Друг из шкафчика

Кира резко зажмурилась, надеясь, что, если не смотреть — всё исчезнет, станет обычным. Но когда открыла глаза, отражение не изменилось.

Из неё по-прежнему струилось еле заметное голубоватое свечение — мягкое, как пар над чашкой. А Сэм продолжал двоиться, словно за ним следовала его призрачная копия, отстававшая всего на миг. От этого зрелища скрутило живот, как на огромной высоте.

- Ты ведь знаешь, что показывает это зеркало? – прошептала Кира.

Но Сэм не спешил с ответом. Протянул руку и коснулся стекла осторожно, как если бы то могло обжечь. Ничего не произошло. Тогда парень аккуратно взял зеркало и поднёс ближе к себе.

- По нашей с Егором легенде, - наконец заговорил, - оно показывает истинную сущность.

В ожидании продолжения Кира затаила дыхание. Но никаких подробностей не последовало — Сэм молча разглядывал самого себя.

- И всё? – не выдержала девушка. – Ничего не скажешь насчёт того, что я свечусь, а ты двоишься?

- Этого я не знаю. Как и того, почему зеркало вдруг заработало именно сейчас.

Смотря на парня, Кира впервые заметила в его глазах непонимание.

- Я и сам с трудом верю в происходящее, - подтвердил он это вслух. – Мы с Егором были совсем детьми, когда придумали два артефакта для игр: блокнот, с помощью которого можно общаться с духами, и зеркало, показывающее то, что не способен увидеть человеческий глаз. Мы таскали их на свои выдуманные «экспедиции», искали «призраков» ... а потом выросли.

- Блокнот начал работать после смерти Егора?

Сэм кивнул, но тут же осёкся:

- Точнее, я заметил это только после того, как Егора не стало.

Некоторое время одноклассники так и стояли молча, пялясь на зеркало. Сэм уже позабыл, что хотел усадить девушку в кресло, а она сама уже не чувствовала боли в ноге. Тишину заполняла только редкая капель за маленьким подвальным окошком.

- Может, артефакты заработали из-за Пожирателя, - вдруг предположила Кира. – Он выбирает жертву, та оказывается между жизнью и смертью. От этого запускается что-то, - она аж закатила глаза от противоречия своей рациональности, но всё же озвучила, - волшебное.

Затем, уставившись в эмалированную панель зеркала, продолжила рассуждать вслух:

- Если оно и правда показывает истинную сущность, тогда моё свечение можно трактовать как то, что я не зло. Но вот почему ты раздваиваешься?

- Моя душа... понемногу покидает тело, - не задумываясь, произнес Сэм.

- Что?! – вздрогнула Кира.

А парень лишь подтвердил своим усталым взглядом, что она правильно всё услышала. Кире совсем это не нравилось, от чего она резко дёрнула головой, желая стряхнуть ощущение того, что Семён допускает худший исход событий.

- Нет, это бред. Хватит! – заметалась она по комнате. – Мы со всем разберёмся и для начала посмотрим через зеркало на школьного стоматолога.

✦ ✦ ✦

На следующее утро, в четверг, Кира и Сэм пришли в школу немного раньше обычного. Они надеялись перехватить стоматолога до начала приёма, но, как оказалось, уже опоздали: коридор возле кабинета был пуст, дверь закрыта, а за ней слышались звуки работающей бормашины.

- Уже начал, - мрачно констатировал Сэм.

- Бессмысленно тут торчать, - кивнула Кира. – Он не выйдет как минимум час, так что пошли грызть гранит науки.

Оказавшись на этаже с кабинетом химии, внимание девушки привлекло странное поведение одноклассников. Обычно те разбивались на группки по несколько человек, а тут столпились все вместе вокруг чего-то одного... или кого-то.

Сэм, не придав этому значения, отправился к самому крайнему подоконнику. А вот Киру увиденное заставило оживиться. Почти броском она сунула парню свою сумку и стремительно рванула вперёд, расталкивая одноклассников локтями.

- Валерия... - выдохнула она, увидев в центре подругу, и тут же кинулась обнимать. Но та была неподвижна, лишь слегка дрогнула, когда руки Киры сомкнулись вокруг её тела.

Несколько секунд так и простояли. Поняв, что не в силах отогреть пустую оболочку Валерии, Кира отстранилась — и только тогда разглядела, что подруга выглядит как человек, которого перемололо изнутри. Черты осунулись, под глазами залегли синяки, губы потеряли цвет. Вместо школьной формы на ней было чёрное платье с длинными рукавами. Лаконичное, закрытое — как доспех.

