Странная девушка

Я утыкаюсь лицом в грудь парня, позволяя ему сжать меня в своих руках и бережно прижать к себе. Макс каким–то надрывным голосом меня успокаивает, поглаживая по волосам. Я чувствую, что он тоже на нервах, что он волновался и сейчас просто успокаивался от того, что я рядом. Все это читалось в нем открыто.

Буквально через пятнадцать минут приезжает и мой брат с Тейт. Кем такой же взъерошенный как Макс, понимаю, что брат тоже в курсе происходящего. Но, слава богу, разговоры со всеми берет на себя Рози. Первое, что она делает, это усмиряет Криса, объясняя ему, что Джорджи ничего плохого нам не сделал, и он здесь не потому, что мы защищались. Потом обращается к моему брату, объясняя ему тоже самое. Кратко рассказывает, что произошло, опуская детали, и снова одергивает Криса, когда тот эмоционально высказывается в адрес Джорджи. Макс тоже внимательно слушает Рози, но когда я отстраняюсь от его груди, сразу переводит взвинченный взгляд ко мне.

– Ты совсем не бережешь мои нервы, Рейч. Это невозможно.

Макс почти срывающимся голосом это произносит, прежде чем мягко коснуться пальцами моих щек. Я просто грустно опускаю глаза.

– Рейчел, если бы ты сейчас не выглядела так, как ты выглядишь, клянусь, я бы свернул тебе шею за то, что ты вытворяешь!

Кем почти сразу оказывается рядом со мной с обезумившим взглядом. Макс тяжело вздыхает, в чем–то соглашаясь позицией моего брата.

– А что я сделала?

Кем просто открывает рот, не сразу найдясь, что ответить на это.

– Ты согласилась на встречу с парнем, который чуть не угробил тебя!

Кем взревел и теперь рядом с нами еще Грег и Крис, вовремя одёрнувшие моего брата, чтобы тот не привлекал к нам внимание медперсонала.

– Тише!

Кем только тяжело ведет желваками и пытается выдохнуть. Крис слегка отводит Кема за свою спину и встает напротив.

– Твой брат прав! Как вы могли согласиться на это! И почему ты молчала, что он тебя преследует?!

Крис начинает читать мне нотации под возмущенные вздохи моего брата, пока Макс не говорит ему, что бы тот снизил тон. Крис нехотя затыкается и уже более корректно пытается уличить меня в безголовости.

– Он сказал, что это важно, мы с Рози были вместе и решили, что нужно поговорить, невозможно постоянно его игнорировать.

Переглядываюсь с Рози, и подруга сразу мне осторожно кивает. Она первая поняла, что сейчас не стоит открывать некоторые спорные детали, вроде того как именно мы там оказались.

– Парень просто хотел извиниться за то, что натворил в прошлом. Мы поговорили буквально полчаса, а потом случайно стали свидетелями ссоры его соседей. Он вмешался и в итоге случился несчастный случай, мы просто оказались рядом. Мы же не могли его бросить!

Брат только закатывает глаза.

– Что вы тут вообще все делаете? Я разговаривала только с Максом.

Рози задает самый адекватный вопрос, и я поддерживаю ее любопытство.

– Грег передал, что ты уехала, сказав, что вы с Рози поехали к какому-то строму знакомому Джул. Я понял, что это может быть этот ваш Джорджи, потому что ты же зачем-то попросила меня набрать тебе вечером.

Грег сразу встает рядом.

– Я передал все дословно.

Я поняла. Мягко улыбаюсь парню, но тот все еще хмуро смотрит на меня.

– Джейкоба попросил не сводить глаз с Джул и привезти ее в бар, чтобы хоть она никуда не пропала, как вы. Ну, и на всякий случай, позвонил Крису, так как ты говорила, что он, во-первых, в теме, а во-вторых, чтобы он сказал, что делать, если вы действительно с ним.

Макс тяжело вбирает в себя воздух, снова отчаянно проведя ладонями по своему помятому лицу.

