Зацелованный Солнцем

- Вот чёрт! - протянула Рия, закрыв лицо руками. - Как мы теперь доберёмся до Туманного Озера?!

- В обход, - ответила Эйо.

- Из-за этих вот поганых солдафонов ещё маршрут менять!

- В планировании важно соблюдать гибкость. Всегда должен быть вариант Б, - заметила девочка.

Но Рия не слушала её: извлекла стрелу из кожаного колчана и натянула тетиву, нацелившись в ногу охранника.

- Стоять бояться!

Толпа в эту же секунду расступилась и, затаив дыхание, испуганно-выжидательно уставилась на безумную. А Эйо только вздохнула и поджала губы.

- Свали с дороги, ушлёпок! - Рия улыбнулась во все тридцать два зуба и издевательски рассмеялась.

Орава быстро сообразила, что девушка на их стороне, и тут же переменилась в настроении:

- Так держать!

- Есть!

- Да, пропускай, иначе стрела тебе голову размозжет!

- Мне приказали охранять этот мост, - оправдывался охранник, усиленно держа лицо и ровный тон. - Я не могу вас пропустить по очень важной причине, которою мне запретили оглашать.

- «Мне приказали, мне запретили», - парировала лучница. - Сейчас речь идёт о твоей жизни, охранник недоделанный. Разум умрёт, а дух не сможет отойти на покой. Что может быть хуже, чем зависнуть между мирами?

- Опусти оружие. За неповиновение кодексу Рэм ты подвергнешься наказанию.

Рия цокнула и закатила глаза.

- Неправильный ход мыслей.

И отстрелила ему колено.

Охранник схватился за больное место и посмотрел на девушку исподлобья. Посмотрел взглядом, наполненным бушующим морем ненависти. Вдруг его рука, достав непонятно откуда ножик, перерезала основное верёвочное крепление моста. Дощечки обрушились, верёвки развязались - мост распался на две половины. Несколько деревяшек отвалилось и канули в небытиё. Мужчина расслабился и полетел спиной вниз, навстречу к водной стихии.

Такой поворот событий всех поверг в глубочайший шок. У разгромленной Рии отвисла челюсть и задрожали пальцы, сжимавшие лук.

- Надо было в обход, - только и сказала Эйо.

Убийственные взгляды около двух десятков людей впились в лучницу и пронзили её насквозь. Толпа объединилась в единый организм, ополчённый против неё. Вот так помогай людям!

- Кто ж знал, что он такой идиот! - пыталась выгородить себя Рия. - Придётся в обход. Какой частью тела власти вообще думают?

Один из рослых мужчин закатил рукава и процедил сквозь зубы:

- Всё из-за тебя... Моя мать... ей нужно лекарство, а пока в обход дойду, она уже того будет!

Другие его поддержали:

- Хоть ты и при оружии, нас много, мы тебя до смерти забьём голыми руками!

- Я убью тебя!

Рия, потеряв всякую надежду, хотела взглянуть на Эйо, которая всегда находила выход из любой сложной ситуации. Но рядом её не оказалось - она перешла на сторону толпы и теперь испепеляла девушку своим взором, держа кинжал остриём в её сторону.

- Эйо... Нет! - Боль предательства и страх сковал тело.

Эйо, вопреки всем ожиданиям, вдруг резко сорвалась с места и выколола кинжалом рядом стоящему грозному мужчине глаза. Не успел он взвыть от острой боли, как девочка лишила зрения ещё пару человек. Остальные уворачивались, пытались удрать, но железный шпиль всё равно настигал их зеницы. Серебристый металлический блеск - последнее, что эти люди видели в своей жизни. Если рэмовцы и знают про Священную Мазь, простым беднякам она недоступна.

Кровь лилась ручьями и, перемешиваясь с другими глазными жидкостями, прыскала на лицо девочки тоненькими струйками. Эйо двигалась быстрее молнии, и потому скоро все двадцать человек бились в конвульсиях на земле, перекатываясь со спины на живот и корчась от боли. Из их уст вырывались душераздирающие крики самых разных тональностей.

