|Всадники сновидений| Том 1

Слезы могут значить больше, чем улыбка.

 Потому что улыбаемся мы почти всем подряд, 

а плачем только из-за тех, кого любим.

Одри Хепберн

╔━═━═━︽︾♚︾︽━═━═━╗

Элайза заснула только под утро. Всю ночь она ворочалась в уютной кровати, которая сейчас казалась неудобной. Постоянно казалось, что в комнате душно, поэтому несколько раз приходилось вставать, чтобы открыть окно.

Легкий, но достаточно прохладный осенний ветер врывался в ее обитель сильными порывами, развевая в стороны просторную пижаму Эл. Он замораживал чувства и притуплял боль.

Жаль, что нельзя долго так стоять, можно окоченеть и подхватить простуду.

Она в очередной раз наслаждалась свежим воздухом, выглядывая наружу за пределы комнаты. Вокруг ни души. Только многочисленные прожекторы освещали территорию Корпорации. 

Как же быстро изменилась ее жизнь. За несколько дней она узнала и видела столько, что не привычно для обычного человека. Уже ничего не будет, как прежде. А хотела ли Эл этого? Быть с Нэнси, перебиваться с одной работы на другую, постоянно ссориться и не находить компромисс?

Вспомнив про подругу, Элайза схватила телефон, чтобы позвонить Элен, и увидела несколько пропущенных вызовов от молодой медсестры. 

— Вот черт! — ругнулась девушка и нажала на экран, чтобы совершить звонок.

— Алло, — послышался сонный женский голос. Она уже думала, что ее вызывают на работу.

— Привет, Элен, — несмело сказала Эл, теребя футболку, в которой спала.

— Ты видела сколько времени? — спросила девушка, приподнимаясь на кровати, чтобы посмотреть на электронные часы, что стояли на тумбочке.

— Кто звонит? — послышался грубый мужской голос.

— Это Элайза, — ответила ему жена, и продолжила разговор с Эл. — Я звонила тебе целую вечность.

— Прости. Работа. Здесь специфические условия труда, — сказала она, пытаясь не взболтнуть ничего лишнего, что не разрешалось после подписания договора. Да, Элен бы и не поверила в то, что здесь нужно быть всадником сновидений. 

— И что? Это мешает носить телефон с собой? Какая у тебя должность? — спросила Эленор, полностью проснувшись.

— Эм...цветоводом, то есть садовником, — ответила Элайза, придумывая на ходу ложную информацию. 

— Осенью? — удивилась Элен. — Цветы?

— В теплице. Тут большая территория, — врала Эл, временами прикусывая нижнюю губу.

— Ну что же, интересная работа. — Она не стала добивать расспросами, хоть и понимала, что ей говорят неправду.

— Да, очень, — сказала девушка и чуть не подавилась собственной ложью. — Я так рада оказаться здесь.

— Слушай, состояние Нэнси ухудшается... — начала говорить медсестра.

— Что случилось? Раны... — начала паниковать Эл.

— Нет, порезы заживают, и очень быстро, кстати, а вот ее сознание...Майкл сказал, что Нэн нужно срочно отправлять в реабилитационный центр. До конца недели ты должна решить денежный вопрос. 

— Или? — спросила девушка, а голос начал срываться с уверенного до тихого шепота. 

— Майкл позвонит родителям Нэнси. Он думает, что к этому времени ее физическое состояние придет в норму. Мы даем тебе шанс спасти подругу самой. Но медлить нельзя. Сегодня к нам приезжали сотрудники полиции. У нее случился очередной панический приступ. 

— Хорошо. Я приду в воскресенье. Только тогда смогу вырваться отсюда. В единственный выходной. 

— Хорошо, — повторила Элен. — Ты замечательная девушка и хорошая подруга. Нэнси так повезло.

— Зачем приходили полицейские? — спросила Элайза.

— Миссис Денверс написала заявление об изнасиловании, — ответила медсестра.

— Хоть что сделала для своей дочери. Хорошо, встретимся в назначенное время, я еще напишу во сколько смогу приехать. — Эл положила трубку и, задержав дыхание, закрыла глаза. Затем медленно стала вдыхать ночной воздух, пытаясь успокоиться. Она хотела сейчас быть с Нэнси. Поддерживать ее хотя бы своим присутствием.  

