Она мне врала
— Чимин! — воскликнула Ника ему в след, снова дёрнулась, но хватка мужа стала только сильнее, — нет! Отпусти! Я хочу к нему! — вопила девушка.
Послышалось, как хлопнула дверь автомобиля, словно прогремел гром, а молния пронзила грудную клетку и вонзилась прямо в самое сердце. Затем машина уехала, а с ней все надежды и мечты счастливого будущего. Рома ослабил хватку и, когда Ника решила освободиться в очередной раз, он отпустил её, отчего та упала на колени прямо в лужу. Девушка заплакала, прижимая ладонь к груди, шептала заветные слова.
— Я люблю его... — тихо произнесла Ника, продолжая сидеть на асфальте.
Она уже была вся промокла до нитки, по волосам текли ручьи дождя, но ей было плевать на всё.
— Не смеши меня.
— А тебя ненавижу, — процедила девушка сквозь зубы, бросив на мужа проклинающий взгляд.
— Он теперь тебя тоже ненавидит, — усмехнулся парень и, схватив Нику за локоть, поднял с земли.
— Я не пойду с тобой никуда! — в истерике она начала вырываться из рук мужа.
Он толкнул её, отчего девушка врезалась в стену и упала без сознания, видимо, ударившись сильно головой.
— Твою мать! — прошипел парень, закрыв зонт и кинув его на лавку.
Роман взял девушку на руки и отнёс домой. Он уложил Нику на кровать, проверил, дышит ли она. Убедившись, что она жива, муж ушёл в другую комнату.
***
Чимин закрыл зонт и, кинув его на сиденье, сел в машину. Он велел ехать сразу в аэропорт. Парень ехал молча, рассматривая через окно город, тонущий в лужах, а в голове крутились мысли.
«Может я не прав? Может он просто её брат или хороший друг? Но у неё выключен телефон, а у самой всё хорошо. Зачем она тогда его выключила? Чтобы я не мешал? Я ей наверное надоел, звоню каждый день? Поэтому она решила найти другого? Я ей больше не нужен?»
К этому времени машина уже привезла Чимина к аэропорту, как вдруг на его телефон пришло сообщение от Ники, оно было на русском языке. Парень попросил переводчика перевести текст. Содержание оказалось совсем не таким, как он себе представлял:
«Я её муж. Ещё раз позвонишь ей и потом на сцене рук и ног своих не соберёшь».
— Муж? — прошептал Чимин, — так она мне лгала всё это время?
***
Когда Чимин прилетел в Корею, была уже поздняя ночь. В общежитии было совсем тихо, потому что все ребята уже спали. Парень зашёл к себе в комнату, закрыл дверь изнутри, ещё раз прочитал сообщение от мужа Ники и сперва обессиленный упал на пол, а потом разозлился.
Чимин со всей дури бросил телефон в стену, отчего тот разбился вдребезги. Пак начал крушить всё на своем пути. Всё, что попадалось ему на глаза, всё летело в стену: стулья, зеркало, книги, ноутбук, телевизор.
Был такой грохот, что все ребята выбежали из своих комнат, в надежде понять, откуда доносится звук. Ребята подошли к комнате Чимина, шум доносился оттуда. Они пытались открыть дверь, но она оказалась заперта изнутри. Грохот прекратился, остался только периодический стук, парни с испугом переглянулись.
— Ломайте дверь! — крикнул Джун.
Они толпой накинулись на дверь, после нескольких толчков, она сдалась и упала внутрь. Парни зашли в комнату и увидели там жуткий погром. Всё было разгромлено и перевёрнуто, как будто в этой комнате произошёл апокалипсис. Но апокалипсис произошёл в душе Чимина. Пак стоял у стены и бил в неё кулаком со словами: «она мне лгала».
Парни побоялись что-либо спросить у него и просто продолжали молча стоять, переминаясь с ноги на ногу, смотрели ошарашенными глазами. Когда Чимин повернулся к ним лицом, ребята все замерли на месте. Он пошёл в их сторону, и его взгляд чертовски всех напугал.
— Ты был прав, — обратился он к Юнги, — она меня кинула, как и в тот раз. Только теперь навсегда.
Мин молчал, он не понимал в чём дело и о чём говорит друг.
— Что случилось? — негромко спросил лидер.
— Она замужем, — тихо ответил Чимин, не назвав имени, и, отодвинув ребят, вышел из комнаты.
— Чимин, подожди, — все мемберы кинулись за ним, — ты куда?
— На свежий воздух проветриться, потом в агентство, — бросил Чимин и направился на выход, — утром репетиция, не опаздывайте.
Парень ушёл, закрыв за собой дверь, а ребята переглянулись.
— Это плохо, да? — спросил Тэхён, обведя всех взглядом.
— Как бы он глупостей каких не наделал, — озвучил свою мысль лидер, — я поеду туда.
Намджун собрался, вызвал водителя и поехал в студию. Они ехали словно целую вечность, хотя на дорогах почти не было машин, потому что только начинало рассветать. Как на зло им приходилось стоять на каждом светофоре, как-будто что-то мешало приехать ему в студию вовремя.
По приезде Ким пулей рванул в агентство, переживая за друга, но внутри здания было тихо и нигде не горел свет. Он прошёл дальше, поднялся выше, прошёлся по второму этажу, но никого не было. Вдруг он услышал музыку, и сперва не понял, откуда она звучала.
Намджун поднялся ещё выше и ещё. Звуки доносились откуда-то сверху, и Ким кинулся туда. Он открыл дверь на крышу и увидел, что Чимин танцует. Танец — это прекрасное обезболивающее от раненной души. Пак на несколько секунд остановился, сделал несколько глубоких вдохов и продолжил танцевать.
Много раз, чувствуя физическую и эмоциональную боль, Чимин погружался в танец, и внутри самого танца боли не было. Когда танец заканчивался, боль возвращалась. Поэтому иногда движение работает, как необходимое отвлечение, а иногда как маленькое бегство. Да, так же мы можем обращаться не только с болью, но и с тревогой, гневом и другими переживаниями. К счастью, это не единственный процесс в нашем танце с болью. Если внутренняя реальность себя начинает разрушаться: ожидания не оправдываются, отношения рвутся, реальность и поступки других людей вторгаются туда, где их не ждёшь, принципы поруганы, мозг изнасилован... — человек переживает это так, как будто из него вырезают куски, разрывают его воплощённость, ломают его связи с миром.
Намжун стоял и наблюдал за другом, боясь лезть к нему, но Чимин неожиданно запрыгнул на край крыши, и в этот момент Киму действительно стало страшно.