29
Понедельник пришёл и ушёл. Лиза искренне надеялась, что Ира уже скажет правду о том, чем она была так занята, к этому времени, но в этот вечер Лиза снова вернулась в пустую квартиру и съела свой ужин в одиночестве. Она не стала засиживаться допоздна, чтобы услышать, как Ира возвращается домой. Но когда Лиза позвонила ей во вторник в обед, что она сделала чисто по привычке, Ира вдруг ответила. Лиза моргнула от шока. — Ира? — Всё в порядке? — спросила Ира. Лиза слышала, как люди разговаривали на заднем плане. — Да, всё в порядке. Я просто… — запнулась Лиза, понимая, что у неё даже не было причины звонить. — Я хотела узнать, придёшь ли ты сегодня на ужин. — Нет, я так не думаю, — вздохнула Ира, звуча так, словно искренне сожалела об этом. — Сегодня у меня сумасшедший день. — Хочешь, я оставлю тебе что-нибудь? — Конечно. Мне нравится твоя стряпня, — сказала Ира. Лиза засветилась изнутри. — Хорошо, — нетерпеливо сказала она. — Есть предпочтения? — Удиви меня, — ответила Ира с намёком на прежнюю игривость. Лиза почти слышала её ухмылку. Но потом: — Мне нужно идти, Лиза. Поговорим позже. Она быстро повесила трубку, оставив Лизу глубоко неудовлетворённой и более чем немного раздосадованной. Они скоро расстанутся. Она знала это. После нескольких дней молчания Лиза даже начала репетировать свою речь в голове. Она была полна решимости уйти с достоинством, не плакать и не умолять Иру не бросать её, но она знала, что это будет тяжело: это был первый раз в её жизни, когда она отчаянно хотела, чтобы отношения продолжались, а это даже не было стандартными отношениями с самого начала. В пятницу она провела большую часть своего рабочего дня, отчаянно гугля квартиры. У неё была какая-то жалкая идея, что если она хоть немного подготовится к своему неизбежному уходу, тогда ей будет немного менее больно. Она сутулилась над клавиатурой и бесцельно прокручивала страницу за страницей, прекрасно зная, что это бесполезно, когда Вайолет медленно подошла к её столу. Она двигалась так, как будто пыталась не напугать спящего животного, и всё же Лиза подпрыгнула, когда заметила, как она склоняется. — Чёрт, — выругалась она, заставив Виолетту вздрогнуть. — Прости, — вскрикнула она. Когда она протянула лист бумаги, её руки дрожали. — Я просто хотела передать тебе накладную. Лиза взяла её, и чувство вины вгрызлось в неё, когда она увидела, как девушка начала убегать. — Вайолет, — крикнула она. Интерн повернулся к ней с ужасом на лице. Когда Лиза жестом попросила её вернуться, её ужас лишь возрос. — Я сделала её неправильно? — спросила она. Лиза моргнула. — Что? О, нет, не говори глупостей. Всё в порядке. Присядь на секунду? Вайолет нашла стул и неохотно подтащила его к углу стола Лизы. — Послушай, — сказала Лиза. — Я ужасно обращалась с тобой с тех пор, как ты начала здесь работать. Это не было преднамеренно… я просто хочу, чтобы ты знала. Вайолет моргнула, странно глядя на неё в недоумении. — Я думала, ты ненавидишь меня. — Нисколько. Просто это было несколько странных недель/месяцев, правда. И ты продолжаешь заставать меня врасплох; я никогда не думала, что кто-то может подкрадываться так тихо, как ты, — сказала Лиза, и Вайолет нервно улыбнулась. — Я просто хотела извиниться. Ты не должна ползать вокруг и бояться, что я тебя укушу. Я не такая, клянусь. — Хорошо, — кивнула Вайолет. Она глубоко вздохнула, прежде чем спросить: — Это правда, что ты встречаешься с Ириной Лазутчиковой? Лиза нахмурилась. — Ты её знаешь? — Не совсем. Но я слышала разговоры некоторых редакторов, поэтому погуглила её. Кроме того, Ингрид не перестаёт говорить о ней. Думаю, она — её кумир. Лиза фыркнула. — Ну, я не стану говорить