2 часть 2 глава
Лиза почти не спала. В ту же секунду, как она оставила Иру в машине, все вокруг стало холодным и раздражающим, и ее пустая квартира внезапно оказалась последним местом, где она хотела бы быть. Она уже подумывала позвонить Ире и спросить, не сможет ли Сидни снова приехать и забрать ее, но вместо этого легла спать, закутавшись в толстый свитер, несмотря на то, что было лето. Ей удалось заснуть как раз перед тем, как зазвонил будильник, и когда она снова проснулась, то не особо удивилась, увидев, что проспала на 30 минут. Заставив себя встать с постели, она поспешно оделась, отчаянно пытаясь думать о чем-либо другом, кроме того, что вертелось у нее в голове. Как только она выдавила немного зубной пасты на щетку, снизу раздался звонок. Она не обратила на это внимания. Ее квартира находилась неподалеку от местной средней школы, и по дороге туда дети нередко играли в «позвони и убеги». Снова раздался звонок, когда она чистила зубы, но только на третий раз у нее сдали нервы. Она сполоснула зубную щетку и направилась обратно в спальню, прихватив свитер. И тут в ее дверь постучали. Лиза взглянула на часы и подошла поближе, просовывая одну руку в рукав. Когда она открыла дверь, ее сердце замерло. — Привет, — сказала она. Ирина нервно улыбнулась ей в ответ, но Лиза уже приготовилась к обороне. — Что ты здесь делаешь? — Ты дала мне запасной ключ. — Верно. Но это не то, что я имела в виду. Что ты делаешь поблизости? — Я… — Ирина растерялась и тяжело вздохнула. Она опустила глаза вниз, увидев, что Лиза все еще наполовину была закутана в свой зеленый свитер. — Что ж. Это прозвучит глупо. Лиза была слишком уставшей, чтобы ответить «все, что ты говоришь, звучит глупо», поэтому просто пожала плечами в ожидании. Ирина колебалась, прежде чем сказала: — У меня не было возможности обнять тебя вчера вечером. — Что, прости? Она заметила легкое смущение на лице Иры, прежде чем та пояснила: — Ты была расстроена, и я отпустила тебя без… Руки Лизы безвольно повисли по бокам. — Ты приехала сюда в 8:30 утра только для того, чтобы обнять меня? Как только Ирина кивнула, Лиза высвободилась из свитера и бросила его на пол. Ирина раскрыла объятия и со вздохом облегчения упала в них. — Я думала, ты здесь для того, чтобы наорать на меня, — пробормотала она через несколько секунд. Мягкий смех Иры над ее ухом согрел ее всю. — Я не склонна назначать встречи для этого. Когда они отстранились друг от друга, Лиза почувствовала себя такой же измученной и взволнованной, как и раньше, но, по крайней мере, ее сердце не болело так сильно. — Я действительно сожалею, что была такой засранкой вчера вечером. — Не беспокойся об этом. Я уже к этому привыкла. Лиза закатила глаза. — Как мило. — Считай, что это расплата, — Ирина вдруг подняла руку и обхватила ладонью лицо Лизы. Она внимательно рассматривала ее некоторое время, ее темные глаза изучали каждый дюйм бледного лица Лизы, прежде чем она сказала: — Я все улажу, Лиза. Лиза не поверила ей, но все равно кивнула. — Я знаю. — Нет, неправда. Ты думаешь, что я ворвусь туда, как бык, и сделаю все только хуже. Но я не стану… Я собираюсь хорошенько все обдумать и крайне осторожно вычеркнуть их обоих из нашей жизни навсегда. Я обещаю. Тот факт, что существование Лизы было естественным образом переплетено с существованием Иры в этой фразе, заставил ее грудную клетку снова сжаться. Ирина увидела, как ее лицо вытянулось. Через некоторое время она опустила руку. — Почему ты спросила, не собираюсь ли я снова прогнать тебя? И вот так Лизе представилась возможность провести разговор, который она откладывала уже несколько недель. Ирина наблюдала за ней с озабоченным выражением лица, ее руки были все еще открыты, и она была готова ко всему, что Лиза могла сказать. Это был наилучший шанс, который она когда-либо получала. Но тут Лиза взглянула на часы и вздохнула. — Я действительно опаздываю на работу. — О, — сказала Ирина с явным разочарованием на лице. — Но… — Прости. Просто… столько всего происходит, и сейчас не самое подходящее время. Но я в порядке. Это было ложью. Они обе это прекрасно понимали, но Ирина все равно кивнула. — Ладно. Тогда позволь мне отвезти тебя в офис? — Пожалуйста. Когда они вместе вышли из квартиры, Лиза не знала, чувствовать ли себя лучше или нет. Проблема с Нилом все еще давила на нее, и тот факт, что она струсила спросить Иру об их будущем, не помогал, но сам факт того, что она была рядом с ней, почему-то делал все менее пугающим. Это было слабым утешением, но и его было достаточно. Когда они спускались по лестнице, Лиза взяла Иру за руку. Ирина крепко сжала ее и не отпускала.
