34
После того как я вошел в дом и прислонился к двери, мечтательно касаясь своих губ, прямо на пороге меня встречает Кольт. На его лице читалось что-то на подобии: «Зачем ты пришел?» Он был одет в свою школьную одежду, будто и вовсе после уроков не переодевался. Взгляд был бешеный и напуганный, руки тряслись и сам он был гиперактивным.
Принял что-то? Мои наркотики?
Я сразу представил, что он и вправду решил дунуть моего кокаина, и стал сильно злиться, однако в нужный момент заметил, что его зрачки были в норме, поэтому успокоил в себе желание придушить его здесь же. К слову — шарф был на мне.
— Эдгар, почему ты не отвечал мне?! — Громким шепотом спросил Кольт, резко оборачиваясь назад — на лестницу. Я разулся, после достал мобильник из рюкзака и понял, что тот был почти на нуле и с выключенным звуком.
М-да, надо отучаться от беззвучного режима.
— В чем дело? — Непонимающе говорил я, пытаясь заглянуть на второй этаж. Кольт будто назло загораживал мне весь обзор. — Кольт, отойди, а?
— Нет! Не иди туда!
Что происходит, блять? Я моментально начал выходить из себя.
Моя рука взлетела к лицу Кольта — я взял его за подбородок, после чего, сжав, отвел его в сторону, чтоб все же посмотреть туда, куда так пытался.
Тут же из кухни рядом вылетает Джесси. Она дает мне воды в стакане и начинает нервно поглаживать меня по плечу, смотря на брата:
— Ты ему уже все сказал?
— Нет, я...
— ЧТО ПРОИСХОДИТ?! — Орал я, возвращая стакан в руки сводной сестры. Быстрыми шагами я направился к лестнице, но Кольт вновь остановил меня, схватив за руку:
— Эдгар, твой отец... твоя комната!
Черт. Только не это. Я не знаю, что произошло, но я понял — это хуево.
Я оттолкнул от себя брата и быстро побежал по ступеням вверх. Ворвавшись в комнату я оглянулся.
Мои вещи.
Их не было.
Мои плакаты, пластинки, барабанные тарелки. Гитара. Была просто пустая стена на их месте.
Угол, где была мусорка, был полностью чист. Все мои вещи с тумбочки, с рабочего стола, с комода и шкафа — исчезли.
ТУТ НИЧЕГО НЕ БЫЛО.
— Я пытался остановить его, Эдгар! Но он не слышал меня! — Пытался объяснить всю ситуацию Кольт, который стоял в проходе комнаты и смотрел на то, как я отчаянно пытаюсь найти хоть что-то, что было связано со мной. Даже постель. Постель была чиста, новое постельное белье.
— Что ты пытался?! ЧТО ТЫ ДЕЛАЛ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ЭТО ОСТАНОВИТЬ?! — Орал я в ответ, ненавидя его за то, что он вообще появился в моей жизни еще тогда в начальной школе.
— Перестал орать сейчас же, — прозвучал ненавистный голос тогда, когда я отвернулся и подошел к тумбочке, чтобы отодвинуть ее и заглянуть под половицу в надежде найти там фотографию мамы и деньги.
Я обернулся, моментально пряча тумбочкой половицу, отодвинув ее задом.
Отец стоял перед Кольтом, держа черный пакет в руке. Я моментально понял, что внутри были мои вещи и все то, что было для меня важно.
— Ты больше не будешь жить здесь. Я обустрою тебе чулан, теперь твоя комната будет там. Здесь будет жить твой брат, ясно?
— ТЫ СОВСЕМ АХУЕЛ, СТАРЫЙ МАРАЗМАТИК?! КАКОГО ХУЯ ТЫ ПОСТАВИЛ ДРУГУЮ ЖЕНЩИНУ И ДРУГИХ ДЕТЕЙ НА ПЕРВОЕ МЕСТО?! КАК ТЫ МОГ ЗАБЫТЬ О МАМЕ?
Я просто не выдержал. Я кричал на него что есть мочи, наблюдая за тем, как его лицо без эмоций вообще не менялось, будто эта функция временно была выключена по отношению ко мне.
— ВСЮ ЖИЗНЬ ТЫ ДЕЛАЛ ВИД БУДТО Я ЛЕВЫЙ ЧЕЛОВЕК! ТЫ НЕ БЫЛ НИЧЕМ ОБЯЗАН МНЕ, А ТЕПЕРЬ ТЫ ВДРУГ РЕШИЛ СТАТЬ ОТЦОМ?
— Ты не имеешь права орать на меня. Ты не знаешь, что я пережил. Быстро закрыл свою пасть, взял свои вещи и свалил нахуй отсюда, — рычал отец, направляясь ко мне. Он кинул мешок мне в ноги и резко ударил меня в челюсть. Боль пронзила всю левую щеку и направилась прямо в висок. В глазах появились красно-оранжевые звездочки.
И вновь вкус крови во рту.
Мне надоело это терпеть.
Я сделал твиме банде долле горо чаги — удар ногой в прыжке с разворотом. Сложное название, которое я выучил где-то спустя дня 4, как практиковал этот прием. Ступня прилетела прямо по голове отца, и он моментально повалился на пол.
— Байрон! — Прибежала истеричка. Я так и знал, что кто-то позовет ее. Или она сама придет на мои крики.
Я с разъяренным взглядом наблюдал за Кольтом, который стоял все в том же проеме и с шоком вперемешку с восторгом смотрел на меня. Пэм оттолкнула его и ворвалась в комнату, чтобы помочь отцу, однако последнему это было не нужно: он показал ей рукой отойти, после поднялся и сделал двоечку в мою сторону. От одного я увернулся, второй же прилетел прямо в нос.