- Потом меня набрал Кем, сказав, что у него от тебя с десяток пропущенных. И собственно вот мы и собрались все вместе, ожидая от вас вестей. Потом просто Рози ответила на твой телефон, а стоило нам услышать, что вы в больнице и она обеспокоена тем, как ты себя ведешь, мы сразу поехали к вам.

Рози виновато пожимает плечами, когда ловит мой тяжелый взгляд.

– Я переживала, ты не реагировала ни на меня, ни на Бреда. Я поняла, что ты в запоздалом шоке и запаниковала.

Макс хмуро сводит брови, а Крис снова начинает выступать со своими нотациями. Усмиряю всех тем, что снова объясняю, что я просто перестраховалась, но ничего критичного не случилось.

– Я же не знала, что у него на уме, конечно, я переживала и хотела, чтобы кто–то был в курсе с кем мы.

Кем почти взревел в эту минуту.

– Почему не сказала напрямую, что ты с этим парнем?!

– Не хотела создать панику.

Кем просто тяжело качает головой, Крис неодобрительно цокает, а Макс твердым голосом просит всех от меня отстать ровно в тот момент как к нам выходит врач. Он сообщает нам, что парень в порядке, но пару дней будет находиться под наблюдением, потом спрашивает, как им связаться с родственниками парня, задает каике–то вопросы по его страховке. Все это на себя берут Бред и Рози, я же наконец–то обращаю свой взгляд к тихо стоящей Джул, которая до этого не проронила ни слова. Девушка пытается ко мне подойти, но я почему–то абсолютно от нее закрываюсь. Все это видят, а я не могу себя перебороть, впрочем, как и Рози.

Я, честно, злюсь на Джул. За то, что я говорила ей про Джорджи, а она не слушала. Не принимала всерьез. За то, что игнорировала мои переживания. Джорджи был ее проблемой, но почему–то из–за позиции Джул и ее поведения, он стал нашей проблемой. Да, ничего критичного не случилось вроде как, парень не принес нам проблем и даже извинился, но это не отменяет тех двух часов, которые я провела в ужасе и панике. Я ведь действительно ждала худшего, боялась за Рози, за себя, переживала за Джул. Я все это переживала по-настоящему. Но должна ли была?

Мы с Рози всегда переживали за Джул в отношении Джорджи. Поэтому оберегали ее, прикрывали и предупреждали о его появлении. Но сегодня я вдруг задаюсь вопросом, а почему Джул не переживала за нас? Когда мы говорили, что он вышел с нами на связь, что ему что– то нужно. Почему она не подумала о нас? О том, что он может сдать нам? Ведь, по сути, не только Джул пострадала морально от его отношения. Нам с Рози тоже было не просто.

Не знаю, может я не права и я плохой человек, но я ничего не могу сделать с тем, что не хочу в этот момент ее видеть. Не сегодня.

Джул опускает взгляд и виновато отступает, вернувшись в объятия Джейкоба.

– Ты поедешь с ней?

Кем подходит к нам с Максом и Спенсер кивает.

– Если ты не против.

Кем качает головой и теперь ласково приобнимает меня за плечи.

– Рейч, прости, что не ответил. Не дай бог с тобой бы что– то случилось, я бы себе не простил.

Я крепко обнимаю брата и говорю ему, что очень люблю его. Брата это трогает и он отвлекается от грустных мыслей. Я возвращаю ему ключи от машины и заранее извиняюсь за те штрафы, которые ему выпишут из–за меня.

Терри и Кем уезжают первыми, после того как они уходят, меня в сторону отводит Крис. Макс нехотя меня отпускает, но продолжает наблюдать за мной, боясь выпустить меня из вида.

– Слушай, Рейч. Скажи мне честно, он все такой же псих?

Я вижу, что он переживает за сестру, поэтому отвечаю ему честно. Я тихо объясняю ему, что было на самом деле, и, прежде чем парень возмущенно дернется, успеваю схватить его за руку.

– Дослушай!

Я быстро рассказываю ему, что Джордж был в шоке, когда увидел нас. Что он был честен в своих эмоциях, он не хотел нас обидеть или напугать. Пересказываю ему наш разговор с Джорджи и говорю, что верю ему.