— Это, — как только Лиза подошла к своему столу, голос проревел с другого конца кабинета, — так не вовремя. Лиза даже не подняла глаз и сладко ответила: — Твоя помощница снова забыла принести тебе Ксанакс? Я бы никогда так не поступила. Ты, должно быть, скучаешь по мне. Она услышала, как Ингрид фыркнула в нескольких футах от нее. — Новенькая совершенно бесполезна. — Ты так говоришь обо всех. — Да. Включая тебя. — И все же мне удалось прожить почти три года под твоим началом. Я не могу быть настолько бесполезной. Когда Лиза подняла глаза, Ингрид стояла прямо перед ее столом, скрестив руки на груди с кислым выражением лица. — Я все еще не понимаю, почему Вайолет уехала в колледж, когда у нее здесь была отличная работа. С тех пор у меня было четыре разных помощницы, и я клянусь, что с каждым разом они становятся все хуже. — Если ты хочешь, чтобы я вернулась, тебе нужно только попросить. — И ты скажешь «нет». Лиза усмехнулась. — Именно. Но я люблю слушать, как ты умоляешь. Ингрид закатила глаза и присела на край стола. — Почему ты опять опоздала? — Потому что это у меня в крови. — Лиза, — предостерегающе произнесла она. — Я не должна постоянно напоминать тебе, что только потому, что ты больше не работаешь непосредственно на меня, я все еще твой босс. Ты ведь знаешь, что значит главный редактор, не так ли? — Припоминаю, — сказала Лиза и вздохнула. — Извини. Выдалось странное утро. — Проблемы с подружкой? — Будто других проблем не бывает, — возразила Лиза. Она снова подумала о Ниле и содрогнулась. — С Ириной все в порядке. Упоминание ее имени всегда было верным способом выпутаться из неприятностей. Ингрид тут же наклонилась вперед с возбужденным блеском в глазах. — А вы посещали в последнее время какие-нибудь интересные мероприятия? — Мы ходили кое-куда вчера вечером. Это было ужасно, — добавила Лиза, прежде чем Ингрид успела спросить, кто там был, и во что была одета Ирина. — Но Ирина через несколько недель открывает свою ежеквартальную галерею. Я могла бы внести тебя в список. — Даже если ты будешь приглашать меня на модные вечеринки своей подружки, это не помешает мне заметить твое опоздание, — холодно отрезала Ингрид. Затем она сделала паузу. — Добавь плюс один. Я встречаюсь кое с кем новым и хочу произвести на него впечатление. Лиза рассмеялась: — Конечно, босс. Через полсекунды из-за угла выскочил другой босс Лизы. Белль была более расслабленной, чем когда-либо Ингрид, но она всегда куда-то бежала, и ее никогда не видели без стопки книг, прижатой к груди. Именно тогда, когда она увидела Лизу и их главного редактора, весело болтающих за ее столом, она уронила две из них. — Извините, — пропищала она с восхитительным австралийским акцентом, который Лиза так страстно желала весь последний год. — Я не хотела вам мешать. — Ты не… Я просто напомнила Лизе, что рабочий день начинается в 9, а не в 9:20, и длинная очередь в «Старбакс» не является уважительной причиной, — сказала Ингрид, спрыгивая с края стола. — Белль, в 12 часов у нас селекторное совещание с этим ужасным иллюстратором. — Я все помню. Лиза будет там. — Хорошо, — сказала Ингрид, без единого слова направившись к своему кабинету. Когда дверь за ней захлопнулась, Белль вздохнула с облегчением. — Я всегда нервничаю, когда она рядом. — Мне очень хорошо знакомо это чувство, — сказала Лиза, перебирая какие-то бумаги на своем столе. — А потом я начала грубить ей, вместо того, чтобы нервничать, и это пошло мне на пользу. К ним присоединился еще один голос: — Мы с Лизой так же подружились. Как только Лиза начнет издеваться над тобой, считай, уже подруги. Лиза развернулась на стуле и легонько ударила Эльзу по руке. — Где же ты пряталась? — Под горой работы. Хотя, — сказала Эльза, глядя на предательский стол Лизы, — может быть, не такой гористой, как у тебя. — Ну да. Сейчас столько всего происходит. — Лиза взяла на себя руководство аж тремя книгами, которые будут напечатаны в следующем месяце, — гордо вставила Белль. — В тот день, когда ты пришла в нашу команду, моя жизнь стала намного легче. — Это первый раз, когда кто-то так сказал об Лизе, — заметила Эльза, когда Белль ушла. Она схватила ближайший пустой стул и придвинула его поближе к Лизе. — Как прошел прошлый вечер? Лиза поморщилась. — Не очень. — Что стряслось? Она снова подумала о Ниле и проглотила металлический привкус во рту. — Просто… Не знаю. Было не очень интересно, да и люди раздражали. — А разве бывает иначе? — Наверное. — Значит ли это, что ты не смогла поговорить с Иринлй о переезде? — Нет, — вздохнула Лиза. — Я пыталась, но потом мы отвлеклись и… не знаю, время было неподходящее. — Отвлеклись на что? Лиза почувствовала, как участился ее пульс, поэтому, вместо того чтобы вдаваться в подробности произошедшего накануне вечером, она спросила: — Ну, не знаю. На художественные штучки. Как там Август? Это всегда срабатывало как способ отвлечь Эльзу. — Он просто великолепен. Вчера вечером мы наконец закончили красить комнату для гостей. — Разве вы не живете там уже полгода? — Да, но Август сложил туда все свои гитары в тот день, когда мы переехали, и с тех пор я не могла туда попасть. Лиза улыбнулась, думая о том, что было бы, если бы это была ее самая большая проблема в жизни. — Мне хотелось бы зайти и посмотреть. — Ты не хочешь… поужинать вместе на следующей неделе? — Конечно, — сказала Лиза, наблюдая, как Эльза вскочила и, помахав рукой, направилась обратно к своему столу. — Не могу дождаться.
