Глава 21
Я была уверена, что пройдет пять, ну максимум десять минут, и все починят. Но, похоже, поломка была серьезная. Через хрипяще-шипящий громкоговоритель нам объявили, чтобы мы сохраняли спокойствие и не поддавались панике, и что пожарные уже выезжают.
— Как думаешь, а долго это будет? — тихо спросила я.
Даня что-то сосредоточенно смотрел в телефоне.
— Ну вот я читаю про похожие случаи, и народ пишет, что кто-то час сидел и ждал, пока все сделают, а кто-то два… Тебя дома не потеряют?
— Нет, я еще из универа звонила маме, что уйду на свидание и приду поздно.
— Хорошо…Черт!
— Что такое?
— Телефон разрядился, — с досадой сказал Даня. — Видимо, от холода.
— Если что, можешь с моего позвонить!
— Ладно.
Мы замолчали. Было страшно. Страшно замёрзнуть, страшно, что мы упадем… Я головой понимала, что такого не должно случиться, но это не мешало мне бояться.
Даня расстегнул куртку и устроил меня на своей груди.
— Будем греть друг друга, — со смешком сказала я, утыкаясь носом ему в шею..
— Точно, а что еще остается делать?
— Разговаривать, — предложила я. — У нас целая куча времени, не будем же мы сидеть молча.
— Давай, — легко согласился Даня. — О чем ты хочешь поговорить?
— О тебе.
— Не понял, — через паузу отозвался он.
— А что тут непонятного? — я почувствовала смутное раздражение. — Ты мой парень, очень близкий мне человек, а я про тебя до сих пор практически ничего не знаю! Ты вообще ничего не рассказываешь про себя! Есть что скрывать?
Пульс на шее стал учащенным, но сам Даня был спокоен как слон.
— Солнышко, — мягко сказал он. — Ты можешь спрашивать меня о чем угодно. Обещаю ответить.
Ух ты! Я и не рассчитывала на такую быструю капитуляцию!
И я честно хотела спросить его про семью, хотела узнать про работу, но…
— Сколько у тебя было девушек до меня? — выпалила я.
Даня хмыкнул, но не казался удивленным. Видимо, на что-то такое он и рассчитывал, когда давал мне карт-бланш.
— Три.
— Три?!
— А что тебя так удивляет?
— Эм, ну… ты кажешься очень опытным в сексе, — смущаясь, призналась я.
— Так и есть, — без всякого стеснения подтвердил Даня. — Но при чем тут количество? В долгих и качественных отношениях можно попробовать гораздо больше, чем в куче разовых связей на ночь.
Ох, вот теперь я на себе ощутила всю мудрость совета «не спрашивать друг друга о бывших». Я разозлилась так быстро и сильно, что уже не могла себя сдерживать.
— И кто она была? — спросила я противным тоном жены, заставшей своего мужа с любовницей. — Та, с которой у тебя были долгие отношения?
— Ты ревнуешь? — будто не поверил Даня. — Серьезно? Ты? Меня?!
— Я. Тебя. — сдержанно ответила я, уже мечтая кого-нибудь убить. — И абсолютно серьезно.
— Солнышко, — он поцеловал меня в висок. — Тебе вообще не из-за чего переживать. Я ни в кого не был влюблен так сильно, как в тебя. Да и более-менее долгие отношения у меня всего одни были. Я, знаешь ли, не предел мечтаний. Первая девушка в моей жизни вообще переспала со мной на спор. Это еще в старшей школе было. Кстати, ей понравилось. А я так вообще в восторге был. Мы с ней потом еще несколько месяцев встречались, пока она не закончила школу и не уехала в Финляндию. Потом была Лена, полгода, наверное провстречались. И вот Маша. Полтора года.
— Покажи, — потребовала я.
— Кого?
— Эту Машу.
Мне было жизненно важно убедиться, что я лучше. Тупейшая примитивнейшая ревность просто выворачивала меня наизнанку. Я понимала, что веду себя ужасно, но ничего не могла с этим поделать.