– Крис, он вел себя совсем не так как, как в школе. Я наконец–то успокоилась, правда.

Парень неуверенно качает головой, и я пытаюсь успокоить его. Сказать, что мы все теперь живем дальше без страха. Крис все–таки прислушивается ко мне и больше не собирается устраивать ему скандал, но когда уходит демонстративно оттаскивает в сторону от всех бедного Бреда и вводит его в стояние ужаса, когда что–то негромко ему объясняет. Я понимаю, что именно, и это было ожидаемо от Криса, но не собираюсь вмешиваться. Крис вполне тактичен учитывая обстановку а Бреду не помешает объяснить какими человеческими качествами нельзя манипулировать.

Макс дарит мне вопросительный взгляд, но я не отвечаю ему. Джейкоб пытается разрядить атмосферу, но выходит у него плохо. Напряжение межу мной и Джул тоже четко улавливается, поэтому Джейкоб просто уводит Джул вслед за Крисом. Вижу, что Крис неодобрительно поглядывает на Джейкоба, проявляя синдром обеспокоенного старшего брата, но принимает его присутствие рядом с Джул. Не знаю, как именно прошло их знакомство, но понимаю, что без напряжения не обошлось. Но Крис все–таки был намного старше нас и, думаю, ему хватило мудрости не спешить с выводами в такой ситуации.

Мы все выходим следом за ними, и я даже тяну за собой Бреда, но он намерен остаться и дождаться родителей друга. Пусть так.

– Как– то тяжело от встречи с Джул, да?

Рози берет меня за руку, когда мы выходим на улицу, и тревожно сжимает ее. Я просто киваю, разделяя ее беспокойство. Некрасивая ситуация, но нам сложно перебороть в себе эти противоречивые чувства.

– Останешься у меня?

Рози, ухмыльнувшись, качает головой.

– Во–первых, у тебя явно намечается перемирие со Спенсером, поэтому я не буду мешать. А во–вторых, этот громила, – Рози кивает в спину Грега. – вызвался меня подвезти. А он довольно интересный парень.

Девчонка довольно улыбается, чем вызывает у меня ответную улыбку.

Рози такая Рози.

Мы рассаживаемся по машинам и отъезжаем от больницы. Макс крепко держит руль и довольно часто поглядывает на меня, при этом, не нарушая тишины. Я тоже не спешу открыть рот, потому что сил на выяснение отношений или поддержание дружественной беседы не оставалось.

Макс паркуется у моего дома, все так же молча выходит из машины и идет со мной. Я боюсь спугнуть Спенсера, мне хотелось думать, что он действительно хочет сегодня побыть рядом, поэтому останется со мной. Мы в тишине поднимаемся ко мне в квартиру, и только когда парень оказывается у меня дома, я негромко спрашиваю о том, останется ли он.

Макс дарит мне какой–то жгучий тяжелый взгляд.

– А разве тебя можно оставить одну?! Как я могу тебя оставить, если ты постоянно попадаешь в какие–то пограничные ситуации?!

Спенсер еще сильнее сводит брови, сложив руки на груди и почти надрывно вздохнув.

– Я тебя оставил на вечеринке у Крис, и, как итог–ты оказалась в баре в обнимку с текилой рядом с какими–то парнями! Потом я тебя оставил у дома, и, как итог, ты столкнулась с этим Джорджи, благо я еще был рядом с домом! Потом я оставил тебя в покое и сказал, что мы заканчиваем наши отношения, и что? Ты продала машину и написала заявление на увольнение, которое, слава богу, Мередит не подписала!

Макс заходился в немой истеричке, было видно, что у него сдали нервы, и он больше е в силах себя сдерживать. Но я понимаю, что все это не от паршивого характера, а от достигнутого пика внутренних переживаний.

– Я оставил тебя тогда у магазина! И что?! Это обернулось тем поцелуем с придурком Палмером?! Я чуть не потерял тебя!

– Макс...

Делаю к нему осторожный шаг, понимая, что он на грани. Но Спенсер только больше распыляется.

