Гонщик.
Драма | Романтика | PG-13 | Герои старше 18 лет.
***
В маленькой кухоньке, залитой светом, пахло свежеиспеченными булочками и кофе — приятный аромат утра. Звонко стучала о фарфор старой кружки серебряная ложечка — это он размешивал сахар; шумела вода — она споласкивала только что помытые тарелки. На её талии был затянут узел фартука поверх простенького домашнего платья, волосы небрежно схвачены на затылке; он одет был в любимую видавшую виды футболку и потёртые джинсы. Завтрак в самом разгаре, эдакая идиллия молодой семьи (если бы) — без криков, споров и ругани. Драко бросал на неё взгляды украдкой, и в воздухе ощущалась некая напряженность, она струной звенела между ними двумя, хотя они предпочитали её совсем не замечать.
Гермиона поставила перед ним тарелку с ещё горячим круассаном и присела на стул напротив, обнимая пальцами свою чашку чая. Он благодарно кивнул, не прекращая размешивать сахар и во все глаза глядя на неё, вот только взгляд был несколько отсутствующим.
— О чем ты думаешь всё утро? — обеспокоенно спросила она, заправляя прядь волос за ухо. Он проследил за её движением, и она несколько смутилась.
— Я думаю о сегодняшней гонке… — Драко, вздохнув, отложил ложку в сторону.
Гермиона заинтересованно приподняла бровь.
— Ты ведь никогда о своих гонках не переживал, неужели эта чрезмерно важна?
Драко кивнул, только теперь уже избегал её взгляда. В кухне повисла тишина, обремененная некой недосказанностью. Гермиона видела, что он чем-то крайне обеспокоен, но не хотела лишний раз лезть в душу — она и так занимала там у него порядочно места, даже иногда посягала на территорию Астории в его сердце, но постоянно себя осекала — нельзя. Он принадлежит другой, и она вроде бы даже смогла с этим смириться.
Разумом. Сердце её всё ещё бешено колотилось в его присутствии, и вряд ли оно когда-нибудь не ускорит свой бег при звуке его имени. Гермиона подавила тяжелый вздох и отхлебнула из своей чашки горячего чая, о чем тут же пожалела — обожгла губу. В сердце постепенно рос колючий комочек предчувствия; она была уверена, что сегодняшняя гонка, действительно, важна ему не проигрышем и не выигрышем: Драко Малфой для себя что-то решил. Что-то судьбоносное, такое, что сердце Гермионы вряд ли сможет принять сразу же, без лишней боли и слёз. Что-то…
— Гермиона… можно вопрос? — она встрепенулась, кивая, но понимая, что ничего хорошего дальше не последует. Хорошего именно для неё — для Астории, скорее всего, будет очередной милый до зубного скрежета сюрприз.
Она предпочитала думать, что умело скрывает свои чувства к нему, чем что Драко всё прекрасно видит и просто предпочитает не замечать её влюбленных взглядов под пеленой слёз.
— Конечно, спрашивай, ты же знаешь… всегда отвечу.
Он благодарно улыбнулся и накрыл её руку своей ладонью. У Гермионы замерло сердце: он так редко её касался, а ведь она так нуждалась в его прикосновениях.
Несколько раз она порывалась признаться, но останавливалась в последний момент, не желая портить этим их неплохую дружбу и зная, что ничего кроме ей с ним не светит — он любит Асторию.
— Как бы ты хотела, чтобы тебе сделали предложение?
Сердце её ухнуло куда-то вниз. Она поняла, почему эта гонка для него так волнительна.
***
— Леди и джентльмены, я приветствую вас на XIX Всемагических гонках на мётлах! Сегодня вы увидите заключительный этап соревнований, битву за звание лучшего гонщика! Кто же окажется самым быстрым? Кто ловче всех проходит воздушные коридоры и умело обращается со своей метлой? Сегодня мы с вами узнаем имя этого мага!