Но Даню, кажется, это не особо напрягало. Он взял у меня телефон, открыл соцсети, пролистал несколько страниц, а потом показал мне свою бывшую. На вид лет двадцать пять, может и больше. Среднего роста, средней невыразительной внешности, пройдешь мимо — даже глазу зацепиться не за что. Я знала, что я ужасный человек, но меня порадовало, что она не оказалась красоткой.
— Возможно, ты ее даже знаешь, — задумчиво сказал Даня.
— Первый раз вижу!
— Она ведет блог под ником «ваша_маша», у нее миллион подписчиков.
— А про что блог?
— Про секс.
— Чегооо?! — успокоившаяся было паника снова подняла голову. — Ты встречался с секс-блогером?!
— Когда мы познакомились, я этого не знал, — усмехнулся Даня. — Честное слово! Маша просто подошла ко мне на одной вечеринке и сказала, что, чем невзрачнее человек с виду, тем лучше он трахается. А значит, у нас с ней должен быть огонь в постели. Так оригинально ко мне в жизни не подкатывали, и я согласился проверить.
«Вот сука», — раздраженно подумала я, но вслух сказала совсем другое:
— Так вот откуда у тебя такие познания в секс-игрушках…
— Ага, — подтвердил Даня. — Маша постоянно делала тест-драйвы, ей магазины присылали кучу всего для обзоров. А я пробовал всякие мужские игрушки, она меня иногда просила.
— А если я спрошу, почему вы расстались, это будет очень нагло? — пряча глаза, спросила я.
— Не наглее, чем то, что ты спрашивала до этого, — усмехнулся Даня. — На самом деле все просто. Это ну… не была любовь. Просто сошлись на почве любви к хорошему разнообразному сексу. И через полтора года поняли, что устали друг от друга. Кроме того, Маша загорелась идеей секс-вечеринок и более смелых экспериментов, например, трахаться втроем, но я сразу отказался. Это не мое, меня такое не заводит. Ну и много чего было, что ни одного из нас не устраивало. Так что просто мирно разъехались. Она осталась в той квартире, что мы снимали, а я к отцу вернулся. Места у нас дома достаточно, а ему одному скучно.
— А твоя мама?..
— Умерла, когда мне было два года.
— Ого.
Тема секс-блогерки разом перестала меня волновать.
— Твой папа просто герой. Вырастить в одного такого малыша…
— Там все чуть сложнее, — вздохнул Даня. — У отца было и есть очень много работы, он мог приехать домой посреди ночи или сорваться с раннего утра, так что примерно с двух лет я практически жил у дяди Вити. Это папин брат.
— Отец Олега?
— Ага. Папа меня на выходные только забирал, ну и так приезжал, когда мог.
— Получается, вы с Олегом жили в одной квартире?
— И даже в одной комнате. А когда мне исполнилось четырнадцать, папа решил, что я уже способен обходиться без надзора, и тогда я снова начал жить с ним.
— Звучит грустно, — осторожно заметила я.
— Нормально, — Даня пожал плечами. — Мне у дяди с тетей не было плохо, да и Олег в детстве был не такой еблан, как сейчас. Мелкий был — вообще смешной был. Картавил так забавно, до восьмого класса букву «Р» не выговаривал.
Я рассмеялась.
— Ну что, — Даня выгнул бровь, — кончились у тебя вопросы, солнышко, или еще есть?
— Не кончились, но, пожалуй, на сегодня хватит, — улыбнулась я и вдруг подскочила. — О, смотри-смотри!
В парк въезжала пожарная машина. И следующие полчаса мы, прилипнув носами к окошку, смотрели, как пожарные помогают выбраться тем, кто застрял пониже, а потом вручную прокручивают этот механизм, чтобы опустить и остальные кабинки. Когда настала наша очередь, я уже почти не чувствовала ног. Все остальное более-менее, а вот ноги замерзли просто ужасно. Мне кажется, я не вышла, а буквально вывалилась из этой дурацкой кабинки. Хорошо, что Даня успел меня подхватить.