– Я оставил тебя после того как признался в своих чувствах! Решил дать тебе время все обдумать, соскучиться, все принять, не знаю, просто решил дать тебе время забыть все плохое и прийти в себя! – парень наконец–то замолк и схватился руками за голову, опустив эмоционально раненый взгляд. – И из–за этого я чуть не потерял тебя. Снова.

Я касаюсь его рук и просто утыкаюсь лбом в его широкую грудь, отчего Макс уже как– то умиротворённо вздыхает и мягко обхватывает меня руками, уткнувшись носом в мои волосы.

Так и стоим с ним в коридоре, обнявшись, и усмиряя внутренние тревоги друг друга.

Все– таки верно говорят, что любовь исцеляет.

Сердце снова срастается и душу перестает рвать на части.

Он рядом.

Он переживает, боится, не скрывает эмоций.

Макс честен.

Честен со мной в своих чувствах.

Я верю ему, и искренне хочу, чтобы он был рядом.

Он мне нужен.

И сейчас я наполняюсь спокойствием и чувством значимости в жизни другого человека.

В жизни ... Макса Спенсера.

– Эй! Прекрати!

***

Макс только хитро улыбается и снова щипает меня за задницу на глазах у всей студенческой парковки.

– Не прекращу.

Он жадно подтягивает меня к себе и снова игриво трется своим носом о мой. Серые глаза искрятся озорством, а самодовольная теплая улыбка смягчает черты лица парня. Спенсер снова тянется ко мне за поцелуем, и я снова попадаю в этот плен. Невозможно ему отказать, у меня просто нет на это силы воли. Я сразу отвечаю ему и чувствую на губах парня расплывающуюся улыбку.

– Ты никогда не можешь мне отказать.

Я сразу хмурюсь и закатываю глаза.

– И лично я считаю это проблемой, Макс.

Парень только фыркает и подталкивает меня в сторону главного входа. Мы с Максом направляемся на нашу «любимую» психологию, которая во многом и сблизила нас. Садимся вместе на свои места и притворяемся послушными примерными студентами только на эту лекцию. После нее снова превращаемся в игривых влюбленных подростков, которым нужно срочно уединиться. Я иногда искренне поражалась тому, что Макс стал таким непринужденным. Он все был таким же честным на действия и эмоции, но при этом он стал намного спокойнее и проще относится к тому, что чувствует. Он рядом со мной всегда был игрив, ласков, заботлив и очень внимателен. Макс перестал быть хмурым и напряженным, ушла его отстранённость.

Я тоже менялась. Училась больше доверять и не контролировать каждый шаг своей жизни. Училась проще относится к тому, что говорят люди, а обсуждали нас с Максом знатно и во всех красках. Максу было плевать на общественное мнение и осуждение, мне же всегда было как– то совестно и неуютно. Но сейчас я учусь быть выше подобных сплетен, и не позволять им портить себе жизнь. И я наконец–то начала выбираться из черного цвета, который переполнял мой гардероб. Этому очень способствовало поведение Макса, потому что парень всегда одаривал мою фигуру и внешность своими честными комплиментами. Он был в восторге от моих форм и не скрывал это. С ним я становилась увереннее в себе.

С Максом все складывалось вполне удачно. Мы действительно хорошо подходили друг другу. Нам было очень комфортно, мы хорошо понимали друг друга, дополняли. Я была по уши в него влюблена и не могла насытиться его присутствием. Макс, судя по его поступкам, тоже сильно стал от меня зависеть. Он не контролировал каждый мой шаг, но всегда напоминал о себе, словно боялся, что я могу про него забыть. И Макс всегда был рядом. И когда мне было хорошо и когда плохо, он не оставлял меня. И принимал такой, какая я есть. За что ему большое спасибо.

Я дала нашим отношениям шанс, несмотря на то, что Крис все еще была в его жизни. Да, Макс выбрал меня, он сказал Крис, что больше не будет с ней общаться, потому что не хочет меня потерять. Но я понимала, что это тоже не правильно, она была важной частью его жизни. Я пыталась с ним говорить об этом, но он был непоколебим в своих чувствах и решениях.