У Киры сжалось горло, и всё, что хотела сказать, застряло в нём. «Держись», «соболезную», «если что — я рядом». А может, и хорошо, что она промолчала? Должно быть, Валерия уже тысячу раз слышала эти слова — и её от них тошнит.

Поэтому Кира просто взяла подругу за руку и сжала настолько крепко, насколько смогла.

- Всё хорошо, правда, - спокойно произнесла Валерия. – Все мы однажды умрём. Не стоит тратить время на слёзы по ушедшим.

От услышанного по спине Киры пробежал холодок. Она не могла понять, говорила подруга искренне или это всего лишь защитная реакция? И почти сразу сообразила: с Валерией явно работали психологи. Такие фразы не появляются изнутри — их вкладывают, оттачивают, повторяют до тех пор, пока не удастся обмануть сердце, заставить его поверить, что можно существовать и дальше — даже без своего самого близкого человека.

- 10А, заходите, - раздался голос учительницы после щелчка замком.

Одноклассники потянулись внутрь кабинета химии. Лиза, всё это время стоявшая рядом с Валерией, взяла подругу под руку и повела в класс.

Кира как заворожённая проводила их взглядом. И только когда девушки скрылись из вида, вспомнила про сумку и резко развернулась.

В ту же секунду она врезалась во что-то упругое, мрачное и безоговорочно закрывавшее собой все источники света.

- Аккуратнее, - услышала голос Сэма.

Видимо, до этого парень стоял прямо за её спиной, а теперь придерживал за локоть, не давая окончательно потерять равновесие. От неожиданности Киру словно ударило током — сердце заходилось то ли от вспышки возмущения, что одноклассник опять без ведома её схватил, то ли от того, насколько бережно он это сделал.

- Подкрался, как привидение, - пробормотала она с досадой, отводя взгляд.

Но тот зацепился за плечо парня, на котором висела её же сумка. Уголки губ непроизвольно растянулись. Что это? Он снова... ухаживает?

Мгновенно залившись краской, Кира дёрнулась — сначала освободила локоть, потом потянулась за сумкой. Но Сэм вдруг перехватил ручку, и девушка, двинувшись в сторону по инерции, снова едва не впечаталась в грудь одноклассника.

Парень стоял всё так же близко, лицо спокойное, почти отрешённое. Но в его взгляде... в этом почти незаметном прищуре Кире почудилось, что он всё понял. Каждую глупую мысль, что промелькнула в её голове.

От этого смущение вспыхнуло с новой силой и пронеслось ураганом по всему телу. Она застыла, не зная, что делать: вроде как должна вырвать сумку — гордо и независимо. Но... почему-то не хотелось.

Сэм отпустил ручку сам.

- Пойдём, - сказал как-то буднично.

Пол урока Кира сидела с раскрасневшимися щеками. Они пылали от досады, от смущения и чего-то неопределённого. Девушка никак не могла понять, почему же вид её сумки на плече этого угрюмого парня так сильно взволновал? Это же глупость.

Совершенно безуспешно она делала вид, что слушает учительницу, машинально переписывала формулы в тетрадь, но каждые пару минут взгляд всё равно соскальзывал на соседа по парте с непроницаемым лицом. В отличие от Киры, он не строил из себя прилежного ученика и позволял более важным мыслям завладеть головой. Интересно, насколько велика вероятность, что эти мысли связаны с ней?

В класс кто-то постучал, и учительница вышла. Как только за ней закрылась дверь, Сэм повернулся к Кире. Настолько резко, что она аж вздрогнула — ведь именно в этот момент в упор рассматривала парня. Хоть он и успел это заметить, девушка всё равно перевела взгляд на окно.

- Увидеть стоматолога можно только в качестве пациента, - заявил Сэм, чем обнулил надежды Киры на мысли в его голове о ней.

В какой-то степени даже стало обидно, что врач-потенциальный злодей интересовал его больше. Но вскоре до Киры дошёл весь смысл фразы, и она, нахмурившись, вернула взгляд:

- Нет.

- Что «нет»?

- Ты не пойдёшь к стоматологу.

Сэм прищурился:

- А что ты предлагаешь? Дождаться вечера и снова прогуляться за ним до гостиницы?