Всё внимание Гермионы было приковано лишь к одному гонщику в тёмно-синем костюме — помнится, они вместе его выбрали, как и персональное лого. Астории поблизости не наблюдалось, что было странно — обычно Драко брал им билеты в одну ложу, — но так было даже лучше. Без вероятной невесты Малфоя поблизости ей дышалось значительно легче.
Судья дал отмашку, и десять точек-финалистов рванулись с места: гонка началась. Гермиона стояла, облокотившись о перила, и следила за перемещениями Малфоя с помощью омнинокля — в точности такого, как и на чемпионате мира по квиддичу несколько лет назад. Дыхание захватывало, когда он проходил крутые повороты трассы: с помощью волшебства были очерчены линии, пересекать которые участникам строго запрещалось под страхом дисквалификации. Кусая губу, сжимая перила, она смотрела на него, искренне веря в его победу. Разве могло быть иначе? Её любимый был всех быстрее и сильнее…
Раздался первый звонок — вестник окончания первого круга. Гонщики уже неслись дальше, а диктор подводил итоги, по которым Драко оказывался первым среди всех — и это не могло не радовать Гермиону, но в то же время огорчало… Она примерно представляла себе, что он скажет, когда его объявят победителем, и всё искала взглядом среди болельщиков ненавистную Асторию, но не находила её.
— А вот и этот волнующий момент! — восторженно выкрикнул комментатор, и трибуны замерли, затаив дыхание, — трасса меняет конфигурацию во время гонки! Посмотрим, как наши участники с этим справятся!
Очертания трассы стремительно менялись. Прибавилось крутых поворотов и искусственных неровностей. Одна из них была особенно опасна — она плохо просматривалась для гонщика, но вполне сносно — для зрителя.
Драко летел быстрее всех. Казалось, что ни одно мнимое препятствие его смутить не способно — он обходил их мастерски, так, что захватывало дух, — и Гермиона любовалась им, а сердце её наполнялось гордостью… и болью, когда она вспоминала об Астории и его вопросе, заданном несколькими часами ранее. Она ответила ему, что была бы счастлива получить предложение на заключение брака в самый торжественный или опасный момент для её любимого, и не покривила душой — оно на самом деле было так. Гермиона была бы самой счастливой, предложи ей Драко стать женой, стоя на пьедестале почета.
— Что там происходит?! — истерично выкрикнул комментатор, и Гермиона вновь прильнула к омниноклю. Ничего особенного на трассе не происходило, по крайней мере на том участке, который осматривала она. — Посмотрите! Кажется, один из участников сошел с дистанции…
Гермиона придирчиво осматривала трассу. Сквозь призму стекол омнинокля показалось темно-синее пятно; сердце Гермионы замерло.
— Мерлин… нет… нет! — выкрикнула она, глядя сквозь бездушную систему стекол и зеркал на трассу. Её крик потонул в гуле голосов.
***
Диагностические заклинания сетью оплетали его тело. Они изредка переливались, показывая состояние пациента — стабильное. Но… стабильное в отключке.
Израненный Драко Малфой не приходил в себя.
Бледная, подстать простыне, укрывавшей его до самого подбородка, Гермиона сидела рядом с больничной койкой, бездумным взглядом беспокоя стену напротив. Он не приходил в себя вот уже несколько часов.
В голове буйными птицами метались свежие воспоминания: вот она осматривает трассу с помощью омнинокля и видит темно-синюю точку на песке. Бежит туда, перескакивая через ступеньку, сбивается её шаг и она чуть ли не падает — так спешит к нему. Голос комментатора подгоняет её, сообщения об опаздывающих колдомедиках бередят её избитую безответными чувствами душу, и она бежит к нему, позабыв о том, что практически ничем не сможет помочь — от её присутствия ему не станет легче.
