Микаэлла [18+]

Микаэлла

— Синьора Де Кассас — чья-то рука дотрагивается до моего плеча и я резко открываю глаза. Осознание того что я в клинике приходит меньше чем за три секунды. Я быстро выпрямляюсь на кресле, где видимо вчера заснула.
— Да, что-то с Массимо или с Ракель? — в груди сеется тревога и мои глаза расширяются от страха.
— Нет, нет с ними все хорошо, мы даже перевели синьора Де Касаса в палату и вы можете его увидеть.

Я наконец вздыхаю полной грудью, словно сдерживала дыхание со вчерашнего дня. Я прикрываю глаза и широко улыбаюсь.
— Спасибо доктор — смотрю я на него и чувствую непролитые слезы, но отгоняю их
— Я уже сейчас могу его увидеть?
— Да, только не заставляйте его нервничать
— Ох, конечно.

Он кивает мне и уходит. Я вбегаю в ванную чтобы привести себя в порядок и направляюсь в палату Массимо. Сердце громко стучит в груди от превышения того что я его увижу.
Как только я вхожу в палату с широкой улыбкой на губах, она тут же исчезает.
Я вижу Массимо пытавшегося выдернуть провода от капельницы, что ему поставили. Тут же бросаюсь к нему чтобы остановить.
— Массимо что ты творишь?! Тебе нельзя выдергивать провода, тебе только вчера сделали операцию. Прекрати! — смотрю я на него возмутимым взглядом, и он замирает. Его красивое мужественное лицо хмурится и в глазах невозможно что-либо прочитать. Я не знаю сколько это продолжается, но мы смотрим друг на друга словно вечность.
— Массимо — тихо говорю я, моя дрожащая рука тянется к его, я хочу прикоснуться к немы, почувствовать его тепло. — Как ты себя чувствуешь?
Он наклоняет голову на бок все еще хмурясь.
— Кто вы? — произносит он и весь мир замирает для меня. Просто останавливается. Я думаю, что я ослышалась, но этого невозможно, тут тихо и я предельно ясно все расслышала. Он сказал кто я...он не помнит меня...он...забыл...

Глаза щиплет от слез, когда я понимаю что он не помнит меня...

Все же одинокая слеза катится по щеке, но я улыбаюсь.
— Я твоя жена — глажу я его по щеке, его щетина стала больше, но мне нравится.
— Жена... — повторяет он словно пробуя слово на вкус — Но моя жена обещала мне другие слова как только я открою глаза — говорит он и широко улыбается. Теперь настало время хмуриться мне.
— Ты...ты помнишь меня? — я начинаю улыбаться как идиотка
Он манит меня двумя пяльцами, веля приблизиться и я делаю это.
— Я бы никогда не смог забыть тебя, даже после смерти, а теперь скажи мне то что ты хотела сказать — его дыхание касается моей щеки, когда он шепчет мне эти слова.

—Так ты все слышал?

—Микаэлла, скажи мне — рычит он
— Я люблю тебя Массимо, чертовски сильно люблю. — говорю я эти слова смотря ему в глаза
— Повтори — командует он
— Люблю
— Еще
— Сильно, сильно люблю тебя
— Еще — его губы вновь расплываются в улыбке
— Я люблю тебя, и не устану повторять этого.
— Я люблю тебя — говорит он эти слова и мое сердце падает, я даже не могла представить как нуждалась в них, словно наркоман — Я должен был сказать это первым, но когда вчера ты произнесла их, я слышал все и я чувствовал твои прикосновения, тот поцелуй, но не мог пошевелиться. Я кричал, звал тебя, но ты меня не слышала, меня словно прикрепили кандалами к земле и отняли голос. — он делает паузу, но я чувствую, что продолжаю плакать. Я чувствую его и мне больно, но несмотря на это я хочу ее забрать, я хочу его боль. — Я испугался, что никогда не смогу сказать тебе этих слов. Я люблю тебя, Микаэлла, так сильно люблю что эта любовь давно причиняет мне боль. Я хочу прокричать ее на весь мир, чтобы все знали что ты моя.
— Я твоя, я давно твоя, с тех самых пор как коснулась твоей груди еще тогда у нас в саду. Теперь я понимаю, почему покой не оставлял меня с того дня.
Я прижимаюсь своими губами к его губам и наконец чувствую себя как дома. Лишь с его поцелуями и объятиями, с ним...

