Лисье коварство [ЗАВЕРШЕНО]

— Знаете, я тут подумал… пора мне обратно в Румынию. Все эти дворцовые перевороты довольно нехорошая для народа штука, — выдал вдруг Драгомир, до этого мирно читающий утренний номер Ежедневного пророка.

Выдержав торжественную паузу и дождавшись, пока все взгляды обратятся к нему, вампир деланно вздохнул и продемонстрировал недоумевающей аудитории кричащий заголовок на первой странице: «МИНИСТР МАГИИ РУФУС СКРИМДЖЕР УХОДИТ В ОТСТАВКУ!»

-..?! — примерно такая реакция наблюдалась на изумленных лицах всех присутствующих.

— Что это значит? — наконец сумел выдавить Сириус, первым сформировавший немой коллективный вопрос.

— А то и значит! Вот, слушайте: «На вчерашнем интервью мистер Скримджер официально заявил перед камерами, что полностью снимает с себя все полномочия и собирается покинуть свою должность. Что послужило причиной столь шокирующих действий, неизвестно никому, но за всю историю Магической Британии еще не случалось такого, чтобы Министр уходил со своего поста добровольно! Также, если уважаемые читатели помнят, мистер Скримджер занимает это место всего лишь с середины июля. Кого многоуважаемый Руфус собирается назначить своим преемником, он не сообщил — предположения об этом читайте на странице 9.»

Некоторое время в гостиной царила мертвая тишина. Затем все заговорили одновременно.

— Может, он был под Империо? ..

— …нет, скорее всего, его шантажировали! ..

— …кому это выгодно? …

— …а может? …

— Тихо!!!

Обитатели поместья мгновенно замолкли, пораженно уставившись на кричавшего.

Беллатрикс обвела всех воинственным взором, зловеще откашлялась и продолжила чуть тише, пользуясь кратковременной паузой:

— Чем строить какие-то догадки, предлагаю спросить у Поттера. Я практически на сто процентов уверена, что это его рук дело, — решительно высказала свое мнение ведьма.

— А что, это идея, — согласно закивал Драгомир, окинув при этом Беллу каким-то непонятным взглядом рубиновых глаз.

— Но он еще утром куда-то ушел, — вмешался Ирис, который тоже то и дело косился на Сириуса нечитаемым взором.

Остальные участники разговора озадаченно наблюдали за этими странными переглядываниями, будучи явно не в курсе их причины.

— А куда? — полюбопытствовала беззаботная Анжела.

Она тоже призывно стреляла глазками в сторону Виеру, безуспешно пытаясь привлечь его внимание, но такое поведение девушки давно уже ни у кого не вызывало вопросов.

Все взгляды обратились к Блэку, как к наиболее близкому родственнику кицунэ.

— А я что? Я ничего… — забормотал он, крайне задумчиво уставившись в потолок, вероятно, углядев там что-то необычайно занимательное.

— Ну, мне все понятно, — заключил внезапно Драгомир. — Никто не интересуется жизнью Поттера, только он интересуется благополучием всех нас.

Все пристыженные неловко завздыхали, покаянно опустив глаза.

— Ладно. Связаться с ним как? — снова попытался добыть хоть какую-то информацию о неуловимом кицунэ Виеру.

Снова тишина и виноватые перешептывания.

— Тяжелый случай. Кто последний его видел? — решил попробовать детективный метод разочарованный вампир.

— Я!!! — единогласный ответ.

— Так, проехали…

— А может, послать сову? — радостно предложила идею Нимбл, не отрывая, впрочем, глаз от каменного лица Драгомира.

Аудитория оживилась, поддерживая предложение.

Вскоре птица с привязанным к лапке письмом, замученная требованиями садистов-хозяев, наконец-то вырвалась из цепкого плена ручонок Ириса и улетела куда-то в северном направлении.

На этом очередное собрание обитателей поместья завершилось и все разошлись по своим делам.

***
 

Вечером предыдущего дня.
Том как раз заканчивал работу с компроматом на Скримджера (уж теперь-то он точно не отвертится, придется освобождать теплое местечко!), как вдруг заслышал за окном какой-то непонятный шум.

Сначала он было грешил на павлинов Люциуса, часто устраивающих разборки из-за хорошеньких самочек, но привычных криков, подозрительно напоминающих петушиные, не раздавалось, и Лорд решил поинтересоваться, что происходит.

Погасив свет, чтобы его не было видно снаружи, так как оборотни Фенрира часто устраивали какие-то свои грязные развлечения прямо в аристократических садах Малфой-менора, сворачивая деятельность при появлении поблизости Тома, последний аккуратно подкрался к окну и застыл, сраженный в самое сердце открывшейся ему картиной.