этого Ире. Её самооценка и без того зашкаливает. С восторгом встретив шутку Лизы, Вайолет вздохнула. — Правда? — Да, но мне, вроде как, это нравится. Я — любитель высокомерия, — вздохнула Лиза, прежде чем вспомнить, что она разговаривала с 18-летней. — Однако тебе стоит быть умнее. Обязательно найди себе кого-нибудь милого. — Я ещё ни с кем не встречаюсь. Я хочу сосредоточиться на карьере. — …разве ты всё ещё не в старшей школе? — Я закончила школу летом. Я прохожу здесь стажировку для дополнительного опыта, прежде чем пойду в колледж в сентябре. Не в первый раз Лиза испытала сильную зависть к тому, кто сумел наладить свою жизнь гораздо быстрее, чем она. — Это довольно умно. Как долго ты собираешься работать с нами? — Всего несколько месяцев. — Ну, я сделаю всё возможное, чтобы перестать запугивать тебя остаток времени, — сказала Лиза. — Но, если такое случится, постарайся не принимать это на свой счёт. Думаю, первые два года я провела здесь, чувствуя себя точно так же, как и ты сейчас, и это был стресс. Вайолет улыбнулась. — Хорошо. Я могу на тебя орать в ответ? — Не наглей, — сказала Лиза, но она смеялась. — Давай, возвращайся к составлению превосходных счёт-фактур. Вайолет убежала. Лиза откинулась в кресле и прокрутилась на секунду. Она знала, что Ира придерживалась своего глупого правила «никаких извинений», но Лиза не была уверена, что она когда-нибудь воспользуется этим сама: она провела последние пару недель, чувствуя себя крайне напряжённой и срываясь на любого, кто попадался ей на пути, и часть неё начала беспокоиться, что, возможно, она превращается в какую-то версию Иры 2.0. Но теперь, когда Лиза, наконец, извинилась за то, что была такой стервозной сукой, перед единственным человеком в офисе, который был ниже по иерархии, чем она, она почувствовала себя намного лучше. Поддавшись волне делать смелые вещи, Лиза взяла свой телефон и набрала номер своего банка, который (после Иры и её любимой пиццерии) теперь был одним из трёх, что она знала наизусть. Разговор был таким же, как и всегда. Пожалуйста, подождите. Извините, менеджер не доступен. Пожалуйста, перезвоните позже. Лиза повесила трубку с раздражением, а затем её взгляд упал на список недавних звонков. Только тогда она поняла, что кредитор не звонил ей почти две недели.
[X]
Она вернулась домой в конце дня, собираясь упасть лицом в кровать и проспать следующие 14 часов. Она не видела Иру с прошлых выходных, но постепенно привыкла к этому. Это было похоже на зубную боль: независимо от того, насколько сильно было больно, в конце концов, она просто начала исчезать на заднем плане. Поэтому она выронила телефон и ключи на пол с криком, когда вошла в квартиру и увидела Иру, сидящей на диване в ожидании неё. — Чёрт, — ахнула Лиза. — Не делай этого! — Что не делать? — спросила Ира. Она улыбалась, но еле-еле. Под её глазами были тёмные круги, и она уже переоделась из своей рабочей одежды в штаны для йоги. — Не прячься в тени, — сказала Лиза, желая, чтобы её дыхание замедлилось. Она подняла брошенные вещи и вошла в комнату. — Что ты делаешь дома? — Я рано закончила работу. Я хотела поговорить с тобой кое о чём. Боже. Вот оно. Сердце Лизы треснуло, потому что она знала выражение лица Иры слишком хорошо — это было извиняющееся, полное решимости выражение, за которым последует что-то вроде: «Слушай, Лиза, тут такое дело…», а затем Лиза проведёт следующие два дня, смотря «Предложение» на повторе и ничего не едя, кроме Бен & Джерри, прежде чем прийти в себя и притвориться, что не особо-то она и переживала на этот счёт с самого начала. За исключением того, что она не была так уверена, что сможет справиться с расставанием на