— Знаешь, тебе вовсе не обязательно было приезжать. Лиза оторвала взгляд от телефона. Ирина ерзала на своей стороне сидения с тех пор, как забрала ее на машине, и от постоянного движения у нее начала кружиться голова. — Что? — Сегодня, — уточнила Ирина, кивнув в ту сторону, куда они ехали. — Я бы не стала возражать, если бы ты захотела остаться дома. Она старалась избежать слов: «Нил, вероятно, будет там. Я не хочу, чтобы ты с ним столкнулась». Лиза лишь пожала плечами. — Знаю. Но на этой неделе мы почти не виделись. Я хотела просто побыть с тобой. Это была правда, и тот факт, что ее слова мгновенно заставили Иру перестать нервничать, сделал ее глупое решение стоящим того. Она знала, что Нил будет там, — вероятно, он будет присутствовать на 90 процентах мероприятий вместе с ними в будущем, поскольку большинство из них были связаны с бесплатной выпивкой, — но Лиза не собиралась внезапно прекращать ходить на них из-за него. Ее желудок весь день пребывал в смятении, и она не раз думала о том, чтобы позвонить Ире и сказать ей, что она не сможет приехать, но в конце концов ее упрямство победило. Если это был бой, то она твердо решила его выиграть. — Ну, я рада, что ты со мной, — сказала Ирина, сжимая ее руку. — Я очень беспокоилась о тебе на этой неделе. — Почему? — Потому что я знаю, когда ты нервничаешь, и меня расстраивает, что я не могу тебе помочь, — она помолчала, прежде чем повторить свое обещание, данное в начале этой недели. — Но я собираюсь все исправить. Лиза вяло сжала ее руку в ответ. — Спасибо. — Ты мне не веришь? — Дело не в том, что я тебе не верю. Я просто знаю таких парней, вроде Нила… и Голда. И я не думаю, что тебе стоит их недооценивать. Не кипятись в попытках взъерошить их перья, если это лишь только навредит твоему бизнесу. — Ты сейчас беспокоишься о моем бизнесе? — Не беспокоюсь, но это гораздо важнее, чем мои чувства. Нежное, печальное лицо Иры чуть не разбило ей сердце. — Отнюдь, нет. — Только, пожалуйста, не делай ничего глупого. Хорошо? Ирина нахмурилась. — Я сделаю все, что в моих силах. Но я буду присматривать за тобой, и если кто-то из них подойдет к тебе ближе, чем на 15 футов, я подожгу целый фейерверк в галерее Голда. Лиза рассмеялась и крепче сжала ее руку. — Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю. Но не приноси мне больше этих отвратительных крабовых лепешек, пока я сама их не попрошу. В ту же секунду, как они вошли в галерею, их догнала группа арт-дилеров, которые принялись осыпать Иру комплиментами, пока их лица не стали фиолетовыми. Лиза осталась стоять у ее локтя, вежливо кивая, хотя на самом деле ее внимание было сосредоточено на кое-чем другом. Прошло всего несколько минут, прежде чем она заметила его. Ей невольно захотелось взять Иру за руку, но она остановила себя. Когда Нил заметил ее и ухмыльнулся, она вздрогнула всем телом. Ирина сразу же это заметила. — Что? — Хм? — Почему ты так напряглась? — спросила Ирина, старательно понизив голос, чтобы ее не услышали окружающие. В тот вечер она надела свои самые высокие каблуки — те самые, которые делали ее на два дюйма выше роста Лизы и похожей на самую крепкую женщину в мире — и короткое черное платье, которое делало ее талию пронзительной, словно лезвие ножа. В любой другой вечер Лиза не смогла бы оторвать от нее своих рук. Но именно в эту секунду ей захотелось исчезнуть и направиться к двери. — Бросило в холод. Эта неубедительная отговорка была разоблачена Ириной. Спустя мгновение она подняла свой пристальный взгляд и направила его через всю комнату. Она сразу же заметила Нила. Он разговаривал с кем-то еще, и дерзкая ухмылка на его лице застыла, как масло. — О, — тут же произнесла Ирина, и выражение ее лица потемнело. Она снова повернулась к остальным членам их группы. — Извините, я на секунду. Она протиснулась прямо сквозь них и направилась через весь зал. Вскрикнув, Лиза бросилась за ней и схватила ее за запястье. — Ирина! — Что? — Не стоит учинять разборки прямо здесь. — Почему же? Разве это не то, что ты всегда делаешь? — Ха-ха, — спокойно сказала Лиза, притягивая Иру сильнее, когда поняла, что та не остановится. — Пожалуйста. Задумайся на мгновение. — Я думаю. Я думаю о том, как он бродит здесь с этим глупым самодовольным выражением лица, и кто-то должен подойти и отвесить ему пощечину. Ее гнев был почти непреодолим, и часть Лизы хотела отпрянуть от него. Вместо этого она услышала, как выпаливает вопрос, которого избегала с того самого дня, как сбежала из студии Нила. — Почему ты мне веришь? Это, по крайней мере, заставило Иру остановиться. Она повернулась и посмотрела на нее, наморщив лоб. — Что, прости? — Когда я рассказала тебе, что он сделал, ты даже не усомнилась в этом, — сказала Лиза, сплетая их руки вместе. — Ты почти ничего не знаешь о деталях, но все равно веришь мне. Почему? Ирина посмотрела на нее, как на сумасшедшую. — Но ты же не выдумала это, правда? — Нет. — Тогда почему я не должна тебе верить? — Ну, не знаю. В подобных ситуациях... большинство людей не верят женщине. Ирина фыркнула. — Ну, к счастью для тебя, я никогда не была в числе большинства. Было что-то такое, что мне не понравилось в этом скользком болване в ту же секунду, когда