— Сука! Вырос мразью!
Это я еще вырос мразью? Я рос сам по себе, сам себя воспитывал и сам со всем справлялся. И меня заебало то, что когда я мелкий попадался ему — пьяному — на глаза, то сразу получал пизды. Настала моя очередь.
— Весь в тебя, — я сделал оллё джириги — удар кулаком снизу в челюсть. После этого удара у отца потекла кровь с края рта, но я посчитал, что этого мало. Особенно после того, как он отчаянно попытался сделать хук справа — я добил его приемом... кажется олле муруп чаги. В общем название не помню, но я схватил его голову и ударил об свое колено. Пэм сразу завизжала, увидев, как отец почти что замертво упал на пол.
— Как ты мог?! Кольт, солнышко, помоги мне! — Говорила Пэм, пытаясь утереть кровь, текшую с носа отца. Возможно я разбил ему нос об свою коленку.
Кольт смотрел на меня очень непонятным взглядом, когда помогал унести отца с комнаты.
Я взял телефон и вновь хотел набрать Фэнгу. Но подумал, что этот старый дед уже ничего мне не сделает, да и Фэнга надо перестать доставать.
Утерев кровь, которая тоже немного текла у меня из правой ноздри, я вывалил все свои вещи из черного мешка на постель. Вся одежда была скомкана, но остальные предметы в принципе были в хорошем состоянии. Только вот большинство плакатов были смяты и даже порваны.
Я нашел скотч в вещах и начал склеивать порванные плакаты, а после клеить их обратно на стену.
— Кольт правда пытался его остановить. Не злись на него, — я услышал голос позади себя. В комнату зашла Джес.
Я с печалью в глазах посмотрел на девушку. Она взяла плакат с сейпинк и стала выравнивать его, после отдала мне и я вернул его на свое место. К сожалению, плакат с раммами пришлось выкинуть, так как он был порван на кучу маленьких кусков (даже на стене осталась его часть)
Через пару минут я стал просить ее подать мне барабанные тарелки, череп, который, к счастью, остался цел. Гитары в пакете не было, и я так сильно расстроился, когда понял, что ее возможно уже нет. Что возможно она сломана.
Но Джесси, заметив мою тревогу, вышла из комнаты и через минуту вернулась с ней в руках. Я так сильно был рад! Повесил ту на место, а после обнял девушку и сказал спасибо.
— Да ладно. Я убрала ее тогда, когда услышала, как Байрон стал говорить с мамой на тему того, что произошло. Я хотела еще что-то прихватить, но подумала, что из всего этого пострадать могут только твои плакаты, которые можно будет потом снова распечатать, — объяснялась Джес. Я улыбался, слушая ее и с искренней благодарностью обнимая. Она и вправду очень хорошая девушка, и я вижу, что она и впрямь была рада, что я стал ее братом. Я видел, что несмотря на злость на родного брата, она все равно его сильно любила. И я был уверен, что дороже нее у Кольта больше никого не было.
Вскоре даже мусорка вернулась на свое место. В целом, комната стала прежней, за исключением отсутствия одного плаката. Я был рад, что все вроде как наладилось. Я сразу решил, что починю свой замок на двери, который я когда-то сломал со злости на отца. Он тогда орал на меня за то, что я стал стричься как педик, и в один день, когда я случайно уснул в зале на диване, он подошел и состриг ножницами мои волосы, оставив петушиный обрубок на бошке. Мне тогда было 14 лет и я был совсем неуравновешенный, поэтому схватил нож и хуйнул его в отца, но тот полетел на пару сантиметров мимо его головы и уперся в деревянную дверь.
Замком я займусь завтра. Сейчас я совсем не хотел ничем заниматься.
— Эдди, завтра привезут кровать... Кольта. Тебе все же придется убрать твое «произведение искусства» из угла, — предупреждала меня рыжеволосая, указывая на мусорку.
— Потом. Сейчас не хочу, — ответил я, плюхаясь на постель. Джесси села на кресло за компьютерным столом и решила включить мой старый комп, который я уже несколько недель не трогал.
Когда этот старый комп завелся, в комнату тихо заглянул Кольт. Я ненавистно глянул на него, хотел было уже наорать и выгнать, — но понял, что он не виноват в этом всем. Он не виноват в том, что мой отец таков. Он не виноват в том, что наши родаки решили поиграть в свадьбу.
Поэтому я продолжил пялиться на потолок, давая возможность Кольту зайти в комнату.
— Жестко ты его... — вдруг сказал тот.
— Знаю, — монотонно ответил я.
Следующие 10 минут тишины прошли незаметно. Я все также лежал, пытаясь улучшить свое состояние воспоминанием о поцелуях с Фэнгом и пониманием того, что теперь у нас все хорошо. Джесси исследовала мой компьютер, в котором толком ничего не было. Кольт сидел рядом со мной на постели и хмуро разглядывал стену, которая была без своего доставляющего пазла.
— Я куплю тебе все эти плакаты, чтобы
были новые, — неожиданно подал голос Кольт. Я усмехнулся:
— Зачем? Эта комната станет нашей общей, ты, наверное, тоже захочешь что-то на стену повесить.
Он промолчал.
— Я не знаю, как теперь буду жить тут. Придется съезжать, — говорил я, надеясь, что брат и сестра придумают решение к этому пиздецу.
Но решение мог найти только один человек.
____________________
по вопросам (или просто пообщаться) пишите в тг: @aluyy_see
не бойтесь, я добри