этот раз. — Хорошо, — сказала Лиза, делая неуверенный шаг вперёд. — Можно мне присесть? — Пожалуйста. Лиза села так далеко от Иры, как только могла, плотно прижимаясь к углу дивана. Она пожалела, что сегодня надела такие узкие джинсы, потому что они врезались ей в живот и абсолютно не помогали, чтобы заставить тошноту в кишечнике уйти. Ира тяжело вздохнула. Вдруг она стала выглядеть намного старше. — Я знаю, что меня не было последние две недели, — сказала она. Она посмотрела на Лизу должным образом в первый раз с тех пор, как они сидели в её кабинете вместе, и это только заставило Лизу нервничать. — Было много дел, которые мне нужно было решить. Я не думала, что это займёт так много времени, но я наконец-то покончила со всем. Лиза не знала, что разбитое сердце может быть так похоже на то, как стоять на краю обрыва. Она закрыла глаза, желая, чтобы Ира покончила с этим и, наконец, сказала. — Ира, всё в порядке. Я всё понимаю. Я… — Я выплатила твои долги. Глаза Лизы снова открылись. Ира не была из тех людей, кто шутит, но, возможно, она решила начать всё с чистого листа. — Прости, — медленно сказала Лиза. — Что ты сделала? Ира слабо улыбнулась. — Мне кажется, ты меня слышала. — Мне нужно, чтобы ты сказала это снова. — Почему? — Потому что я уверена, что ты шутишь. Мне нужно убедиться. Ира вздохнула со всем своим привычным нетерпением, и Лиза поняла, что она говорит правду. Что-то сдавило её живот, как будто её сбил грузовик. — Я выплатила твои долги. Это заняло больше времени, чем я ожидала, потому что было так много разных кредиторов, но… — Погоди, — перебила её Лиза, её голос был пронзительным и почти истеричным. — Ты не могла этого сделать. — Почему нет? — Потому что это чертовски много денег! И потому, что ты была не обязана. Что, чёрт возьми, я сделала, чтобы заслужить это? Ира смотрела на неё, как на сумасшедшую. — Тебе не нужно было этого заслуживать. Я просто сделала это, потому что хотела. Лиза тяжело вздохнула. — Ира, я не могу тебе этого позволить. — Ну, я подозревала, что ты это скажешь. Вот почему я сделала это, не сказав тебе. — Но это… это слишком много, — сказала Лиза и внезапно потеряла дар речи. Она не могла произнести слова достаточно быстро, и они врезались друг в друга в её рту. — Ты не можешь ожидать, что я просто скажу «хорошо» и приму это. — Лиза, — вздохнула Ира, круги под её глазами потемнели. — Послушай меня. Сумма, которую ты задолжала, была колоссальной. Для тебя это был вопрос жизни и смерти. Но для меня это почти ничего. Я могу заработать эту сумму в любой день. Ты же не думала, что я буду сидеть сложа руки и позволю тебе справляться с этим в одиночку. — Но… но… — слёзы запузырились в горле Лизы, и она проглотила их. — Это уже слишком. Это слишком много, Ира. — Для тебя — возможно. Но не для меня. Ира увидела колебания в челюсти Лизы и придвинулась через диван, протянув к ней руку. Это был первый раз, когда они соприкоснулись должным образом за несколько недель, и этот факт, наконец, добил Лизу. — О, дорогая, — вздохнула Ира, вытирая единственную упрямую слезу, которая успела стечь по щеке Лизы. — Пожалуйста, не грусти. Теперь всё исправлено. — Но я не заслуживаю, чтобы это было исправлено. Не так просто. Я устроила этот грёбаный бардак в своей жизни, и это неправильно, что кто-то другой пришёл и подчистил всё за меня. — Ты несправедлива к себе, — сказала Ира. — Твой старт в жизни был иным, по сравнению с моим. Ты серьёзно думаешь, что я была бы там, где нахожусь сейчас, если бы выросла в приёмной семье или попала в тюрьму? Ты делала всё, что могла, и я очень горжусь тобой за старания. И да, ты также совершила несколько очень глупых ошибок, как