Part 25.
А•Н•Д•Р•Е•А
В ту ночь мы последний раз занялись любовью. Да, прямо-таки любовью. Нежно и медленно. Мы целовались, как бешеные.
Последний поцелуй.
А сейчас я сижу и смотрю на то, как она складывает свои вещи назад, обратно в чемодан. Слёзы льются из её глаз без остановки. Я сглатываю. Мне не нравится видеть её такой грустной.
Когда она заканчивает упаковывать все вещи, садится на кровать рядом со мной.
Я улыбаюсь.
–Стой. – говорю я, вытаскивая то, что купил совсем недавно.
–Что это? – всхлипывает Виолетта. Я протягиваю ей.
–Лак для ногтей. Ты говорила, что тебе нравилось красить ногти на ногах. На память.
Она поднимает на меня свои заплаканные глаза и начинает рыдать ещё сильнее. Бросается в мои объятия, и тогда я вдыхаю её аромат. Шоколад. От неё пахнет детством.
–Неужели это конец, Андреа? – спрашивает она, вытирая глаза. Надежда. Всё еще здесь. Всё ещё такая же.
–Я... Не знаю. Да. Знаешь, Ви. Ты самое лучшее, что произошло в моей жизни. Я бы так хотел, чтобы ты меня возненавидела в первый же день. Я предупреждал тебя не влюбляться. Теперь ты вынуждена утонуть в моей душе. Я люблю тебя, Виолетта.
Её глаза наполняются блеском, и ещё несколько слёз стекает по её щекам.
–Я бы не смогла тебя возненавидеть. Ты – моя утопия. Когда я видела тебя, мне было хорошо. Я не вспоминала своих родных. Ты был бальзамом для моей души. Спасибо. Спасибо за то, что подарил самые лучшие воспоминания в моей жизни. Я тоже тебя люблю.
Мы сливаемся в поцелуе. Я засовываю руки в её рыжие мягкие волосы. Прямо как в первый раз. Её слезы смешиваются с моей тоской.
Она отстраняется и выдыхает.
–Это для тебя.
Я смотрю на книгу, которую она вытаскивает из чемодана.
–Моя любимая книга. Оставь себе на память, хорошо?
Моя грудь сжимается, челюсть в том числе.
–Ты навсегда в моей памяти, Ви.
–Ты тоже. – шепчет в ответ она.
–Не плачь. Они заподозрят неладное.
Она кивает и убегает в ванную, чтобы умыться.
–Сколько у нас есть ещё времени? – спрашивает она нежным голосом.
–3 часа до вылета. – отвечаю я, вставая рядом с ней. Заправляю выбившуюся прядь ей за ухо и грустно улыбаюсь. – Может, приготовишь что-нибудь вкусное? А потом мы посмотрим вместе фильм.
Виолетта шмыгает носом и идёт на кухню. Я иду за ней.
–Давай наши последние воспоминания будут счастливыми? Я хочу, чтобы в твоих воспоминаниях обо мне не осталось грусти и тьмы. – бормочу я, поглаживая её голову. Она поворачивается ко мне.
–Как они могут быть счастливыми, когда тебя не будет рядом со мной?
Я усмехаюсь и делаю глубокий вдох.
–Ты переживёшь моё отсутствие. Ты сильна.
Она качает головой и утыкается мне в грудь носом. Сжимаю губы и обнимаю мою девочку в ответ. Последние объятия.
–Давай просто приготовим попкорн и посмотрим «До встречи с тобой»? – предлагает рыжеволосая.
–Как захочешь, рыжик.
Спустя два часа она опять рыдает в моих объятиях из-за фильма.
–Это похоже на нас с тобой. Мы тоже в разлуке. – Виолетта хнычет, а я целую её в щёку.
–Нам пора.
***
Виолетта попрощалась со всей семьёй Моретти, кроме Стефано и Массимо. Они едут с нами.