я увидела, как он пытается подкатить к тебе на крыше галереи Голда, но даже если бы ничего из этого не случилось, я все равно поверила бы тебе. Это даже не обсуждается. Это было именно то, что Лиза с трудом понимала. — Но почему? — Я не знаю, — сказала Ирина, внезапно притянув ее к себе и взяв за руку. — Потому что ты веришь в меня больше, чем кто-либо другой. И я, даже не задумываясь, просто пытаюсь отплатить тебе тем же. Лиза слабо улыбнулась. — Пожалуйста, не подходи к нему. — Лиза, — вздохнула Ирина. — Кто-то же должен что-то сказать. — Возможно. Но только не ты, и не сейчас. Просто... оставь его в покое. Он хочет, чтобы мы злились из-за того, что он здесь, и если ты будешь подлетать к нему в любой момент, когда увидишь его, то он будет думать, что побеждает. Отступив назад и скрестив руки на груди, Ирина усмехнулась. — Тогда что же мне делать? — Ну, не знаю. Просто веди себя нормально. — Нормально? — Ирина, пожалуйста, — сказала Лиза, наполовину вздыхая, наполовину смеясь над ее недоверием. — Давай просто притворимся, что все в порядке. И, послушай, то, что он сделал, было ужасно, но, по крайней мере, он не смог на самом деле… — Прекрати, — прервала ее Ирина, поднимая руку. — Не пытайся защищать его только потому, что тебе удалось отбиться от него до того, как он влез к тебе в штаны. Я не выношу подобного поведения, и если ты попытаешься преуменьшить его значение, я действительно убью его. Что-то в ровной искренности Иры заставило Лизу почувствовать себя немного лучше. Она кивнула. — Прости. Да, ты права. Я просто… я не знаю. Похоже, он не думает, что сделал что-то плохое. — Еще бы. Он просто… — Ирина! — раздался голос позади них. Это был еще один дилер — один из тех, кого Ирина действительно терпела, — и он улыбался ей из-за холста, который выглядел так, словно был нарисован сотнями крошечных зубочисток. — Я так рад снова тебя видеть. Ирина машинально взглянула на Лизу, и та кивнула. — Иди. Пора налаживать связи. Обычно, хотя все присутствующие знали, что они вместе, Ирина воздерживалась от проявлений привязанности. Лиза не принимала это близко к сердцу — это был другой мир, и Ирина должна была постоянно держать себя в руках. Она не могла прижимать свою девушку к ближайшей стене, когда нужно было зарабатывать деньги. Но тут же, не колеблясь ни секунды, она наклонилась вперед, взяла Лизу за подбородок и нежно поцеловала. Сердце Лизы екнуло, а затем блаженно остановилось. — Не впутывайся в неприятности, — сказала Ирина, смысл ее слов был слишком очевиден. — Найди меня, если захочешь уйти. Лиза не смогла сдержать улыбки. Она знала, что люди смотрят на них — Ирина, одетая во все черное, на каблуках, достаточно острых, чтобы убить человека, и Лиза, одетая в белую рубашку, застегнутую до самого горла и заправленную в брюки, которые делали ее ноги длиной в милю. Они всегда выделялись, куда бы ни шли, но сейчас она подозревала, что они даже светились. Огонь в глазах Иры был достаточно ярким, чтобы согреть всю комнату. — Иди, — ответила Лиза. — Я вскоре тебя найду. Ирина кивнула и неохотно отошла. В ту же секунду, как она затерялась в толпе, Лиза собралась с духом, чтобы дальше ни произошло. Но в данный момент она не видела Нила. Вместо этого, ее внимание привлек кое-кто другой. В дальнем углу комнаты, стоя совершенно одна и сжимая что-то похожее на модную сумочку «Нова», находилась девушка, вероятно, моложе самой Лизы. У нее были такие же волосы — светло-русые и слегка растрепанные, как будто она не могла позволить себе постричься, — и Лиза возненавидела себя за то, что сразу поняла, что на платье, которое было на ней, не было дизайнерского ярлыка. Оно было выцветшим и слишком большим, а каблуки, которые она надела, не подходили к нему. Она выглядела точно так же, как Лиза на своем первом мероприятии. Она вдруг поняла, почему люди тогда так на нее пялились. Ее сердце сжалось от жалости к этой бедной девушке, которая стояла в одиночестве с таким видом, будто случайно забрела сюда, и Лиза, не задумываясь, направилась к ней. Девушка не заметила ее приближения и, когда рядом с ней появилась Лиза, подпрыгнула. — Прости, — сказала Лиза, протягивая руку, чтобы успокоить. — Я вовсе не собиралась подкрадываться к тебе. Я просто хотела поздороваться. Девушка посмотрела на нее с таким облегчением, что Лизе показалось, что она вот-вот расплачется. — О. Это… очень мило с твоей стороны. — Меня зовут Лиза. — Эшли, — ответила она, пожимая Лизе руку. Ее пальцы были костлявыми и липкими. — Я не совсем понимаю, что мне следует делать. — Ты что, совсем здесь одна? — Вроде того. Я пришла в составе группы, но мне кажется, что он делает это по очереди, чтобы показать каждого из нас. Каким-то образом, еще до того, как она задала этот вопрос, Лиза поняла, кого она имела в виду. — Кто «он»? — Мистер Голд. Лиза вздрогнула. — О. Ты — одна из его художниц? — Да. Недавно он подписал контракт с целой группой художников, и это моя первая вылазка. Но все кажутся такими грубыми, и я не знаю, о чем мне следует говорить. Ее честность была благословенным облегчением в зале, где все голосовали