Напротив, прямо на вершине роскошной яблони, сидел Поттер. Любуясь восходящей над горизонтом полной луной. И неторопливо жуя яблоко.
Поттер. В резиденции Пожирателей. И, судя по его виду, искренне наслаждающийся жизнью.

Том судорожно протер глаза и снова уставился в окно. Картинка не изменилась.
Ночь. Яблоня. Поттер.

Романтика, чтоб ее…

Мысли в голове скакали, как блохи. Что делать? Кицунэ явно приперся по его душу… ну, или другие части тела. Не дай Мерлин его там кто-нибудь увидит!

При мысли об угрозе обнаружения безбашенного Поттера-ниндзя своими непутевыми последователями на висках у Тома выступил холодный пот. Решившись, он потянулся и распахнул тихо скрипнувшее окно. В лицо ему ударил поток прохладного ночного воздуха, напоенного ароматами увядающей природы.

— Поттер! — страшным шепотом позвал свое персональное проклятие Лорд.

Наглый лис даже не шелохнулся, продолжая гордо восседать спиной к партнеру и громко хрустя яблоком.

— Эй, Поттер, не смей меня игнорировать, слышишь? Немедленно лезь сюда! Ты чем думал, когда туда забирался? — грозно зашипел Том, высовывая руку и тщетно пытаясь дотянуться до гостя.

Поползновения его не увенчались успехом, более того, снаружи определенно послышались чьи-то тихие шаги, а потому Лорд перешел на увещевания:

— Гарри, ну не упрямься. Тебя могут увидеть, сюда кто-то идет. Ладно, свою голову тебе не жалко, но хоть меня-то пожалей! — попытался воззвать Том к гриффиндорской совести.

То ли у кицунэ действительно имелись какие-то остатки вышеупомянутого чувства, то ли он не желал быть обнаруженным, но после слов партнера Поттер ловко развернулся, полыхнув в темноте светящимися зелеными глазищами и одним прыжком повис на подоконнике, попутно выплюнув огрызок яблока. Судя по раздавшемуся снизу крепкому русскому мату, смешанному с менее витиеватым, но зато лаконичным английским, попал он в Долохова и кого-то из оборотней.

Том цепко ухватил его за руку и втащил оказавшегося неожиданно тяжелым лиса в комнату. Затем поспешно прикрыл окно, из которого шепотом доносились тихие нецензурные ругательства и наконец обернулся к нежданному гостю.

Коварный кицунэ уже с удобством устроился прямо на рабочем столе Лорда, приняв весьма легкомысленную позу. Впрочем, судя по его хитро блестевшим глазкам, сделал он это не случайно и теперь выжидающе поглядывал на партнера из-за завесы непослушных вихров.

Но Том вовсе не собирался сразу набрасываться на блудного лиса, как Фенрир на свежую добычу. Нет, для начала он решил разобраться с проблемами их нелегких взаимоотношений.

— Так, Поттер, давай-ка проясним ряд моментов. В прошлый раз мы с тобой занимались этим всю ночь напролет, а наутро я проснулся — и как ты думаешь, что я увидел? Верно, ничего. И никого. Только какую-то жалкую записку, которая никак не может являться достойным оправданием твоему уходу! Поэтому за тобой должок, Поттер! — сообщил Лорд, довольно оскалившись.

— И что бы было дальше? Ты бы меня отпустил? — ничуть не смутившись, парировал Гарри.

— Нет, — просто отрезал Том, в темно-карих глазах которого уже полыхали отсветы огня, придавая им жутковатый кроваво-багровый оттенок.

— Мне надо было уйти — и я ушел. Не понимаю, о чем тут можно спорить, — невозмутимость кицунэ наконец дала трещину и он недоумевающе нахмурился.

— Угум. А обо мне ты не подумал? Нагам, между прочим, тяжело долгое время находится вдали от партнера, — прошипел окончательно выведенный из себя Лорд. На пальцах непроизвольно щелкнули длинные коричнево-красные когти с зазубринами, по всему телу побежали дорожки твердых золотистых чешуек.

И вот тут лис, похоже, осознал размеры довольно крупной зубастой, когтистой и чешуйчатой опасности, нависшей над ним. Том не трансформировался полностью, частично оставаясь в человеческом облике, но даже этого было достаточно для того, чтобы испугаться. А поскольку в истинной своей форме у нагов вместо нижней части тела сильный и ловкий хвост, волосы на голове шевелятся, напоминая змей, а взгляд способен загипнотизировать, пусть и на короткое время…

Короче, Гарри решил не испытывать судьбу, но и сдаваться гордость не позволяла. Поэтому он выбрал нечто среднее — тоже выпустил когти, пусть и не такие внушительные и принял вид оскорбленной невинности.

