Глава 26.
Услышав про "лечь сверху", Тэ моментально стушевался. Все же к такому реально нужно привыкнуть, да и... он же отдавит Юну все во сне. Так ложиться точно нельзя, а вот рядом – вполне себе. Хотя уснет ли Тэхен после такого? Да и не спал он никогда с кем-то, привык что сам себе хозяин, а тут... если просто проснется и повернется или захочет в туалет встать – начнет выпутываться из объятий и разбудит. Но рискнуть стоит, тем более, что выбора все равно нет. Хотя сердечко бьется, как птица в клетке. Будоражаще.
От Юнги исходит тепло, его дыхание почти обжигает, и младший прикрывает глаза. Кажется, засыпает он явно позже Мина, потому что тот уже минут через пятнадцать размеренно сопит, пока Тэ еще пытается заснуть. Голова заполнена раздумьями и мыслями. Их первый раз свершился, и парень хочет запомнить каждую секунду этой ночи, а потому, когда точно понимает, что Юн спит, открывает глаза и смотрит на старшего, запоминает каждую мелочь, каждую микро-родинку, на которую в обычное время внимания бы не обратил. И пусть темно, но то, что нужно он все равно видит.
Засыпает Ким незаметно для себя – организм сам утягивает его в сон. А потому когда раздается чей-то голос, младший даже не понимает: морщится, не желая глаза открывать, потому что ему так тепло и уютно. Всю жизнь бы так валялся.
Будильник будит Юнги в гребаные восемь утра. Открывать глаза не хочется, выпутываться из теплого одеяла – тоже. А еще больше не хочется вылезать из оплетающих его рук и ног. Их обладатель все еще сладко посапывает, что неимоверно умиляет. Мин даже засматривается. Оказывается, во сне Ким выглядит еще милее, чем обычно.
– Тэхен, – зовет негромко, – мне на работу пора.
Мин проводит пальцами по чужой голове, путаясь в прядях. Смысл слов все же пробивается сквозь сон, и Тэ распахивает глаза.
– Как...? На работу? Уже? – еле внятно мычит, причмокивая пересохшими губами, тут же снова млея, когда ощущает чужие пальцы, массирующие голову. Расслабляет невероятно.
– Может, не пойдешь никуда, а?
Юнги ухмыляется, не сводя взгляда с лица Кима. А когда появляется возможность, просто наклоняется вперед и целует любимые губы. Немного непривычно целоваться с кем-то с утра, когда еще даже зубы не почищены. Но блять... Как же приятно чувствовать рядом дорогого человека, едва проснувшись. Мин чуть переворачивается, нависая над разнеженным ото сна Тэхеном, и глубоко, жарко целует. Сминает чужие губы, скользя ладонью по телу и поглаживая.
Тэхен сейчас похож на мягкую субстанцию, вроде податливого пластилина. Юн из него просто веревки вьет, целуя настолько обезоруживающе, что тот готов вообще на любую глупость согласиться, если его попросят. Лениво отвечая на поцелуй, младший тихонько мычит с ноткой недовольства, но все же отстраняется.
– Я бы и рад не пойти, но тогда меня могут уволить. А этого допускать нельзя. Возвращаться домой я не собираюсь, да и у Хо жить столько времени стремно, – чмокнув чужие губы еще раз, Юн все же поднимается на ноги. – Я в душ пошел. Ты пока можешь поваляться.
Подмигнув своему парню, хулиган скрывается за дверью ванной комнаты.
– Черт... Ох уж эта самостоятельная жизнь, – потирая переносицу, бубнит Ким и растягивается во весь рост на кровати, вытягивая руки вверх. Если бы не эта дурацкая работа Юнги, было бы еще кайфовее.
Лежит он так недолго – заслышав звук воды в ванной комнате, парень садится на кровати и смотрит на свой рюкзак, лежащий на стуле в отдалении, ну и собственную форму. Со вздохом Тэхен переводит взгляд на дверь ванной. Зайти все же не решается, это для него будто слишком, учитывая все произошедшее за последние двенадцать часов. Нужно немного прийти в себя.
Мин довольно быстро принимает душ, выходя уже через десять минут с полотенцем на одном плече. Вода с волос капает, попадая местами на тело, стекая по торсу и впитываясь в резинку боксеров. Юнги нарочно не стал вытираться – видел ведь, как девчонки реагировали на подобные сцены в фильмах. Вроде как, в их глазах это выглядело сексуально. Интересно, считает ли Тэхен так же?