за республиканцев, и никто не находил это даже в малейшей степени морально предосудительным. — Честно говоря, легче не станет. Прошло много времени с тех пор, как я стала ходить на эти мероприятия, но я до сих пор понятия не имею, что делать. — Ты тоже художница? — Упаси Боже, — ответила Лиза. Любой другой в комнате отшатнулся бы от такого оскорбления, но Эшли лишь рассмеялась. — Я — плюс один. Практически никто. — Ты отнюдь не выглядишь никем, — неловко заметила Эшли. Говоря это, она не сводила глаз с одежды Лизы. — Мне нравится твоя рубашка. — Спасибо. Бальман. Эшли моргнула. — Что это значит? Лиза почувствовала, как краснеет. За последние несколько лет она так привыкла автоматически повторять имя каждого дизайнера, что забыла, каково это — не знать, что есть разница между Emporio Armani и Armani Exchange. — Это просто… неважно, — сказала она. Именно в эту долю секунды она поняла, что стала одной из тех людей, над которыми издевалась в течение двух лет, и возненавидела себя за это. — Значит, ты подписала контракт с Голдом. Что заставило тебя выбрать именно его? — Я его не выбирала. — Нет? — Нет. Я имею в виду, что он был на моем выпускном и сказал, что заинтересован в том, чтобы подписать со мной контракт. Честно говоря, он — единственный человек, с кем я это обсуждала. Лиза нахмурилась. — Вау. Должно быть, он предложил тебе нечто стоящее. — Ну, контракт с известным арт-дилером — это большая удача, — радостно сказала Эшли. — Я просто была так польщена, что он подошел ко мне. Я в восторге от того, что буду работать с ним. Это не касалось Лизы. Эшли работала на конкурентов, и, если уж на то пошло, Лиза должна была держаться от нее подальше, поскольку она, вероятно, подписала контракт в то же самое время, что и Нил. Но она все равно задала вопрос: — Разве это нормально? — Что? — Подписывать контракт с первым попавшимся человеком. — Ты ведь не обо мне сплетничаешь, лебединая песня? — раздался голос у нее за спиной, и кровь Лизы мгновенно застыла в жилах. Она выдавила из себя улыбку и обернулась. — Нил. — Рад снова видеть тебя, — сказал он, делая шаг вперед, как будто собирался обнять ее. Лиза отступила назад, наткнувшись на Эшли и чуть не опрокинув ее на ближайший холст. — Да, — решительно ответила она. — Просто потрясающе. Полагаю, ты снова пришел сюда на запах канапе? — Или же я унюхал кого-то другого, — ответил он. Лиза вздрогнула. — Как у тебя дела? Отлично выглядишь. — Я в полном порядке. — Как Ирина? — И она тоже. Нил взглянул на Эшли, прежде чем спросить: — Почему ты ведешь себя так странно? — Разве? — невозмутимо спросила Лиза. — А я и не заметила. — Лебединая песня, — повторил он ее прозвище, которое она всегда ненавидела. — Не надо так. — Как так? — Не будь такой высокомерной и холодной. Когда-то мы ведь были друзьями. Ярость внезапно обожгла ее от кончиков пальцев до корней волос, и Лизе пришлось впиться ногтями в ладони, чтобы не протянуть руку и не ударить его. — Нил, — сказала она, стараясь говорить ровным голосом. — Я собираюсь сказать это так вежливо, как только смогу, потому что мы находимся в публичном месте, и я не хочу повредить произведение искусства, надев его тебе на голову. Но я была бы весьма признательна, если бы ты сейчас же отвалил. Нил и Эшли удивленно уставились на нее. Тот факт, что у Нила даже хватило наглости удивиться ее враждебности, только усилил ее ярость. В конце концов ему удалось придать своему лицу более спокойное выражение. — Боже, ну и ладно. Это ни к чему. Я пойду. Он ожидал, очевидно, что Лиза скажет что-нибудь такое, что заставит его остаться. Но она лишь окинула его взглядом сверху вниз; ее сердце бешено колотилось внутри, однако лицо было совершенно решительным. Тогда он пожал плечами. — Все та же старая Лиза. Он ушел прежде, чем она успела задать ему вопрос, что он имел под этим в виду. Ей казалось, что от ее кожи поднимается пар. Только обернувшись, она поняла, что Эшли все еще стояла там. — О. Сожалею об этом. — Что это было? — спросила Эшли. Ее взгляд метнулся через комнату, куда Нил, очевидно, скрылся. — Ничего. Просто... с недавних пор у нас возникли разногласия. Все нормально. — Ты встречалась с ним? Лиза чуть не поперхнулась. — Нет. Даже и близко. — Он кажется милым, — задумчиво произнесла Эшли, но прежде чем Лиза успела протянуть руку и вобрать в нее хоть немного здравого смысла, она заметила, как изменилось ее лицо; оно перешло от смущенного из-за спора выражения и все же отчасти довольного тем, что она участвовала в нем, к тому, чтобы смотреть через плечо Лизы с тревогой, морщащей лоб. Лиза обернулась и увидела, что Нил разговаривает с мистером Голдом, который смотрел на них с холодным выражением лица, которое она всегда ненавидела. Когда Лиза встретилась с ним взглядом, он не отвел глаз и даже не моргнул. Нил продолжал болтать ему на ухо, и Голд кивнул один раз, но его ледяные голубые глаза не отрывались от Лизы, пока она наконец не вздрогнула и снова не отвернулась. Эшли все еще выглядела обеспокоенной, поэтому Лиза выдавила из себя смешок и сказала: — Ты более храбрая, чем я, раз согласилась