Бонусная глава - Сайлас
Ему шесть лет
Мама болеет. Маме плохо. Мама слабеет. Мама умирает.
Скоро всё изменится. Не будет больше песен перед сном, не будет моего лучшего противника по шахматам, не будет тех блинчиков, которые мы готовили на завтрак. В нашем доме больше не будет слышно смеха, который звучал каждый день.
Скоро всё станет серым.
Постепенно становится.
Мне никогда раньше не приходилось задумываться о смерти, пока я не узнал, что моя мама серьёзно больна. Как оказалось, она страдала с самого моего рождения.
Я начал читать книги о смерти, и это было довольно мрачно для детей, но не для меня. Когда папа увидел это, он поставил все книги на самые верхние полки, чтобы я не мог до них добраться.
Сижу в саду, а в доме проходит торжество по случаю годовщины свадьбы моих родителей. Они пригласили много гостей, и в доме было очень шумно.
Мне казалось, что шум заполняет все уголки моего сознания, и я не хотел, чтобы он окружал меня.
В последнее время мама стремится заводить новые знакомства и даже обзавелась подругами. Раньше родители предпочитали держаться в стороне от посторонних. В нашей жизни были только мы и бабушка.
Мне не хотелось, чтобы мой кузен Николо был рядом, потому что он, как обычно, сразу же начал бы говорить что-то глупое. Наверное, здесь находится его новый друг, с которым он недавно познакомился. Кажется, его зовут Киллиан.
Это даже лучше: пусть он будет с ним, а я пока побуду один.
Держу книгу перед собой, но не могу прочитать ни слова. Мои глаза словно не видят текст, и я просто смотрю на белые листы, почему-то дрожа.
Теплые капли дождя капают на землю.
Не люблю дождь.
В тот день, когда я подслушал о болезни мамы, шёл дождь.
— Привет, — раздаётся приятный, но тихий голос.
Подняв глаза от книги, я столкнулся с глубоким взглядом голубых глаз. Их цвет напоминал чистейший лёд, и они казались такими холодными.
Её длинные светлые волосы выбились из прически, но она, казалось, даже не замечала этого. В голубом платье она выглядела неловко, постоянно потирая ткань, словно ей было неудобно. Она была такой же осторожной, как и я.
— Можно сесть рядом?
Пожимаю плечами и вновь устремляю взгляд на листы бумаги.
Краем глаза я замечаю, как девочка садится рядом со мной на ступеньку и смотрит вперёд. Однако я также вижу, что она потирает руки, как будто ей холодно.
Вероятно, так и есть.
Откладываю книгу в сторону, снимаю свитер, который надел поверх рубашки, и передаю его ей.
Голубые глаза удивленно смотрят на меня.
— Спасибо.
Наши пальцы соприкасаются, и я впервые замечаю, что у кого-то такая же холодная кожа, как у меня.
— Прости, возможно, тебе хотелось побыть одному. Я могу уйти.
У меня нет шума в голове.
Пропал.
Тишина, которой я никогда прежде не знал, заполняет воздух. Она настолько осязаема, что я чувствую её всем телом. Это была особая форма покоя. Все звуки словно исчезли, словно шум провалился в бездонную пропасть.
Наконец-то я ощутил расслабление в теле.
— Можешь остаться.
Она одаривает меня не такой широкой улыбкой, как это обычно делают другие девочки.
Её улыбка едва уловима, словно она пытается скрыть свои истинные чувства, но в то же время она искренняя.
— Мне нравится ваш сад, — тихо произнесла она, надевая на себя свитер. — У нас он совсем другой. Только тётя Киара ухаживает за ним, но он всё равно не такой.
— Можешь приходить в гости.
Не понимаю, почему я это сказал.
Мои руки больше не тянутся к книге.
Её взгляд становится радостным, словно я преподнёс ей сюрприз.
— Меня зовут Аврора.
— Как принцессу?
