Part 24.
В•И•О•Л•Е•Т•Т•А
Время было уже давно за полночь, когда Андреа всё ещё не появился. Я уже скучала по нему. Может, его сразу отправили на миссию? Его отношения с семьёй Моретти очень тесные, поэтому я бы не удивилась этому.
Некоторые вещи могут меняться. Независимо от того, готовы вы или нет. Я испытала это на себе.
Бывает, сидишь и думаешь: а зачем вообще это произошло? Люди, дабы утешить себя после ужасного случая, говорят, что это экзамен жизни. Я не верю в это. Это не экзамен. Это просто то, чего люди не ожидали. Так бывает. Даже с ними. Они доверяют, а потом этот человек предаёт его.
Но знаете, что самое ужасное? Это не тогда, когда кто-то впервые воткнул нож в вашу спину и разрушил ваше сердце. Самое ужасное – это тогда, когда после первого вашего разрушения кто-то собирает вас по частям и нежно дует на вашу ранку и сердце. А потом силой вырывает его и бросает но землю. Разбивает его и топчет вместе с теми надеждами и любовью, которая у вас была.
Он так и не появился. Я воротилась и не могла уснуть. Но потом дверь открылась и в комнату зашёл Андреа, весь пьяный, весь в крови и с затравленным взглядом.
А•Н•Д•Р•Е•А
–Верните мне Виолетту Грифоне. Немедленно.
Мне потребовалось мгновение, чтобы осознать слова Винсенте Соррентино. Моя голова резко поворачивается к звуку.
Массимо поднимает брови и улыбается, а Стефано остаётся бесстрастным, но наклоняет голову.
Шок меняется на осознание, когда я вспоминаю о том, что никто не знает о моих отношениях и Стефано может читать меня насквозь. Я скрываю свои эмоции, но моя грудь взрывается от бушующих эмоций.
–Что? – переспрашивает Стефано. Это не из-за удивления и вовсе не оттого, что он не расслышал. Мой Капо тянет время и анализирует голос нашего врага.
–Верни мне подарок, Стефано. Завтра в полночь. Если вы не выполните это, считайте, что наше перемирие разрушено. Война гарантирована. Я нападу на вас при первой же возможности в ту же ночь, если вы опоздаете хоть на минуту. Лос-Анджелес – мой город. И никто не смеет выйти отсюда с моей тьмой.
Он завершает звонок. Я чуть ли не трясусь от эмоций, но держу себя в руках.
Минуту мы просто смотрим на телефон в руках Стефано, но потом тишину прерывает Массимо, присвистывая.
–Пиздец.
Я молчу.
Стефано смотрит на меня, а потом вздыхает.
–Скажи ей, пусть собирает вещи. – говорит он, как ни в чём не бывало. Ярость кипит во мне.
–В смысле? Мы ничего не предпримем? Он дарил её мне, Стефано. Виолетта была моей. Она в моей власти. Он не может разрушить наше перемирие, это невыгодно для него. – говорю я, размахивая руками. Чёрт, я выдаю себя. Мне приходится успокаивать себя.
Стефано прищуривается.
–Ему абсолютно всё равно на то, выгодно это или нет. Ты знаешь его. Винсенте Соррентино думает только о своей гордости. К тому же, он сумасшедший. Захочет – сделает, даже не думая о том, влияет ли это на его мафию.
Я смотрю на Стефано долго, ибо я не хочу принимать это.
–Она моя. Я не отдам её.
Капо поднимает бровь и наклоняет голову.
–Она была утешительным призом. Ты сам говорил, что Виолетта бесит тебя. Ты сделаешь то, что я говорю, Росси. – впервые спустя долгое время он назвал меня по фамилии. Я сжимаю челюсть. – Это мой приказ.
Он встаёт и смотрит на меня своими ледяными глазами, ожидая реакции. Я киваю, и он уходит.
Конечно, даже если после первой его фразы «Скажи ей, пусть собирает вещи», кто-нибудь стал возмущаться, Стефано пустил бы ему пулю в его голову моментально. Он здесь главный. Он мой Капо. Я не мог пойти против его приказа.
Я люблю Виолетту. Не хочу возвращать её. Я не хочу этого. Если она узнает, будет очень долго плакать, всю ночь. Мне не хочется видеть её слезы. Я хочу видеть только её улыбку.
Мысль о том, что я больше не увижу её искреннюю улыбку и не услышу нежный голос... Чёрт, нет!
Массимо всё время смотрел на меня с лёгким интересом.
–Одержим ею? – спросил он, театрально взявшись за своё сердце.
–Мне сейчас не до твоих шуток.–процедил я сквозь зубы и вышел из комнаты.
Глубокая тоска и печаль поселились в моей груди. Я не мог сейчас посмотреть в лицо Виолетте. Какой я влюблённый, если не могу даже защитить её любовь?
Я перехожу в свой особняк и сажусь за руль своего спорткара. Звук двигателя слышен на всю улицу, и я выезжаю с места с огромным рёвом.
По дороге я переезжаю все машины, спеша. Куда? Я и сам не знаю. Сигналы машин звучат в моих ушах, когда я ускоряю скорость до 190.
Я больше не увижу её. Я больше не увижу её. Её голос. Улыбку. Мягкую кожу. Добрые глаза. Она вернётся в Каморру и будет страдать. Виолетта знает, что у неё не осталось никого. Отца убили, мать мертва. Родственников нет.
Зачем она им нужна? Что они хотят сделать с ней? А вдруг Соррентино хотят причинить ей боль?