Сейчас поможет только Макс, который обещал Эл одолжить необходимую сумму денег. Она пошла к нему прямо в пижаме, не глядя, сколько времени, не думая, что он может спать.

В планшете нашла информацию о том, в какой комнате он живет, и вышла, постоянно оглядываясь назад, чтобы не напороться на кого-нибудь всадника или Бетси.

Тишина в коридоре означала, что все спали, вернее только новички. Остальные работали, сражаясь с бесконечным полком чудовищ из людских снов. 

Элайза постучала в темную дубовую дверь, на которой был вырезал грозный орел с открытым клювом, готовый к нападению. Никто не ответил на ее стук. Она постояла минуту и, прислушавшись, услышала грустную мелодию гитары. 

Девушка еще один раз дала о себе знать, что стоит под дверями, а потом просто толкнула ее от себя и та открылась. Эл увидела парня, сидящего на кровати без футболки, бренчавшего по струнам музыкального инструмента.

— Макс, —тихо позвала его Элайза. Но в ответ тишина. Он даже не поднял голову, когда обнаружил постороннее присутствие. Играл, перебирая тонкие дорожки судьбы. Гитара плакала от такой грустного мотива, рвалась на части.

— Макс? — снова окликнула она.

Наконец, молодой мужчина поднял голову и увидел свою ночную гостью.

— Все в порядке? — спросила Эл, медленно подходя к кровати.

— Стой, где стоишь!  — крикнул Максимилиан, выставляя вперед руку в попытке остановить ее. 

— Это я, Элайза! — воскликнула она, не понимая, что происходит.

Глаза парня блестели от слез, нет, он не плакал, но два гиацинта сверкали при свете растущей луны - символа всадников.

— Ты пьян?! — скорее подтвердила, а не спросила Элайза, глядя на его измененное лицо.

Макс не ответил, а продолжить играть. На измученном лице кроме влаги в глазницах проступили капельки пота.  

Он видел Линду перед собой. Образы двух девушек мелькали перед ним, сливаясь в одну картину. Парень думал, что ему пришел конец, рассудок покинул голову. Макс моргал, и как в немом фильме, молодые особы женского пола менялись с каждым взмахом ресниц. 

— Уходи! — крикнул Максимилиан, как разъяренный зверь на свою жертву, давая ей последний шанс сбежать перед атакой.

— Да что происходит? — вскрикнула девушка и сделала шаг вперед. Он встал и со всего размаху кинул гитару в стену. Элайзу чудом не задело, но несколько щепок больно ударились об ее ноги, причиняя легкий дискомфорт.  

Она испугалась и минуту не могла пошевелиться от ступора, даже дышала в пол силы. Нервная дрожь прошлась по ее телу, глаза были похожи на теннисные шарики, такие же большие и круглые. Макс снова сел на кровать и схватился руками за голову. 

Девушка медленно приходила в себя, попутно рассматривая остатки гитары, которую уже не удастся восстановить, даже самому лучшему мастеру.

Затем Эл быстро глянула на Макса, который полностью ушел в себя, и выбежала из комнаты.

Слезы застряли где-то на подсознательном уровне. 

— Он хотел убить меня... — прошептала Элайза, скрещивая руки на груди. — Завтра пойду к Рейнольду. Только он сможет помочь.

Девушка с глухим грохотом рухнула на кровать и от шока быстро уснула. Будто кто-то дернул за веревочки — и она отключилась от этого мира.

╔━═━═━︽︾♚︾︽━═━═━╗

Макс вышел из ступора только к наступлению утра.  Посмотрев на распотрошенную гитару, вспомнил все, что произошло здесь вчера ночью. 

Когда парень проводил Элайзу, то с улыбкой на лице пошел к себе, чтобы отдохнуть. Слишком много событий произошло в последние дни и он чувствовал, что нужно восстановиться. Но то, что он увидел в комнате, повергло его в шок. 