–Полёт из Сицилии в Лос-Анджелес. Мда. – Массимо цокает языком, сидя на заднем сиденье рядом с Виолеттой.
Я вожу машину, а Стефано сидит рядом со мной.
–Я надеюсь, эти ублюдки не задумали ничего типа ловушки. – пробормотал Консильери. Стефано покачал головой.
–Ты можешь замолчать?
Я был благодарен ему за это.
–Мне скучно. Я не могу без Анетты жить даже минуту.
Его старший брат цокает языком и отворачивается к окну, анализируя каждое существо, встречающееся нам по пути.
Виолетта сидит, опустив голову и положив руки на колени.
–Ты уже привыкла к нам, наверное. Всё-таки целый месяц прожить в Коза-Ностре. – говорит ей Массимо. Я крепче сжимаю руль, и это не убегает от взгляда Стефано.
–Привыкла. – тихо отвечает моя девочка.
–Мне интересно, зачем ты им понадобилась.
–Массимо, завали ебало. Ей некомфортно. – говорю я, не сдерживаясь, наконец.
–С каких это пор тебе интересны чувства девушек? – интересуется Стефано, поворачиваясь ко мне. Я выдерживаю его взгляд. – Смотри на дорогу.
Оставшаяся часть дороги проходит в тишине, к моему огромному счастью. В самолёте Массимо и Стефано звонят домой, чтобы узнать о детях и своих жёнах. Виолетта прижимается ко мне, а я вынужден никак не реагировать на это. А так хочется обнять её.
–У нас ещё есть время. Виолетта, ты могла бы поспать немного.– предлагает Стефано, не отрываясь от своего планшета.
–Нет, спасибо. Мне так тоже хорошо. Не хочу спать.
Капо кивает один раз, а я выдыхаю.
Стефано не поднимает голову, но его глаза резко впиваются в мои.
–У тебя нервный тик.
Что? Я непонимающе смотрю на него. Это был не вопрос, а утверждение. Он кивает на мою ногу, которая стучала по паркету.
–Вдруг это ловушка? – ложь. Я волнуюсь не из-за этого.
Стефано опять переводит свой взгляд на экран планшета.
–Не должна быть. Даже если и так, подкрепление подъедет быстро.
Я киваю и смотрю на мою Ви. Моя малышка уснула.
***
Мы подъезжаем к огромному особняку с фонтаном и огромной буквой «S» на воротах. Они захотели встретиться лично в их особняке. Это довольно странно.
Когда все выходят из машины, я поворачиваюсь к Виолетте и одариваю последний раз поцелуем.
–Пошли, Одуванчик.
Она кивает и выходит из машины, а я за ней.
У дверей стоит вся семья Соррентино. По центру – Винсенте Соррентино, самый старший, высокий темноволосый мужчина с чёрными глазами и садистской ухмылкой. Рядом с ним его младший брат – второй ребёнок, мужчина с изумрудными глазами и скучающим лицом. Справа от них – Сильвия Соррентино – третий ребёнок и старшая сестра, девушка с ледяными голубыми глазами и угольно-черными волосами. Её пристальный взгляд готов прожечь дыру в наших сердцах. Какая ирония, мне не до неё. Левее от них стоит четвёртый ребёнок – Анна Соррентино – молодая девушка с волнистыми каштановыми волосами и карими глазами. Выглядит вполне дружелюбно, пока не узнаешь поближе. И в самом конце – младший Соррентино. Лоренцо Соррентино – парнишка со светло-голубыми глазами и светлыми волосами. При виде нас он съёживается, в отличие от всей семьи.
Винсенте не знал о том, что мы в курсе о его семье. Главное – мы не знаем, кто его жена.
–Добро пожаловать в Лос-Анджелес, Моретти. – с жёсткой улыбкой отчеканил он, раскинув руки.
Ублюдок.