и все остальные люди. Разница в том, что единственным человеком, страдающим от твоих ошибок, была ты сама. — И около 16 кредитных компаний по всему восточному побережью, — сказала Лиза с треском в голосе, но Ира просто усмехнулась. — Теперь у них более чем достаточно денег, — она погладила Лизу по щеке, когда это сказала, и Лиза слегка задрожала от её прикосновения. — Как и у меня. Единственный человек, который нуждается в помощи, сидит прямо передо мной. Лиза тяжело сглотнула, решив больше не плакать, несмотря на то, что нежный взгляд Иры делал этот почти невозможным. — Я действительно пыталась, — заверила Лиза. — Я звонила в свой банк в течение нескольких дней, пытаясь договориться о встрече. Никто не хотел со мной разговаривать. Ира тихо сказала: — Я знаю. Боюсь, я попросила их не разговаривать ни с кем, кроме меня или моего бухгалтера, пока всё не разрешится. — Ты… что? — Да. Твой менеджер был немного поражён твоей внезапной решимостью, но я очень гордилась тобой за то, как сильно ты старалась. — Ира, — вздохнула Лиза, и её голос перестал быть плаксивым. — Ты должна прекратить. — Прекратить, что? — Быть со мной такой милой. Я этого не заслужила. Я не могу принять ничего из этого. — О, и что ты собираешься делать? Пойти и набрать ещё сто тысяч долгов, чтобы отомстить мне? Лиза уставилась на неё. — Нет. Но мне нужно вернуть тебе долг или что-то вроде того. — Я полагала, что ты можешь так сказать, — сказала Ира, закатив глаза, как будто это было самое глупое, что она когда-либо слышала. Она потянулась к журнальному столику и взяла листок бумаги. — Мой бухгалтер рассчитал всё для тебя. Лиза моргнула, глядя вниз. Это был план погашения, если это действительно можно было так назвать: сумма, которую она должна была выплачивать каждый месяц, была меньше, чем стоимость её нового телефонного счёта. Когда она не ответила, Ира сказала: — Теперь я должна дать понять, что думаю, что это смешно. Мне не нужны твои деньги. Но если ты думаешь, что от этого тебе станет лучше, то вот что мы можем сделать. — Но мне понадобится около 200 лет, чтобы расплатиться с тобой, — сказала Лиза. — Я знаю. Меня это вполне устраивает. — Но… почему? — спросила Лиза. Это стало настоящей проблемой, чтобы просто понять, почему Ира заботилась о ней настолько, чтобы помочь ей. Ира задумалась об этом на секунду. — Потому что ты боролась. И я хотела сделать твою жизнь проще. Лиза моргнула. — И на этом всё закончилось? — Вот и всё. — Я больше ничего тебе не должна? — Ну, технически, ты всё ещё работаешь на меня, — сказала Ира со своей любимой зловещей улыбкой. — Пока это не влияет на твою работу. Всё начинается с чистого листа. — Но я просто… — Лиза ненавидела себя за то, что снова протестовала, но она была обременена своим долгом слишком много лет. Позволить кому-то другому снять его с её плеч было не так просто, как она когда-то могла подумать. — Тебе не кажется, что это слишком легко сошло мне с рук? Ира снова посмотрела на неё таким же мягким взглядом, и от этого у Лизы стал тяжелеть живот. — Какая именно часть этого была для тебя лёгкой, Лиза? — Ты знаешь, что я имею в виду. Разве не было бы лучше… я не знаю. Просто сделать мне таблицу, чтобы я могла расплатиться сама? Бровь Иры медленно изогнулась. — Ты думаешь, что электронная таблица смогла бы это исправить? — Нет. Конечно, нет. Но я просто чувствую, что должна была сделать это сама. — И к чему это привело бы? — спросила Ира. — У тебя было бы ещё 10 лет стресса и финансовых трудностей, и ты, вероятно, вернулась бы к своим старым привычкам, даже не заметив этого, потому что ты по-прежнему не имела необходимую поддержку. Возможно, тебе даже пришлось бы