Глава 1. Запретный сад старейшины
– Ну же, Джу, давай быстрее!
Мальчик высоко подпрыгнул, зацепившись за толстую ветку. Упираясь ногами о ствол, он оттолкнулся и удобно уселся на ней. После поднял голову вверх, вглядываясь в крону цветущего дерева, на котором среди зеленой листвы проглядывали крупные красно-желтые плоды персиков.
Ради этого сокровища они и пробрались с Джу Бао на территорию ворчливого старика, точнее уважаемого старейшины ордена Люфань, перелезли через каменное ограждение, проделали дыру в защитном заклинании и оказались в персиковом саду. Им бы не пришлось красться как мыши и воровать, если бы старейшина не выращивал этот огромный сад с наивкуснейшими персиками в гордом одиночестве и хоть капельку делился со своими учениками и товарищами из ордена. Спрашивается, зачем так делать? Старикан ведь физически не может съесть все сам, и торговлей тоже не занимается, вот и приходится ученикам из Люфань время от времени тайно помогать ему избавляться от персиков. Такие вылазки даже называют «секретной практикой», ведь здесь, как и на тренировках, тоже требуются умения действовать тихо и быстро, взламывать барьеры и превосходно владеть цигуном.
Снизу послышались шорохи, и мальчик опустил взгляд. Он посмотрел на своего друга Джу Бао, высокого и худощавого паренька, который суетливо пошарил за пазухой своих темно-зеленых тренировочных одежд, а после протянул ему небольшой мешочек Цянькунь.
Мальчик на дереве стал аккуратно срывать персики и складывать их в мешочек, но не прошло и пары минут, как позади ребят раздался смешок. Испугавшись, те резко повернули головы, но после облегченно выдохнули.
Это оказались просто три цветочных духа, что обитали в персиковом саду. Приняв облик прекрасных девушек, они стояли недалеко, указывали на мальчишек пальцами и громко переговаривались между собой.
– Как ты думаешь, кого псы старикана покусают первым? Долговязого или того симпатягу на дереве?
– Ну конечно того, кто стоит на земле. Ты глупышка!
– Зато от хозяина симпатяге больше достанется.
Мальчишки отлично все расслышали, отчего стало очень неловко. Они переглянулись, прекрасно осознавая, что такими темпами их скоро раскроют, поэтому надо срочно что-то делать. Симпатяга на дереве попытался тихо окликнуть духов.
– Хей, сестрицы, можете не выдавать нас, пожалуйста? – он наигранно жалобно протянул последнее слово.
За этим последовало такое же наигранное удивление.
– А почему нет? Это так забавно наблюдать, как песики гоняют по саду несчастных заклинателей вашего ордена. Потеха, да и только!
– Ну же… в благодарность за ваше молчание мы сделаем что угодно.
Цветочным духам не потребовалось много времени на раздумья, будто только и ждали этого предложения.
– Что угодно говоришь? Тогда я бы хотела пудру из лавки Руо Ли. Слыхала, она продает лучшую косметику на весь город Лиэ. У благородных дам, что закупаются там, кожа белоснежная словно первый снег, а щеки румяны словно лепестки пиона.
Мальчики энергично закивали, готовые согласиться на все, что скажут эти девицы.
– А я хочу шпильку, украшенную жемчугом.
– И шелковую ленту с золотыми узорами на ней.
– Хотя может все-таки румяна…
– Хорошо-хорошо, – Джу Бао прервал поток их изречений, – будут вам ленты, пудры, шпильки.
Девушки ярко заулыбались, уже предвкушая новые дары, а после исчезли, приняв свой изначальный облик цветов фиалки.
Облегченно выдохнув, мальчики поспешили продолжить начатое. Джу Бао тоже решил залезть на дерево и перебрался на соседнюю ветку. Плоды были очень крупными, и их так много, что хватит с лихвой, чтобы накормить с десяток учеников. Если время позволит, то можно даже и с соседнего дерева пособирать.
Мальчики посмеивались про себя, кидая в мешочек и набирая полные рукава персиков. Один из них даже успел подумать, насколько прекрасен и удачлив сегодняшний день, перед тем как услышать пронзительный крик:
– Ах вы плешивые негодники!!!
У входа в сад с перекошенным от гнева лицом стоял сам хозяин сего места, старейшина Гуанмин. Яркие лучи солнца отражались на его макушке без единой волосинки, по всей видимости, давно перекочевавшей в седую бородку, с под которой виднелся маленький рот с обнаженными зубами.
С такими же обнаженными, но острыми клыками стояли по обе стороны от хозяина огромные духи-волки, готовые сразу же напасть на непрошенных гостей, стоит только отдать приказ.
– Т… Т… Тао, - пролепетал перепуганный Джу Бао. С его лица пропали все краски, а руки задрожали, из-за чего один персик выпал и полетел прямо на землю.