Кира скрестила руки на груди:

- А ты собираешься завалиться к нему в кабинет, сказать, что у тебя зуб болит, а потом, лёжа в кресле, достать зеркало и заявить: «Извините, хочу убедиться, зло вы или нет»?

Сэм промолчал. И правда, план так себе. Но вида, что согласен с этим, не подал. Просто посмотрел на девушку в упор — как бы говоря: Ну давай, удиви. Предложи что-то получше.

Но Кира не была бы собой, если б не приняла вызов, поэтому начала придумывать на ходу:

- На перемене или в начале следующего урока тот пациент выйдет. Можно встать вблизи кабинета, и, когда дверь откроется, попробовать через образовавшуюся щель поймать отражение стоматолога.

Закончив, она аж удивилась, насколько складно всё прозвучало, но Сэма это не впечатлило.

- Не факт, что врач будет в поле зрения, - поднял он руку и сразу загнул один палец. – Дверь пробудет открытой не больше пары секунд, - загнул второй.

- Но это лучше, чем вламываться к нему в кабинет, - возразила Кира.

- Ловить отражение через щель бесполезно, - буркнул Сэм и отвернулся к окну.

Вот же!.. Мало того что сам не придумал ничего путного, так теперь ещё умничает.

Буквально пять минут назад она, Кира, думала о том, какой Семён милый с этой сумкой на плече и своим угрюмым выражением. А сейчас... сейчас ей хотелось стукнуть его по голове учебником. Желательно самым толстым.

На перемене Сэм, в своей привычной манере, которая, бесспорно, бесила Киру, исчез. Та лишь цокнула языком. Ну сколько можно? – пронеслось в голове. Каждый раз одно и то же. Стоит отвернуться — и он испаряется в неизвестном направлении, ничего не сказав.

Не раздумывая, Кира закинула тетрадь в сумку и пошла к кабинету стоматолога. Интуиция подсказывала, что именно там она и найдёт этого мистера миража.

Но, свернув за угол и миновав ряд стенгазет, расстроилась от того, что интуиция подвела: скамейка возле двери была пуста, если не считать одну девушку. Судя по виду — из одиннадцатого класса. Вероятно, она сидела в очереди к врачу.

- Привет, - приблизилась к ней Кира, - Семён Волков тут не проходил?

Девушка подняла бровь:

- Кто?

- Сэм, - уточнила Кира, понимая, что со своим настоящим именем парень ни у кого не ассоциируется.

- Не-а.

Странно, - подумала Кира. Может, он просто ушёл в уборную, а она уже тут устроила мысленную истерику на пустом месте.

- Надеюсь, врач успеет сегодня всех принять, - тяжело вздохнула девушка на скамейке. – Что-то первый пациент как зашёл, так и пропал, - сказала она скорее в пустоту, нежели Кире.

- Не думаю, что его так уж надолго задержат и тебя не успеют принять. Максимум — последний в очереди пациент посидит подольше. Или вообще перенесут на завтра.

- Это вряд ли, - покачала головой старшеклассница. – Врач сегодня последний день принимает и на ночном рейсе уже возвращается в столицу. А последняя записана моя мама...

Девушка продолжила делиться своими тревогами относительно плохих местных врачей и того, что маме, возможно, придётся к ним идти или мучиться болью до следующего года. Но Кира уже не слушала.

Врач сегодня уезжает!

Эта мысль ударила в голову, как ледяной обух.

Так и оставив одиннадцатикласснику наедине с переживаниями, Кира чуть ли не бегом сорвалась к кабинету информатики, урок которой был следующим по расписанию.

По пути она почти молила, чтобы Сэм стоял возле крайнего подоконника. Но разве хоть раз было так, чтобы этого парня оказалось легко найти, когда он действительно нужен?

Естественно, крайний подоконник пустовал.

Кира остановилась посреди коридора, достала телефон и написала сообщение:

«Ты где?»

Через пару секунд — второе:

«Врач уезжает сегодня ночью!»

Она ещё покрутила головой по сторонам, но чуда не случилось, и Сэм не появился так же внезапно, как исчезает.

- Кира! – окликнул её Лев Смирнов.

Парень стоял у стены в компании других одноклассников; те беззаботно болтали, словно жизнь — это радужная тропинка, а не густой, дремучий лес. Пообещав скоро вернуться, Лев отошёл от них в сторону, давая понять, что настаивает на приватном разговоре с девушкой, которую позвал.