объявить себя банкротом, а я не позволю этому случиться с тобой. У меня есть деньги, которые могут помочь, так почему бы мне не использовать их? Я не пытаюсь преподать тебе какой-то великий урок о смирении. Я просто пытаюсь всё исправить. Это было слишком сюрреалистично, и даже перед лицом всех вещей, которые Эмма всё ещё хотела сказать, она обнаружила, что вместо этого тянется к своему телефону. — Если я проверю свой банковский счёт, что я увижу? — Вероятно, сейчас он выглядит так же, — сказала Ира. — Для того, чтобы все деньги прошли через систему, потребуется несколько дней. Но если ты проверишь его снова на следующей неделе, то увидишь совершенно положительный баланс. Никаких страшных красных цифр, — сделав паузу, она призналась: — Хотя боюсь, что твой кредитный рейтинг навсегда разорван на куски. Лиза издала слезливый смех. — Да, ну, я смирилась с этим уже давно. Она хотела протянуть руку и зацеловать всё лицо Иры. Она хотела свернуться калачиком на её коленях и рыдать в течение следующего часа, пока все эти грязные, стрессовые слёзы, которые она сдерживала в течение последних 10 лет, наконец, не покинут её. Но, вместо того, чтобы сделать что-то из этого, она просто потянулась к руке Иры и сжала её. Она вложила в это прикосновение всю благодарность, которую только могла выразить. — Я обязана тебе буквально всем, ты знаешь. Ира улыбнулась в ответ. — Ты драматизируешь. — Вовсе нет. Ты спасла мне жизнь. Она могла сказать по проблеску в глазах Иры, что та понимала всё это и даже больше, но вслух она просто рассмеялась. — Я скучала по твоим преувеличениям, мисс Андрияненкл. Последние две недели были невыносимы без тебя. — Правда? — Правда. Особенно, когда ты звонила мне, и мне приходилось тебя игнорировать. — О, — сказала Лиза, немного сдуваясь. — Да. Почему… почему ты так поступала? Ира ещё раз сжала её руку. — Потому что я не хотела втягивать тебя во всё это. Ты через многое прошла, и пришло время кому-то позаботиться о тебе. Кроме того, я обычно спорила с коллекторскими фирмами всякий раз, когда ты звонила… с ними действительно невероятно сложно работать, — наступила пауза, и на мгновение она выглядела слегка смущённой. — Кстати, мне удалось заставить их списать часть долга. Та цифра, которую я написала для тебя, оказалась больше, чем я на самом деле заплатила. Лиза не могла не закатить глаза. Конечно, Ира могла договориться и об этом. — Ты самый сумасшедший человек, которого я когда-либо встречала, — сказала она, и Ира гордилась этим. — Это, определённо, не самое худшее, что когда-либо говорили обо мне. — Я знаю. Я говорила вещи гораздо хуже, — пробормотала Лиза с румянцем на щеках. — Ира… слушай, всё, что я наговорила тебе, когда мы были в моей квартире… я не это имела в виду. Я была зла и напугана, поэтому сорвалась на тебе, и это было действительно низко. Извини. — Ты знаешь, что я уже простила тебя, — сказала Ира, прижимая Лизу к себе и целуя её в лоб. Глаза Лизы закрылись, и она сделала глубокий вдох, впитав запах, по которому так сильно скучала. — И ещё кое-что: я ценю, что ты искала новую квартиру, но, пожалуйста, не думай, что я хочу, чтобы ты съезжала отсюда. Ты можешь оставаться столько, сколько захочешь. — Правда? — Конечно. Ты делаешь отличные куриные пиккаты. Лиза засмеялась, не в силах больше держать от неё дистанцию. Она сдвинулась и зарылась лицом в шею Иры. Ира обняла её за плечи и притянула ещё ближе к себе. — Спасибо тебе, — тихо сказала Лиза, и Ира знала, что она не говорила о кулинарном комплименте. — Всегда пожалуйста, — пробормотала она в волосы Лизы. — Ты можешь выдохнуть, слышишь? Я с тобой. Лиза кивнула, наконец-то осмелившись поверить в это.