Пыльный воротник [18+]

"Ощущение, будто я стою посреди переполненной народом комнаты, кричу во весь , а никто не слышит"

- Ты не можешь все время прогуливать. - возмутилась Дженни, застигая свою белую блузку. - Я не знаю, что произошло на той вечеринке, но... Мейсон сказал не задавать тебе вопросы.

И спасибо ему за это. Пару дней назад парень довез меня до кампуса, настоял на медицинском осмотре, от которого я конечно отказалась. Не уверена, что у меня есть какие-то жизненно опасные травмы. Он довел меня до комнаты, помог привести себя в порядок, до того как пришла Дженни (нет, он не помогал мне переодеться. Просто обработал пару ссадин). А после, когда я заснула, видимо предупредил соседку о моем состоянии. Парень оказывается не так ужасен, как о нем говорят. Ну, по крайней мере, я так думала.

- Так, — расправившись со своим галстуком, вздохнула подруга. - что там произошло?

Очередные шутки Уиллсона, хотелось выкрикнуть мне. Черт, он действительно зашел так далеко? Он стал монстром, - твердил мне мой внутренний голос. Айзек бы с радостью продолжал смотреть как меня изнасилуют. Это не тот парень, который помогал мне с верховой ездой. Он не тот, что говорил, что Адам любит меня. И не тот, кто успокаивал меня в тот день. Два года извинили его до неузнаваемости.

Руки еще немного болели. На запястьях остались синяки и следы пальцев. На ягодицах и ногах такая же история. После стольких прикосновений, мне нужно было отдохнуть от людей. Я даже попросила брата не приходить ко мне пару дней, утверждая, что просто плохо себя чувствую. Мои таблетки для сердца значительно увеличились в количестве приемов. После того вечера меня начали мучить частые боли, головокружение и временами приступы. Это все стресс, убеждала я себя. У меня вовсе не было желания идти на занятия, зная что там встречу Айзека, а с моим везением еще и тех троих. Странно, я не запомнила толком ничего с того момента. Единственное, что засело в моей памяти - взгляд Уилсона, которым он обдарил меня, когда мое платье полетело на пол. Одежда была более менее в порядке, вот только не могу сказать, что еще куда-то его надену.

- Неважно. - ответила я, посильнее укутавшись в одеяло. - Сегодня я хочу пойти в конюшню. Нужно поговорить с тренером.Говорят она вернулась вчера в академию.

- Хочешь вернуться в спорт? - присев на край моей кровати, спросила Дженни. - Уверена, что в твоем состоянии это будет безопасно? Я не говорю, что тебе не следует этим заниматься, но все же.

- Я хочу узнать куда делся мой конь. Его никто не мог объездить. Вряд ли кому-то все таки удалось.

Недавно у нас с моей новой подругой (Господи, когда я уже привыкну к этому слову?) состоялась неплохая беседа. Включив на ноутбуке легкую комедию, вечерком, мы поделились несколькими фактами о себе и своей жизни. Если честно, у меня давно не было такого разговора с кем-то. Понравилось ли мне? Наверное.

- Когда собираешься вернуться к занятиям? - спросила девушка. - Ты ведь не можешь пропустить весь семестр. Прошло уже четыре дня, а ты даже не вставала с постели.

- Завтра. Сегодня я хочу решить некоторые вопросы. Завтра я вернусь в академию. - и это было правдой. Мне отчасти надоело лежать в своей комнате, жалея себя. На самом деле, жалела себя я один день. Еще три мне нужны были для того, чтобы придумать план действий, и ненадолго заставить забыть о себе эту четверку.

Телефон издал истошный писк, оповещая о новом сообщении. Дженни встала с места, подхватив свое пальто, помахав мне рукой, вышла за дверь, позволяя спокойно окунуться в мир тишины и покоя.

Грейс: Привет, дорогая. Совсем ушла в работу, не хватает времени даже позвонить и узнать как там мои любимые дети.