— Кхм... — раздается голос позади меня и я быстро отстраняюсь от Массимо — Как вы себя участвуете синьор Де Касас?
— Секунду назад я чувствовал себя прекрасно — хамит то ли шутит он я не могу понять, но бью его по плечу.
— Хмм шутите? Это хорошо...вы что хотели выдернуть провода от капельниц? — расширяет он свои глаза.
— Я хочу домой, я прекрасно чувствую себя.
— Неужели? Вы в курсе что вы вчера перенесли тяжелую операцию и чуть не погибли от потери крови?
Я ахаю и прижимаю руку к губам, я не знала об этом, мне даже не сказали. Боже он мог...нет нет нет я даже не хочу думать об этом.
— Я скажу вам что будет если вы уйдете сейчас, есть вероятность что швы разойдутся, на рану попадет инфекция, она начнет гноиться и нужно будет вновь хирургическое вмешательство. И ваше состояние при этом значительно ухудшится.
— Нет! Не слушайте его, он никуда не собирается. Я позабочусь об этом — быстро говорю я.
— Я доверяю вам синьора Де Касас, сообщу медсестрам чтобы они вновь поставили капельницу — сказав он уходит.
Я со злобой смотрю на Массимо, даже его очарование не повлияет на меня
— Ты слышал его. Мы остаемся, и как только он разрешит, ты выпишешься! Тебе это понятно?
По его губам расползается сексуальная ухмылка, которая заставляет мои бедра сжиматься.
— Мне нравится когда ты такая властная.
— Да? Я могу всегда быть такой.
Рука Массимо взлетает и гладит меня по щеке.
— Как Ракель? — говорит он очень тихо и я чувствую что он обвиняет себя, пряча свой взгляд от меня — Она ненавидит меня...
— Нет, конечно нет! Она в порядке, просто напугала, но в порядке — я сама тоже надеюсь на это, потому что даже я не знаю что произошло там.
— Хорошо...как ее голос? Она говорила...
— Да, врач говорит что фактор страха и стресса может быть показателем этого. И возможно именно поэтому она еще тогда потеряла голоc и это дало толчок сейчас.
— Прости меня Микаэлла — в глазах Массими столько боли — Я не знаю как...
— Эй — беру я его за щеки и сталкиваю наши лбы — Ты ни в чем не виноват, ты отправился в одиночку за ней, ты...
— И облажался — прерывает он меня
— Не говори этого! Ты не моргнул и глазом, ты слепо даже против протестов Симона отправился в пасть к дракону чтобы спасти ее и сделал это. Мне очень жаль за твою утрату...
— Не смей — Массимо напрягается — Мне не жаль, ни секунды что я убил этого подонка.
— Шшш хорошо детка, тогда и мне не жаль. Ты сделал все возможное и большее. И я люблю тебя.
— Что интересно я сделал такого в свой жизни хорошего что судьба нас свела? — шепчет он в мои губы и я нежно целую их, это мимолетное касание.
— Видимо много хорошего — улыбаюсь я ему, целую в последний раз и отстраняюсь. Именно в этот момент в палату заходит медсестра. На ее лице заметен страх, хоть она и пытается его скрыть.
— Доброе утро, если вы позволите я поставлю вам капельницу — говорит она тихо
— Он позволит.

Как только Массимо ставят новую капельницу, он вновь засыпает видимо это препараты так действуют на него.

Я тихо открываю палату Ракель и вижу что она спит. Когда я приближаюсь к ней, то замечаю как она нахмурила брови, ее дыхание прерывисто и она вся напряжена, она так сильно сжала челюсть, мне показалось что ей даже больно.
— Ракель, проснись милая! Это всего лишь кошмар — трясу я ее.
Но она издает непонятные звуки и мычит, с ее глаз начинают стекать слезы
— П-пожалуйста... не...надо — тихо говорит она...ммм....я не хочу...
— Ракель проснись! — трясу я ее сильнее — Проснись!
Ее глаза резко открываются, зрачки не двигаются, а смотрят в потолок. Ее взгляд такой пустой и холодный, что я начинают бояться.
— Милая, посмотри на меня, Ракель.

