Урок
Солнечные зайчики играли на полу огромной гостиной, где на мягком ковре, под звуки веселого мультфильма, сидела Настя. Она была в милых, с кружевцами, трусиках и просторной футболочке с котенком. Во рту у неё умиротворенно причмокивала силиконовая соска, а в руках она усердно водила карандашом по скетчбуку, рисуя причудливые цветы. Полная идиллия.
Внезапно скрипнула дверь. Настя отвлеклась от рисования и подняла глаза. В проеме стоял Дима. Он уже переоделся в домашние мягкие шорты и футболку, сняв с себя доспехи делового костюма. Его взгляд, ещё секунду назад задумчивый и строгий, смягчился, едва он увидел эту картину. Уголки его губ дрогнули в едва заметной улыбке.
Настя тут же выплюнула соску, которая упала на ковер, и, весело вскрикнув, поднялась на ноги.
—Димочка! — она побежала к нему, как маленький ребенок.
Он легко подхватил её на руки, обнял за попку, поддерживая, и прижал к себе, зарывшись лицом в её шею. Она смеялась, обнимая его за шею, осыпая его лицо быстрыми, легкими поцелуйчиками.
—Папочка, ты уже дома! Я так ждала! Я смотрела мультик про ёжика и рисовала тот самый цветок, который мы видели в ботаническом саду, помнишь?
Он нежно целовал её в щёку, в нос, слушая её счастливый лепет. Потом опустил её на пол, но продолжал держать в объятиях.
—Всё понял, зайка моя. А уроки сделала? — спросил он ласково, но уже с лёгкой, едва уловимой ноткой серьёзности в голосе.
Энтузиазм Насти мгновенно угас. Она потупила взгляд, её пальцы принялись теребить край его футболки. Она стыдливо опустила голову.
—Нет ещё... Я потом...
Дима вздохнул. Он приподнял её подбородок, чтобы посмотреть ей в глаза. Его взгляд стал строже, но в нём не было гнева, скорее, разочарование.
—Настенька, мы же договаривались. Сначала уроки, потом мультики. Это очень плохо.
— Но я только чуть-чуть! — начала она спорить, надув губки.
Он мягко, но твёрдо прервал её, поцеловав в лоб.
—Нет, малыш. Спорить не надо. Иди в угол. Подумай о своем поведении.
— Но папа... — она попыталась возразить ещё раз.
— Настя, — голос Димы стал тише, но от этого ещё более весомым. — Если ты продолжишь спорить, я тебя отшлепаю. Иди.
Настя, обиженно надувшись, но уже безропотно, побрела в угол у книжных полок, опустив голову. Она знала, что он всегда исполняет свои обещания, и спорить было бесполезно.
Дима смотрел на её спину с улыбкой. Он видел, как она ёрзала, и его сердце наполнялось нежностью. Он развернулся и пошёл на кухню. Работа сегодня закончилась рано, и у него было много времени. Обычно они готовили ужин вместе, это было их любимым ритуалом, но сегодня ему хотелось самому что-то сделать для неё.
Прошло минут пятнадцать. На кухне уже пахло чем-то вкусным.
—Зайка, иди ко мне, — позвал он спокойно.
Настя виноватой походкой вышла из угла и подошла к нему на кухню. Она стояла, опустив голову, ожидая продолжения нотации.
Но Дима просто открыл ей объятия. Она тут же прижалась к нему, спрятав лицо у него на груди.
—Ну что ты, малыш? — он начал говорить, гладя её по волосам и целуя в макушку. — Мы же с тобой договаривались, да? Ты должна делать уроки. Не для меня, а для себя. Ты же умная, самостоятельная девочка, ты учишься на дизайнера, это твоё будущее. Я хочу, чтобы ты была ответственной. Обещаешь, что больше так не будет?
— Обещаю, папочка, — прошептала она в его футболку.
—Хорошая девочка, — он наклонился, поднял с пола её соску, сполоснул её под краном и мягко вернул ей в рот. — Всё, инцидент исчерпан.
Настя снова начала причмокивать, чувствуя себя спокойно и защищенно. Её мир снова был в порядке, потому что её папа был рядом и всё простил.
— А теперь давай готовить ужин, — улыбнулся Дима, — поможешь мне очистить картошку, моя помощница?
Она радостно кивнула, и через минуту они уже стояли рядом у раковины, плечом к плечу, готовя ужин под тихие звуки мультфильма, доносившиеся из гостиной. Всё было совершенно.