Мальчиков от старейшины Гуанмина отделяло около пяти чжанов, но ручным псам хватит несколько секунд, чтобы пересечь это расстояние, поэтому Лан Тао, которому еще удавалось сохранять самообладание, лихорадочно искал способ, как сбежать. Если бы только у них были мечи, чтобы перелететь через проделанную ими дыру в защитном заклинании, а дальше на всех парах мчаться к учебному крылу. Но вот беда, на их месте было только жалкое деревянное подобие, которое ни на что не годно. Чертовы правила!
Два прыжка должно хватить, чтобы добраться до стены, думал Лан Тао, ведь так? Он засунул мешочек за пазуху и приготовился прыгать. В это время раздалось гневное «схватить их!» и вместе с тем перед волками неожиданно появились три цветочных духа.
– Хорошие песики, – проворковали девушки, а после сдули горстку пыльцы с рук, создавая густую фиолетовую завесу перед взором старейшины и волков.
– Ах вы…! – прогремел Гуанмин.
– Бегите! – духи обернулись к мальчишкам. – И обязательно сдержите свое обещание, мы будем ждать!
– Обещаем! Спасибо, сестрицы!
Лан Тао с сияющим взглядом схватил за шиворот все еще неподвижного Джу Бао и в три прыжка оказался за территорией сада, откуда уже эти двое со всей дури помчались прочь.
Огибая деревья, уворачиваясь от веток и перепрыгивая через корни, мальчики бежали через лес так, что ветер свистел в ушах. Они громко смеялись, радуясь, что побег удался.
До ордена, среди зданий которого можно легко затеряться, оставалось всего нечего. Уже виднелись серые стены строений, черепичные крыши с выступающим карнизом и приподнятыми углами, а голоса многочисленных учеников стали четко различимыми. Вот только к этому еще прибавилось громкое рычание, которое раздалось с совершенно другой стороны.
Мальчики повернули головы, и от увиденного их смех превратился в отчаянный крик. Духи-волки давно выбрались из завесы пыльцы и уже догоняли их с поражающей скоростью. Однако, как бы хорошо юные заклинатели не владели цигуном, все же им было далеко до силы и скорости четвероногих волков. Поэтому хватило мгновения, чтобы они повалили на землю Лан Тао и Джу Бао, отчего у тех из рук выкатились все с трудом собранные персики.
***
В одном из помещений павильона главы Лю Вэньхуа, стоя на коленях и приклонив голову к земле, находились двое учеников ордена Люфань. Они приносили свои извинения перед старейшиной Гуанмином за то, что тайно проникли в его драгоценный сад и совершили кражу. Одежда их была грязной и в некоторых местах порванной из-за попыток сбежать и увернуться от острых когтей духов-волков, но внешний вид волновал сейчас мальчиков меньше всего.
Старейшина Гуанмин гневно взирал на этих непутевых учеников, а после обратился к Лю Вэньхуа, который, стоя перед мальчиками посреди комнаты, как бы старался своей крупной фигурой спрятать их от этого взгляда.
– Глава Лю, это так вы воспитываете своих учеников? Обучаете их заклинаниям и техникам боя, чтобы они творили то, что вздумается? Разве после такого орден Люфань имеет право называться благородной школой совершенствующихся, если ее последователи вместо защиты империи обкрадывают простых жителей!
Глава Лю на подобное замечание ответил лишь приторно-сладкой улыбкой.
– Ну что вы, старейшина Гуанмин, не стоит так преувеличивать. Наши ученики послушны и добродетельны, а Люфань никогда не посмеет причинить вред другим. Сейчас эти двое просто дети, которые дурачатся. Вы же знаете, в таком возрасте им не то, что правила ордена, и море по колено. В последнее время мы были слишком лояльны, вот дети и распоясались. Я обещаю наказать их со всей строгостью.
Эти слова только больше разозлили старейшину. Он указал пальцем на учеников и, чуть ли не плюясь, взревел:
– Со всей строгостью? Как вы можете гарантировать, что подобное поползновение в мой драгоценный сад не повторится. Сколько лет вы уже мне это обещаете?! А что толку? После отмены телесных наказаний ученики стали смотреть на старших свысока, ведь прекрасно знают, что им за нарушение правил кроме как переписывания правил ничего не будет.
– Почему же? Усиленные тренировки до потери сознания и отсутствие ужина в течение месяца тоже считается суровым наказанием.
Старейшина Гуанмин лишь фыркнул.
– В любом случае, я жду порядка. Лю Вэньхуа, стань наконец более серьезным главой. Без должной дисциплины орден Люфань можно назвать лишь кучкой лодырей, что позабыли о своем долге и обязанностях.
У Лю Вэньхуа от всех этих криков уже нервно поддергивалась левая бровь, но он изо всех сил старался сохранить внешнее спокойствие. Он вежливо поклонился старейшине.