Заслышав звук открывающейся двери, Тэ оборачивается в сторону ванной тотчас и невольно задерживает дыхание. Да, он буквально только что видел Юнги голым, но как привыкнуть к этому?
Вытащив из шкафа чистые штаны и футболку, Юн кладет их на свободную часть кровати. Ким сглатывает и, мотнув головой, наконец, замечает на кровати перед собой положенные на нее вещи.
– Ты можешь остаться здесь и еще немного поспать. Потом занесешь мне ключ на работу. Или можешь просто подождать меня тут до вечера.
Мин старается говорить как бы между прочим, чтоб не выдать собственных мыслей, а точнее состояния, которое они вызывают.
– Остаться? – хлопая глазами, младший поднимает взгляд на Юна. Неужели он серьезно это предлагает? – Я могу? Ты уверен..?
Тэхен мнет пальцы собственной руки.
– А если я приду к тебе на работу, твой коллега не подумает, что я к тебе часто наведываюсь один?
Мин слегка подсушивает волосы, слушая Тэхена. Но то, что он слышит, буквально вынуждает его остановиться. Он пристально смотрит на одноклассника, не понимая, шутит тот или нет.
– А есть ли разница, что они подумают? Тэхен, ты ведь жил в Америке. И для той страны было нормой встречаться с человеком своего пола. По факту, тебе сейчас должно быть глубоко похеру, что подумают окружающие, – Юнги бросает полотенце на кровать к вещам, подходя к Киму вплотную. О том, что по субботам на сменах он работает один, парень умалчивает. – Так почему же тебя так сильно заботит, что подумают в школе? И уж тем более у меня на работе.
Младший прикусывает губу, отворачиваясь.
– Ну да. И ты знаешь, как мне прилетало и без признаний и каминг-аутов, – опуская взгляд, Тэхен хмыкает. Вспоминается то время, в которое Ким не хотел бы даже жить. Он ощущает, как Юнги подходит ближе, а потому голову все же поднимает. Урвав короткий чмок с чужих губ, Юнги быстро одевается и идет к холодильнику. Начинать долгий рабочий день на пустой желудок – не лучшая затея.
Может, и правда стоит попытаться жить хотя бы здесь, а не гадать, кто и что подумает? Да, корейские дети жестоки, Тэ не раз это слышал, но скорее всего, так в любой стране мира.
– Тогда я побуду здесь, немного еще полежу... и потом приду к тебе. Можно? – Ким садится за столик, подперев руками подбородок и смотря на своего парня. Юнги такой... по-простецки соблазнительный. Ничего особенного не делает, а выглядит горячо и сладко одновременно. Тэ даже не знает, как это объяснить.
Обернувшись на Тэхена, Мин едва ли не Чеширским котом улыбается. Неужели с ним так всегда будет? Это парень делает его слишком... мягким. Рядом с Тэ Юнги становится лучшей версией себя. Достав из холодильника еду с учетом аппетита двух молодых парней, Мин выставляет все на стол. Что-то отправляет греться, а что-то так и оставляет на столе. И пока он этим занимается, микроволновка уже дает о себе знать.
Тэ даже не ожидал, но Юнги и для него накрывает завтрак. Младший бы перебился и без еды, честное слово – ему достаточно смотреть на своего хулигана, поглощающего завтрак.
– Спасибо... – в глазах паренька теплота плещется. На секунду проскальзывает мысль, что они вот уже практически живут вместе, и это не так пугающе, как раньше казалось Киму.
– Приятного, – улыбнулся он, беря в руки палочки и поглощая ароматно пахнущее блюдо. Он почти на сто процентов уверен, что все лежащее на столе передала мама Хосока, потому что на такие блюда у Юна точно не хватило бы терпения, да и времени тоже.
За стол Мин садится с довольной улыбкой. Пожелав приятного аппетита, сразу приступает к еде. Но даже во время завтрака взгляда от Тэхена отвести не может. Похоже, у него уже сдвиг по фазе, но смотря сейчас на своего парня, Мин не может не улыбаться.
Тэхен не торопится, ест размеренно. Хотелось бы, чтобы Юнги тоже никуда не торопился, однако у него работа и с этим нужно считаться.