Она так привыкла называть нас своими детьми, что это стало каким-то обычным прозвищем. Потерев болевшие от  усталости глаза, я переложила телефон на край кровати. Поднявшись на ноги, хватая свой белый халатик со стула, плетусь в ванную. Приняв душ, приведя себя немного в чувства, зная, что тетя все равно сейчас занята и не имеет возможности ответить на мое сообщение, не торопилась с ответом. Взглянув на свое отражение в запотевшее от пара зеркало, ужаснулась. Что ж, по крайней мере видок у меня достаточно устрашающий. Когда я в последний раз ела? Наверное вчера утром. Или все таки несколько дней назад? Наверное, дня два назад, ведь вода и горячий кофе не особо считалось едой. Проведя ладонью по стеклу, стирая последнюю грань между моим лицом и отражением, вздохнула. Синяки почти сошли с кожи, но несколько отметин все еще были видны на шее. За свои руки я не переживала, кожа там на людях всегда была прикрыта джемпером или рубашкой, а вот ноги... Не стоит думать об этом сейчас.

Смыв остаток сна холодной водой, почистив зубы и переодевшись в черные джинсы и синий свитер, украшенный широкими рукавами и длинным горлом, которое мне пришлось закатить два раза, вышла с ванной комнаты.

Подхватив телефон с кровати, еще раз перечитала уведомление от Грейс.

Кэсси:  Не волнуйся, это не заставит нас любить тебя меньше. У меня завал по учебе, с Эриком все хорошо (он стал слишком самостоятельным), поэтому тебе не стоит волноваться.

Ответ пришел на удивление быстро.

Грейс: Ты ведь знаешь своего брата. В нашей семье мозговитым выдался он.
P.S: Это не камень в твой огород. Ты у меня тоже очень умная, ахах.

Грейс: Ты ведь не забываешь принимать таблетки, да?

Достав из тумбочки новый пузырек, мысленно посчитывая на сколько мне его хватит. Если приступы не будут повторяться, то на месяц. А если станут наведываться ко мне почаще... Откинув дурные мысли, набрала сообщение тете.

Кэсси: Сейчас они мне ни к чему, не волнуйся. Того, что у меня есть должно хватить на два месяца.

Ложь. Если Грейс узнает о недавнем событии, и как сильно это повлияло на мое самочувствие она сойдет с ума. Ни к чему волновать ее. Вряд ли она сможет приехать в блажащее время, а если учесть то, что даже если бы ей это удалось, ничего бы не изменилась - смысла вовсе нет.

Перекинувшись еще несколькими короткими вопросами, Грейс попрощалась. Оказывается в компании произошла какая-то неразбериха, и начальник решил оставить всех своих работников в стране, держа всю свою свиту при себе. На биржевой рынок вышли новые конкуренты, с которыми Грейс, и еще несколько сотен менеджеров придется сражаться за место в топе. Меня всегда удивляла биржа и конкуренция в мире бизнеса. Казалось бы, за день ты можешь потерять все, а возможно и за считанные часы.

Завязав волосы в высокий конский хвост, прихватив с собой куртку и сумку, я вышла за дверь, оставляя последние минуты уединения и спокойствия за ней. Несколько парней пробежались лестницей, громко крича, что проспали и опаздывают на уроки. Пара девушек вышла из комнаты, тихо смеясь, смотря в телефон. Рыжеволосая старшеклассница перевела взгляд на меня. Проигнорировав очередную порцию сплетен за спиной, я спустилась вниз. Проходя мимо главного зала с диваном, замечая как знакомая фигура, развалившись на диване качает голову в такт мелодии в наушниках. Брюнетка приоткрыла глаза, встретившись со мной взглядом неловко улыбнулась. Октавия Уиллсон помахала мне рукой, невзирая на все слухи и ненависть своего брата ко мне. Эта девчонка всегда удивляла меня своей нежностью и чистотой. Уверена, то что Деймон ошивается вокруг нее добром не кончиться.

Вороны имели странную способность - портить людей, влезать в их жизни и оставлять после себя единственное, что возможно - пепел. Странное сравнение, соглашусь, но это было так. Октавия никогда не общалась со мной, да и я совру, если скажу, что горела желанием наладить с ней контакт. Нет, мне и в голову не приходили плохие мыслим про девушку, просто... Она была другого уровня. Ее родители богаты, она успешная в танцах и полна надежд на будущее, а я... Я была слишком испорчена для таких знакомств.