– Рейч, она не может общаться сейчас со мной как раньше. Она осталась одна поэтому пытается удержать меня, играя на нашей прежней дружбе. Мне это тоже не нужно. Я достаточно от нее вынес и просто устал направлять ее. Я должен был отпустить ее, ей нужно двигаться дальше, а не цепляться за меня как за спасительный круг. Мы уже давно друг другу не те близкие друзья, какими были.

Я старалась усмирять свою ревность и вечную сомнительность. Я доверяла Максу, но все еще не доверяла Крис. Макс честен, я это знаю. Но вот не заведет ли какую-нибудь нехорошую игру его бывшая? Крис сейчас обижена, ее все бросили. Поэтому она принимает условия, которые ей выставил Макс, но это от безысходности, а не от человеческого понимания. Я, правда, все еще ждала от нее очередного подвоха.

Макс же ни разу не дал повода в себе усомниться. Я видела его отношение и понимала, что значу для него так же много, как и он для меня. Мы с ним оба тонули в этих чувствах, наконец– то позволяя себе в них полностью раствориться. Мы обожали проводить время вдвоем дома, когда не нужно было куда–то ехать, и мы могли весь день валяться в кровати или совместно готовить ужин. Макс показал мне весь свой бар, и мы периодически устраивали с ним у него на квартире барные шоу, когда я дегустировала все, что он приготовит, краснея каждый раз, когда он начинал со мной флиртовать. Макс до сих пор считает это моей какой- то до ужаса милой привычкой.

Единственной проблемой в наших отношениях была ревность. С моей стороны к Крис, с его к Люку. Конечно, Палмер не пропал из моего окружения, хоть долго и пытался ограничить со мной общение. Но он не мог прятаться вечно. Мы виделись и пытались общаться, это было неизбежно. Я хотела помочь Люку идти дальше, я скучала по нашей нормальной дружбе до всех этих драм. Люк делал вид, что остался таким же, как прежде. Хотя, что врать, конечно, он стал намного тише эмоционально.

Напряженные отношения у меня оставались не только с Люком, но и с Джул. Что– то во мне уже навсегда изменилось в ее отношении, мне было сложно ей довериться или снова пустить в свою жизнь. Я все это отпустила, мы продолжали общаться в моменты встреч, но прежней теплоты и важности общения уже не было. Все было осторожно и с моей стороны и со стороны Джул.

Зато все наладилось с Кемом. Однажды в момент какой– то духовной близости я набралась смелости и спросила его о том, что все– таки это была за напряженная пауза в наших с ним отношениях. И Кем честно ответил. Именно в тот момент, когда все разладилось и он уехал сюда, он громко расстался со своей школьной подругой Викки. Во многом из–за ее тяжелого характера, который больше не мог выносить. Кем тогда первый поставил окончательную точку, когда Викки снова проигнорировала моральные наставления брата. В итоге после их ссоры Викки попала в больницу. Причиной оказалась беременность, о которой оба не знали. Викки потеряла ребенка, и это сломило обоих. Девушку сломило от того, что она не знала про него и от этого так наплевательски к себе относилась. Кем же винил в этом себя, считал, что зря тогда сорвался на Викки. Отсюда и его замашки вроде того, что мне никто не подходит. Кем переложил на меня свой негативный опыт и поэтому решил, что мне лучше не связываться ни с кем. От этого и бесился сам, загоняя себя все в большую депрессию. Он считал себя негодяем и не мог терпеть мое хорошее отношение.

Мы долго с ним говорили в ту ночь. Кем был на надрыве, снова переживая всю боль своего прошлого опыта. Если бы не Викки, которая сама вышла с ним на разговор пару месяцев назад, он бы так и прятался от всех, очерствляя себя изнутри. Викки тоже не могла двигаться дальше, поэтому пришла к нему тогда с разговором. И он много что решил. Она думала, он злится на нее, сам Кем думал, что она искренне его ненавидит. Но все оказалось иначе. Оба были сломлены, пока не поговорили друг с другом. И после этого Кем начал оттаивать. И продолжает оттаивать до сих пор.