–Просим не лезть не в свои дела и не воспользоваться тем фактом, что вы находитесь в нашем особняке. Захотите в туалет – вас проводит Сильвия или Лоренцо. Или же вам придётся обмочиться в штаны. – равнодушно проговорил Рикардо. Губы Массимо кривятся в улыбке.
–Я был бы рад испачкать ваши стулья.
На губах младшего Соррентино появляется еле заметная улыбка. Между ним и Массимо что-то случилось. Я хмурюсь, а Виолетта рядом со мной прижимается ко мне. Я слегка отталкиваю её.
–Очищать будешь ты сам. Перемирие хрупкое. Мы можем разрушить его в мгновение ока. – холодно произносит Сильвия. Она меня очень сильно бесит. Высокомерная стерва.
–Я думал, если перемирие разрушится, вы тоже будете уничтожены. У вас нет других союзников кроме нас. Все три фронта будут против вас. – бесстрастно анализирует Стефано, наклонив голову. Он проходит взглядом по каждому члену семьи Соррентино и ему этого достаточно, чтобы понять язык их тела.
–Два фронта. – улыбается Винсенте. Я хмурюсь. Наверное, он имел в виду то, что наше перемирие продолжится.
Морте-Росса в последнее время молчала. От них не было никаких вестей. Это и в лучшую сторону. Нам не нужны были ещё одни новости.
Мы проходим внутрь огромнейшего особняка с позолоченными стенами и гигантскими люстрями. Они, вероятно, из бриллианта. Великолепные бежевые шторы с узорами раскинулись в разные стороны, аккуратно свисая с потолка.
Тщеславные мудаки.
Я вижу, как Стефано внимательно смотрит на каждый угол дома, выискивая всё, что увидит. Его серые глаза изучают окна, а потом его взгляд останавливается на часах, которые висят на стене. Он присматривается и прищуривается. Тиканье и цоканье нашей обуви слышны в гробовой тишине. На лице Стефано образуется хмурый взгляд, когда он наклоняет голову, приглядываясь к часам. Он останавливается, смотрит на часы. Потом его глаза скользят на пол, но голову он держит на уровне настенных часов.
–Стефано. – с ухмылкой протягивает Винсенте, останавливаясь. Каблуки Сильвии прекращают издавать противный звук, когда она делает то же самое и смотрит на моего Капо с отвращением и настороженностью.
Стефано медленно отходит, его лицо остаётся таким же, но он медленно поворачивает голову к ним.
–Красивые часы.
После этих слов мой Капо выпрямляется и продолжает двигаться за семьей Соррентино.
Чёрт. Стефано никогда не комментирует ничего. Он что-то увидел.
Мы переглядываемся с Массимо. Он тоже это понял. Парень запоминает дорогу, судя по его расчётливому лицу.
Виолетта рядом со мной напрягается, когда Винсенте резко хлопает в ладони, останавливая всех.
–Мы идём куда? Верно. В подвал. – ухмыляется он. Идиот. Мне нужно как можно быстрее избавиться от него.
Но не сейчас.
Мы поворачиваем направо. Этот особняк походит на лабиринт. Заходим в комнату, откуда открывается дверь в подвал. Точнее, в камеру пыток. Стена отодвигается, и мы проходим внутрь. Железные стены отражают холод и тусклый свет только ухудшает ситуацию. Мурашки покрывают кожу моей девочки, и я слегка дотрагиваюсь до неё, согревая. Она никак не реагирует. Правильно. Я ей уже говорил про это.
Семья Сорренино садится за огромный стол, и мы вслед за ними. Запах крови ударяет мне в нос. Понятно, они пытали кого-то.
–О, как приятно, что вы выполняете наши просьбы, вы бы знали! – говорит глава Каронны, улыбаясь.
Разрежь ему рот.
Прости, мозг, но ты впервые предлагаешь нормальные вещи.
–Нам нужна причина. – скучающе отзывается Стефано.
