- 19 - Первое правило любви
— Тебя точно можно оставить одну?— спрашивает Лиза, обуваясь.— Район, вроде, тихий, но всякое же бывает.
— Всё будет хорошо.— отмахиваюсь я и улыбаюсь, смотря на папу.— Чего ты такой ехидный?
— Если придёт Боря, на его не дыши, иначе задохнётся парень, от благований вина.— прыскает родитель, лохмача мои волосы. Закатываю глаза и пихаю его в грудь, выталкивая из квартиры.— Понял, ухожу!
Закрываю за ними дверь и упираюсь лбом в прохладную поверхность. От выпитого вина голова начинает кружиться, я стремительно пьянею. Достаю телефон, подключаюсь к коленке и плетусь на кухню.
Стол завален посудой, тяжело вздохнув, убираю половину в раковину, а другую — в посудомойку. Остатки еды отправляю в холодильник и, усевшись на стул, беру ложку и втыкаю её в кремовый торт.
Отправляю кусочек в рот, усердно пережёвывая. Алкоголь разогнал аппетит, поэтому, я даже не думаю останавливаться, пока не получаю сообщение.
Боря: Как ты? Всё хорошо?
Боря: Я соскучился. Могу подняться?
Я: Да, конечно.
Запиваю сладость соком, быстро вытираю рот и бегу в коридор. Смотрю в глазок не моргая, боюсь упустить его фигуру, поднимающуюся по лестнице. Увидев, как Боря поднимается, раскрываю дверь.
Он в шортах и худи, прячет телефон в карман, улыбаясь. Без раздумий прижимаюсь к нему, утопая в сильных руках. Чувствую себя как в коконе: безопасном, родном, который не хочется покидать.
— От тебя пахнет виноградом.— замечает парень, зарываясь носом в моих волосах.— И алкоголем.
— Папа знакомил меня со своей дамой сердца.— объясняюсь я и затягиваю его вглубь квартиры.— Мы немного выпили, не думала, что от меня будет так благоухать. Извини.
— Всё хорошо.— брякает Боря в ответ, переплетая наши пальцы. Мы стоим в метре друг от друга, не разрывая взгляд.— У тебя глаза пьяные.— прыскает, а я смущаюсь.
Не нужно было пить, да ещё и так много. Стою перед ним как провинившийся ребёнок, пойманный за какой-то пакостью. Но, похоже, его моё состояние никак не смущает.
— Посмотрим фильм? Я нашёл парочку, как раз для нас...
Договорить я не даю, накрываю его тёплые губы поцелуем. Не могу объяснить этот порыв, просто хочется быть ближе, касаться его шеи и чувствовать, как внутри всё горит.
Хочется быть.
Здесь и сейчас.
Языки сплетаются, ладони всё крепче стискиваются на моей талии. Моя грудь прижата к его, от чего я ощущаю тепло Бориного тела. Из глаз летят искры. Яркие вспышки света дурманят, унося куда-то далеко.
Туда, где только он и я.
Мы жмёмся и жмёмся друг к другу, хотя, казалось, куда уж ближе. Встаю на цыпочки, желая завладеть его губами, полностью перехватить эту власть себе.
И мне удаётся.
Парень подхватывает меня на руки, я обвиваю его бёдра ногами, ухватываясь за шею. Мы оба тяжело дышим. Вуаль поцелуев переходит на мою шею, оставляя влажные следы. Тихо ахаю, когда Боря кусает меня за ухом. Этот звук пробуждает в нём что-то новое: отвязное, более уверенное, даже немного грубое.
То, от чего я теряю голову.
То, от чего пьянею сильнее.
— Если мы сейчас не прекратим, будет плохо, Солнце.— хрипло шепчет он, будоража каждую жилку моего тела.— Я не хочу, чтобы ты жалела.
— Мне холодно без тебя.— отвечаю так же шепотом, смотря на него сквозь приоткрытые веки.— А в отношениях главное, чтобы было тепло друг с другом. Это первое правило любви.
— А второе какое?
— Я скажу, но не сейчас.— улыбаюсь, утыкаясь носом в его ключицы.— Просто будь рядом, только не уходи.
— Не уйду.
— Обещаешь?— переспрашиваю, сама не зная, зачем.
— Даю слово.
Боря укладывает меня на кровать и только сейчас я замечаю, как сильно кружится голова. Мне душно, одежда кажется лишней, даже лёгкие шорты слишком сильно и неприятно обтягивают бёдра.
Он ни разу не прикоснулся ко мне непозволительно.
Держал себя в руках.
Наблюдаю за тем, как он рассматривает мою комнату. Его взгляд цепляется за картонные коробки, напичканные вещами, посудой и всем тем, что пригодится на первое время.