Зато у старшего еда улетает довольно быстро. Он, конечно, иногда умудряется подвиснуть, но потом вспоминает, что ему вообще-то на работу надо, а потому начинает торопиться, запихивая еду в рот.
– Посуда за тобой, – Юн нагло улыбается, поднимаясь из-за стола. Быстро закидывает в рюкзак нужные вещи, а заодно и ключ оттуда вытаскивает, кладя его на стол рядом с Тэхеном. Не обращая внимания на то, что тот еще жует, Мин приподнимает его лицо, чмокая в губы.
– Я буду ждать, когда ты придешь.
Ухмыльнувшись, Мин закидывает рюкзак на плечо и уходит из квартиры. А то если задержится, точно опоздает.
Похлопав глазами и удивившись наглости своего парня, Тэхен дожевывает, глотая, после чего тихо фырчит в пустоту квартиры.
– Вот ведь... засранец, – тихо выдыхает и, доев свою порцию, чуть улыбается сам себе. А внутри-то огонечек теплится. Как бы ни возмущался и не офигевал младший, ему все это не было в тягость. Он словно парил в облаках, ощущал крылья за спиной: казалось, вот-вот и он правда взлететь сможет. Как же мало нужно для счастья порой.
Прибравшись после завтрака на столе, Тэ сгреб всю грязную посуду в раковину и принялся мыть. Закончил он быстро – всего несколько тарелок и столовые приборы. Положив посуду на полотенце сохнуть, парнишка вытер руки и направился в спальню, плюхаясь на кровать. Вдыхая легкий шлейф, оставшийся после Юна, он снова расслабляется и даже задремывает на какое-то время с глуповатой улыбкой, замершей на губах.
Проходит около полутора часов, прежде чем Тэ просыпается. Юнги, наверное, его там уже заждался. Но к своему ужасу Тэ понимает вдруг, что проснулся не просто так – его разбудила трель мобильника, на экране которого высвечивалось "мама". Младшего передернуло. Он даже не думал еще, как будет оправдываться перед ней. Звонок заканчивается, и Ким закусывает губу, через минуту все же решаясь перезвонить. Гудок сразу сменяется голосом матери.
– Тэхен, ты где с раннего утра? Сегодня же не учебный день.
– Я пошел гулять. С другом, – по чужим словам Тэ быстро делает вывод, что мать пришла под утро, раз не возмущается, что он не ночевал дома.
– Опять с ним? – ощутимо напрягается Бахи.
– Да.
Наступает минутное молчание. Кажется, никто не знает что сказать.
– Когда ты вернешься?
– Я не знаю. Может быть, вечером.
– К ужину будь дома, Тэ, – все же вставляет свои пять копеек мать. – Прошу.
– Извини, – младший кладет трубку сразу же. Ну вот, как всегда, настроение подпорчено.
Еще полтора часа Тэхен пытается отвлечься, посмотреть что-то в интернете, но окончательно отвлечься не может, поэтому думает наконец пойти к Юнги. А еще решает немного понаглеть и, открыв шкаф, лезет в вещи старшего. Отыскивает там одну толстовку, которая ему нравится, и надевает на себя. Сразу становится как-то уютно и приятно, будто сам Юн его обнимает. Брюки он надевает свои, форменные, и выглядит это интересно: низ – официальный, верх – свободный. Тэ редко носил что-то подобное, особенно на улицу. Обычно – рубашки.
Еще минут через тридцать младший уже стоит у дверей кофейни и немного мнется, но таки заходит, замечая Юнги за стойкой бариста.