Кира, продолжая про себя проклинать Сэма за его манеру исчезать, как тень, когда солнце в зените, нехотя направилась к Смирнову.

- Нужен твой совет, - чуть склонился к ней одноклассник.

Она уже была готова оборвать его — мол, сейчас вообще не до этого. Но Смирнов не дал вставить ни слова:

- Короче, - понизил он голос, - я хочу пригласить Леру в кафе. Но не знаю, насколько это... ну, уместно.

В груди Киры подскочило какое-то странное, противоречивое чувство. С одной стороны, она с удовольствием помогла бы этим двоим наконец сойтись, но с другой — прямо сейчас у неё были дела гораздо более важные.

Сказать что-то, чтобы Лев просто отстал, Кира не могла, но и оставить без ответа — тоже. Тем временем он смотрел на неё с такой беспомощностью и надеждой, что с горем пополам Кира всё-таки выдавила:

- Знаешь... возможно, это прозвучит банально, но просто сделай так, как подсказывает сердце.

Не получив чёткого ответа, Лев с досадой выдохнул, но решил больше не допытывать одноклассницу и в качестве «спасибо» натянул улыбку. Кира же, почти со спокойной душой, пообещав себе вернуться к этому вопросу позже, уже занялась поисками Сэма. Но закончились они в эту же секунду.

Всё произошло за один миг: сильный толчок в спину — и она буквально влетела в Смирнова. Парень, сам не ожидая, повалился на подоконник, инстинктивно хватая одноклассницу за талию.

В тот самый момент, когда Лев, всё ещё ошарашенный, крепко прижимал Киру к себе, из-за поворота показались две девичьи фигуры. Шли они медленно, Лиза что-то оживлённо говорила, но, заметив обнимающуюся парочку, вдруг осеклась. Валерия тоже подняла взгляд — и тут же буквально наткнулась на лезвие.

Глаза распахнулись, но девушка с силой сомкнула их, будто если не видеть — не будет и боли. Челюсть напряжённо дрогнула, но осталась сжата, как и руки, сцепленные в замке перед собой. И только чуть побелевшие костяшки пальцев выдали, как сильно она вцепилась в собственное самообладание.

Кира даже не подозревала, что могла быть кем-то неправильно понята. Она ловко оттолкнулась от Смирнова и, выпрямившись как сурикат, уже оглядывалась по сторонам, чтобы отыскать того смельчака, который её толкнул, и как следует отругать, но не успела.

Что-то ледяное, обхватив её запястье, резко дёрнуло вперёд. Холод был почти жгучим — как если бы её схватила металлическая рука, пролежавшая в морозильнике. Не нужно было даже поворачиваться, чтобы понять, кто этот железный человек, но она повернулась.

Сэм выглядел бледнее обычного. Лицо — мрачное, губы синие, как у утопленника, брови сведены, взгляд тяжёлый. Он даже не сказал ни слова. Просто потянул её за собой с такой настойчивостью, что у Киры не осталось ни секунды на вопросы.

Несколькими минутами ранее.

Сэм как раз выходил из уборной, когда столкнулся с кем-то прямо в дверях. Он машинально отступил, собираясь извиниться, но запнулся.

Перед ним стоял стоматолог. Белый халат, деловая осанка, лицо с той самой эталонной вежливостью.

- Не нужно извинений, - произнёс мужчина, словно Сэм и в самом деле попросил прощения за свою неаккуратность. Дверь закрылась, а парень и не думал идти куда-то дальше.

Руки сами уже стянули рюкзак и шарили внутри в поисках зеркала. Вот он — шанс узнать, что из себя представляет приезжий врач! Без малейших колебаний Сэм прислонился боком к стене — так, чтобы дверь уборной оказалась позади. Держа зеркало под небольшим углом, он смотрел в отражение, как в перископ, стараясь не моргать.

По факту прошло не больше пары минут, но по ощущениям — целая вечность, прежде чем послышался звук воды в умывальнике, затем — гудение сушилки, шаги, скрип металла в петлях двери и...

В отражении появилась фигура. Белый халат. Высокий рост — совсем не как у врача, с которым Сэм недавно столкнулся. Да и вообще, это был не человек.

То, что вышло, двигалось иначе. Плечи были вывернуты, руки свисали так низко, что почти касались пола. Движения — рваные, как у марионетки, у которой перепутались нити. Голова чуть наклонена вбок, глаза вращаются в разные стороны, будто не могут выбрать, на что смотреть.