Потом много лимонного цвета — подоспели колдомедики из Мунго, — соль её слез на его щеках, — когда прибыла помощь, она сидела у его головы и плакала. Рядом летал чей-то заколдованный блокнот и прытко пишущее перо, на которые Гермиона не обращала внимания; теперь же она сидела у его койки, разрываемая внутренней болью, сжимая в руке бархатную коробочку с кольцом внутри — он всё же решился. Видимо, хотел сделать Астории предложение, приурочив его к своей очередной победе, да не смог — просто не справился с метлой, входя в поворот. С кем же не бывает! Вот только Драко был искусным гонщиком, и такого ужасного промаха от него никто не ожидал.
По щекам Гермионы струились слёзы. Она боялась за его жизнь, карьеру, отношения — за всего него, — сидя у его койки в белоснежной палате больницы Святого Мунго. Недоумение вызывало отсутствие рядом Астории, от этого было больно — как же так! Как посмела она бросить его в такой ситуации?! Бархатная коробочка с кольцом, которую сжимала Гермиона в руке, больно била по сознанию одним лишь фактом своего существования: как так? Он готов связать свою жизнь с Асторией, которой по факту не нужен, а не с нею, Гермионой, которой как воздух необходим.
Она отложила злосчастную коробочку в сторону. Провела пальцами по его лбу и щеке, задыхаясь от слез, а затем опустила голову на его грудь, не в силах больше сдерживать себя.
— Не уходи, Драко, только не уходи…
Её слова были больше похожи на скулеж дворовой собаки, у которой только что отняли щенков. Гермиона плакала — нет, она рыдала, захлебываясь слезами; просила Мерлина и Моргану сохранить её возлюбленному жизнь, хоть и не особо верила в их помощь. Просто хотелось надеяться, что хоть кто-то придёт к нему на помощь, спасет от погибели…
Её волос кто-то коснулся. Прикосновение было слабым, едва ощутимым, но разозлило её.
— Оставьте! Даже не просите уйти! Я останусь с ним! — проревела Гермиона, обнимая его за торс рукой.
— Герм…
Она резко выпрямилась, чем сбросила со своей головы его руку. Не веря посмотрела на его лицо — обескровленное, но вполне живое, — и почувствовала, как новая порция слез скользит по щекам.
— Гермиона… — на этот раз выговорил он её имя целиком и коснулся своей слабой рукой её руки. — Ты здесь… Как я рад…
— Я здесь, мой хороший, я рядом, — зашептала она, сжимая его ладонь, — я всегда буду рядом, я всегда с тобой. Сейчас я позову колдомедиков…
Драко слабо улыбнулся и прикрыл глаза.
— Подожди… Прости, — тихо произнёс он; очевидно, ему было ещё слишком плохо. — Прости меня, Герм…
— За что? — искренне удивилась она, ласково поглаживая его по лбу.
— Я испортил тебе твою мечту, — выдохнул Драко, морщась от боли, что не укрылось от внимания Гермионы.
— Боже мой, расслабься и отдыхай. Я сейчас позову лекарей, нужно им сказать, что ты в сознании… — Гермиона встала и хотела уже отойти от его койки, но он неожиданно крепко перехватил её запястье.
— Подожди, сказал же. Прости, — снова повторил Драко, пристально глядя в её глаза, — я знаю, ты себе не так это представляла, но я больше не вижу причин тянуть.
Гермиона замерла, глядя на него, ощущая своим запястьем тепло его ладони.
— О чем ты говоришь? — озадаченно произнесла она, бросив взгляд на отложенную в сторону коробочку с кольцом.
— Гермиона, я сейчас очнулся и понял… не имею права дальше тянуть, — с трудом проговорил он, держа её за руку. Его пальцы скользнули ниже и переплелись с её, заставив сердце Гермионы ускорить свой бег — впрочем, как и всегда, когда он касался её. — Просто скажи мне… ты согласна? — он испытующе посмотрел на неё, а у Гермионы будто земля ушла из-под ног.
— Согласна на что? — севшим голосом переспросила она, отказываясь верить в то, что её мечты вдруг стали явью.
— Ты согласна стать моей женой? — неожиданно твердым голосом спросил Драко, не выпуская её руки.
— Да, — сорвалось с её губ.