–Какая? – ворчит Сильвия, скривив губы. – Мне кажется, что вас это не должно касаться. Причина, по которой мы просим вернуть Грифоне заключается в том, что это дела Каронны. И они не должны вас затрагивать.
Массимо улыбается, усмехнувшись.
–А мне кажется, что мы подписывали с вами перемирие, которое говорит о том, что мы могли бы помочь вам с трудностями.
Конечно, Массимо говорит полуправду, но всё же, в какой-то степени он прав.
–Мы бы не приняли руку вашей помощи. Каронна сильна. – парирует Рикардо, пожав плечами.
–Тогда вы смогли бы пережить и эту трудность, без Виолетты. Вы же сильны. Смогли бы и без помощи этого. – выпаливаю я прежде, чем успеваю проанализировать то, что говорю. Чёрт.
Стефано поворачивает голову ко мне и прищуривается.
–Это внутренняя политика Каронны. Коза-Ностра не имеет право лезть в них. – улыбается Винсенте.
–Мы имеем право, но меня больше волнует благополучие моей мафии. Следовательно, я не хотел бы, чтобы наше перемирие было разорвано. Оно обеспечивает точные поставки наркотиков. Для вас это намного выгоднее, Соррентино. – говорит Стефано протяжным голосом, от которого Анна Соррентино слегка вздрагивает.
Винсенте пододвигается ближе, оскаляет белоснежные зубы и шепчет:
–Может, я сам решу, что мне выгоднее, а что нет? В конце-то концов. – он отстраняется с ухмылкой до ушей. – Мы находимся в Лос-Анджелесе. И это мой город. Мои правила. Моя власть.
Сильвия кивает. Сучка.
Я вздыхаю.
Стефано же, напротив, к удивлению всех, встаёт и улыбается.
Семья Соррентино пялится на него с огромным удивлением, а Лоренцо и Анна даже со страхом. У Сильвии тоже в глазах мелькает ужас. Почему? Хороший вопрос.
Во-первых, никто кроме нас не знал, что Стефано научился чувствовать некоторые эмоции. До сих никто не знал, что он умеет улыбаться и чувствовать что-либо.
Во-вторых, его улыбка была настолько ужасающей, садистской и приводящей в страх, что мне неудивительна реакция этих людей.
–У меня мало времени на твои дигламации, Винсенте. Я пришёл сюда не для этого, и ты это прекрасно знаешь. Моя задача – держать свою мафию в порядке. Мы принесли то, что ты хотел. Забирай. Считай это подарком с моей стороны. – отчеканил он холодно, но с улыбкой. Даже я не привык видеть его таким.
Все встали, и я тоже.
–Какие у тебя мудрые речи. – насмехается Сильвия.
–Подарок? – переспрашивает Винсенте, скрипя зубами. Это и было целью Стефано. Вывести его из себя.
–Не знал, что у тебя проблемы со слухом.–попытался пошутить Массимо.
Все кроме Стефано вздрогнули, когда Капо Каронны ударил кулаком по деревянному столу, оскалив зубы.
–Не смей поднимать мою тьму. Иначе пожалеешь. Оставляйте Виолетту Грифоне и сваливайте к чертям собачьим, пока я не расчленил вас. – прошептал он.
Мы молчим, а это значит, что согласны.
–Теперь вы медленно передаёте нам Виолетту, и мы расходимся, пока не убили друг друга. – улыбается Винсенте.
Моя рыжая девочка делает шаг вперёд, бросив на меня взгляд, полный боли. Моё сердце сжимается, дыхание останавливается. Она делает ещё один шаг, и в этот раз я беру её за руку и тяну назад, к себе.
–Нет. – громко утверждаю я. – Я не отдам её вам. Она моя.
Стефано медленно поворачивается ко мне, его глаза приковывают меня к моему месту.
Все в помещении смотрят на меня, и я уже чувствую ярость и негатив, направленный на меня, но мне плевать.
Если смерть - это то, что сведёт меня с Виолеттой, то оно того стоит.