Я впервые за долгое время спокойно вздохнула. Ушли тревоги и сомнения, прошла эмоциональная боль, и затянулись все раны. Я была не одна. Ко мне вернулся мой любимый старший брат, у меня рядом появился человек, который любит меня так же сильно, как и я его. Честера стало намного больше в моей жизни, и он прекрасно поладил с Максом и, на удивление, с Грегом. Кем, конечно, стал близок с Максом, Рози с Рошель, а я с девушкой моего брата. Бен поладил с Грегом и помогал ему с ремонтом его байка, а так же хорошо поладил с Джейкобом, который искренне переживал за то, что мы с Джул отдалились. Все как–то нашли связь друг с другом, кроме Люка. Ему было тяжело все это принять и мы это понимали. Поэтому не торопили его.

Все как– то налаживалось.

И я очень боялась все это потерять.

Особенно человека, который каждый день доказывал мне мою значимость в его жизни. Который принимал меня настоящую и не пытался что– то во мне изменить.

Я так не хотела, чтобы Макс Спенсер входил в мою жизнь, а теперь, напротив, дико боюсь его потерять.

Сейчас я сижу в его баре за одним столом с его младшей сестрой, с которой мы теперь часто проводили время. Мы обе смотрим на Макса с искренней улыбкой, обе наблюдаем за тем, как дотошно макс объясняет своему поставщику, что именно он недовез.

– А раньше он был с таким хмурым выражением лица каждый день, помнишь?

Я смеюсь на слова Брук и сразу привлекаю к нам внимание Спенсера. Он отпускает бедолагу, и сразу идет к нам.

– Опять не та партия?

Макс кивает, когда садится рядом со мной напротив своей сестры.

– Это становится невозможным. Ошибка в товаре третий раз за месяц.

Макс заводится, как делал каждый раз, когда на работе возникали проблемы. Я сразу приобнимаю парня, чтобы он расслабился, и на следующие сорок минут мы уже погрязли с ним в болтовне Брук. Она долго рассказывает про экзамены, медленно подводя Макса к тому, что ее пригласили на свидание. Она работает по моей схеме, которую мы с ней обсудили заранее, чтобы максимально снизить негативные эмоции со стороны ее брата. Макс и сейчас-то хмуро выпрямляется, устроив сестре допрос с пристрастием в отношении ее спутника. Брук старается сохранить самообладание и спокойно отвечает на все вопросы брата, не усугубляя ситуацию, как любила делать прежде.

– Уилл хороший мальчик.

Макс сразу поворачивается ко мне с саркастично сведенными бровями.

– Ей четырнадцать, Рейч.

Брук сразу делает важную, по ее мнению, пометку, что ей через месяц пятнадцать. Макс пропускает это мимо ушей. Да, он не сразу всем этим проникается, но все же дает свое добро на то, чтобы Брук сходила на это свидание. Все–таки то, что я заранее подготовила Макса к тому, что его сестра влюблена в одного из своих одноклассников, сыграло свою роль. Макс был отчасти готов к тому, что услышит. А правильная подача информации со стороны Брук вынуждала его ответить ей должным образом.

Брук уже счастливо треплется о том, что она наденет и куда они пойдут, а Макс не в силах это выдерживать спешит скрыться за барной стойкой, при этом поцеловав меня и снова ущипнув за задницу как полюбил делать.

– Эй!

Я бью его по руке, от чего он расплывается в довольной улыбке. В серых глазах парня снова безмятежность и умиротворение. В моих - искренняя теплота и любовь.

Любовь которую я впустила в свою жизнь, пережив много сомнений и внутренних страхов.

Сейчас ни о чем не жалею, все было правильно.

Правильно было встретить Макса Спенсера и пройти с ним все то, что мы прошли за это короткое время. Я до сих пор для него странная девушка, а он для меня парень, с которым опасно было общаться. Наши отношения начались странно и, наверное, во многом неправильно, но в итоге они выросли в то, чем мы сейчас так сильно оба дорожим.

Мы вместе.

Рядом друг с другом.

И я очень надеюсь, что все так и останется.

Что больше никто не встанет между нами.

И не испортит то, что мы с таки трудом создали.