Гитара, которую ему подарила Линда. Единственная уцелевшая после погрома. Которую он прятал под половицей. Никто не знал, где находится музыкальный инструмент. Кроме него. Даже она была немного поврежденной, но Макс вовремя остановился, и на ней красовались всего лишь небольшие трещины и  вырванная струна.

Именно на этой гитаре он играл свою музыку собственного сочинения. 

А теперь она лежит здесь, на кровати в Корпорации сновидений. 

Макс тщательно осмотрел инструмент и узнал, хотя для этого достаточно было одного взгляда. Руки сами потянулись играть знакомую мелодию. 

Он не замечал ничего вокруг, даже когда открылась дверь и появившаяся Элайза стала звать его по имени. 

Опять головная боль и чужое присутствие в черепной коробке. Будто неизвестное существо подкручивало там мозг и его борозды.

Кто-то хотел, чтобы парень подошел к Эл и поцеловал ее. Макс и сам хотел этого, но делать это по указке не собирался. Ничего не соображая, он обратился к тому, кто пытался внушить ему совершение определенного действия. 

— Уходи! — кричал парень, как разъяренный зверь на свою жертву, давая ей последний шанс сбежать перед атакой.

Элайза снова Линда. Это невыносимое явление снова открывало его рану на сердце, которая только начала затягиваться, не стоит скрывать, из-за событий в Корпорации. Насыщенных и из ряда вон выходящих. Только здесь он впервые за долгое время почувствовал себя собой. Новым и улучшенным. Но прошлое не хочет отпускать...

Он не хотел, чтобы Линда (Элайза) подходила к нему, так как чувствовал в ней опасность. 

— Стой, где стоишь! — крикнул Макс, поднимая тяжелую голову. 

Голоса говорили обратное: "Подойди ко мне".

Макс не выдержал этого и со всего размаху бросил гитару в стену, забыв, что там стоит Элайза.

Когда девушка выбежала из комнаты, головная боль закончилась. 

Макс пришел в себя, но по-прежнему ничего не замечал вокруг.

То, что случилось, не вернуть назад. Элайза будет считать его сумасшедшим. Она не простит такое никогда. 

Не снимая остатков одежды, он рухнул на кровать и закрыл глаза. Силы были на исходе. Голова отказывалась думать, а сознание было повреждено до такой степени, что любой горняк мог беспрепятственно сейчас зайти к нему и убить. 

╔━═━═━︽︾♚︾︽━═━═━╗

Утро встретило девушку звоном будильника, встроенного в планшет. Он сам контролировал, когда нужно вставать или идти в столовую, присылая оповещения.  Элайза знала, что проспала только несколько часов, и гадала, будут ли занятия сегодня. В ответ на ее мысли, Бетси разослала всем сообщения о том, что сегодня будет учебный день. Теория сейчас будет как нельзя кстати, но только когда спишь полноценно восемь часов. Она нисколько не отдохнула и чувствовала себя разбитой. Будто во сне ее лупили горняки своими деревянными дубинками, говоря, что она хуже, чем их оружие.  Синяки под опухшими глазами сигнализировали об использовании консилера. Но измученный вид одной косметикой не спасешь.  

Взяв несколько тетрадей для учебы, она спустилась в столовую, пытаясь игнорировать мысли о прошедшем вечере.  Как оказалось, еще не все собрались, чем она безусловно рада. Макса видеть не хотелось. Но и других тоже. В особенности Эсми. 

Первый стандартный день обучения. Первый нормальный день обучения.  

От ожидания открытия новых знаний о работе Корпорации кружилась голова. Вернее она просто не соображала от пережитых накануне эмоций. Эл приказала себе не вспоминать о вчерашнем дне и, тем более, вечере. Девушка пыталась перекрыть мысленный поток о том, что происходило у нее в сознании, на фрукты, которые находились у нее в тарелке.

Она разложила их по цветам: желтые кусочки манго отдельно, красные полоски арбуза параллельно долькам зеленого яблока. Рядом в маленькой креманке ждал своей участи быть съеденным нежнейший йогурт без наполнителей. 

Постепенно ребята из группы начали подтягиваться на завтрак. Увидев их, Элайза, в ущерб здоровью, начала быстро впихивать в себя кусочки сочных полезных фруктов, запивая соком, и унося поднос на место. 