— Администрация парка готова вернуть вам деньги за билет, — зачастил кто-то у нас под ухом. — В качестве компенсации.
— Пиздец у вас щедрая компенсация, — устало сказал Даня, но у нас сейчас не было сил с ними ругаться. Мы сказали спасибо пожарным и отправились домой. Но как только мы вышли за ограждение, Даня вдруг застыл столбом.
— Пап? — недоверчиво пробормотал он, глядя на высокого мужчину в темно-синей куртке, который зашагал к нам с невыразимым облегчением на лице.
— Что у тебя с телефоном? — жестко спросил он. — Я чуть с ума не сошел. Вы в порядке?
— Да, пап, мы в порядке, — вздохнул Даня. — Просто у меня мобильник сел. Я, правда, не понимаю, зачем ты мне вообще звонил. Я ж написал тебе, что у меня свидание. В парке. И что наш традиционный четверговый ужин с пиццей и плэйстешн отменяется. Так что у тебя стряслось, что ты начал мне названивать?
— Да я, блин, ключи от квартиры в офисе оставил, — раздраженно проговорил мужчина и провел рукой по лбу, убирая падающую на глаза прядь. — Вспомнил, что ты рядом, решил не тащиться по пробкам обратно и набрал тебя. А твой телефон выключен. Открываю новостную ленту, а там пишут, что колесо в парке остановилось. Я и поехал сюда, решил посмотреть, что происходит. Пошел к колесу, увидел твою оранжевую куртку через стекло кабинки. Только собрался замминистру МЧС звонить, а вас уже начали выпускать.
Замминистру? Он же шутит, да?
Ну, конечно, шутит. Или… нет?
Я вопросительно посмотрела на Даню, по-прежнему продолжая держаться за его руку, но Даня, против обыкновения, не обратил на мой взгляд никакого внимания. Он вообще был почему-то ужасно напряжен. С чего это? Из-за папы что ли? У них плохие отношения?
— Познакомишь? — спросил его отец, кивнув на меня.
— Да, — вздохнул Даня с таким видом, как будто не очень хотел это делать.
Это меня немного обидело. Я решила, что вообще-то нахожусь тут в качестве девушки, а не декорации, так что вполне могу поучаствовать в разговоре, и дружелюбно улыбнулась отцу Дани.
— Здравствуйте! Да я могу и сама представиться. Меня Юлия зовут. Гаврилина.
— Очень приятно, — он неожиданно протянул мне широкую крепкую руку, и я растерянно ее пожала. — Максим Владимирович Милохин. Можно на «ты» и по имени.
Легко сказать!
Что-то я слабо была уверена в том, что смогу когда-либо обратиться к этому человеку на «ты». Максим Владимирович почему-то внушал мне трепет. Он был таким же высоким, как Илья, но гораздо шире его в плечах, крепче и жестче. Смотрелся лет на тридцать пять-сорок, но, учитывая возраст Дани, ему явно было больше. Сорок четыре, может. Или сорок восемь. Но выглядел он тем не менее охренительно. Если бы я любила мужчин постарше, уже бы писала кипятком. Его темные густые волосы, идеально подстриженные, чуть растрепались, взгляд золотисто-карих глаз напоминал тигриный — такой же хищный и безжалостный. О жесткости говорила и упрямая линия рта, который был совсем не таким мягким и чувственным, как у Дани. Вообще, если это его папа, то сразу возникает вопрос, не приемный ли Даня, потому что общего у них не было ровным счетом ничего. Во всяком случае во внешности.
— Не замерзли там? Сколько сидели? — спросил Максим Милохин.
— Все в порядке, пап, — с нажимом ответил Даня. — Я же сказал тебе уже.
— Вообще-то замерзли, — вмешалась я, смущенно улыбаясь. — Часа полтора точно там куковали, я ног практически не чувствую.
Даша вдруг грубо выматерился, сгреб меня в охапку и слегка встряхнул:
— С ума сошла, Юля? — зло выдохнул он. — Почему не сказала мне? Хочешь без ног остаться?
— Я думала, что у тебя то же самое, — пролепетала я. — Мы же вместе там сидели.