терпеть его в обозримом будущем. — Да, — медленно произнесла Эшли. Затем, видимо вспомнив, что она должна быть вне себя от радости, она улыбнулась. — Хотя думаю, что 10 лет — это не так уж и много. — Что? — выпалила Лиза. — 10 лет? — А что? — Это столько длится твой контракт с ним? — Да, — повторила Эшли и нахмурилась. — Разве это плохо? — Я... — осеклась Лиза. На самом деле, она не знала — это казалось чертовски долгим сроком, но опять же, она до сих пор не знала многого об этом бизнесе, независимо от того, насколько ей казалось, что вся ее голова была набита акриловыми красками. Десятилетний контракт мог быть выгодной сделкой. Она выдавила из себя улыбку. — Честно говоря, я понятия не имею. Но уверена, что ты хорошенько все обдумала, верно? А Мистер Голд — один из лучших. Эшли кивнула. — Да. Он тоже так сказал. — Что он один из лучших? — Ну, если быть точной, он сказал, что он самый лучший на всем белом свете. — Ха, — сказала Лиза, качая головой. — Он говорит совсем как Ирина. — Ирина? — повторила Эшли. — Ирина Лазутчикова? Он упоминал о ней. — Неужели? — Он сказал, что она — его соперница. Он предупредил меня, чтобы я не приближалась к ней, потому что она — змея. Улыбка Лизы стала еще шире. — Другого я от него и не ожидала. — А ты ее знаешь? — Можно сказать и так, — ответила Лиза, оглянувшись и, как назло, сразу же заметив Иру на другой стороне галереи. Их глаза встретились, и Лиза подняла руку. Эшли увидела, как Ирина машет в ответ, ее лицо было теплым для любого, кто не знал, как она выглядит, когда волнуется, и моргнула. — Так это она? — Да. — О. Она совсем не такая, какой я ее себе представляла. Вы — друзья? — Типа того, — сказала Лиза, а затем решила, что, вероятно, будет лучше покончить с этим разоблачением, потому что Голд мог еще глубже зарыться в мозг Эшли. — Мы вместе. Эшли отшатнулась в сторону. — Вы двое? — Да. — То есть, встречаетесь? — Да, Эшли. — О, — лицо Эшли порозовело. — Но ты кажешься такой милой. Лиза решила проигнорировать это замечание. — Ну, как только ты останешься с Голдом наедине, он скажет тебе, что я тоже змея. Слова здешних людей не всегда следует принимать за чистую монету, постарайся запомнить это, ладно? Эшли кивнула, ее взгляд был устремлен туда, где все еще разговаривали Голд и Нил. Лиза подняла голову как раз вовремя, чтобы увидеть похотливый взгляд Нила, скользнувший по худому телу Эшли, и вздрогнула. — Я серьезно, — сказала Лиза более твердо. — У каждого свои цели, и каждый хочет на чем-то нажиться. Позаботься о себе и не попадайся на удочку тех, от кого у тебя плохое предчувствие. Очень важно доверять своей интуиции. Она ждала, что Эшли спросит, от кого именно у нее должно быть плохое предчувствие, но вместо этого улыбнулась. — Ты действительно очень милая. — Вроде как. Я просто ничего не выиграю, если даже захочу обмануть тебя. Эшли рассмеялась. — Значит, ты не работаешь на Ирину? Этот вопрос вызвал неприятный привкус во рту Лизы, но она заставила себя улыбнуться в ответ. — Нет. Ну… больше нет.
Это заняло гораздо больше времени, чем ожидала Лиза, прежде чем начались вопросы. Она ожидала бомбардировки в ту же секунду, как только села в машину, но Ирина почти все время молчала, пока они не добрались до лифта в ее доме. — А кто та девушка, с которой ты разговаривала весь вечер? Лиза окинула ее взглядом сверху вниз. — Я разговаривала со многими людьми. — Ты знаешь, кого я имею в виду. Худенькая, неряшливая блондинка, которая выглядела так, словно только что приплыла из Алькатраса. — Ирина, — огрызнулась Лиза. — На ней было хлопчатобумажное платье, а не мешковина. Не будь таким снобом. — Уже поздновато для этого, — пробормотала Ирина, когда они добрались до ее этажа. Она вышла первой и достала из сумочки ключи. У Лизы еще не было собственных. Когда они вошли в дом, Лиза сняла пиджак и повесила его на свой привычный крючок, который принадлежал Мише, когда он приезжал на неделю. Когда он был там, его вещи становились более приоритетными, а вещи Лизы отправлялись на кухню. — И так? — спросила Ирина, когда Лиза устроилась на диване и начала снимать туфли на высоких каблуках. — Кто она такая? — Ее зовут Эшли. Она — одна из новобранцев Голда. Было ясно, что Ирина уже догадалась об этом, потому что она даже не потрудилась фыркнуть от ярости. — Тогда тебе не следует с ней разговаривать. — Почему же? Она подписала контракт всего несколько недель назад. — Держу пари, примерно в то же время, что и мистер Кэссиди, — сказала Ирина, садясь рядом с ней. — Он тебя не беспокоил? — Конечно же, он не мог без этого обойтись, — ответила Лиза, и ее горло сжалось. — Но я сказала ему, куда он может пойти. Ирина потянулась к колену Лизы и постучала по нему пальцами. — Тебе стоило позвать меня. — Мне не нужен охранник. Я сама могу о себе позаботиться. — Я знаю, но мне нравится оберегать тебя. Это заставляет меня чувствовать себя полезной. Лиза слегка рассмеялась. — О, потому что это единственная польза от тебя в жизни? — Перестань уходить от темы. О чем ты говорила с той девушкой? — Ирина, ты серьезно? Мы просто болтали. Она казалась милой