Мин добирается до кофейни довольно быстро. Хозяин уже открыл кофейню и ждал прихода работника, после чего, пожелав хорошей смены, ушел. Мин быстро подготавливается к началу рабочего дня и, когда часы показывают десять, открывает двери. Первые посетители, жаждущие своей порции кофе в это субботнее утро, уже стоят на улице. И как только юноша открывает дверь, те заходят внутрь. Хулиган сразу же встает за кофемашину, приступая к работе. И в первые пару часов от начала рабочей смены уже успевает знатно так заебаться. И может, он бы весь остаток дня был уставшей, недовольной какахой, если бы не воспоминания о минувшей ночи, которые моментально придавали сил и вызывали глуповатую улыбку на лице. Правда, настроение слегка меняется, когда очередная девушка, заказавшая кофе и залипшая на слишком довольном и счастливом бариста, оставляет свой номер. Мин долго смотрит на бумажку, прежде чем, закатив глаза, демонстративно, прямо на глазах этой самой девушки, выбросить ее в урну. Он сразу же возвращается к кофемашине, прочищая и протирая ее. Время близится к обеду, когда парень внезапно осознает, что настолько замечтался и залюбовался Тэхеном утром, что совсем забыл взять обед. Желудок неприятно тянет, поэтому парень решает хотя бы кофе выпить. И уже даже заканчивает приготовление капучино для себя, когда колокольчик над дверью звенит, оповещая о новом посетителе. Мин закатывает глаза, с трудом сдерживая стон недовольства. Но стоит обернуться с дежурным: "Добро пожаловать", как сердце делает кульбит в груди.
– Ты пришел, – довольно улыбается Юнги, подходя к концу стойки бариста.
Улыбка сама по себе и на губах Кима появляется, это уже не контролируется. Сразу плюс сто к настроению, которое было подпорчено матерью.
– Конечно, я же обещал, – подходя вплотную к стойке, парень оглядывается. Пока народу не так много, а те, кто есть, сидят на местах и болтают друг с другом. Именно поэтому Тэ позволяет себе расслабиться и умоститься рядом, упершись локтями в стойку (надеясь, что надолго).
– Сильно устал, Юнги-я? Как твоя смена? – Тэхен смотрит на парня и не понимает, как будет жить какое-то время в Америке без него – так быстро он привык к существованию Мина в своей жизни.
– Вообще не устал, – ухмыляется. Выпендривается, но что с него взять? Все-таки его парень пришел. Надо же покрасоваться. Тэхен беззлобно посмеялся от такой самоуверенности. Было приятно видеть, как старший горит этим делом. Аки павлин распушив хвост, Мин идет к аппарату.
– Какой кофе будешь?
Улыбнувшись, Тэ с деловитым видом разглядывает меню и выбирает самое интересное на его взгляд.
– Латте с грушей и маршмеллоу.
Данная позиция не вяжется с "мужским" кофе. Кто вообще приделал эти ярлыки к напиткам? И тем не менее они есть, пусть и негласные. Но Ким решил, что хочет именно такой и все тут.
Запуская кофемолку, парень изредка бросает довольные взгляды на Тэхена. Мальчишка посматривает на него в ответ, наблюдает за движениями и его даже не смущает, что он откровенно следит за каждым действием с улыбкой. Иногда взгляд все же отводит, но только потому что не хочет казаться старшему сталкером.
Мин пробивает на кассе кофе, оплачивает своей картой и уже через три минуты ставит перед парнем стаканчик с дымящимся напитком. Свой кофе тоже не забывает прихватить, облокачиваясь о стойку и медленно потягивая горячую жидкость.
– Поспал еще?
Обхватив руками стаканчик, Тэ роняет тихое "спасибо" и делает глоток. Немного обжигающе, но вкусно. А еще вкусно пахнет тающим маршмеллоу.
– Да, неплохо так подремал. Жаль, конечно, что без тебя рядом, – так хочется в этот момент обнять Юнги, сжать его руку... Обидно, что их разделяет стойка бариста. А еще слишком много свидетелей.
Никогда, даже под дулом пистолета, Юнги не признается в этом. Но сейчас, ровно в эту секунду (после таких слов Тэхена) он готов был расплыться счастливой лужей у чужих ног и вилять хвостом, как довольный пес, которого хозяин похвалил. Крутые парни так себя не ведут. Но несмотря на это, внутри все дрожит от радости.
– Ты допоздна сегодня?
– До закрытия... – едва слышно роняет парень, боясь, что его голос дрогнет и выдаст с потрохами его внутреннее состояние.
Легкая грустинка нападает на Тэхена. Хотя чего он ждал? Парень фактически всегда так работает. Просто так долго ждать.
– Ты... хочешь сегодня остаться у меня? – Мин, кажется, даже краснеет. Во всяком случае так это ощущается. А у Тэхена внутри снова екает после столь прямого вопроса.