Но Лорд на ангельские глазки партнера не повелся и решительно двинулся к потихоньку начинающему паниковать Поттеру.

Все-таки Том выглядел страшновато, к тому же кицунэ очень сомневался, что ему удастся выстоять против явно разозленного и плохо себя контролирующего нага.

Гарри попытался было сползти со стола, но мгновенно был придавлен тяжелым горячим телом, буквально пришпилившим его к полированной поверхности. Тонкие запястья кицунэ были тут же перехвачены и зажаты в почти болезненные тиски.

Пылающие багровым пламенем глаза Лорда придвинулись близко-близко, заставив лиса на мгновение затаить дыхание, всматриваясь в эту огненную бездну. Еще секунда — и в чуть приоткрытые губы впились невыносимо жарким и властным поцелуем.

Острые клыки нага оставляли маленькие кровоточащие ранки, которые тут же зализывал горячий влажный язык. Лис какое-то время еще пытался сопротивляться или отвечать, но затем просто отступил, позволяя партнеру делать с собой что угодно.

Тут же почуяв покорность кицунэ, Том что-то одобрительно прошипел, то и дело срываясь на горловое рычание и снова набросился на послушную добычу.
Это был даже не поцелуй — это была схватка, битва двух характеров, из которой Лорд выходил победителем.

Наконец, ощутив слабое сопротивление, наг отстранился, и, все еще тяжело дыша, уставился прямо в горящие изумруды напротив.

Поттер, успевший даже слегка перепугаться от такого напора, теперь лежал под ним, опрокинутый на столешницу. Весь растрепанный, взъерошенный, раскрасневшийся, с искусанными губами и невероятно соблазнительный. А эта искорка пусть и не страха, но заметного опасения в зеленых глазах даже придает ситуации остроты. Пусть знает, кто здесь Темный Лорд!

— Что затих, Том? Неужели испугался? — а вот этого лису говорить явно не следовало, тем более таким откровенно провоцирующим тоном.
В следующее мгновение кицунэ тихо охнул, когда доведенный до последнего предела наг грубо притиснул гибкое тело к столу, навалившись сверху и жарко зашептал прямо в покрасневшее ушко:

— Благодари всех богов и Мерлина в придачу, что я сдерживаюсь сейчас. Потому что ты и представить не можешь, что я хочу с тобой сделать, лис-с-с-енок…

Тонкое тело под ним вздрогнуло, но Поттер все равно продолжил, хоть и не таким уверенным тоном:

— Ты не сможешь причинить мне вред.

— А я и не хочу этого. Я хочу тебя трахнуть. Чтобы ты понял, что нельзя оставлять Темных Лордов в одиночестве после такой жаркой ночи, — то ли прорычал, то ли прошипел Том, непроизвольно облизываясь. — И я это сделаю, даже не спрашивая твоего мнения.

Кажется, нагу удалось совершить нечто из разряда невозможного — смутить своего партнера. Во всяком случая, после слов Лорда на бледных щеках кицунэ зажегся яркий румянец, дыхание сбилось, а в широко распахнувшихся изумрудных глазах появилось что-то такое, что не позволяло сомневаться — на самом деле лис не такой уж и невозмутимый.

Но несмотря на очевидное превосходство Лорда, Поттер все же совершил последнюю отчаянную попытку уйти от неминуемой расправы:

— А ты в курсе, что это принуждение? И ты готов на это, даже зная, что мы партнеры?

— Это ничего не меняет. Да, мы не можем друг друга убить, но на этом все бонусы заканчиваются. Между нами нет великой любви, и мы оба об этом прекрасно знаем. Но меня к тебе тянет, лис-с-сенок, поэтому давай лучше не будем спорить. Иначе ты узнаешь не самые приятные мои стороны…

— Это шантаж! Ты просто…

— Я просто хочу тебя, вот и все. И не желаю причинять лишнюю боль. Но если ты так и будешь изображать из себя викторианскую девственницу, то мне придется применить силу. Ты же не постеснялся подлить мне афродизиак, так что я превратился в озабоченного… не будем говорить, кого. Теперь пришла пора расплачиваться!

— Я же не знал, что тебе это так не понравится… — на этот раз нервно облизнувший губы кицунэ выглядел по-настоящему испуганным.

— Он не знал… И поэтому ты решил, что лучше будет приручить меня, так? — под тяжелым взглядом партнера лис неосознанно вжался в стол.

