Глава 29.
АЛЕССИО
Спустя день я возвращаюсь обратно в Чикаго. Пока меня не было, я попросил Дамиано прикрыть меня, и он сделал это, как всегда.
Должен признать, ему действительно нет цены. Лучший друг, как говорится.
Я вдыхаю как можно больше воздуха и медленно выдыхаю, прежде чем постучаться в дверь к отцу и зайти. Он сидит, сгорбившись над красным лакированным столом, и на секунду мне кажется, что он умер, но разочарование ударяет меня молнией, когда я понимаю, что он просто слишком внимательно изучает документы.
–Я слушаю тебя. – говорит он, не подняв голову. Я сажусь на стул напротив и сразу перехожу к сути дела.
–Я женюсь.
На этот раз светло-голубые глаза впиваются в мои собственные, и это похоже на то, как он душит меня руками, но теперь они невидимые, и страдает только моя душа.
–Что?
–Я женюсь, отец. – повторяю я более громко.
–Я не нашёл тебе подходяшую жену. Что за бред ты несёшь?
–То, что ты не нашёл, не означает, что мои успехи были напрасны. – на это он прищуривает глаза и откладывает бумаги.
–Осторожно. Кто она?
–Каллиста Моретти.
Отец некоторое время заглядывает мне в душу, а потом его губа раздраженно дёргается.
–Я надеюсь, это неудачная шутка, потому что я не хотел бы сегодня бить твою мать.
Его гребаные манипуляции. Ублюдок.
–Ты всё правильно услышал, и это не какая-то шутка, отец. Я люблю её, а она любит меня. И я не вижу причин, почему мне не стоит жениться на ней.
Флавио Манчини ненавидит, когда к нему так обращаются. Поэтому я могу только смотреть, как он медленно встаёт, опирисаясь на свои руки, которые лежат на столе. Я не боюсь того, что он сделает со мной. Я боюсь другого.
Мой отец такой человек, который не будет думать о последствиях и о том, действительно ли это полезно. Он просто сделает всё назло тебе, чтобы ты пал на дно.
–Ты не женишься на ней. Попробуй противостоять, и я не буду мил с тобой. – его голос, полный угрозы, ни капли не впечатляет меня.
–Я. Женюсь. На. Ней. – чётко повторяю я, тоже встав. Отец хмыкает.
–Твой выбор. Если женишься на этой шлюхе, я избавлю тебя от должности Капо.
Мне требуется сверхчеловеческая сила, чтобы не показать своё потрясение. Всю свою жизнь я прожил только ради этого. Ради этой должности я терпел все пытки, издевательства и всё остальное, что убивало меня. Я терпел, блядь, всю свою жизнь, чтобы достичь этой высоты, так как он смеет говорить такое?
–Что это тебе даст? – я говорю спокойно, но буря внутри меня только развивается.
–Доказательство, что ты не пригоден для Отряда.
Красный туман застилает мои глаза, когда я бросаюсь на отца и начинаю калечить кулаками. Он, к сожалению, сильный ублюдок. Вскоре на полу оказываюсь я, а он бьёт меня по рёбрам и, в принципе, повсюду, где видит. Я рычу, использую все свои силы, чтобы поменяться с ним местами и оказаться на ногах. Я беру его за воротник и толкаю к двери. Она открывается, и мы падаем на пол.
–Ты больше никогда не назовёшь её шлюхой и не скажешь, что я не заслуживаю этой должности! – мой голос почти нечеловеческий, но волнует ли это меня? Нисколько. Я бью и бью, пока он пытается выбраться из-под меня. Но ярость застала меня врасплох, так что прощай, контроль.
–Слезай с меня, подонок! Я убью тебя нахрен! Надо было расправиться с тобой в тот день, когда я узнал, что твоя мать беременна. – он хрипит, и мой кулак зависает в воздухе не из-за его слов, а из-за того, что перед собой я вижу Ванессу, которая с отвращением смотрит на отца, маму, которая плачет и качает головой.
Используя моё оцепенение, отец вылезает и встаёт на ноги. Я так и сижу на полу, пока он не поднимает меня, взяв за горло. Мне плевать на боль. Я сошёл с ума, что может быть ещё хуже этого?
–Ты на меня посмел руку поднять, сукин ты сын?
–Ты хуже, чем просто сука. – выплевываю я, откуда-то найдя в себе силы на то, чтобы заговорить.
Глаза отца загораются от гнева, и я даже не жду, когда он начнёт свои угрозы, и прямо утверждаю:
–Хочешь ты этого или нет, я женюсь на Каллисте.
–Ты забыл главное правило Капо, подонок. – ворчит он. – Капо нельзя влюбляться. А ты пошёл против этого. Верно, Агата? – он обращается к моей маме, которая дрожит от страха. Она вздрагивает, когда слышит своё имя, но ничего не делает. Просто смотрит. – Я не слышу тебя, Агата.
Мама нерешительно качает головой сначала вправо, а потом влево.
–Нет? Ты не согласна со мной, жёнушка? – отец не отпускает меня, но его взгляд пускает кинжалы на мою маму. Хотел бы я, чтобы всё закончилось...
–Я...нет, я просто...– мама говорит отрывисто, голос дрожит.
–Ты что, Агата? Забыла, каким я могу быть, да? Ничего, я тебе напомню. Может, твоей доченьке тоже. – при упоминании Ванессы она нервно сглатывает.
–Не трогай её. – моя мама говорит тихо, но я слышу защиту. Она пытается спасти дочь? У меня плохие новости. Уже поздно. Детство Ванессы давно было разрушено.
–Даю тебе последний шанс, сыночек. – голос отца полон сарказма, ненависти и притворной любви. – Ты же согласен с тем, что я прав?
–Нет, и никогда не был. Каллиста будет моей женой. Это не обсуждается. – уверенно заявляю я, смотря ему прямо в глаза.
Некоторое время он молчит. И все в коридоре тоже. Но когда он открывает свой рот, его слова звучат как окончательный приговор.
–Ты удален из Отряда. Отныне ты не мой сын. Должность Капо переводится на Дамиано.