– Я... очень хочу, – Ким говорит по-честному, не сдержавшись, но вспоминает о Бахи и ее просьбе(?). Задумывается и залипает на пару секунд, выпадая из реальности. Но в итоге, сжав стаканчик чуть сильнее, он снова довольно резко выпаливает:
– Я останусь.
Мин расплывается широкой улыбкой, делая глоток своего кофе. Значит, сегодняшний вечер обещает быть хорошим. А завтрашний день так и подавно. Ведь завтра у него выходной. Он сможет выспаться, рядом будет любимый человек, им не нужно будет никуда торопиться. Можно будет поваляться, возможно, развлечься ласками с утра. От этих мыслей тело легкой волной желания прошибает, и Мин чуть вздрагивает будто бы. Навязчивый образ парня, который сейчас стоит по ту сторону стойки, мельтешит перед глазами картинками с рейтингом 21+. И организм весьма недвусмысленно реагирует. Приходится зажмуриться с силой, рисуя перед глазами образ Ан Ёны, чтоб возбуждение спало моментально. И это даже помогает. Нет, правда помогает. Ровно до тех пор, пока Юнги снова не открывает глаза, и перед ним вновь предстает Тэхен. Живой, материальный, теплый и чертовски сексуальный. Мин едва в голос не скулит, запрокидывая голову.
Тэ замечает, как Юнги вслед за ним будто из реальности немного выпадает, жмурится, отчего младший несколько теряется.
– Юнги-я... – негромко зовет он, но с первого раза это не имеет успеха, потому приходится протянуть руку и ухватить своего парня за кисть, чуть сжимая ее. Только тогда Мин, кажется, отмирает. И только Тэхен хочет спросить: "Ты в порядке?", как Юн задает тот вопрос, который младший не хотел бы слышать, но от этого, к сожалению, не убежишь.
– Слушай... А твоя мать ругаться не будет? – мысль о матери Кима посещает внезапно. Тэхен ведь не из тех, кто пропадает без вести. И наверняка госпожа Ким уже подготовила список пиздюлей, которые выдаст сыну, когда тот придет домой.
– Я... не хотел говорить, – Ким тут же подтягивает руки обратно к себе, сцепляя их в замок, и тяжело выдыхает. – Она мне сегодня утром звонила, но я никуда не пойду. Хочу остаться с тобой, – он смотрит уже без улыбки, куда более серьезно и прямо в глаза Юну.
Мин подвисает на минутку, пытаясь понять смысл сказанных Тэхеном слов. Хлопает глазами, переваривает, а потом улыбается довольно.
Тэхен выбрал его.
Вопреки словам матери, вопреки всему Ким решил остаться с ним.
– Тогда оставь пока ключи у себя. Ты все равно придешь домой раньше, чем я. Только не усни, чтоб я мог попасть в квартиру, идет?
Внутри все заново заходится в каком-то безумном танце. Сердце учащенно стучит, трепещет, радуясь за своего хозяина. Юнги оставляет ему ключи. Почему-то это заставляет всех бабочек в животе умирать и воскрешаться тут же, еще и несколько раз. Такой жест говорит о любви больше, чем какие-либо слова.
– Конечно! Я буду ждать тебя, – спохватывается Ким, кивая.
Мин довольно ухмыляется, делая еще глоток кофе. Желудок предательски урчит, заставляя Мина поморщиться.
– Нужно будет только зайти в магазин и купить рамена, чтоб можно было поесть ночью, когда я вернусь. А еще можно будет выспаться завтра с утра как следует. И сходить куда-нибудь днем. Наверное.
Тэ опять подвис в своих мыслях. Честное слово, хуже старого компьютера, которому пора менять операционную систему. Он зеркалит действия Юна, тоже отпивая из своего стаканчика кофе, однако слыша, как киты воют о помощи в животе хулигана, хмурится.
– Ты что, не обедал? – остальные слова он пропускает мимо ушей, межбровная складка проявляется четче. Юн чешет затылок, прежде чем сделать еще один глоток кофе. Правда его в итоге отвлекают пришедшие посетители.
– Подожди, я скоро, – Мин оставляет свой стаканчик, уходя к кассе. – Добро пожаловать.
Довольная улыбка не сходит с лица Мина, пока он принимает заказ и готовит кофе для зашедшей пары.