В зеленых глазах, опушенных густыми черными ресницами, плескался явный страх — не столько перед тем, что должно было произойти дальше, сколько перед внезапно открывшейся ему темной стороной нага.

— Так вот, у тебя бы все равно ничего не вышло. Я умею быть страстным — но не нежным. И тебе придется с этим смириться.
От тона, которым все это было произнесено, кицунэ вздрогнул и застыл под гипнотизирующим взглядом багровых глаз.

Словно немного извиняясь за резкие слова, Том вновь поцеловал Гарри, по-прежнему властно, но уже не так яростно и обжигающе. Лис не ответил, но и не оттолкнул партнера, позволяя тому взять всю инициативу на себя.

— Нет, так дело не пойдет, — заявил Лорд через минуту, убедившись, что кицунэ не собирается никак проявлять себя. — Если ты собрался притвориться бревном, то вынужден тебя разочаровать — я не некрофил. Придется, видимо, тебя немного расшевелить, — последняя фраза прозвучало несколько жутковато.

Поттер, похоже, решив что-то для себя, внезапно прикрыл глаза и подался вперед.

От этого вроде бы невинного и легкого касания у Тома окончательно сорвало крышу.

До спальни добраться не хватило терпения — Лорд, сидя потом за приснопамятным столом, еще долго вспоминал подробности той ночи.

Лис, внявший, по-видимому, предупреждению партнера очень хорошо, вел себя образцово. Если говорить проще — позволял вертеть собой как угодно, покорно принимая все грубые, даже жесткие ласки, которые ему доставались. И только подчинялся тому, кто сумел взять над ним верх.

Надо сказать, это показательное послушание и покорность ранее наглого кицунэ возбуждали и распаляли нага еще больше — он уже практически не сдерживал себя, небрежно отбрасывая куда-то в сторону одежду и лихорадочно оставляя метки по всему распластанному под ним телу.

Наконец Том, поняв, что если не трахнет Поттера сейчас же, то точно изнасилует, перевернул последнего и заставив упереться руками в край стола, наконец-то вошел.

Наверное, наг действовал все же слишком грубо, потому что у лиса вырвался короткий тихий вскрик, а на глаза навернулись слезы. Остановившись, Лорд прошелся по хрупкой спине ненавязчивыми ласками, зашептал на ухо что-то успокаивающее. Дождавшись, пока кицунэ немного расслабится, Том хрипло выдохнул и продолжил двигаться.

Ночь будет долгой, очень долгой…

***

Лорд пошевелился и с трудом разлепил сонные глаза, в которые бил яркий солнечный свет.

Утро.

Рядом раздалось какое-то неясное шебуршание и из-под одеяла показалась взлохмаченная черноволосая макушка. Следом за ней появилась и остальная часть головы.

Зеленые глаза вдруг распахнулись и наг замер под этим немигающим взглядом.

Обиделся или нет?

— Том… — лис прищурился, разглядывая его и немного скованно улыбнулся.

Едва взглянув на припухшие с ночи алые губы, Лорд издал неровный вздох, когда вспомнил, отчего они в таком состоянии. Похоже, он все-таки немного перестарался, намереваясь показать свою власть — даже сейчас из взгляда кицунэ не исчезала так заводящая Тома покорность.

Заметив, видимо, его жадный взгляд, Гарри тихо фыркнул и осторожно лизнул искусанную нижнюю губу.

— Лучше не провоцируй меня, — тут же предупредил его наг, наблюдающий за партнером с легкой ухмылкой.

— Нет уж, у меня и так все болит, — мгновенно открестился лис, продолжая ощупывать себя на предмет особо серьезных повреждений.

— Если ждешь извинений, то их не будет, — голос Тома похолодел, становясь будто чужим.

— Нет, не жду… — рассеянно выдохнул кицунэ и взглянул на партнера с непривычной мягкостью в зеленых глазах.

Такого Поттера хотелось обнимать, целовать и вообще совершать над ним всяческие непотребства. И куда только исчезли льдинки из его взгляда, равнодушный тон и колкость?

— Поцелуй меня? .. — тихо попросил внезапно Гарри, придвигаясь поближе.

Глядя в эти теплые изумруды, наг неожиданно для самого себя обнаружил, что просто не может отказать…

И совершенно не обратил внимания на странный красноватый отблеск в глазах кицунэ, будто на миг в них возник отсвет далекого пламени Инферно. И уж конечно, Лорд не заметил ехидной усмешки, застывшей в изумрудной глубине.

А Поттер наслаждался поцелуем, попутно размышляя о том, что Томми и не подозревает, что его ждет…

Ведь лисье коварство не знает границ!