прошлась волна шепота и хихиканья, в кругу Банды – недовольство и недоумение.

Кто-то из бандитов слишком громко спросил у Клопчатого: «Ты уверен? Это же, мать вашу, главный Подонок! Возьмёшь его в Банду?!». «А ты сомневаешься в Максе?» – ответил вопросом на вопрос Ян, и дальше с ним спорить никто не стал.

Вскоре Банда и Артём вышли за пределы школы. Слишком далеко уходить они на стали, и учебное заведение все ещё оставалось в поле зрения. Толпа школьников пошла следом, и среди неё Ажур смогла отыскать глазами Еву, которая уже пыталась протиснуться к подруге через прослойку старшеклассников.

Старая детская площадка уже который год пустует, отталкиваясь от себя детей огромным отверстием в железной горке, кривыми качелями и разбитыми бутылками от алкоголя, разбросанных в округе. Там-то все и собрались. Было уже семь сорок, у ребят оставалось всего двадцать минут на разборки.

– Кто пролежит на земле дольше пяти секунд – проиграл, – объявил Макс, и Ажур заметила, как его голос дрогнул.

– Принято, – ребята уже встали на позиции, а Клопчатый поднял руку, призывая Артёма и Макса приготовиться. Прямо сейчас решалось всё. Либо Артём вступает в Банду и достаёт информацию о Марке Клопчатом, либо Подонки навсегда лишаются этой возможности, и Артём подвергается многочисленным унижениям. Честно говоря, больше всего Ажур пугало именно последнее. Не было никакой гарантии того, что Артём победит. Телосложение у обоих парней было не хлипкое, хоть Ажур и не отказалась бы сделать ставку на то, что Артём сильнее Руденко. Но проблема заключалась в том, что Макс был вытянутый и худой, в отличии от Сворова, с немного иным телосложением. Руденко будет проще уворачиваться от его атак, что уравнивало шансы обоих. Однако оставалась ещё одна деталь, которую Ажур смогла разглядеть, пристально наблюдая за эмоциональным состоянием парней. Максиму наконец страшно. Он боится, в отличии от Артёма, который просто обожает впутываться в конфликты. Обожает не побеждать, а именно участвовать. В глазах одного страх, а в глазах другого – огонь. Сворова вообще не пугал риск плана. А вот Ажур, и тем более Еву, что не могла угомонить собственные руки, которые постоянно встряхивала из-за нервов – ещё как.

Ян разрезал воздух рукой под смех и возбужденные возгласы толпы старшеклассников. Началось. Артём завёл кулак за голову и бросился в атаку. Макс резко опустился на корточки, тем самым уворачиваясь от удара. Он схватил Артёма за ноги, заставляя того терять равновесие. От падения Сворова в округе поднялась пыль, смешавшаяся с влажным туманом, однако долго валяться на земле позволить он себе не мог, а потому мигом поднялся. Макс испуганно отпрянул, потому что в следующую секунду Артём уже был перед ним, тяжёлым кулаком целившись в область паха. Удар получился сильным, но, увы, пришёлся на правую ногу. Руденко всё же успел шагнуть влево. Пока парень корчился от боли, опираясь о перила горки, Артём не стал упускать возможности и атаковал снова. Его кулак влетел в живот Максима и тот согнулся пополам, как раз врезаясь лицом в вовремя подставленное калено Сворова.

– Максим! – послышался отчаянный зов Имбировой, появившейся из ниоткуда. Наивная Тоня, что сама позволила избить своего же парня, дав Подонкам нужную информацию, расталкивала толпу, стремясь помочь Руденко.

– Стой! – схватила её за запястье Ева.

Максим тем временем всеми силами пытался отбиться от Сворова. Артём атаковал снова и снова. Удары приходились на плечи, ребра, изредка ноги и живот. Странно было то, что Артем не бил в голову, не целился в излюбленное место, будто действительно не хотел сильно навредить. Но, несмотря на все это, и Руденко был не промах. Он оттолкнул подонка, так, что тот сначала ударился затылком о столб, а потом со звоном плюхнулся на сами качели. Макс столкнул его ногой на спину, снова поднимая с земли облако пыли, а потом резким движением пнул качели так, что они ударили прямо по лицу Артёма.

От звука по спине Ажур пробежали мурашки. Она будто сама ощутила эту боль и вкус крови во рту. Железную спинку с размаху вбили ему под нос, не дав возможности подняться.

Кто-то из Банды досчитал до четырёх, ожидая секунду проигрыша Артема, но тот всё же успел подняться в последнее мгновение. Без замаха он врезал кулаком левой в бледный нос напротив. Максим отшатнулся, а Артём сплюнул кровь рядом с собой, пока довольная улыбка расплывалась по его лицу.

Ева продолжала держать Тоню, которая безуспешно старалась вырваться из её хватки. Ян и другие члены Банды стояли в стороне. Иногда аплодировали, иногда охали и ахали, а один раз даже заорали хором во всю глотку.

Артём обогнул качели и, сжимая кулак для нового удара, приблизился к Максиму.

– Нет! – испуганно закричала Ева.

В следующую секунду Ажур обомлела. Артём промахнулся и открыл для Макса левую сторону головы. Тогда что-то блеснуло в глазах Руденко. Он выглядел так, будто уже считался победителем. Словно только что придумал формулу для вечной удачи или безграничной силы.

Максим ударил по левому уху. Слуховой аппарат слетел и упал на грязный песок прямо у ног Сворова. В глазах Ажур всё смешалось. Пыль, земля, туман вдали, силуэты людей. Всё размылось и остались только Артём и Максим. А ещё, неведомая сила, заставившая Руденко повалиться под ноги замершего подонки. Ажур не могла видеть Стаса, но её воображение будто знало намного больше, чем должно было знать.