Как только Мин отходит, Тэхен, недолго думая, забирает свой кофе и быстро идет на выход из заведения. Он идет чуть дальше по улице, ища взглядом хороший ресторанчик, и на глаза попадается знакомая вывеска одной известной сети. То, что нужно!
Парень заходит туда, кланяясь женщине в годах, которая, видимо, хозяйка этого местечка.
– У Вас ведь можно взять с собой?
– Конечно, молодой человек, – улыбается та.
– Тогда мне, пожалуйста, одну порцию рамена и двойную порцию пулькоги, – Ким достает карточку и чувствует вибрацию в кармане. Телефон.
Мин быстро заканчивает приготовление кофе и, уже когда разворачивается, чтоб подойти снова к Киму, обнаруживает, что самого Тэхена-то и нет. Парень крутит головой в поисках младшего, обходит зал, даже в туалет заходит, но и там его не оказывается.
Вернувшись за стойку, Мин осматривается еще раз и даже стаканчика из-под кофе, что пил Тэхен, не замечает. Брови сразу сдвигаются к переносице, пока хулиган извлекает телефон из кармана и набирает номер Кима. Нажать на кнопку вызова он не успевает – в кафе заходят посетители. Управившись с приготовлением американо за пару минут, Юн все же нажимает на кнопку вызова.
Пока женщина считает на кассе сумму, Тэ достает-таки мобильник и видит на экране сердечко – так он записал Юнги у себя в контактах. Выключив экран он отправляет телефон обратно в карман. Будет знать, как забывать еду дома.
Когда вызов сбрасывают, брюнет едва сдерживается от мата во весь голос. Вместо этого выдыхает шумно через стиснутые зубы с недовольным сопением. А в голове уже тирада недовольства, которую Юн выскажет своему парню, когда тот вернется.
Наконец оплатив свою покупку, паренек присаживается в уголке, дожидаясь готовности блюд. Нужно сказать, уходит минут пятнадцать на это, парнишка даже успевает выпить свой оставшийся кофе, но зато ему сразу все выносят в бумажном пакете, а внутри два контейнера с невероятно ароматным содержимым, что чувствуется даже сквозь упаковку. Младший быстрым шагом идет обратно в кофейню и, даже не обратив внимания на посетителей, которые сейчас стояли за стойкой с Мином, ставит на ее поверхность пакет с едой.
Момент чужого возвращения Юнги упускает за приготовлением очередной порции кофе, замечая Кима только в тот момент, когда он опускает на стойку пакет с едой. Запах распространятся за секунды, вызывая такое очевидное скопление слюны во рту.
– Вот. Закончишь с посетителями и быстро обедать, – отчеканил Тэхен, тут же отходя к краю стойки, чтобы не мешать.
Юнги смотрит на этот пакет, хлопая глазами, и даже забывает, что так и не отдал клиенту кофе, о чем пожилая женщина напоминает емким: "Молодой человек".
– Ах, да. Простите. Ваш кофе.
Отдав-таки несчастный стаканчик, парень наконец заглядывает в пакет. Странное чувство. Каких-то десять минут назад Юнги хотел накричать на Кима за то, что он свалил, не предупредив (ну, хотя за это он все равно ему потом выскажет), а теперь даже не знает, что сказать. Убедившись, что пока что никто не планирует подходить и делать заказы, Мин берет пакет и идет за один из столиков, кивнув Тэхену, чтоб тот шел за ним.
– Как ты понял, что я забыл взять обед?
Усевшись за стол, Тэ только возмущенно фыркает.
– Что тут было понимать-то? Когда твой живот начал издавать звуки тонущего кита, все стало ясно. Так еще и время уже обеденное практически прошло, а ты заикнулся только об ужине, который надо купить, – он скрещивает руки на груди, смотря на Юна, пока тот выставляет еду из пакета. Слегка улыбнувшись уголком губ, младший начинает открывать контейнеры. А Мин уже протягивает ему одну пару палочек.
– Ты же тоже наверняка не ел еще.
– Не ел, поэтому я взял двойную порцию пулькоги. Мне будет достаточно, – конечно, Тэ берет палочки из рук Юна, но есть не торопится. Ему пока и запаха вкусного хватает, а еще приятно смотреть, что Юнги ест еду, которую младший купил специально для него. Это так сильно греет душу.