и немного потерянной, и я помню, как была на ее месте, поэтому мне захотелось сказать ей «привет». Ирина сморщила нос, как будто это была самая неприятная вещь, которую она когда-либо слышала. — Она была благодарна? — Да, она очень милая. Хотя я не думаю, что она действительно понимает, во что ввязалась. Она пожалела, как только сказала это. Ирина навострила уши, как собака, которая только что услышала, как открывают консерву с лакомством. — В смысле? — спросила она. — Что заставило тебя так думать? — Ну, не знаю. Голд был первым человеком, который подошел к ней, и я думаю, что, возможно, она просто была в восторге от этого. Она только что закончила школу. — Конечно, — внезапно вскипела Ирина. — Это было моей идеей два года назад. Я бегала всюду, пытаясь найти новых, недавно окончивших школу художников, чтобы схватить их прежде, чем кто-то другой найдет их, а теперь Голд просек фишку и, вероятно, ведет себя так, как будто это была его идея. Держу пари, что он тоже хает меня перед ними всеми. Когда Лиза погрузилась в неловкое молчание, Ирина всплеснула руками. — Я убью его. Он делает то же, что и я, только еще хуже, потому что он подписывает контракты с насильниками и подростками-карманниками. К тому же он думает, что может говорить обо мне за моей спиной, а я ничего не узнаю? Ох, как меня он бесит. Она начала заговариваться, поэтому Лиза сжала ее руку, пытаясь вернуть к реальности. — Все, что вы двое делаете, — это жалуетесь друг на друга. Вы ничем не отличаетесь. — Это совсем другое, когда он подписывает контракт с человеком, который пытался… — Я не думаю, что Эшли является частью всего этого, — прервала Лиза, прежде чем Ирина смогла продолжить свою тираду. — Она кажется немного наивной. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя некомфортно, но если я продолжу видеться с ней на мероприятиях, я постараюсь убедиться, что она в порядке. Ирина закатила глаза. — Не будь такой благородной. — Я просто пытаюсь быть милой. Тебе тоже стоит это попробовать. Она не удивилась, когда Ирина встала с дивана и покачала головой. — Ты можешь общаться с ней, если хочешь, но я не удивлюсь, если Голд уже предупредил ее, чтобы она тебя обходила стороной. Он еще более хитрый, чем я. Лиза рассмеялась про себя, когда Ирина направилась на кухню. Но что-то в ее последней фразе заставило ее вздрогнуть, и прежде чем Ирина успела выйти из комнаты, Лиза снова окликнула ее. — Слушай, Ирина? — спросила она. — Как долго длятся твои контракты с новыми художниками? Ирина повернулась с ошеломленным выражением лица. Лиза не могла винить ее — возможно, это был первый вопрос, связанный с искусством, который она когда-либо задавала. — Прошу прощения? — Мне просто любопытно. Существует ли средний срок? Ирина прислонилась к дверному косяку и сложила руки на груди. — Бывает по-разному. Если это кто-то с узнаваемым именем, то я могу подписать с ним контракт на несколько лет, но только если я уверена, что он принесет мне прибыль. Если это кто-то совершенно новый, чей потенциал еще не ясен, то, вероятно, только на несколько месяцев. Этого времени достаточно, чтобы показать полную коллекцию и посмотреть, сколько их картин на самом деле будут проданы. Несколько месяцев. — Что ж. Это вполне логично, — сделала паузу Лиза. — А ты... ты когда-нибудь слышала, чтобы кто-то подписывал контракт на 10 лет? — Что? — выпалила Ирина. — Зачем подписывать контракт с кем-то на целых десять лет? Большинство художников меняют свой стиль каждые два-три года. Это было бы невероятно глупо. — Верно, — сказала Лиза, откидываясь на подушки. Это прозвучало немного безумно, даже когда Эшли сказала ей об этом. Что, если художник окажется ни на что ни годным и никогда не заработает ни пенни для дилера? А что, если он захочет прекратить сотрудничество через полгода, но будет вынужден остаться в плену контракта еще на девять лет? Или что, если художник окажется лучше, чем кто-либо мог себе представить, но вместо того, чтобы перейти к другому арт-дилеру, который сможет предложить ему то, что он заслуживает, он застрянет с тем, с кем потерял свою галерейную девственность, пока не перестанет быть актуальным сам по себе? О, Лиза внезапно все поняла. Она поморщилась. Ирина сразу же заметила это. — В чем дело? — Ни в чем, — ответила Лиза, хотя Ирина уже надвигалась к ней. — Скажи мне. — Ничего особенного. Правда. — Вы — ужасная лгунья, мисс Андрияненко. Тебя кто-то спрашивал, могла ли бы я подписать с ним контракт? Лиза прохрипела. — Нет. На этот раз это не имеет к тебе никакого отношения. — Тогда, тем более, нет смысла от меня утаивать. — Боже, какая же ты напористая, — фыркнула Лиза. — Ладно. Это Эшли. Она сказала мне, что именно настолько она подписала свой контракт с Голдом. На секунду Ирина выглядела так, будто вот-вот рассмеется. Лиза видела ее мыслительный процесс: «Он — идиот. Он загоняет себя в угол, вкладывая деньги в людей, у которых, возможно, нет никакого потенциала». Но потом она замерла. — Ты видела этот контракт? — Э-э… нет. Разве люди обычно носят их с собой? — Нет, но эта маленькая девочка, кажется, была