— Готовлюсь к переезду.— быстро объясняюсь я, а язык, как на зло, заплетается.— Там мои вещи,— указываю на одну из коробок.— А там,— тычу пальцев во вторую, посмеиваясь.— Красивые кружки.
Вспоминаю вечерний разговор с папой и интересуюсь:
— Куда ты поступаешь? На кого? В каком городе будешь учиться?— заваливаю его вопросами, которые, на данный момент, кажутся мне самыми важными. Боря отводит глаза и лохматит светлые волосы.— Не со мной, я права? Мы не будем рядом...
Понимаю это по его лицу. Мне не нужны слова, чтобы понять, о чём он думает. Между нами будто бы какая-то связь, позволяющая читать мысли друг друга.
— Хенкин,— зову его по фамилии, дрожащим голосом.— Не рядом.— повторяю это снова, чувствуя горечь на языке.
Парень сгребает меня в охапку, заставляя уткнуться лицом в его грудь. Сам целует меня в лоб, поглаживая волосы. Дышу судорожно, плечи подрагивают, а сердце гулко бьётся где-то в горле.
— Всегда рядом, помнишь?— шепчет хрипло, не выпуская из рук.— Я. Всегда. Рядом.
А мне больше ничего не нужно.
Только вдыхать этот хвойный аромат и слышать родной стук сердца.
— Всегда рядом.— повторяю за ним, словно мантру.— Всегда.
И веки слипаются, погружая меня в сладкую дрёму.
Убираю с мокрого лба налипшие волосы и тихо мычу — грудную клетку сдавливает так, что вдохнуть становится затруднительно. Хочу поспать ещё, но слышу над ухом чье-то дыхание. Воспоминания проносятся в голове вспышками.
Я уснула в объятиях Бори.
Аккуратно переворачиваюсь с боку на бок и лицезрею спящего парня. Лучи солнца скользят по его лицу, играют в волосах и, кажется, будто бы они подсвечивают брови, делая их более светлыми.
Он хмурится, морщит нос, проводит рукой по лицу — старается смахнуть свет, который так старается разбудить. Не могу сдержать улыбку, она сама рвётся наружу, приподнимая уголки губ.
— Доброе утро.— шепчу я, продолжая нежиться в объятиях.
— Доброе, Солнце.— хрипло отзывается он и переплетает наши пальцы.— Я сам не понял, как уснул. Надеюсь, твой отец не будет херачить меня клюшкой.
Хихикаю, смущенно пряча нос между подушкой и его шеей. Несколько раз глубоко дышу, зажмурившись — запечатляю этот момент у себя в памяти, запоминая каждую малейшую деталь: тепло тела, поглаживания по спине и глубину дыхания.
Этот момент останется в самом сердце.
Его нежность граничила с требовательностью. Каждое движение было робким и уверенным одновременно. Я балансировала над пропастью, готовая упасть или взлететь в любой момент.
Не важно, только бы с ним.
Слышу музыку из глубины квартиры и понимаю, что сейчас будет. Мои глаза испуганно расширяются, поэтому, не нахожу ничего лучше, кроме как накрыть Борю с головой.
— Лягушонок, вставай!— нараспев басит голос папы, а следом, доносится стук в дверь.— Доброе утро!
— Доброе утро, папуль.— неуверенно шмякаю я и его брови ползут вверх.
— И тебе доброе утро, Борь!— всё так же радостно заявляет тот, щекоча ногу парня, торчащую из-под пледа.
— Здравствуйте, Артём Анатольевич.— без тени смущения произносит Боря и, протянув папе ладонь, улыбается.— Вы простите, что я ночевал у вас. Пришёл к Марьяне вечером, мы смотрели фильм, а потом уснули. Я и не заметил...
— Не оправдывайся.— отмахивается тот, хлопая парня по плечу.— Верю, ты хороший парень, уверен, что дочь мою не тронешь.— я изумлённо приоткрываю рот, слушая их диалог.— Не хочешь же яиц лишиться.
— Боже, пап, перестань!— пищу я, прикрыв глаза.— Мне неинтересно, кто и чего лишиться. Яйца у всех останутся целы.
— Вот и договорились. Тогда, приглашаю вас к столу, Лиза ушла на работу, но перед этим помогла мне приготовить пирог с яблоками.— быстрая смена темы даёт мне выдохнуть, кажется, даже Боря заметно расслабился.— Жду вас на кухне. Не придете через две минуты — притащу силком.
Вытираю вспотевшие ладони об футболку и принимаюсь открывать шторы, спиной ощущая пристальный взгляд зелёных глаз.
Любимых глаз.