Выйдя на улицу, замечая как сильно изменилась погода за эти несколько дней, посильнее укуталась в свою куртку. Мой список сегодняшних дел был не слишком велик: конюшня, кабинет тренера, спорт зал, поле и кабинет директора. В конце дня мне следует зайти к брату, чтобы убедиться, что малыш не подумал якобы я его бросила. Черт, Кэсси, что за глупые мысли. Он никогда о таком не подумает.

Пройдя мимо знакомого парка, свернула направо, сворачивая путь через футбольное поле. Тренер громко подул в свисток, чем вызвал у меня небольшой испуг. Крикнув парням быстрее шевелить своими задницами на поле, выругался. Этот мужчина средних лет всегда был одним из моих любимчиков. Интересно, он хотя бы помнит меня?

Проскользнув мимо трибун, задержав взгляд на спортивные тела старшеклассников, пробегающих мимо меня, отбросила эту идею к черту.

- Арчерон! - крикнул голос за моей спиной.

Тренер О'Коннер обошёл футбольную команду, пробираясь ближе ко мне. Мне стало интересно, почему это мужчина ушел из большого спорта. Сомневаюсь, что ради того, чтобы тренировать подростков. Я обернулась к нему, заставляя  остановиться.

- Тренер?

- Рад, что ты вернулась, Арчерон, — произнес он, приказав парням не торчать "словно девки на выпускном", а продолжать тренировку. - Есть разговор. Ты еще занимаешься бегом? Через три месяца будут происходить соревнования. Студентка, которая должна была выступать, сломала ногу. Мне нужна замена.

- Вы предлагаете мне быть заменой кому-то? - такая перспектива не особо радовала меня. А если учесть мое больное сердце, то вообще не привлекала. - Неужто нет больше никого, кто мог бы защитить честь академии? Не поймите меня неправильно, тренер, я благодарна за эту возможность, но...

О'Коннер был одним из тех, кто давал сведенья против меня. Я не держу на мужчину никакого зла, ведь его слова ничего не решили для дела. По официальным данным - Адам погиб в ходе несчастного случая. Тренер лишь сказал то, что видел: в последние минуты жизни именно я была рядом с ним.

- Перестань прибедняться. Это хорошая возможность вернуться в строй. К тому же, — посмотрев на поле, засунув руки в карманы спортивных штанов, — в этом году будет денежный приз. Ты сможешь оплатить учебу братана за год. Это отличная возможность решить некоторые проблемы. А они у тебя есть.

Каждый год академия награждала своих чемпионов какими-то поблажками. Например, три года назад, после победы в футбольном чемпионате наша команда получила сертификаты на крупную сумму и разрешение на пропуски занятий. Перспектива того, что мне не придется думать как оплатить следующий год учебы брат, и Грейс не придется отдавать такую большую сумму с каждой своей зарплаты, была довольно привлекательна. Вспомнив сколько у меня осталось таблеток, сморщила нос. Черт бы побрал эти гребанные деньги!

- Хорошо, — вздохнув ответила я. - Я соглашаюсь на соревнования. Но у меня есть одно условие.

О'Коннер напрягся, внимательно прислушиваясь к моим словам.

- Вы узнаете куда делся мой конь, - не уверена, что он это сможет, но у тренера больше возможностей. А может он и так знает куда делся Буря? - Когда я приехала Бури уже не было. Мисс Браун была на съезде, поэтому я не встречала ее за эти дни. Помощник даже не видел лошадь, и с нескрытым удивлением начал интересоваться почему мне так важно это животное. Я предлагаю сделку, тренер. Вы - узнаете мне про моего жеребца, а я в свою очередь прикрываю вас на соревнованиях. И думаю, вам не нужно говорить о моих способностях.

Мужчина долго стоял молча, смотря прямо на меня изучающим выражением лица, словно пытался понять: шучу ли я?

- Хорошо, — наконец произнес он. - Тренировке каждый день после занятий. В четыре часа я жду твой зад на поле, Арчерон. И никаких опозданий, — пригрозил он мне пальцем, — Я терпеть не могу, когда опаздывают.

Он развернулся ко мне спиной. Не дожидаясь моего ответа поплетался на поле. Несколько парней, внимательно наблюдали за нашим разговором, впитывая каждое сказанное слово. Уверена, они слышали все. Гребанные ищейки. Вся академия знала, кому именно передается эта информация. Вдохнув холодный воздух, наслаждаясь как легкие болезненно сжались от такого напора кислорода, я направилась к школьному корпусу.