Как только ее взгляд падает на меня, она начинает рыдать, а я вместе с ней.

— Шшш прошло — сажусь я рядом на кровать рядом с ней и пытаюсь ее успокоить
— Как долго этот кошмар будет мне сниться и преследовать?... — ее голос сиплый и хриплый
— Скоро все пройдет обещаю. Ты больше не вспомнишь про этот ужас. — я обнимаю ее, но моя грудь сжимается от боли и неизвестности, которую она скрывает. Я не допустила чтобы ее осмотрел гинеколог, возможно в этом то и была моя ошибка. Но сейчас я боюсь что мы можем упустить что-то важное и неисправимое.
— Милая, пожалуйста посмотри на меня и скажи — я вздыхаю, это не то что я бы хотела спросить у нее, но я должна — Дон Джулиана или кто-либо сделал тебе больно? — мои легкие разрываются от боли, потому что я не могу дышать пока не услышу ее ответ. — Ракель... — я не смотрю на нее, а просто обнимаю, может она стыдится, но ей не зачем, это тому, кто причинил ей боль должно быть стыдно — Пожалуйста...поделись со мной своей болью, отдай часть. Я помогу тебе милая.

— Я...не помню, было темно и моя голова кружилась и...меня тошнило, какая-то тень нависла надо мной и...
— И? — я шмыгаю носом
— Боль...резкая боль в низу живота словно меня резали...

Я сильно жмурюсь и весь мир рушится как карточный домик.

Мне так стыдно пожалуйста не говори Массимо и Стелле, прошу, я не смогу жить с этим стыдом...

Говорит она на языке жестов. Я смотрю в ее глаза, они заплаканные и в них боль, уверена в моих тоже.
— Пожалуйста, пообещай мне — ее пальцы впиваются в мои плечи.
— Хорошо... — говорю я рыдая — Прости меня малышка, я должна была защитить тебя

Ты ни в чем не виновата

— Виновата... — я смахиваю слезы — Малышка, мы должны тебя обследовать
— Нет! — ее глаза расширяются
— Послушай Ракель, об этом никто не узнает, клянусь. Мы не в Равенне, никто не узнает, даже Массимо. Он после операции. Он спрашивал о тебе, я сказала, что с тобой все хорошо. Он винит себя в произошедшем.

Спустя бесчисленные мольбы, я уговорила Ракель на обследование, я была рядом, прямо рядом с ней, сжимала ее руку и гладила по волосам, пока врач ее обследовал.

И после анализов, которые нам предоставили мы узнали что у нее нет никаких венерических заболеваний передающимся половым путем. Это была вторая лучшая новость, после того как мы прибыли в больницу.

— Я люблю тебя — шепчу я ей в волосы, поглаживая их — И ты всегда можешь довериться мне, я всегда поддержу и помогу милая.
— И я люблю тебя, очень сильно.

Я улыбаюсь ее словам, мне хочется спросить ее помнит ли она что тогда спровоцировало ее на потерю голоса, но понимаю что у нас еще будет на это время, я не хочу давить. Мне достаточно того что она рядом, в целости и сохранности...

Три дня спустя...

— Добро пожаловать домой босс — говорит Симон, как только мы выходим из машины.
Спустя три дня Массимо рвал и метал что больше и дня не пробудет тут и врач позволил нам покинуть клинику, сказав что его рана заживает хорошо и нет никаких проблем со здоровьем.

Как только Массимо слышит эти слова он сжимает мою руку, я позволяю ему. Его утрата еще слишком свежая, хоть он и это отрицает. Я сжимаю его руку в ответ чтобы дать ему понять что я рядом, всегда...

Это странно, когда один единственный человек способен поменять всю вашу жизнь, мечты, то к чему вы стремились. Подарив взамен любовь, доверие, надежность, семью и дом...