— У меня ботинки на мембране, солнышко! Я в них даже в горах не мерз. Ну что ж ты у меня такая…
— В машину, — коротко приказал отец Дани. И тот, поморщившись, точно от боли, кивнул. Подхватил меня на руки и, не слушая моих писклявых возражений, потащил к парковке.
А там, а там…
А там его папа пикнул своим брелком, и в ответ мигнула фарами роскошная тачка необычного зеленого цвета. Я просто рот раскрыла, потому что впервые видела что-то подобное так близко. А надо понимать, что стоянка возле нашего универа была украшена очень и очень достойными машинами. Но эта прям отличалась от всех. И стоила явно дохера, а это значит, это значит…
— Даня, — угрожающе проговорила я, но он только обреченно вздохнул и коротко поцеловал меня в нос.
— Потом, солнышко. Все потом. Меня сейчас больше всего волнуют твои ноги.
— Вы оба назад, — распорядился Максим Милохин и сел за руль. — Я там обогрев включу.
— Нет, Юля сядет вперед, — не согласился Даня, — впереди обдув лучше.
— Хочешь сказать, что в ауди рс 8 плохо работает обогрев на задних сиденьях? — иронично приподнял бровь его отец. — Как в каких-нибудь старых жигулях?
— Я хочу сказать, что на передних обогрев у них работает лучше, — парировал Даня, помогая мне устроиться впереди. — Юль, давай ботинки сниму. Так ноги быстрее согреются.
— Я сама сниму, с ума что ли сошел? — замахала я на него руками, пламенея от стыда. И быстренько стянула свои ботиночки. Тоненькие и нифига, как оказалось, не греющие.
— Можно к нам поехать, — предложил папа Дани, заводя мотор. — Мы же тут совсем рядом живем. Можно тебе горячую ванну налить, чаю дать или еще чего-то согревающего. А потом Даня тебя домой отвезет. Ну или у нас заночуешь, как вы там договоритесь.
— Рядом, значит, живете? — я обернулась на Даню, сверля его взглядом.
— Рядом, — спокойным голосом подтвердил он. — Дома «Примавера».
— На берегу реки?! — Про этот элитный жилой комплекс даже я слышала.
— На берегу. Юль, я же сказал, все объясню. Но не здесь. Приедем и тогда…
— Нет, здесь! — психанула я. Мне вдруг стало наплевать на все, даже на его папу, который молча вел машину и тихо охреневал от происходящего. — Или ты объясняешь прямо здесь и прямо сейчас, или я выйду нафиг из тачки!
— Босиком? — любезно уточнил папа Дани.
— Да!
— Не знаю, каких объяснений хочет от тебя эта милая девушка, сынок, — насмешливо обратился он к Юле, — но я бы на твоем месте их дал. Если это не нарушает никакую государственную тайну.
— Пап, вот только твоих советов мне сейчас и не хватало, — саркастично поблагодарил его Даня.
— Обращайся, — хмыкнул отец, и у него до безумия знакомо дернулся уголок рта в усмешке. В точности как у Дани. Надо же, все-таки что-то похожее у них есть.
Тем временем до меня наконец дошло, что устраивать разборки при отце Данила, наверное, не очень хорошая идея.
— Хорошо, расскажешь, когда приедем, — со вздохом согласилась я.
— Юля, вы очень постоянны в своих решениях, — с абсолютно серьёзным лицом заметил Максим Милохин.
— Вот вы правда думаете, что делаете сейчас лучше? — искренне возмутилась я. И тут этот суровый брутальный мужик так громко и открыто расхохотался, что я только рот открыла от удивления. Смех у них, кстати, тоже был очень похож с Даней. Может, у папы только на один тон ниже.
— А ты мне нравишься, — заявил он, отсмеявшись. — Сынок, берем ее!
— Папа! Максим Владимирович! — в один голос заорали мы с Даней.
Но Милохин-старший опять довольно засмеялся и подъехал к шлагбауму, который тут же бесшумно поднялся, пропуская нас внутрь. Кажется, мы приехали.