Кабинет тренера Браун, которая, как оказалось только вчера приехала с межрегионального сбора, находился на первом этаже. Каждый год перед самими соревнованиями министерство по делам спорта организовывало официальные сборы. Обсудив все нюансы, новые правила, которые добавлялись каждый год, и характеристики лошадей и всадников, тренера разъезжались.

Шел второй урок, поэтому коридор пустовал. Я специально выбрала такое время, чтобы не попадаться на глаза моих "дорогих" одноклассников. Что ж, если им захочется меня найти - они это сделают. Я лишь оттягиваю гребенное время. Могу проспорить, что Уиллсон приготовил много интересного для меня. Плевать. Пока это не касается моего брата, я буду бороться с этим возомнившемся себя богом, индюком.

Постучав в деревянную дверь, с табличкой "Эльза Браун", я немного расслабилась. Эта молодая женщина была вторым человеком в "Демор", которая верила в мою невиновность. Она даже прилетела в Англию на похороны родителей, за что я безумно ей благодарна. Тогда мне и в голову не пришло поблагодарить ее... Наверное шок и вина заглушили мои чувства благодарности.

Год назад, когда она появилась на пороге нашей квартиры с сочувствующими словами, и уговариваниями принять предложение об удочерении, я удивилась. Эльза никогда не была сентиментальной особой. Можно было утверждать, что ее натура была слишком жесткой. Но мне нравились ее подходы, и нравятся сейчас.

Услышав голос женщины, говорящий войти, я открыла дверь. Переступив порог, замечая как все изменилось в этом маленьком кабинетике. Небольшой стол из светлого дерева, заменился экологично чистым стеклом. Шкафы, которые были заставленными наградами, стали пристанищами для книг и папок. Тренер сидела за своим столом. Не поднимая взгляда копалась в каких-то документах.

- Зачем пришли? - все так же несмотря на меня, спросила она.

- Мисс Браун, — боясь спугнуть ее рабочий настрой, пробормотала я. - Я подумала, что мне стоит уведомить вас о том, что я вернулась. Знаю, вы уже знаете о моем возвращении в академию, но я подумала, что было бы неплохо прийти к вам самой.

Эльза резко подняла взгляд. Ее карие глаза засветились непонятным для меня светом. Темные коричневые волосы в короткой стрижке, которые я привыкла наблюдать два года назад, сменились свободным водопадом по плечи, завязанные в тугой конский хвост. Женщина тридцати лет поднялась с места. Подойдя ко мне, странно, совсем непривычно для своей манеры улыбнулась.

- Я знала, что ты вернулась. Мне доложил директор, — она держалась на расстоянии, словно догадываясь о моей ... особенности. Я до сих пор помню как умоляла Грейс никому не говорить об операции, и на мое удивление, она сдержала свое обещание. - Я хотела зайти к тебе после занятий. Почему ты не на уроке?

- Я плохо себя чувствовала, поэтому отпросилась. - тренер пригласила меня присесть. - Мисс Браун, я хотела спросить... Куда делся Буря?

Эльза напряглась. Присев на диван, я наблюдала за ее выражением лица. Губы сжались в тонкую линию, а глаза стали бегать по кабинету. Мне стало интересно, что вообще произошло с конем, раз ни один человек в "Деморе" не знает где он. Или все таки знает, но молчит?

- Кэсси, ты хотела поговорить со мной из-за Бури? - сложив руки на коленях, женщина уперлась об рабочий стол напротив меня. - Если ты хочешь вернуться в спорт, я буду только рада. Мне известно, что ты каждуй день занимаешься на ипподроме с разными лошадьми. Тебе необязательно тренироваться именно на этом жеребце.

- Я не готова вернуться в спорт, тренер. Я лишь хочу знать, где моя лошадь. - отрезала я. - Два года назад вы сказали мне, что не всадник выбирает лошадь, а лошадь всадника. Связь между наездником и его конем достаточно велика. Вы не выиграете ни в одном соревновании, если не будете чувствовать друг друга. Буря мой конь. Даже спустя два года, я знаю, что он не дал объездить себя ни одному наезднику. Тогда в чем проблема? Вы продали его?