счастлива поделиться с тобой всеми своими коммерческими секретами. Я бы не удивилась, если бы она поставила его на заставку своего телефона. Лиза закатила глаза. — Она уже не маленькая девочка и больше ничего мне не говорила. Только то, что он был на ее выпускном и оказался первым человеком, который подошел к ней, и она была так взволнована, что подписала с ним контракт. — На ее выпускном? — спросила Ирина. — В большинстве колледжей выпускные экзамены проходят в июне и июле. — И? — А сейчас август. И она уже подписала контракт на 10 лет. — Ну, что ж, — решительно сказала Лиза. — Думаю, Голд не теряет времени зря. Ирина посмотрела на нее слишком знакомым взглядом, как она когда-то посмотрела на нее, прежде чем пробормотать: «Иди и поговори вон с тем художником. Я слышала, что его контракт с Мо скоро истекает. Узнай, не хочет ли он подписать контракт с кем-нибудь новым». Это всегда заставляло ее чувствовать себя немного важной персоной. Теперь же она просто чувствовала себя дерьмово. — Ты сказала, что собираешься снова поговорить с ней? — припомнила Ирина, садясь рядом с ней. Лиза с трудом подавила желание ускользнуть. — Да. Возможно. — И ты думаешь, что она безобидна? — Она просто надеется на свой большой прорыв. Я не думаю, что она имеет представление о том, каков Голд на самом деле. — М-м, — протянула Ирина, сокращая промежуток между ними и заправляя белокурый локон за ухо Лизы. — Знаешь, может быть, ты была права. — Насчет чего? — Насчет того, что тебе было бы полезно подружиться с ней. Может быть, ей понадобится поддержка. Но Ирина вовсе не поэтому предлагала это сделать. — Верно. Поддержка. — Ладно, хорошо, — сдалась Ирина, глядя на Лизу мертвыми глазами. Ее взгляд был темным и дымчатым, и даже тогда Лиза почувствовала себя в некоторой степени слабой. — Мне бы хотелось, чтобы ты познакомилась с ней поближе. — Зачем? — Мне нужно выяснить, что задумал Голд. Он сумасшедший, но он не идиот. Если он подписывает контракты с людьми на такой длительный срок, то здесь должно быть что-то еще. Кроме того, что он просто действует мне на нервы. Рассмеявшись, Лиза сказала: — Но я больше не хожу на эти мероприятия так часто. — Я знаю, и я не собираюсь впредь заставлять тебя ходить туда. Но если ты придешь, и если Эшли будет там, и если тебе удастся завязать разговор об условиях ее соглашения с Голдом, я найду весьма интересный способ выразить свою благодарность. И тут сердце Лизы сжалось. Как бы нежно Ирина ни касалась ее бедра и как бы соблазнительно ни звучали ее слова, Лиза все равно смогла прочесть между строк. Она оглядела квартиру, в которую еще не была приглашена полностью, и спросила: — А что ты сделаешь, если я скажу «нет»? Ирина моргнула. — Скажешь «нет» на что? — Чтобы помочь тебе. А что, если я скажу, что больше не хочу этим заниматься? Она не смогла заставить себя сказать «делать твою грязную работу», но Ирина мгновенно поняла, что она имела в виду. Ее лицо вытянулось. После долгой паузы она неуверенно произнесла: — Я не стану тебя принуждать, если ты это имеешь в виду. Лиза сомневалась, что это могло помочь ей почувствовать себя лучше. — Хорошо, — сказала она, сглотнув. — Все уже не так... все уже не так, как было раньше, верно? — Что ты имеешь в виду? — Как в самом начале. Когда я просто работала на тебя и должна была общаться, с кем бы ты меня ни попросила и… — Лиза, — прервала ее Ирина, подняв руку. — Разве я не обещала тебе, что исправлю всю эту ситуацию с Нилом? — Да. — И разве я не сказала, что сделаю все возможное, чтобы также вычеркнуть Голда из нашей жизни? — Сказала… — Что ж, я по-прежнему настроена на это. Я все еще пытаюсь это сделать. Но у меня ничего не получится в одиночку, поэтому мне нужна твоя помощь. Пожалуйста. Я бы не просила, если бы ты мне действительно не была нужна. Она была права, и тот факт, что она сказала «пожалуйста», не ускользнул от внимания Лизы. Она выдавила из себя улыбку и коснулась руки Иры. — Да. Извини… ты права. Конечно, я помогу. Лицо Иры озарилось, что обычно заставляло сердце Лизы петь, но сейчас это не произвело желаемого эффекта. Не имело значения, что сказала Ирина, — большая часть нее все еще помнила, что случилось в прошлый раз, когда она перестала быть полезной ей, и она не была уверена, что у нее было достаточно времени или сеансов с психотерапевтом, чтобы перестать чувствовать себя отчасти средством для достижения цели. Как будто услышав это, Ирина вдруг взяла ее за подбородок и сказала: — Ты очень важна для меня, Лиза. Я ни за что тебя не брошу. Лиза почувствовала некоторое облегчение в душе. — Обещаешь? — Я тебе обещаю. — А мы сможем... — начала Лиза и глубоко вздохнула. — Когда все это закончится, мы сможем нормально поговорить? Ирина выглядела немного озадаченной, но все же кивнула. — Конечно, дорогая. Мы сможем поговорить обо всем, что ты захочешь. Лиза надеялась, что Ирина скажет, что они смогут поговорить прямо сейчас, но, снова сжав ее руку, она встала и пошла на кухню. Лиза осталась сидеть на диване, поджав под себя ноги, и размышляя, стоит ли ей все еще волноваться, или этого пока достаточно.