При этой мысли я сжимаю руль сильнее и резко торможу, поворачивая вправо. Я чуть не сбил одного парня.
Я жду, пока он встанет и уйдёт, а потом нажимаю на газ и мчусь по городу.
Я знаю, что мне нужно.
Выпить.
Мой казино. Охранники при виде меня сразу расходятся и я захожу внутрь. Тут пока малолюдно.
Иду прямиком к бару.
–Налей мне что-нибудь покрепче. – приказываю я бармену. Тот поворачивается, вытирая бокалы, видит меня, кивает и вновь отворачивается.
–Самый дорогой коньяк к вашим услугам.
Я залпом опустошаю бокал, янтарная жидкость прожигает моё горло, но мне этого не хватает.
–Ещё.
Парень по имени Джованни без вопросов наливает ещё.
Я шиплю больше от тоски, чем от удовольствия и горечи во рту. Протягиваю бокал назад, и в этот раз бармен смотрит на меня с озаданной рожей.
–Налей, блять!
Восьмой бокал заканчивается, когда я пытаюсь встать. Моё зрение затуманивается, и я чуть не падаю от потери равновесия. Вытираю рот рукой и бреду в свой кабинет.
–Сэр, Вам помочь?– кокетливо спрашивает какая-то блондинка. Я останавливаюсь, смотрю на неё и качаю головой.
–Мне не нужны бесчестные шлюхи.
Сказав это, я захожу в свой кабинет и хлопаю дверью так сильно, что сам чуть не падаю.
Я сажусь за стул и опираюсь о деревянный стол локтями. Дрожь пробегает по моему телу. Виолетта уйдет.
Я медленно открываю глаза. Это конец. Громко крикнув, я швыряю со стола всё, что было. В том числе и компьютер. Он ломается, но мне этого мало. Я трясусь, от ярости и боли.
Недостаточно. Я хочу агонии. Нет. Я жажду агонии.
Выйдя из кабинета, я, пошатываясь, направляюсь к выходу из своего казино и сажусь в машину.
На границе поставок наркотиков от русской мафии всегда есть люди, которые заслуживают смерти. Они не знают, кто я.
Я останавливаю машину у закрытого фургона. Я уже знаю, что там полтонны героина и кокаина. Я понял это, когда подошёл ближе. Запах слабый, но я работаю с такими вещами всю свою жизнь.
Два парня стояли и курили косяк, разговаривая на русском. Я не понимал их, но мне было насрать.
–Можете продать? – я указал кивком на газель и они переглянулись.
–Зачем нам это делать? Избалованный парень-эмо захотел покурить? Не жирно ли? – с акцентом сказал один из них, с кривым носом и шрамом на брови.
–Я хочу взять все. – настаиваю я.
Они хохочут.
–Тебе нужно будет заплатить за это много денег. У тебя есть они? Иди отсюда, малыш. Ты ещё маленький для таких вещей. Наверное, даже не знаешь, что такое бар. – они раздражаются смехом. – Или у тебя есть шлюха?
Последняя капля. В мгновение ока я оказываюсь рядом с ними и прижимаю к фургону, схватив за горло.
–Не знаю. Но зато я знаю, как закопать твой труп так, чтобы никто не нашёл его.
Я обнажаю татуировку Коза-Ностры и вытаскиваю нож. Они брыкаются, страх наполняет их глаза.
Ночь проходит в криках и кусочках их мяса.
Что я делаю? Вместо того, чтобы наслаждаться последними минутами вместе с Виолеттой, я калечу очередных ублюдков.
Ближе к часу ночи я приезжаю домой и оставляю ключи на столе. Она спит.
Поднимаюсь к ней и без стука захожу. Она не спит... Чёрт. Ви не должна была видеть меня в таком виде. Я весь в крови и пьяный. Она прибегает ко мне и обнимает за шею, а потом отстраняется.
–Ты пьяный?
Я слегка отталкиваю её.
–Я в крови.
Она принюхивается.
–Ты пил?–снова спрашивает она.
Я киваю.
–О... Ладно. На то есть причина? Что-то хорошее? – я слышу надежду в её голосе.
Придётся сказать ей.
–Виолетта, давай присядем.
Она хмурится, но садится с улыбкой.
Я сглатываю, но собираюсь с силами и решаюсь сказать ей, беру её руки в свои.
–Завтра ты возвращаешься в Лос-Анджелес, в Каморру. Домой.
Сначала она смотрит на меня огромными глазами, потом медленно убирает свои руки, и улыбка угасает на ее прекрасном лице.
–Ч-что?
–Винсенте просил вернуть тебя назад. – отвечаю я с трудом.
–Это же шутка. Шутка же? Смешная. – она смеётся притворно счастливым смехом, но потом смотрит на меня с непонимающим взглядом. – Ты серьёзно?
Я киваю и опять беру её руки.
–Виолетта.
Она вытаскивает свои руки и вскакивает.
–Ты ничего не смог сделать? Андреа!
Я опускаю голову и отрицательно качаю головой.
Я слышу её тихий вздох.
–Ты даже не пытался?
Я молчу.
–Пытался. Это приказ Стефано.
Она садится обратно.
–Андреа. – звук её рыданий заставляет меня поднять голову и взглянуть в эту бездну зелёных глаз с крапинками карих капель.
–Прости меня. – хрипло говорю я. Она обнимает меня так крепко, как никогда раньше. Я глажу её по спине.
Когда она отстраняется и смотрит на меня взглядом, как в тот день, когда мне её подарили, я понимаю, что мне нужно сделать.
Я не отпущу её. Это моё окончательное решение.