- Кэсси, — вздохнув, она потерла переносицу, — какой смысл с этой лошади, если он уже два года не объезжался? У Бури есть большие шансы на победу в любых скачках, но... У него новый хозяин.

Другой хозяин. Значит он больше не является собственностью академии. Документация на перепродаж лошади не занимают много времени. "Демор" вполне могла согласиться на хорошую сумму за лошадь, которая не будет больше участвовать в соревнованиях. Учитывая, что он был чемпионом, за него могли предложить большую сумму. Но какой смысл покупать лошадь, которая не выйдет на арену? Если только...

- Его купила семья Уиллсонов? - не узнав своего голоса, я встала с дивана. - Айзек Уиллсон купил Бурю сразу после моего отъезда?

- Его отец настоял на том, чтобы Бурю переоформили на личное владение, а не на академию. - слишком тихо, словно боясь, что нас подслушают, произнесла мисс Браун. - Послушай, Дориан Уиллсон захотел эту лошадь. Я не могла быть уверена, что ты приедешь. А после смерти твоих родителей, я и вовсе не могла на это полагаться. Уиллсон приказал перевести его в свою конюшню за городом.

Все это ради мести? Все, мать твою, ради гребанной мести, которая задела эго Айзека? Выбежав из кабинета, оставляя Эльзу в замешательстве, я направилась на поле. Футбольная команда до сих пор тренировалась. Резкий привкус гнили во рту, вкус ненависти и ярости, обдал все мое тело. Ноги ступили на мягкую траву, неся меня в сторону знакомой фигуры. Я была зла, Господи, как же я была зла. Пройдя мимо Алана, который что-то мне сказал, обошла несколько парней. Деймон стоял возле Айзека, тихо посмеиваясь над какой-то темой. Тренер дал им перерыв. Мне посчастливилось не бежать мимо футбольного мяча, летящего в мою голову. Наверное что-то в моем лице забеспокоило Деймона, и он быстро прервал историю. Смотря на меня, в то время как мой взгляд был прикован к широким плечам Айзека Уиллсона, шепнул другу о моем появлении.

- Айзек, мать твою, Уиллсон, — прорычала я достаточно громко, чтобы все поле затихло.

Парень повернулся ко мне лицом. Не скрывая своего веселья, улыбнулся.

- Твоя мордашка выглядит довольно впечатляюще, — засмеялся ублюдок. - Чего тебе Арчерон?

Его взгляд прошелся моим телом, отмечая каждый изгиб, словно помня на изусть, где касались руки тех троих.

- Где мой конь, придурок? - мой голос становился все яростнее, — Скажи мне вот что, Айзек. Какого хрена ты так много времени тратишь на то, что тебе неважно? Какого хрена, твоя задница вечно встает у меня на пути?

- Угомонись, — я его разозлила? Так просто? - В этот раз я прощу тебе твое поведение, и то только из-за твоего недавнего наказания. Ты слишком много позволяешь своему рту.

Он сейчас затыкает меня? Гребаный идиот! Я подошла к нему вплотную, так, чтобы наши тела соприкасались. Теплая и потная грудь парня ритмично поднималась от дыхания, а руки сжались в кулаки.

- Как я вообще могла общаться с таким придурком как ты? - прошипела я, замечая как ярость Айзека растет, — Мне тебя жаль. Ты всего лишь маленький мальчик желающий получить долбанное одобрение золотого папочки. Твой стиль говорить с девушкой на уровне силы, но как только что-то происходит в твоей тупой голове, — адреналин бурлил в крови, когда мой указательный палец ударил в его лоб, — бежишь за помощью своих дружков - психопатов, которые только и могут, что прикрывать твой поганый зад.

По полю прошелся шепот. Челюсть Уиллсона сжалась до хруста. Играя жвачками на скулах, он схватил мой локоть, достаточно сильно, чтобы я вскрикнула. Толкнув плечом рядом стоящего Коула, Айзек потащил меня вперед. Стараясь вырвать руку, я даже не заметила как мы вошли в здание. Его дыхание было похоже на разъярённого быка. Перецепившись через небольшой порог, мысленно поблагодарила всевышнего за то, что парень сильно держит меня на ногах. Протащив мое тело за поворот, ближе к раздевалкам (они находились под трибунами), толкнул спиной об стену. В такие моменты, когда адреналин и ярость охватывают мой разум, я на мгновение забываю о своей фобии... (или все дело в нем?)