- Эйо! - восхищённо воскликнула Рия, когда её напарница закончила и тяжело дышала, сидя на коленях на траве. - Я уже боялась, что ты меня кинула. Но зачем ты им всем зенки-то повыколупливала? Ты кровожадна как никогда!

Но девочка пока не могла издать в ответ ничего, кроме глухохо кряхтения. Лишь кое-как выровняв дыхание, она отозвалась:

- Я же не зря сказала тебе идти в обход, - она прокашлялась. - Мы не должны привлекать внимание. А эти тебя уж точно запомнили.

- Я... Я сильно извиняюсь. Надо тебя было слушать, - Рия опустила глаза, как нашкодивший маленький ребёнок.

- В следующий раз не обижайся, если попадёшь под горячую руку, - предупредила Эйо, вытирая рукавом плаща капли крови с лица. - Грязная эта работа.

Когда солнце село, тёплая дорога остыла; крошево из камешков и травы на ней потемнели; стало видно не так отчётливо. Заката наблюдать девушкам не выпало, ведь они зашли уже в самую чащу леса, и теперь медленно брели по просеке. Натомившись с дороги, путницы выбирали место для привала.

- Какой мягкий пенёчек, я бы на него лягла и отрубилась на часов двадцать! - мечтательно лепетала Рия.

- Дым, - отозвалась Эйо, указав рукой на поднимающийся над кронами в тёмную синь серый столбец дыма.

- И что мне с твоего дыма? - потирая глаза, спросила лучница.

- Надо проверить.

Дым шёл от бивачного костра. А костёр развёл никто иной, как Трин. Девушки сразу узнали его по вихрам, торчавшем из-под шапки, и по его любимому копью за спиной. Он сидел перед костром и жарил на палках рыбу. На его лице тени от языков пламени играли, переливались и подрагивали.

- Три-и-ин! - завизжала Рия и, не спрашивая разрешения, схватила палку с недожаренной рыбой, в мгновение ока откусив ей головёшку. Девушка уютно устроилась у огнища и в томной неге заулыбалась сама себе.

Парень, задумчивый и серьёзный, резко поднял голову, и будто потерял дар речи при взгляде на нежданных гостей.

- Что ты тут делаешь? - Эйо сжалась от напряжения. Долина Ветра распологалась в совершенно противоположной стороне Рэма - она это прекрасно знала.

- А ты что? - задал встречный вопрос он, перевернув рыбёху другим боком.

Вопросом на вопрос. Подозрительно.

- Моста больше нет. Нам пришлось идти в обход, - сдержанно ответила Эйо.

- У нас похожая ситуация, - с присущей ему беззаботностью начал Трин, махнул свободной от палки рукой и опустил её на колено, - В Далёких Деревнях завелась какая-то болячка, которой духи болеют. Власти не хотят, чтобы она переползла в столицу, вот и перекрыли все дороги. Мы пошли другим путём.

- Где Дан?

Он проигнорировал. Дожарив кушанье, копейщик стал неспешно поглощать его.

- Угощайся, - пригласил он, показав взглядом на место с примятой травой напротив него.

Эйо, не сводя глаз с собеседника, опустилась на колени, сложив пальцы рук в замочек.

- Почему ты здесь? - спросила она.

- Выполняю секретную миссию Арденса, - Трин понял, что трюк с «другим путём» с Эйо не пройдёт.

- Настолько секретную, что нельзя рассказать даже напарникам? - Эйо прищурилась.

Трин смолчал.

- Где Дан? - наконец повторила она.

- На него напал кабан, - понуро ответил он. - Дан утонул в реке. Я ничего не мог поделать.

Чавкнув с раз, Рия оторопела:

- Так шкет умер?

- Да, - парень кивнул.

Чёрные волосы Эйо взметнулись, когда она вскочила с места и наставила кинжал на Трина.

- А теперь только правду, - потребовала она.

- Ты чего? - удивилась Рия. Из набитого мясом рта посыпались ошмётки.

Трин вытер блестящие слёзы, скопившиеся в уголках глаз.

- Я уже всё сказал.