Все это олицетворяет для меня Массимо, и я уверена что я значу для него то же самое, если не больше...

— Да...спасибо...

— Ракель! — Стелла бросается к нам и обнимает сестру — Боже, я так боялась за тебя, прости меня, я не должна была оставлять тебя одну.

—Ты бы ничего не смогла сделать — говорит Ракель и я чувствую как Стелла замирает, она медленно отстраняется и смотрит на Ракель, словно не веря что она заговорила.
— Ты...говоришь...но как?

Мы все начинаем плакать, я уже не помню сколько слез проронила за эти дни, но знаю одно, после этого все будет хорошо...все должно быть хорошо...

Проводив Ракель в ее комнату, так как я хотела бы чтобы сестры остались здесь и сегодня я поговорю с Массимо по этому поводу.

В нашей спальне его не было, по дороге в кабинет, я заметила что та самая комната где картина его мамы открыта.
Заглянув внутрь, нахожу Массимо перед портретом.

— Эй, ты как? — обнимаю его со спины
— Я не знаю, я нал что после его смерти я займу его место, но теперь мне противно, от того что я его сын и буду продолжать его дело.
— Посмотри на меня — разворачиваю я его к себе лицом — Ты будешь лучшим боссом, которого когда-либо видела Равенна. Ты будешь справедливым, а также безжалостным, требовательным, а тек же терпеливым, ты будешь тем, кого уважают и боятся одновременно. Ты не будешь как твой отец, ты будешь лучше, ты так же будешь лучшим отцом когда придет время — его взгляд смягчается и падает на мой живот,
— Ты...
— Нет — засмущалась я почему-то — Я просто сказала это потому что знаю когда придет время ты будешь самым лучшим.
— Я люблю тебя, ты ведь знаешь. Мне ненавистна мысль что ты хотела сбежать...
— Я...
— Нет, дай мне докончить... Я хочу чтобы ты честно сказала мне чего ты хочешь, потому что чтобы то ни было, я сделаю это, я сделаю все что бы ты была счастлива и если это что-то в Лондоне, я...
Я не позволяю ему докончить фразу и затыкаю его поцелуем. Я прижимаюсь к его губам так чтобы показать как я ничто без него и мое место и мой дом только рядом с ним...
— Тебя — говорю я сквозь поцелуй — Только тебя — вновь целую я его — Ты все что мне нужно и мое место рядом с тобой.
— Я никогда никуда больше не о пущу тебя после этих слов Микаэлла, ты ведь знаешь?
— Знаю, именно этого я и хочу. Быть рядом с тобой, на веки...

— Так и будет — целует он меня в ответ

— Я хотела кое о чем попросить тебя

— Все что хочешь.

— Я хочу, чтобы мои сестры остались с нами тут, но если ты...

— Микаэлла — он вновь обрывает меня — Это их дом тоже, я бы никогда не позволил им уехать после того что произошло. Теперь это и их дом. Если даже Ракель будет сложно адаптироваться тут мы переедим.

Мои глаза наполняются слезами после его слез, как может мужчина так глубоко чувствовать, быть таким чутким? В этот весь Массимо, показывает всем окружающим свою безжалостную сторону, в то время как его мягкая сторона только для семьи.

— Не хочу больше видеть твоих слез — смахивает он их

— Массимо нам надо...ой извините, но нам действительно надо поговорить Масиимо — говорит Симон около двери
— И это черт возьми не может подождать?
Тот качает головой.
— Я черт возьми босс и говорю чтобы это не было, это не важнее моей жены.

Я улыбаюсь его словам, Массимо с первого дня ставил меня превыше всего, я для него всегда была в приоритете.

— Босс...
— Ты можешь идти Симон.
— Думаю тебе нужно пойти и поговорить с Симоном. Ты теперь главный. А я буду ждать тебя — я прикусываю мочку его уха и слышу сдавленное рычание — У нас в кровати — еще один поцелуй в острую скулу — Голой — отстраняюсь я и ухмыляюсь ему проходя мимо Симона.
— Микаэлла, черт!

________________________

Тааак Массимо в копилочку лучших мужиков.