На пути к выходу Эл столкнулась с Эсми и они больно ударились лбами.

— Эй, ты чего? — окликнула она Элайзу, потирая ушибленное место. Но она даже не повернулась, а бросила короткий взгляд на розоволосую всадницу и продолжила путь, пока дорогу ей не перегородило что-то твердое, словно камень.  Она подняла глаза  и увидела красные, как у наркомана, глаза Макса. 

Лишь на секунду задержав взгляд на нем, она почувствовала, как летит гитара и рассыпается на щепки. Эл быстро оправилась от нахлынувшего чувства и вылетела из столовой красной, как рак. 

— Что с ней? — спросила Эсми у Макса. Но он проигнорировал ее вопрос и пошел к подносам с готовым набором завтрака.

— Кто-нибудь мне скажет, что происходит с этими двоими голубками? — запричитала девушка, хватая овсяную кашу с сухофруктами.

— Не нужно лезть не свои дела, — ответил Адам, взяв по истине мужской завтрак с глазуньей, беконом и тостами.

Эсми закрыла рот и села за столик, надув губы от злости. Опять все внимание приковано к Эл, а не к ней. От этого чувства, похожего на желчь, еда казалась противной и протухшей.

╔━═━═━︽︾♚︾︽━═━═━╗

Элайза поняла, что заблудилась лишь тогда, когда бесконечно белые коридоры не менялись убранством. Угораздило же ее забыть планшет в комнате. Что теперь делать? 

Сильная рука схватила ее и затащила в комнату похожую на чулан. Приятный полумрак скрывал тонны пыли на старой компьютерной технике, которая была повреждена и разобрана на запасные части. Паутина в уголках стен свидетельствовала о том, что сюда не заходили десятки лет. Она свисала красивыми узорами, видно, что пауки постарались на славу, создавая свои шедевры.

— Что происходит? — Элайза посмотрела на своего похитителя, которым оказался привлекательный шатен с глазами цвета драгоценных ониксов. — Отпусти меня, придурок!

— Ты успокоишься или нет? — спросил Макс, хватая ее за другую руку и притягивая к себе поближе.

— Не хочу разговаривать с тем, кто хотел меня убить! — зашипела Элайза, все пытаясь вырваться, не подозревая, что своими движениями зарабатывает себе синяки.

— Прости! — чуть не закричал он, не ослабляя хватку. — Я не знаю, что на меня нашло. Словно это был кто-то другой.

— Не пытайся меня обмануть. — Она вздохнула и перестала брыкаться. — Может, ты и прав. Это был другой Макс Джонсон, которого я никогда не смогу понять.

— Эл... — Он остановился, потому что не мог всего ей рассказать. 

Сейчас в этом затхлом чулане стояло два человека: Элайза Уолберг и Максимилиан Джонсон. И никто другой.

— Макс смотрел на нее, разглядывая лицо, запоминая каждую веснушку и родинку, чтобы насладиться моментом свободы сознания. 

Серые, наполненные нефритовыми пятнышками, глаза делали сейчас то же самое: сохраняли в памяти черты лица парня. 

Глубокопосаженные глаза делали взгляд Макса затуманенным, а кончик носа был чуть длиннее, чем он сам, поэтому казался орлиным. Скулы подчеркивали овал лица, а ямочка на подбородке сводила Элайзу с ума. Ей всегда нравилась эта черта в парнях. Она казалась такой сексуальной. 

Тишина, нарушаемая только дыханием, создавала напряженную и неловкую атмосферу между ними. 

Чтобы проверить, кто стоит перед ним, он начал склоняться к девушке с высоты своего роста, чтобы прикоснуться к девичьим губам, чтобы снова почувствовать себя человеком.

Плевать на занятия, на то, что их могут искать. Сейчас, в этой убогой и забытой всеми комнате, есть только он и она...

Ничто не может нарушить этот момент.

Ну как ничто, только звук вызывающего звонка от Бетси.

— Черт! — выругался Макс, глядя на экран гаджета, который он сейчас хотел бросить об стену. — Кажется, нас потеряли.