Юнги скорее приступает к еде, пока не пришли еще посетители. Та оказывается еще горячей и очень вкусной. А внутри такое странное чувство. Ему чертовски приятно, что Тэхен позаботился о нем, купил на свои деньги еду и принес. Но вместе с тем ему неловко, непривычно, что кто-то по доброй воле любит его, заботится не просто как о друге, а о том, кто важен и дорог. Рука, держащая палочки, слегка дрожит, зеркаля внутреннее состояние.
– Потом, когда буду уходить, я зайду в магазин и куплю тебе домой что-то поесть, – Ким мягко улыбается.
– Мне домой? Не нам? Ты же вроде сказал, что останешься. Передумал?
Юнги старается есть быстро, потому что его в любой момент могут оторвать, но легкая дрожь рук все же тормозит, когда еда из палочек в очередной раз выскальзывает.
Хлопая глазами, Тэ удивленно хмыкает.
– Нет... Просто это ведь твой дом, вот я и сказал так. Это не влияет на то, останусь я или нет. Я все еще НЕ передумал, – Ким оглядывается вокруг и касается ладони старшего, видя его странный тремор.
– Ты чего? Ешь спокойно, не торопись, – слегка поглаживая руку, немного улыбается. – Иначе плохо усвоится еда.
Мин ухмыляется, продолжая есть. На чужое замечание лишь отмахивается, но тем не менее держать палочки становится чуточку легче. Тэ невзначай, но наблюдает за Юнги, чтобы не смущать, и очень сильно радуется, когда понимает, что тот все-таки подуспокоился. И на удивление Юну даже удается поесть, не отрываясь. Посетители словно чувствовали, образовав окошко, в которое парень успевает умять свой обед. Зато вот стоит ему перейти к смакованию кофе, как люди заходят в кафе один за другим, образовав собой нескончаемую очередь, которую парню приходится разгребать добрых тридцать минут. Под конец руки уже начинали слегка побаливать от большого количества быстрых манипуляций.
Когда старший уходит, Тэ собирает оставшийся после их обеда мусор и идет на выход из кафе, где располагается большая урна – туда и летят все отходы, после чего младший возвращается к своему столу.
Когда, наконец, последняя девушка уходит, Мин устало плюхается на кресло за стойкой бариста. Он бросает короткий взгляд на Тэхена, улыбаясь ему.
"Ещё сидит..."
Приятное тепло обволакивает изнутри, пока Мин смотрит на своего парня. Младший замечает на себе взгляд и улыбается в ответ. Оставив на своем местечке рюкзак, идет снова к Юну.
– А можно мне еще кофе? Латте с кленовым сиропом, – Тэхен, наверное, все вкусы и виды кофе перепробует такими темпами. Но ему нравится.
– Если обещаешь поцеловать, – едва слышно шепчет Мин, ухмыляясь. Он, конечно, и так от Тэхена поцелуй получит, но пофлиртовать лишний раз никто не запрещает. Тэ снова заулыбался, ничего не ответив. Смутился немного, но слышать такой игривый тон Юна было приятно. Конечно, он его поцелует, и не раз, о чем речь? И может, даже не только... Юнги сразу уходит к кофемашине, намурлыкивая себе под нос какую-то мелодию.
Дождавшись свой кофе, Тэ еще немного сидит в кафе, но вскоре все же уходит, перед этим попрощавшись с Юном. Они долго держатся за руки, прежде чем разлучиться на этот вечер.
В итоге весь рабочий день хулиган находится в приподнятом настроении. Хотя можно ли его все еще звать хулиганом, когда он уже давно стал исправляться? Впрочем, не суть...
Младший на обратном пути до квартиры Юнги заходит в магазинчик и покупает пару упаковок рамена и овощи: перец, свежий лук, помидоры и битые огурцы. Для того, чтоб дома у Юнги еще что-то было.
Юн по пути с работы тоже заходит в круглосуточный магазинчик и покупает несколько пачек рамена и пару коробочек доширака. И когда с таким набором заявляется домой, Ким не перестает бурчать на него – он же сам купил все, а Юн еще лишнего набрал, плюс, не самого полезного.
После быстрого перекуса перед сном, Мин утягивает своего парня на кровать, и только тогда Тэ окончательно перестает ворчать. Ну как здесь долго обижаться? Прежде чем отойти ко сну, Юнги долго выцеловывает чужие губы, сминает ладонями бока и ягодицы и даже умудряется урвать пару стонов. А потому засыпает он с безмерно счастливой улыбкой на лице.