Но хуже всего был рот. Он занимал пол-лица, распахнутый, как пасть у собаки. А из него свисал толстый, слюнявый язык, кончиком задевавший грудь. Белоснежные, идеально ровные зубы мерцали жутким фарфором — чересчур идеальные, чтобы быть настоящими.

Халат был разорван в клочья, рукава — в пятнах крови. Воротник и вовсе держался только на броши. Та самая брошь из реалистичных зубов, закрученная спиралью. Но теперь, в отражении зеркала, это была не странная безделушка, а самая настоящая клетка. Внутри неё бились едва различимые силуэты людей. Их руки тянулись наружу, лица искажались в мольбе.

Что-то тонкое, похожее на трубки или жилы, тянулось от клетки прямо в глотку существа, вплетаясь в его язык и нёбо, как капельницы — в вены.

Существо закрыло пасть и с удовольствием втянуло в себя содержимое клетки. Один из самых блеклых призрачных образов дёрнулся — и исчез окончательно.

- Волков, опять ты, - раздался голос за спиной.

Сэм вздрогнул, чуть не выронил зеркало и, тут же захлопнув его, сунул в карман.

С трудом заставил себя посмотреть на врача. Тот стоял совсем близко. Безупречный белый халат, привычная вежливая улыбка на лице — словно и не было в зеркале того, что язык не повернётся назвать человеком.

- Как себя чувствуешь? – поинтересовался врач. – Ничего не болит?

Пульс стучал в висках парня, но он смог выдавить из себя:

- Нет.

- Вот и отлично, - хлопнул его по плечу стоматолог. Ладонь оказалась холодной, как кафель, но Сэм даже не вздрогнул. Только скованно кивнул в ответ. Врач ушёл.

По телу Сэма пробежала волна озноба. Сердце забилось в беспорядочном ритме, а дыхание срывалось. На языке возник мерзкий привкус металла и мяты. Сглотнув ком ужаса, застрявший в горле, Сэм думал только об одном: Со стоматологом нужно покончить сегодня. Иначе он, Сэм, не доживёт даже до звания одиннадцатиклассника. Если врач действительно уезжает этой ночью, как написала Кира, второго шанса просто не будет. Пожиратель прикончит его во сне, а душу запрёт в клетке.

Набрав полные лёгкие густого, отвратительного воздуха, Сэм выскочил на лестницу. Он бежал, не замечая ни стен, ни шагов под собой — после увиденного в зеркале это казалось незначительной мелочью. Перед глазами всё ещё всплывали детали той твари: огромная пасть, слюнявый язык, клетка с пленёнными душами. Нужно спешить!

Добежав до этажа, на котором располагался кабинет информатики, Сэм сбавил шаг, стараясь выровнять дыхание. Взгляд зацепился за уже такой родной синий цвет волос. Кира. На секунду в груди потеплело — Сэм даже почти выдохнул с облегчением, но... Лев. Он стоял слишком близко. Слишком! Обнимал её. Кира — не сопротивлялась.

Глаза Сэма сузились. В памяти с лязгом отозвался недавний сон. Похожая сцена. Подоконник. Смирнов склоняется к Кире, чтобы...

Сэм пришёл в себя только тогда, когда почувствовал, как чьи-то тёплые ладони растирают его руки. Он моргнул и увидел Киру — она стояла прямо перед ним возле шкафчиков на первом этаже.

- Что случилось? – тихо спросила она, заглядывая парню в глаза.

- Идём в архив.

- Сейчас? – удивилась Кира.

- Да.

Спорить она не стала. По выражению лица Сэма было понятно: случилось что-то по-настоящему серьёзное.

✦ ✦ ✦

Запах весны просачивался в подвальное помещение через маленькое окошко под потолком. Чайник на столе едва слышно булькал. Сэм, уже вернувший самообладание, держал кружку двумя руками — пальцы всё ещё были слегка холодны, хоть он и успел выпить вторую порцию чая. Рядом, на кресле, сидела Кира.

- Нужно придумать, как освободить души, - заключил Сэм.

Он уже рассказал обо всём напарнице — о встрече с «врачом», о том, каким показало его зеркало, о клетке с душами и о том, как тварь выпивает их через трубки. Говорил ровно, без эмоций. Но внутри бурлило. И не только от ужаса — от ревности, которая жгла изнутри, как кислотой.