Что здравый разум, что чутьё твердили Эйо одно: копейщик врёт. Когда это Арденс отправлял одного человека выполнять секретную миссию? Только если это убийство. И никому не говорил? Только если это убийство одного из напарников.

- Ты убил Дана, так?! - руки девушки тряслись. И так бледное лицо побледнело ещё больше. - Хватит врать, не то я прямо сейчас лишу тебя сонной артерии.

- Не зазнавайся, - Трин усмехнулся, схватив копьё, - не ты одна знаешь, где находится сонная артерия.

- Эй-эй-эй-эй, полегче, ребята! - Рия чуть было не опрокинулась на спину, но во время подставила под себя ладони. - Эйо, что ты так взъелась на Трина?

Рия не понимала злобы командирши и, желая пресечь неначавшуюся потасовку, направила на девочку стрелу.

- Успокойся, Эйо. Я понимаю: тебе грустно из-за смерти Дана, но Трин тут не причём.

- Арденс поручил Трину убить Дана. Все факты на лицо! - слова срывались с её уст также стаккато, как огонь костра порой резко вздымался и, дрогнув, плевался алыми искрами пламени.

Мысли Эйо превратились в несвязную кутерьму. Переплетаясь, они складывались, но тут же разлетались вдребезги, как окно, в которое запустили мяч. Что-то объяснять и доказывать Рие девочка была не в состоянии. Её захлестнул вихрь отчаяния.

- Чего она несёт? - Рия волнительно взглянула на Трина. - Трин - наш приятель! Ты, может, не заметила, но он плакал!

Помрачнев, Эйо опустила взгляд. Это конец. Уже не важно. Ничего не имеет значения. Трин убил. Он убил. Убил Дана. Злость и жажда отомстить стала её кровью - питательной силой, что насыщала её организм. Девочка перепрыгнула через костёр и набросилась на Трина. Тот очевидно не успевал заблокировать внезапный выпад. Её остановила стрела, вонзившаяся в бок. Рия ошарашенно наблюдала, как Эйо, бывшая секунду назад дерзкой и бойкой, валиться наземь, хватаясь за рану, как кинжал выпадает из детских нежных пальчиков.

Парень, видя, что девочка всё ещё пытается дотянуться до холодного оружия, забирает его от греха подальше.

- Я... - шепчет поверженная, - Я убью тебя...

Трин безо всякого смущения бьёт по чёрной макушке носком сапога. Девочка утыкается носом в дёрн и отключается.

- Так, чтоб не рыпалась уже, - бесстрастно говорит он, словно змей, испускающий яд.

Рия засомневалась в правильности своих действий. Она не видела Трина. Она видела самое бесчувственное и противное существо на свете.

- Ты не Трин! - в сердцах воскликнула девушка.

Он медленно перевёл на неё взгляд, колючий и ледяной, как стрела.

- Заткнись.

Этого было достаточно, чтобы Рия затихла. Она могла только сидеть и смотреть, как копейщик небрежно подхватывает обессиленное тело напарницы и направляется к обрыву.

***

Опять. Опять всё тоже самое.

Белый ухоженный дом, поросший червонными, словно летняя заря, розами. Зелёный дивный сад и переспевшие румяные яблоки, много яблок. Тёрпкий запах кофе, отдающий ванилью с корицей... Мамины руки в от мозолях от работы; её рыжие, как солнечный океан, волнистые пряди. Здесь всё сияет и переливается, как настоящее, как будто бы никогда не пеблекнет. Но всё хорошее заканчивается. Такая простая и понятная истина, но мы почему-то не можем её принять.

Нестерпимо.

Дан сидел, оперевшись на холодную, даже колючую, как вода в крещенские морозы, стену. Звуки слышались издалека, их застилал гул, похожий на эхо. Будто ты оказался в пещере, а снаружи кто-то вёл беседу. Невидимая рука отодвинула жалюзи, разделяющие царство Морфея и реальность. В разуме прояснилось.