– Я обязательно последую вашей мудрости, старейшина. Еще раз приношу искренние извинения от себя и имени этих учеников.
Мальчики, следуя примеру главы Лю, снова склонили головы и извинились, но такая жалостливая картина ничуть не смягчила сердце старейшины Гуанмина. Он вздернул подбородок, встряхнул полы своих широких рукавов и напоследок высокомерно произнес:
– Тц, орден уже не тот, что раньше. Течение времени не остановить, и старых героев не вернуть к жизни, а новое поколение лишь продолжает разочаровывать.
А после ушел, прихватив с собой персики, что так старательно собирали ученики.
На пару мгновений в комнате установилась тишина. Лю Вэньхуа тяжело вздохнул, а после обернулся к мальчикам, которые, к его удивлению, уже стояли на ногах и лучезарно улыбались. Эта невинная детская улыбка на чумазых лицах согревала уже немолодую душу главы Лю. Он протянул руку и мягко произнес:
– Лан Тао, Джу Бао, ну и где же мой мешочек?
Те отдали ему мешочек Цянькунь, в котором хранились свежие плоды персиков, и Лан Тао попытался разглядеть в выражении лица главы Лю признаки одобрения.
– Дядя, вам нравится?
Тот лишь что-то невнятно пробубнил, выкладывая персики на стол, на котором в хаотичном порядке были разбросаны свитки и книги.
– Ох уж этот старик. Этот сад – наследие моей матери, а он присвоил его себе. Только и умеет, что высокопарные речи толкать, а на деле вредный человек. Если бы он за все свои годы, потраченные на служение ордену, хоть какую-то пользу принес. Но нет, от него мы терпели одни убытки и постоянные жалобы.
Джу Бао потер локти и поинтересовался:
– Почему тогда его не изгнали?
– Ну он приходился младшим братом моей покойной матери и занимал высокое положение в ордене благодаря ей. Она души в нем не чаяла. Вот такое у старейшины Гуанмина право на неприкосновенность.
– Дядя, – снова обратился Лан Тао, – вы же дадите нам попробовать персики? Мы так старались их достать. Было очень-очень страшно!
Лю Вэньхуа оглядел мальчишек с ног до головы и громко рассмеялся, отчего на уголках глаз проступили морщинки.
– Конечно, плоды из этого сада сочные и вкусные. Возьмите немного и наконец идите приводить себя в порядок.
– Слушаемся! – мальчики похватали фрукты и побежали к выходу.
– Точно, чуть не забыл. – Глава Лю обернулся к ним и нарочито небрежно добавил. – После того, как закончите, марш в библиотеку переписывать трактат «О благонравии». Думаю, тридцати раз будет достаточно.
– Что? Но почему?
– Как почему? – Лю Вэньхуа взял один персик со стола и подбросил его. – Вы же все-таки нарушили правила.
День близился к концу. Лучи закатного солнца проникали сквозь квадратный узор оконных переплетов и освещали сосредоточенный профиль главы Лю. Он был уже не молод, но в чертах лица еще сохранились остатки той юношеской непосредственности, что сейчас делают его весьма привлекательным мужчиной средних лет.
Лю Вэньхуа сидел за столом и разбирал свитки различного содержания с просьбами жителей города Лиэ, счетами ордена и письмами учеников. Голова гудела от всей этой работы, и Лю Вэньхуа устало потер висок. В такой момент его мысли то и дело возвращались к событиям минувших лет, а еще к одному единственному человеку, который однажды покинул Люфань, забрав с собой его сердце. Эти воспоминания одновременно являли собой сладкий мед и горькое лекарство.
Неожиданно поток мыслей главы Лю прервал хлопот крыльев. Белый кречет приземлился на стопку свитков прямо перед ним. На шее птицы висел сверток с посланием, и Лю Вэньхуа, разломав печать, развернул его. Через некоторое время глаза мужчины расширились от удивления.
– Это… аншу.
***
Записки ученого Д.
Ученый Д.: почему старейшина Гуанмин редко появляется на пике и живет отдельно в домике в лесу?
Старейшина Гуанмин: да потому что я люблю одиночество и тишину!
Ученый Д.: все ясно, это потому, что у вас дурной характер.
Старейшина Гуанмин: ах ты мелочь!
Глава ордена Лю: на самом деле, старейшине очень тяжело появляться на пике из-за того, что его лысина отражает солнечный свет и, словно линза, преломляет его, отчего обжигает глаза учителей и учеников, стоит лишь взглянуть на Гуанмина. Поэтому его приглашают на советы старейшин только в пасмурную погоду и при закрытых окнах.
Старейшина Гуанмин: Ах ты ничтожно волосатый глава Лю! Вскоре ты сам познаешь старость! Авадакедавра!