Сэм старался не думать об этом. Но зрелище, где Лев прижимает к себе Киру, всё ещё стояло перед глазами. Он отогнал это как можно дальше — сейчас не время для разбирательств с тем, что у него на сердце.

Кира сидела молча, вжавшись в спинку старого кресла, закрыв глаза рукой. Голова трещала от напряжения. Слишком много информации. Слишком мало времени. И ведь это даже не списать на бред сумасшедшего, ибо она верила каждому слову Семёна. Всё, что он рассказал, — правда. Жуткая, иррациональная, но правда.

Тишину нарушил скрип тормозных колодок на улице. Вместе с этим Киру посетило озарение, и она резко выпрямилась, глаза загорелись:

- Нужно просто забрать у врача брошь и открыть клетку.

Сэм приподнял бровь, глядя на неё поверх кружки:

- Каким образом ты собралась открывать клетку, которая на самом деле брошь из зубов?

- С помощью зеркала, - произнесла девушка. Да настолько уверенно, что даже сама не смогла бы объяснить, на чём вообще основывается эта её уверенность.

- Ты заберёшь у зубастика брошь, - продолжила она, поднимаясь с места, - отдашь мне. Пока будешь его отвлекать, я открою клетку, смотря на неё через зеркало.

- Это твой план?

- Да.

Сэм отставил кружку и долго смотрел на девушку, стараясь понять, каким образом в столь прекрасной голове зародилось такое безумие.

- Нужно только несколько деталей обдумать, - добавила она, уже прохаживаясь по комнате.

- Несколько деталей... - повторил Сэм почти беззвучно. – Твой план спасения больше похож на план самоубийства.

- Есть другие идеи? – обернулась она с взглядом, полным решимости.

- Нет.

✦ ✦ ✦

Сумерки медленно опускались на школьный двор, вползали в окна, заливали коридоры тусклым, серо-фиолетовым светом. Дети уже разошлись по домам, и здание почти опустело.

Где-то в глубине коридоров хлопнула дверь — кабинет стоматолога закрыли на ключ до следующего года. Врач молча прошёл через холл. Деловито снял халат, аккуратно сложил его и спрятал в кожаный портфель. Под ним оказался чёрный свитер с высоким воротом. Поверх он надел дорогое шерстяное пальто. На лице вместо привычной маски вежливости — жуткая самодовольная улыбка.

Он вышел из школы и вдохнул вечерний воздух. Весна уже окончательно вступала в свои права. Стоматолог с лёгкостью закинул портфель на плечо и, насвистывая, направился в сторону гостиницы.

Сэм следовал за ним на расстоянии в сотню шагов, прячась в тенях: руки в карманах, на голове капюшон. Сердце билось о рёбра, но мозг работал чётко.

Жуткая тварь под маской врача придерживалась прежнего маршрута. Сначала — через парк, где ветви деревьев ещё не успели распуститься и на фоне алого неба казались когтями. Затем — поворот на улицу, где стояла старая гостиница. Совсем не туристическая — та, где останавливаются проездом: на ночь, не больше.

В тёмном малолюдном переулке, недалеко от гостиницы, притаилась Кира. Дышала глубоко, как перед прыжком в воду. В руке — перцовый баллончик, зажат крепко. Волнение уже подступало к горлу, но взгляд оставался ясным.

Она видела, как из-за угла показалась фигура того, кто называл себя врачом, сопровождаемая мерзким свистом. Когда мужчина почти поравнялся с её местом укрытия, Кира вышла прямо ему навстречу.

- Здравствуйте, - произнесла она.

Тот взглянул на девушку с ироничной улыбкой:

- Добрый вечер.

Пшшш!

Облако капсаицина залило лицо «врача». Он издал короткий, хриплый звук — то ли лай, то ли рык.

Почти одновременно Сэм схватил его обеими руками со спины и с усилием потянул в сторону — прямо в тёмный переулок, туда, где уже не достают фонари. Мужчина сопротивлялся, пытался вывернуться. Но его человеческое обличье не отличалось особо крупными размерами, а Сэм действовал с отчаянной решимостью.

Темнота сомкнулась над ними, поглотив остатки уличного света. И почти сразу всё перевернулось.

Сэм не успел понять, как оказался прижатым к кирпичной стене. Мужчина буквально растворился в воздухе — и тут же всплыл перед ним, лицом к лицу, с идеально спокойным выражением, будто это не его только что волокли за шиворот. Глаза распахнуты широко и даже не моргают.