В помещении царила безупречная пустота, оно походило на коробку из шести стен без единого отверстия. Даже пахло здесь самым настоящим ничем. Рядом с Даном сидел задумчивый парень со спокойным и кротким лицом. В противоположном углу находились ещё двое: девочка возрастом с Дана, судя по белым волосам и бледно-голубым глазам, беловийских кровей, а также чёрноволосый парень, скрестивший руки на груди, на два-три года постарше. Они о чём-то спорили, но когда заметили пробуждения Дана, замолкли.

- Где я? Я не умер... - вполголоса прохрипел мальчик.

Недавние события пронеслись словно кинолента. Надзиратель Фэвер выстрелил в него... А он ещё, безрассудное ничтожество, посмел выжить. Теперь Дан ещё дальше от цели. Человек, не выполняющий своих обещаний, тем более, без особых на то причин - последний. Волна ненависти к себе накрыла с головой, заставляя задохнуться в ней. Он сжал кулаки что есть мочи, стараясь ногтями впиться в кожу и пустить кровь. Может хоть боль отрезвит его. Сейчас точно не время для самобечевания.

Так или иначе, сколько времени прошло? Что это за место?

- С добрым утром, - сказал парень из дальнего угла, не глядя на очнувшегося.

- Сейчас утро? - спросил Дан, исходя из его слов.

Парень презрительно посмотрел на мальчика и по его телу пробежался табун мурашек. Здорово, что буквально через секунду он отвернулся.

- Мы все здесь очнулись, - беловийка хохотнула и её растрёпанные, похожие на птичье гнездо, волосы как будто тоже, - и не можем сказать сколько времени, - она заправила белую, как чистейший агат, прядь за ухо, - но судя по состоянию моего желудка, я ела совсем недавно. Этого быть никак не может потому, что я завтракала вчера утром, а поймали меня поздно вечером. Нам что-то вкололи.

- В меня выстрелили из пистолета.

- Да, в нас тоже. Это был обман, - констатировала девушка.

- Спасибо, капитан Очевидность, - буркнул из угла парень возле неё.

- Коин! - от раздражения беловийка вскипятилась, словно чайник.

- Успокойся, пучеглазая йети с гнездом на голове, а то щас пары пойдут.

- Кто?! Ах ты, нацист...

- Ребята, - Дан перебил их спор, больше походивший на бытовую ссору склочной семейной пары, если не учитывать всю паршивость реальной ситуации, - Может разберёмся, что это за место и почему нас сюда отправили?

- Бессмысленно, - ответила беловийка, отрицательно покачав головой, - отсюда нет выхода.

- И мы не в курсах о планах этих больных на всю башню приспешников Рэм, - добавил Коин.

- А ты как думаешь? - Дан обратился к парню, сидящему рядом с ним.

Доселе он не проронил ни слова. И сейчас в ответ лишь пожал плечами. Почему-то Дан автоматом в мыслях обозвал его Молчуном.

Стена слева задрожала и стала медленно подниматься наверх. С углов полетела пыль, перемешанная с мелкими камешками, напоминающие отсев.

- Ого! - удивились Дан и беловийка одновременно.

- Что огокаете? - спросил насторожившийся Коин, - стен поднимающихся никогда не видели?

- Просто неожиданно, - обиженным тоном сказала девочка, пытаясь заглянуть в щель между полом и плывущей кверху стеной.

- Нет, - смущённо ответил Дан.

- Деревенщина. - Коин поморщился.

Стена остановилась под самым потолком, будто отворив тюремным заточённым дверь, за которой их должна встретить долгожданная свобода. Свет, напоминающий солнечный, разъездал глазные яблоки.

Как только все четверо покинули шестигранный тесный куб, двери позади них стали плавно закрываться.

- Интересно, а что если проскочить сейчас обратно? - подумала беловийка.

- Хочешь это проверить? - с намёком спросил Коин.

- Нет уж, - хмыкнула она.

Ребят встретила таблица с многозначительной надписью «Водяной лабиринт». Возле неё располгался, собственно, вход в водяной лабиринт. А дальше он был застеклён и вёл заковыристой лентой к двери из того же неизвестного материала, что и закруглённые стены с потолком.