Глупый вопрос.
Она может подумать, что я смотрю девчачьи сказки. Возможно, стоит объяснить ей, что иногда бабушка включает их фоном?
— Иногда меня так называют, — пожимает она плечами с безразличием.
Капли дождя стекают по нашим лицам, но мы словно не замечаем этого.
— Мне нравится имя Аврора, оно звучит красиво, — произнёс я с задумчивым видом. — Меня зовут Сайлас.
— Необычно.
Мои брови приподнялись в недоумении.
Что она имеет в виду? Необычно в плохом или в хорошем смысле?
— Мне нравится.
Её слова вызывают у меня улыбку. Я уже давно не улыбался, и мне приятно увидеть её улыбку в ответ.
Мы провели некоторое время в тишине, но она не была тягостной. Мы просто смотрели на сад, где росли лилии, белые розы и множество других растений, недавно посаженных бабушкой.
Мне было приятно, что она не возражала против моей краткости и не требовала от меня полного изложения мыслей.
В какой-то момент мой взгляд упал на белую розу, бутон которой имел зеленоватый оттенок. Я подумал, что лилии не подойдут ей, и решил преподнести этот цветок.
Осторожно оторвал стебель розы, чтобы не уколоться шипами, и протянул его Авроре. Кровь могла бы красиво сочетаться с моей бледной кожей, но я был одет в праздничную одежду, и мама бы расстроилась, если бы она испачкалась.
Аврора нежно обхватила пальцами стебель, и даже когда случайно порезалась о шип, она не обратила на это внимания, продолжая завороженно смотреть на розу.
— Спасибо, я люблю белые розы.
Цветок ей идеально подходит.
— Почему ты сидишь здесь?
— Мне не нравится находиться внутри, — я смотрю на дверь. — Вокруг много незнакомых людей.
— Тебе не нравится знакомиться с новыми людьми?
— А тебе нравится?
— Я уже познакомилась со многими. А те, кого я знаю давно, иногда подшучивают надо мной.
Последнее Аврора произнесла с легкой злобой.
— Кто?
— Невио.
— Фальконе?
Она кивнула, и мои брови нахмурились.
Мне он не нравится. Я несколько раз видел его, когда Римо Фальконе приходил к моему отцу и зачем-то брал его с собой. Невио слишком самоуверен.
— Не общайся с ним.
— Мы живём по соседству.
— Я могу познакомить тебя со своей бабушкой. У неё большой дом, и я часто там бываю. Если хочешь, можешь даже переехать туда, чтобы не видеться с ним.
— Папа не разрешит, — с грустью сказала Аврора. — Но я могу приходить в гости.
Киваю и, ошарашенный, вздрогнул, когда она быстро обняла меня. Затем Аврора, словно озадаченная, принялась внимательно изучать розу.
Это было приятно.
У меня не было друзей, кроме Николо, но он мне не настоящий друг, а лишь кузен. Может быть, она станет моим другом?
— Тебе никогда не бывает невыносимо скучно?
Бывает.
Мне не нравится находиться в большом обществе. Однако иногда мне бывает тяжело и в одиночестве. Я не могу найти середину.
Меня всегда одолевает скука, но я уже привык к этому состоянию. Мне неинтересно общаться с другими детьми, они слишком активные для меня.
— Временами.
Аврора взглянула на меня. Её лицо было безжизненным, как у куклы, но только глаза казались живыми. Создавалось впечатление, что её лицо отражало моё.
Она протягивает мне свою маленькую ручку.
— Я заметила в доме библиотеку. Давай поищем книги, посвящённые мифам и ужасам?
Они, безусловно, были в библиотеке. Однако папа строго-настрого запретил мне их трогать.
Беру её за руку, и моя ледяная ладонь соприкоснулась с её холодом.
У Николо появился первый друг, и, кажется, у меня тоже. Аврора идеально подходила на роль друга, который меня понимает.