Рука «врача» с силой сжала горло Сэма, и тот задёргался, но тут же осознал, что не достаёт ногами до земли. Воздух в лёгких стремительно убывал.

- Что такое? – с почти любезной интонацией произнёс «врач». – Решил вдруг пожаловаться на моё лечение? – склонил он голову набок, как марионетка, всё ещё сжимая горло Сэма. – Так я больше не принимаю.

Но парень уже не слышал слов — мир начал сжиматься до звона в ушах и красных пятен перед глазами. Кожа на шее горела, а тело наливалось ватной тяжестью.

В этот миг со стороны раздался топот — и в следующую секунду что-то с глухим звуком ударилось о висок «врача». Перцовый баллончик.

- Эй, неправильная зубная фея! Отпусти его! – выкрикнула Кира.

Голова «врача» дёрнулась вбок. Лицо выражало скорее изумление, чем злость.

- Надо же, Волков... Так у тебя, оказывается, есть подружка, - протянул он с каким-то слишком искренним удивлением. – Странно...

- Не тронь её... - прохрипел Сэм и попытался пнуть «врача», но ноги уже не слушались. Тело цепенело. Он чувствовал, как под кожей замерзает кровь.

- Беги... - на выдохе крикнул Кире.

Но она даже не успела это услышать, как вторая рука «врача» с хрустом вытянулась до неестественных размеров, через мгновение схватила Киру и прижала к стене рядом с Сэмом. Девушка ударилась плечом, вскрикнула — и застыла, пригвождённая, как бабочка булавкой.

- Ох, нехорошо, нехорошо будет, если я так убью мальчишку, - с досадой пробормотал «врач» сам себе.

- Смену так хорошо закончил... - причитал он. – А тут такое, ц-ц-ц. Девчонку вот не жалко, - продолжал он какие-то внутренние торги.

Сэм был уже где-то на грани сознания, когда услышал, как Кира тихо выдавила:

- Зачем... ты это делаешь?..

Марионеточный врач посмотрел на неё. Лицо его медленно деформировалось: челюсть начала выдвигаться вперёд, растягиваясь, рот распахнулся шире, зубы заблестели фарфоровой белизной. Слюнявый язык выскользнул наружу, извиваясь, как змея, и потянулся к Кире.

- Что именно? – с ленивым интересом переспросил он.

- Убиваешь людей... воруешь души... - прошептала она, упрямо глядя в его глаза через боль и отвращение.

- Это моя работа, девочка, - с удовольствием произнёс «врач». – Знаешь ли, профессия такая, я вроде мясника.

Особенно просмаковал он последнее слово.

- Приезжаю по вызову на ферму. Забиваю скот, на который укажет скотовод, и беру за свою работу совсем немного — каких-то десять процентов от всего убоя.

Пасть раскрылась ещё шире в некоем подобии улыбки и теперь занимала полголовы.

- Мы убьём тебя, - прошипела Кира, - и освободим души.

Его голова снова дёрнулась, как марионеточная. А потом смех пронёсся по переулку хрустом ломающихся костей.

- Не станет меня — скотовод найдёт другого мясника.

- Это мы ещё посмотрим, - процедила Кира, и тварь перестала смеяться, уставившись на неё. Потом очень медленно распахнула пасть до безумных размеров. Кира чувствовала, как оттуда тянет сыростью, болью и чем-то ещё...

И вдруг — вспышка. Разряд тока прошил воздух, раздался резкий, звенящий треск, и тварь взвыла, а двое школьников, которых она удерживала, рухнули на асфальт.

Сэм жадно принялся хватать ртом воздух, при этом стараясь нащупать рукой Киру. Она же не отводила взгляда от мерзкого существа — теперь оно корчилось в судорогах, зубы клацали, язык бился, как змея, попавшая под горячее железо.

- Что, слабых бить легче, да? – раздался ледяной голос.

Из темноты выступила высокая фигура во всём чёрном, лишь кожаная куртка слегка бликовала. В руке — гипертрофированное подобие электрошокера, из которого всё ещё шёл дымок.

Лишь по лицу с выражением снисхождения можно было узнать учителя физики.

То, что совсем недавно притворялось стоматологом, снова дёрнулось — но не успело даже повернуться, как второй разряд впечатал его в землю.

Запахло палёным мясом.