Когда Боря обнимает меня со спины, вдруг становится катастрофически мало воздуха. Неловкость и лёгкое волнение пускают по рукам табун мурашек. А когда он оставляет лёгкий поцелуй на виске, я в буквальном смысле распадаюсь — ноги подкашиваются сами.
Лицо покрывается пунцовыми пятнами, при одной только мысли о том, что мы делали этой ночью. О том, как он целовал меня и сжимал талию.
— Я схожу умоюсь и мы позавтракаем, хорошо?— вдруг цедит Боря, оставляя очередной поцелуй на моей покрасневшей щеке.
Киваю и парень уходит. Падаю на кровать, закрывая лицо руками. Хочется пищать от счастья, но сдерживаюсь изо всех сил. Из приятных мыслей меня вырывает уведомление, пришедшее на телефон. Смотрю на денежный перевод и, увидев имя мамы, хмурюсь.
В эту же секунду она начинает трезвонить мне. Я беру трубку и молчу, выжидая начало очередного бессмысленного разговора.
— Привет, Марьяша!— нарочито ласково начинает она.— Видела, что ты хорошо сдала экзамены, перевела тебе на первый месяц проживания.— её лепет заставляет меня скривится и передернуть плечами, словно от холода.
Этот холод внутри меня, пробирает до самых костей.
— Не стоило.— грублю, не церемонясь с любезностями.— Папа уже всё оплатил. Что-то ещё?
— Мне не нравится, как ты со мной разговариваешь.— мгновенно ощетинивается та и, кажется, скрипит зубами.— Я твоя мать, а не подружка. Будь добра, прояви уважение.
— Ты — женщина, которая бросила.— напоминаю ей, садясь на кровать.— Женщина, которая не поздравила с днём рождения. Женщина, которая звонит только тогда, когда что-то нужно. Но никак не мать.
— Неблагодарная!— заявляет она, рявкнул в трубку так, что пришлось убрать динамик от уха.— Я рожала тебя двенадцать часов, а ты так со мной разговариваешь! Паршивка!
Моё терпение окончательно лопается, как мыльный пузырь. Я бросаю трубку и откидываю телефон подальше, вытирая слёзы, градом скатывающиеся по щекам. Задыхаюсь от её слов, они саднят в голове, будто кто-то бьет по ней, как молотом по наковальне.
Удар.
Удар.
Ещё один.
Я никогда не стану доченькой или любимой девочкой. Больше никогда не буду "котёнком", как это было в далеком детстве. Не буду красавицей, умницей, любимицей и дальше по списку.
Буду только досадным прошлым. Сброшенным с плечь грузом. Зря потраченными часами, нервами, силами и деньгами.
Всегда...
Просто по тому, что уже чуть больше, чем семь лет я — досадная ошибка, которую всеми силами пытаются забыть и жить новой, счастливой жизнью. По тому, что всегда была неудобной, неугодной.
Не любимой...
Можно подумать, я просила её рожать меня. Будто у меня был выбор, чьей дочерью стать. Можно подумать, что это я виновата во всех грехах.
И хоть бы разок она обняла меня, чтобы я почувствовала себя нужной...
Бесценной для своей матери...
Но нет.
— Марьяна,— зовёт меня Боря, входя в комнату.— Что случилось?
Он садится рядом, а я лишь качаю головой и зарываюсь лицом поглубже. Не хочу, чтобы он видел меня такой разбитой и слабой. Не хочу сейчас делиться тем, что чувствую.
— Уходи, Борь.— прошу хрипло, шмыгая носом.— Просто уходи. Потом объясню.
— Я обещал, что буду рядом.— с нажимом говорит он, пытаясь меня обнять.— Тебе не обязательно говорить, можем помолчать.
— Да уйди же ты!— восклицаю жёстко.— Я хочу побыть одна! Хочу найти себя!
Он поднимается без лишних вопросов, лишь с потухшим видом смотрит мне в глаза.
— Ты сейчас бросаешься на меня из-за эмоций, которые рвутся наружу.— Боря вздыхает, отступая.— Это пройдёт.
Дверь в мою комнату скрипит, но он не уходит. Держится за ручку, повернувшись спиной.
— Когда найдешь себя, найди меня, я буду ждать.— голос сокрушается и дверь за ним тихо закрывается.— Нужно быть рядом, когда больно — вот моё первое правило любви.
______________________________________________
Буду рада, если вы поделитесь впечатлениями об этой главе! Вам не сложно - а мне приятно!❤️
Фанфики с Кисой, которые я советую прочитать;
«Мы встретились слишком рано»
«Сердце твоё- камень»
«Сквозь бурю| Адель и Киса| Чёрная весна»
«Уйдём во мрак»
Залетайте в мой тг канал, там много интересного!;)
Название тгк: |•ctk_sb•|
Тик ток: mbcr_ctk