Проклиная его чертовую персону, мои легкие выпустили последний воздух от удара. Черт, спина будет болеть достаточно сильно.

- Так что ты там говорила? - его грубая рука легла на мой затылок, посильнее сжимая волосы. - Ты сильно заблуждаешься в своих способностях и ценности в этом мире, Арчерон. Ты ничто. Ты никто. Ты пыль под моими ногами, которую я стеру одним движением руки. Ты сама виновата в том, что припёрлась на мою территорию. Ты гребанная лгунья и стервозная сука, которую я пущу по кругу, пока ты не будешь умолять меня убить тебя.

- Я уже говорила тебе, Айзек, — наклонившись вперед, сровняв наши лица, прикасаясь своим носом его, произнесла я, — второго шанса на свою смерть я тебе не предоставлю. Повторю свой долбанный вопрос, придурок. Где. Буря?

Его взгляд скользнул моим лицом. С полной ненавистью, пройдя каждым сантиметром кожи. Остановив взор на моих губах, нагло улыбнулся.

- Ты так много говоришь, но никогда не делаешь. - его тон стал более глубоким, что заставило меня напрячься. - Шлюхи, вроде тебя, частенько используют рот для других дел. Когда-то, ты будешь просить меня остановиться, в то время как я буду трахать тебя.

Он омерзителен. Два года назад Айзек был одним из тех парней, которые не позволят так говорить о девушке. Сейчас же передо мной стоял вовсе другой человек. Яростный, с гнилой душой и неподчиненным телом.

- Верни мне Бурю. - Захрипшим голосом, потребовала я.

- Ты больше никогда не увидишь его. - спокойным тонном, сказал он.

Собрав всю свою злость в кулак, я замахнулась. От удара по щеке, Айзек отклонил голову в сторону. Красная отметина красовалась на его лице, когда парень таращился в пол. Словно проснувшись ото сна, он схватил меня за шею. Горло сжалось, не пропуская кислород. Чувствовая как сознание начинает меня покидать, я царапала его руку.

- Дорогой? - промурлыкал женский голос. - Что происходит? С тобой все в порядке?

Отойдя от меня на шаг, бросая мое тело на землю, Уиллсон перевел взгляд на стоящею возле него девушку. Дорогие сапоги и запах духов, заставил прикрыть глаза. Только ее здесь не хватало.

- Кажется, ты говорила, что тебе скучно, — на удивление милым голосом сказал Айзек. - Я принес тебе игрушку. Развлекись немного, но не заигрывайся.

Развернувшись ко мне спиной, Уиллсон ушел. Ублюдок. Урод. Голова шла кругом, когда перед глазами появилось лицо Вероники. Схватив меня за щеки, она покрутила мое лицо в разные стороны, словно оценивая товар. Фыркнув, убрала руки. Словно в попытке избавиться от грязи, девушка потерла руки об свою юбку. Сил встать у меня все еще не было. Какого хрена тело не слушается?

- Мы с тобой знатно повеселимся, староста. - улыбнулась стерва, печатая какое-то сообщение на телефоне. - Через минуту придут мои подруги, и мы устроим вечериночку.

Она не соврала. С пунктуальностью у этих тупиц было все отлично.

- Пошла к черту, — плюнув в ее ноги, прошипела я. - Прикоснешься ко мне хоть пальцем, и я устрою тебе "вечериночку".

- Вот и проверим твои способности, — улыбнулась одна из подружек Вероники. - У меня в кармане сумки есть камера. Сегодня были съёмки спектакля. Может устроить ей кастинг?

- Отличная идея. - хмыкнула рыжеволосая.