В целом комната разительно отличалась от предыдущей: находилась она под высоким куполом, какой бывает в церквях, словно под сводом неба. Здесь было просторно, и Дан ощущал себя очень маленьким.

Четвёрка застыла перед началом водяного лабиринта в полном ступоре. Первым очухалась девочка:

- Ныряем? - предложила она, - лабиринт ведёт прямо к рычагу. Возможно он и открывает дверь.

- Ты что дура? - Коин свёл тёмные брови на переносице, - С какого перепугу мы должны это делать?

При хорошем освещении Дан нашёл нахмуренное скуластое лицо парня до боли знакомым. Тёмноволосый, бледный, как призрак. Кого-то он определённо напоминал.

- Не обзывай меня, - повысила тон беловийка, - я не буду терпеть такого отношения ко мне.

- Не терпи, - выплюнул Коин.

- Пожалуйста, не ссорьтесь, - чуть ли не взмолился Дан, встав между ними, - Чтобы выбраться отсюда, нужно действовать слаженно.

- Как можно с действовать слаженно с тем, кто тебя дурой называет?

- Коин, - обратился к нему Дан, - извинись перед...

- Янь Фао, - наконец назвалась девочка.

- С чего это? Я не виноват, что она дура, - ответил парень.

Вдруг раздался всплеск. Водяные брызги полетели в сторону выясняющих отношения подростков. Это Молчун нырнул в воду и уже брасом стремительно плыл под стеклом.

- Молчун! - удивлённо, с несколькой опаской, воскликнул Дан и побежал указывать ему путь через прозрачное стекло.

Всё происходящее было чересчур диковинно. Только бетонный пол под подошвой напоминал, что Дан всё ещё в реальном мире, а не в выдуманных фантазиях больного человека.

- Вот что произошло, пока ты, такой крутой и брутальный, дурой меня называл! - сетовала на Коина беловийка, - Вот кто крутой! - она указала на перемящегося под водой, словно акула, Молчуна.

- Мы сейчас потакаем рэмовцам как крысы лабораторные. Видим водяной лабиринт и даже без символических колебаний сразу ныряем.

- А что ещё остаётся делать, умник? - раздражённо спросила Янь Фао, сжав кулаки. Бледно-голубые глаза искрились от негодования.

- Ты и этот дайвер, - он посмотрел на отчаянного Молчуна, который уже почти достиг середины пути, - не оставили мне время подумать.

- Оправдания, - упрекнула девочка.

- Не собираюсь продолжать эту бессмысленную полемику, - Коин направился в сторону Дана, оставив беловийку наедине со своим возмущением.

- У него хватит воздуха доплыть? - волнительно спросил рыжий, неотрывно наблюдающий за Молчуном.

- Он не такой малыш как ты, следовательно, объём лёгких больше.

- Малыш? Я не малыш. - Дан по-детски поджал губы.

- А по-моему, ты мне даже до плеча не достаёшь, - язвительно заметил Коин.

В самое яблочко попал! В самый главный комплекс! Мальчик не мог быстро найтись с ответом, потому решил сменить тему:

- Коин, ты знаешь, где мы находимся?

- Вероятно, в каком-то развлекательном шоу для знати Рэм. Это что-то вроде показательных пыток. Ты, я вижу, не отсюда, раз не знаешь?

Развлекательное шоу? Развлекательное? Показательные пытки? Почему Коин говорит эти жуткие слова с такой лёгкостью?

- Я из поселения «Сумерки», - Дан пытался говорить как можно сдержанней, чтобы не выдать свою чрезмерную неосведомлённость, - Оно очень далеко отсюда.

- А я из Далёких Деревень на окраине Рэма.

- А вы давно с Янь Фао знакомы? - поинтересовался рыжий.

- Ты шутишь? Почти столько же, сколько и ты с ней.

- Вы общались как давние друзья...

- В твоём понимании давние друзья постоянно спорят? - Коин удивлённо выгнул бровь.

- Тем не менее. Ваши споры какие-то домашние, что-ли.

- Заглохни уже. Ахинею сказочную плетёшь.