Утром младший просыпается первым, потягиваясь. Затекла каждая конечность, но увидев лежащего с ним плотно Юнги, он опять как дурак разулыбался, забывая о болях и дискомфорте, аккуратно погладив Мина пальчиками по затылку.
Юнги снится безумно приятный сон, в котором они с Тэхеном вместе, рядом, не скрывают друг друга, а еще живут вместе. Спят в одной постели, просыпаются каждое утро в объятиях друг друга. И картинка эта настолько прекрасна, что Мин всеми силами цепляется за ускользающий сквозь пальцы сон. Но кто-то определенно старается его разбудить. Да еще и способ такой... Юнги сперва даже хмурится, не понимая, кто это. Потому что Соми обычно за плечи тормошила, Хосок пинал или в плечо толкал, а тут... Открыв один глаз, парень замирает даже. Он все еще спит или... А, нет. Они же вчера с Тэхеном действительно засыпали вместе. Вместе... в одной постели... Парень гулко сглатывает, открывая глаза окончательно.
Ким весь светится, пока не замечает, что разбудил своими действиями Юна, чего определенно не хотел. Младший резковато отдергивает руку и замирает.
– Я тебя разбудил, изви... – Юнги смотрит с пару секунд, а потом довольно резво подается вперед, накрывая чужие губы своими, не давая Тэхену договорить. Все процессы в организме активизируются, заставляя Кима взбодриться. Он облизывается, хлопая глазами и смотря на своего сонного парня. Юн отстраняется далеко не сразу.
– Привет, – выходит слегка хрипло, сонно.
– Привет… – неловко, смущенно, с глупым смехом. – Точнее доброе утро. Ты... не выспался, да?
– Почему ты так решил? – Мин сползает на постели ниже, обнимая младшего поперек талии и утыкаясь ему носом куда-то в районе солнечного сплетения.
– Не знаю, показалось, – неопределенно произнес Тэ, вздрагивая тут же от теплого приятного дыхания, что обожгло его кожу.
– Хотя я не прочь и еще поспать, если ты рядом. Но рядом с тобой не только спать хочется...
Юнги прикасается губами к коже Тэ, а потом вновь подползает наверх, утягивая Кима в глубокий поцелуй, плавно переходящий в откровенные заводящие ласки, заканчивающиеся пальцами на чужом члене. Юн долго и упорно ласкает орган младшего рукой, прежде чем сползти с кровати, чтоб достать из рюкзака пару квадратиков с контрацептивом.
Тэ, конечно, знал, что Юнги непредсказуем, но он и подумать не мог, что это утро закончится вот так. Жар приливает к телу после первого касания до члена, и Ким начинает тихо поскуливать, с трудом держа себя в узде. И в какой-то момент это становится невыносимо – младший едва не кончить готов был, как Юнги внезапно отстранился.
– Юнги-я...
Тэхен млеет от ласк старшего. Раньше он думал, почему же люди придают такое большое значение сексу? Неужели без этого нельзя обойтись, ведь и дрочить тоже приятно и тоже сбрасывает напряжение – что в принципе и делал Ким всегда, когда возбуждение в нем копилось. А теперь, похоже, понял, насколько эти эмоции различаются – все же секс с любимым человеком куда более яркий, более желанный; ощущается тепло чужого тела, чужой орган, в конце концов, внутри; обжигающее дыхание человека, которого любишь... Все это похоже на одержимость, но Тэ не прочь быть одержимым именно Мином.
За это утро Юнги сделал для себя несколько важных открытий. Во-первых, ему чертовски нравится просыпаться утром с Тэхеном под боком, пусть даже и на такой узкой постели. Во-вторых, секс утром сильно отличается от секса ночью или вечером. В-третьих, ему чертовски нравится видеть каждую клеточку лица любимого человека во время секса. В-четвертых, завтракать в утро выходного дня после такого его начала намного приятнее. Ну и, конечно, делать это в компании Тэхена. И пятое, – самое важное – он хочет начинать так каждое утро.
Даже обычная, казалось бы, прогулка оказывается куда приятнее. Юнги не отлипает от своего парня, при любом удобном случае держа его за руку и урывая иногда поцелуи.