Две пары рук подняли меня на ноги. Держа под руки так, чтобы я не могла вырваться, девушки затащили меня в раздевалку. Размахнувшись, я ударила головой в нос блондинке. Та зашипела от боли, отпустив мою руку. Спохватившись, брюнетка выругалась, но не успела среагировать на мой удар. Следующий удар прошелся по челюсти Вероники. Сучка упала на пол, гневно проклиная меня за причинённую боль. Откинув все сомнения, заставляя ноги двигаться, открыла дверь. Кто-то схватил меня сзади. От прикосновения чужой руки по телу прошел ток. Сцепив зубы, чтобы не закричать от отвращения маленьких паучьих лапок, выпрямилась. Стянув мою куртку, Вероника приказала двум подругам держать мои руки. Хрен вам, а не подчинение. После очередного прикосновения внутри все похолодело. Черт бы побрал эту гребенную фобию. Сердце участилось, словно говоря "беги, беги, беги". Почувствовав сильный удар в затылок, я потеряла равновесие, встречаясь лицом с холодным паркетом. Черт, как же больно!

- Прямое включение из академии "Демор", — посмеиваясь проговорила брюнетка. - На месте событий королева змей - Вероника и ее свита. Вероника, скажите пожалуйста, за какие грехи вы решили наказать нашу дорогую старосту?

Продолжая снимать меня на камеру, девушка стянула с меня кофту, оставив в одном белье.

- Эта сучка слишком сильно меня бесила, — проворчала Вероника, стягивая мои штаны. - За такое, обычно, я наказываю.

Холодный поток воздуха пленил оголенное тело. Я была в одном белье. Одна. Брошена и сломлена. Слезы собрались в уголках глаз. Проклиная свою гребанную слабость, начала отбиваться от чужих рук. Ненавижу, ненавижу, ненавижу. Тело тряслось от рыданий. Голоса и смех смешались в одну кучу звуков, которые я не могла разобрать. Вспышки камер ослепляли, дезориентировали. Словно по щелчку, чья-то ладонь сжала мои волосы на затылке.

- Запомни этот момент, Арчерон. - прорычала Вероника, — Ты всего лишь грязная шлюшка. Я могу растоптать тебя, словно ничего не замечая на своем пути. Ты ничтожество, которое будет удовлетворять мои потребности в насилии. Знаешь почему? Потому что такой мусор как ты, понимает только силу.

Отбросив мою голову назад, ударив об пол, она встала. Головная боль усилилась от удара. Что-то мокрое стекала моим лбом, но от яркого света я не могла открыть глаза. Я уничтожу вас. Уничтожу каждого из вас.

- Не волнуйся, — промурлыкала рыжая, — чтобы ты не забыла сегодняшний день, я отправлю тебе это видео на почту. Или все таки сделать копии и переслать каждому из студентов. Уверена, твой братец оценит ничтожество своей сестры.

Звук школьного звонка заглушил мой крик. С потолка полилась вода, смывая с лица капли крови. Пожарная безопасность... В корпусе случился пожар? Звук ставал все громче и громче. Пихнув меня ногой, девушки забрали свои вещи. Спустя несколько секунд я почувствовала, что в раздевалки одна. Паркет покрылся лужами и кровавыми разводами. Собрав последние силы в кулак, я поднялась с пола. Подавляя тошноту и писк в ушах, начала искать свою одежду. Ее нет. Они забрали даже куртку. Нужно убираться. Потом подумаю обо всем этом.

Открыв дверь, вышла в коридор. Держась за стены, кое-как держалась на ногах. С каждым шагом, моля себя не упасть. Я не сдамся. Я не упаду. Я не буду играть по их правилам. Айзек превратился в чудовище, управляющее стаей спраглий. Ноги снова подкосились, и мне пришлось остановиться. Передохнув несколько секунд, все таки добралась до выхода. Стараясь выровняться, чтобы не показать свою слабость, открыла дверь. Дневной свет заполнил коридор, ослепляя мои глаза. Переступив порог, ощущая как по телу капает вода, поежилась от холода. На улице было невыносимо холодно. Мое мокрое белье и полное отсутствие верхней одежды было не так заметно для меня, как ужасная головная боль. Кажется, у меня идет кровь. Кто-то начал перешептываться. Высоко подняв голову, открыв полностью глаза, я нашла взглядом четырёх парней. Айзек с некоторым потрясение и ярость смотрел на мое лицо, словно скрывая свои мысли от окружающих.

Я уничтожу тебя, Айзек Уиллсон. Ты больше не увидишь моей слабости. Ни капли доброты, ни капли сожаления. Ты хотел бороться? Я предоставлю тебе такую возможность. С Дьяволом может бороться только Дьявол. И сейчас время моего хода.